Член семьи. Часть 1: Звезды над пилоткой. Глава 4

Член семьи. Часть 1: Звезды над пилоткой. Глава 3

Игорь, стоя у стола, провел ласковым взглядом по оттраханной мамке, потянулся.

– Ну как, браток, тебе пизденка, твоей тетки?

– Ты о чем вообще?

– Серый. Давай я тебя немножко просвещу о некоторых моментах. Задайся вопросиком, почему у моей и твоей, наших мамок, одинаковые отчества? Не знаешь. А между тем это не случайность. Дед наш, весьма удивительно колоритная особа. Про всех родственниц, коих объездил сей муж, ты узнаешь чутка позже. Нельзя инфу большими порциями подавать, не ровен час, морально можно подавиться. Бабки были сестрами родными. Мамки наши двоюродные. У моей бабушки родилось одно дитя от Владислава. А светлой королевы аж целых три. Причем тройня. Карина, Марина и старшая, кто первой выпрыгнул из чрева, Сабрина Владиславовна. Ее ты ведь ни разу не видал? – я утвердительно кивнул. – Вот. А мне ее довелось видеть несколько лет назад, но мельком. Только откуда мне тогда было, пацану, знать кто, что и как. Ну, не суть. Дальше – больше. Мама вышла замуж за Водонаева. Вроде и мужик классный по рассказам, но разбился вместе с бабушкой Риммой, когда возвращались из аэропорта. Он летал на шестерке ее встречать. Результат: мамка осталась без киндеров, но с фамилией. Маргарита Николаевна опекалась своей племянницей, очень и очень. Дальше так: Карина выходит замуж за своего мужчинку, Сергея. Как производитель – все при нем, а как человечек, ну, скажу прямо, полное дерьмо. Он с соизволения Маргариты Николаевны после того, как состряпал жене ребенка, тут же заделал и маман меня. Вывод: мы с тобой братья хоть и сродные по отцу. Хотя на самом деле, в нас родной крови гораздо больше если деда помнить. А через год после нас с тобой родились Виталина ибн Сергеевна, Варвара и Мария, тоже Сергеевны. Ну, а потом Сергея за шалости удалили из прайда.

– Это как?

– О том бабулю не грех спросить. Краем уха слышал, есть у нее очень весьма специфическая погремушка. Короче, братан, мы тут не просто так мамок лапаем, на фаллосы их натягиваем. Это своего рода традиция в первую голову. Сестер тоже нам пялить, пардон, любить не только братской любовью положено, но с позволения бабули Марго. Одним словом, будем мы теперь, по всей видимости, иметь не только наших женщин, но и тех, на кого укажет Светлая королева Марго. Занятие вполне приятственное. И, кроме того, если скажет кого и как, то это не просьба. Между слов читай приказ. Генерал-лейтенант не ПМС. Осерчает – своим не обрадуемся.

– Ты так говоришь, будто лучше меня ее знаешь, братец.

– Поверь, знаю. Ну да ладно, я мыться, потом к тебе, а ты пока мамулю мою поразвлекай разговорами. Вон какая румяная, да пышная из ванны вышла, хотя походочка все еще уточкой.

– Игорек иди, а то как сниму да дам.

– ?

– Полотенцем вот этим по заднице, – и она сдернула с бедер банное полотенце, оставшись в неглиже, а он пулей смотался в ванную.

Виктория плавно подошла ко мне и, обняв, прижала мое лицо к своему, пышущему жаром телу, в аккурат лицом между грудей. Я слегка отстранился, поймал губами ее один сосок, пососал, а затем и второй. Ее грудь начала сильнее вздыматься. Я буквально слышал биение ее сердца, при этом мои руки были на ее ягодицах, которые я взял крепко, но нежно и стал наминать. Виктория уже замурлыкала, и ее коленка плавно шарилась по моему просыпающемуся члену.

Я встал, прихватив ее за попку, посадил на стол и, разведя в стороны ноги, набросился с ласками на ее, налившуюся бутоном, промежность. Припухшие лепестки губ эластично протекали по языку, когда он скользил между ними. Руки женщины прижимали мое лицо к своему горячему лону. Тетка стонала от накатывающего возбуждения, а я истязал ее дырочки языком и пальцами. Вошел сначала одним, а затем и двумя: средним и указательным. Опершись в стол руками, она откинулась назад и положила согнутые в коленях ноги мне на плечи. Когда терпение стало покидать изнывающую страстным желанием женщину, она буквально за волосы потянула меня на себя. Я вонзился в нее своим стволом, резко раздвигая стенки влагалища. Виктория громко закричала, притянув меня к себе, выдохнула прямо в ухо: – Еби. Блядь, Сережка. Еби меня!

Я всаживал ей по самые помидоры, еще не задумываясь о том, что проникая на всю глубину своего члена, достаю до дна, а она дико вопит от удовольствия.

– Ну вы, бля, и орете, – заскочила на кухню Виталина. – Соседи если услышат, полицию вызовут.

– Выйди, Витка, отсюда! – рявкнула мать. – Не видишь, разве, как тут мать твою ебут высококачественно? Сейчас обоссусь.

Это была не шутка, и в мой лобок ударила горячая струя ее мочи, благо, шорты валялись в стороне. Случка не прекращалась, я разошелся на всю катушку, всаживал ей сильно и быстро. Даже не обращая внимания на вошедшего, раскрасневшегося от душа, Игоря.

Женщина уже не кричала, а лишь истошно подвывала и вдруг приплыла. Ее оргазм был не просто фееричным, он был многоэтажным и красочным. Влагалище своими мышцами пыталось буквально сплющить мой ствол. У нее текло из всех дырок, кроме попки хотя и та была взмылена. Я почувствовал, что сейчас кончу, и тут же вышел из нее, хлюпая. На пол потекло ее извержение мутной слизью кончины, с непередаваемым ароматом женской похоти. Член прижался стволом между губ промежности и я, прижимая его все сильнее, сделал несколько толчков, вулканом выхлюпнулся ей на живот и сиськи. Тут же подскочила Виталина облизывать мамку, которая, полуочумевшая, пальцами размазывала сперму по телу.

Немного успокоившись в моих объятиях, женщина начала осторожно стягивать с меня мокрую от пота футболку. А затем, бросив ее на пол рядом с шортами, попросила помочь ей покупаться.

Я подхватил на руки свою тетю, понес в ванну. Там мы встали под теплые струи воды, я нежно мыл ее мочалкой, намывая буквально каждый сантиметр ее прекрасного тела. Затем обтер и отнес в спальню, положил в постель, прикрыв простыней, поцеловал и вышел на кухню.

– А ты удивительно стремительно наверстываешь все хвосты в сексуальном образовании, Сергунь. Так отходил мамку, что она не могла ногами пойти. А чтобы вот так кончать и уссаться от возбуждения, это, брат, дорого стоит. Виталина уже протерла пол и прополоскала твои шмотки. Пока натянешь мои шорты. За хождение без футболки тут еще не привлекают к ответственности.

Мы сидели втроем пили кофе, причем Виталина прижалась к брату, и они нежно поглаживали друг друга ровно в той степени, при которой не перешагивают барьер и не начинается возбуждение. Болтали ни о чем и кажется обо всем сразу. Я смотрел на них, уже по-другому. Это был не просто друг и одноклассник, это был брат и рядом с ним не только его, но и моя сестра. Они, по всей видимости, так же пересмотрели свои взгляды. Раньше они просто знали, а теперь они ощущали родственные чувства от одного осознания, что и я это знаю.

– Как теперь будем? – спросил я.

– До одури и по возможности с завидной регулярностью, – засмеялась Виталина.

– Я с ней полностью согласен, Серега. При возможности секс будет регулярным. По мере потребности.

– А если я уже хочу?

– Пошли, я тебя под душем приголублю, – потянул ее Игорь.

– Только не в задницу. А может и ты, братец, с нами? – она обернулась ко мне.

– У тебя там все и так болит, а я могу причинить еще большую боль.

– Не ссы. Я выдержу.

– Так горит? – я весело засмеялся.

– Ты даже не представляешь, как. Я хочу, как похотливая сука. И кроме того ты можешь смело в меня кончать, не боясь, что залечу.

– Пойдем, братан, пошпилим эту егозу на полшишки каждый.

– Иди с ними, Сереженька, – улыбнулась медленно вошедшая Виктория. – Если так просится, значит невтерпеж. Кроме того, и месячные протекают легче, когда на второй третий день трахают. По себе знаю. Но это если тебе не противно в кровавое месиво войти. Многие мужики считают это зазорным.

– Я сегодня ночью мамку пробил.

– Тогда тебе это не в первой. Идите с ней парой, а ты, Гошик, присядь со мной тут. И чайку мне с травками завари. Что-то я силенки с таким монстром израсходовала.

Виталина стянула с себя майку, оголяя приятно налившиеся уже прилично груди. Это были не нулевки и не первый размер. Коричневые сосочки стояли набухшими на шариках второго размера, и перспектива явно просматривалась.

– Нравятся? – она игриво прижалась к моей груди своими сисечками.

– Спрашиваешь! Ты персик, сестренка.

– Отвернись, мне надо снять трусы, – она выжидательно смотрела мне прямо в глаза.

– Снимай.

– Уверен, что хочешь это увидеть? – ее пальцы проскользнули под резинку трусиков, готовые спустить последние.

– Был бы не уверен, сюда бы не вошел, – проговорил я ей в ушко и, присев, начал медленно спускать, стягивая с жопки и бедер.

Прокладка была вся в кровавых разводах и прилично промокшая. Я спустил ее трусики, она мягко вышла сначала одной ногой затем другой и протянула руку забрать грязное белье. Я чуть отстранился, приблизив к лицу, вдохнул запах. Девушка чуть смутилась и покраснела, а затем порывисто прижалась ко мне, и мы слились в поцелуе, мой член проснулся, и головка уже упиралась ей в пупок. Миниатюрная Виталина целовалась и животом нежно терлась о член. Я приподнял ее и поставил в ванну, она открыла воду и поманила меня к себе.

Я мыл ее всю сверху до низу. Она достала очень нежную мочалочку и сказала, что это ее для интимных мест. Я подмывал эту молодую женщину, мою сестренку, весь сотрясаясь от возбуждения. Я понимал, что она моя сестренка, но, кроме того, чуть боялся за свой размер.

Словно подслушав мои мысли, она прижалась и шепнула в ухо: – У нас в роду киски весьма подходящие. Ты ведь мамку пер на всю катушку. Игорек своим меня тоже пахал с размахом, вроде и доставал до дна, но я уверена, что и тебя приму по самый корешок. – При этом она резко присела и взяла набухшую головку в колечко влажных губ, которая прилично растянула ей ротик. Пососала и я приподнял ее.

– Войди с зада, но не резко, пожалуйста, – она развернулась ко мне спиной, нагнулась, упершись в стену, расставив широко ноги. – Давай, братец. Я готова.

Мокрая головка плавно причалила ко входу. Я большими пальцами держа ее руками за бедра, раздвинул булочки, тем самым расширил вход во влагалище. Мягко придавил, она тяжело вздохнула, словно кузнечный мех.

– Не тяни, – выдохнула она и резко двинула попкой на встречу. Я надавил, чувствуя, как раскрылся вход, и головка скользнула в тугую, смазанную слизью и кровавой менструацией, вульву.

– Ох. Млин. Как хорошо, – зашептала она, тяжело дыша, по мере того, как член не спеша погружался в нее.

Я ждал, что сейчас дойду до дна, но ствол входил плавно все глубже и глубже. Наконец головка коснулась шейки матки и придавила. Виталина зацокала языком, я остановил напор.

– Ты весь вошел? – оглянулась она на меня через плечо.

– Нет. Пара сантиметров снаружи.

– Сейчас. – Девушка, перебирая ладонями по кафелю, опустила голову и плечи ниже. Оперлась руками в край ванны. – Теперь жми.

Я надавил и вошел весь, соприкоснувшись лобком с ее попкой. Замер на секунду, а затем оттянул поршень вверх и вновь вошел.

– Да. Так только пока не спеши. Это здорово, но только не торопись, – она, судя по всему, немножко боялась.

Я начал плавно, словно морские волны, накатывать в нее, чему она была рада. Волны плескались о берег все ритмичнее и быстрее. Девушка подловила ритм и стала плавно подмахивать, двигаясь навстречу, при этом нежно постанывая. Я оглянулся на двери, в которых стояли Игорь и его мама, восторженно глядя, как протекает это соитие, одобрительно кивая мне.

Удары усилились. Толчки стали резче и быстрее. Член скользил, плотно окутанный стенками лона. Головка колотилась в дно, соприкасаясь с шейкой. Виталина стала покрикивать, с восторгом насаживаясь пизденкой на окровавленный кол члена. Я, крепко придерживая ее за бедра, уже буквально пер с огромной амплитудой, а сестра сквозь стон просила сильнее и быстрее.

Она кончала ярко, словно подземный гейзер, наполняя все свободное пространство, при этом туго сжимая и жуя член. Я пришел к финишу следом за ней и струя ударилась в самое ее дно, орошая шейку и наполняя. По инерции я все еще всаживал в нее, взбивая сливки с малиной. Когда член обмяк и вышел, по ляжкам Виталины побежали струйки молочно-розового цвета. Девушка присела и, не стесняясь, начала сильной струей мочиться прямо в ванну, откинув вверх голову в молчаливом призыве. Я склонился над ней и начал целовать эти обворожительные губки. Мой язык проник в нее, и она томно замычала словно молодая кошка, пошлее удачной случки. Она не кувыркалась, а лишь терлась своими плечами о колени. Затем, оторвавшись от меня, развернулась и взялась обсасывать и облизывать испачканный член.

– Маленькая вампирша, – засмеялся я, притянув к себе, поставил на ноги и поцеловав. – У тебя личико, словно ты только что свежатину съела, вместе с кровью.

– А я и так только что освежевала твой член, – смеясь и играя, зарычала она.

– Подмывайтесь и выбирайтесь на кухню, – покачав головой, проговорила Виктория, забирая с собой восхищенного увиденным Игорька.

– Я основательно подустал, – проговорил я, когда мы с девушкой вошли в кухню, где в тарелках парили свежесваренные домашние пельмени.

– Присаживайся. Сейчас пельмешками подправишься.

– С чем? – коротко спросил я.

– Свинина, лосятина и медвежатина, как положено сибирским пельменям быть тройными. Мамка разве не приносила домой мяса?

– Приносила. Потому и спросил. Теперь я окончательно понимаю, что вы, сестренки, вместе пасетесь.

– Ты даже не представляешь, сколько людей обязаны многим твоей маман. Кстати, многие и самой жизнью. Несут, конечно же. Не за то, что спасала, а из чувства благодарности и за отзывчивость, понимание и сострадание. Карина никогда не брала деньгами. Коньяками и виски у нее один шкаф в кабинете просто заставлен, как барный склад. На любое торжество всегда выставляет в полной мере по необходимости и интенсивности потребления.

(Всего 559 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

Добавить комментарий