№2 Страна Чудес

 

– Да что вы знаете о безумной страсти, молодежь? – хохотнул Пал Степаныч. – «Химия… гормоны… не мог контролировать себя…» Сиськи с ногами увидели – и все, химия-гормоны!

– Походу Пал Степанычу есть что нам рассказать, – подмигнул мне Сява.

У нашего препода имелась молоденькая женушка. И была она, как говорится, просто вау. Звали ее Алевтина, Аля. Она училась на нашем курсе, и все тихо злились, что старый хрыч так быстро прибрал ее к рукам. У них уже и спиногрыз завелся. «По залету, ясное дело», шептались девчонки, но все равно было обидно.

– А что, – снова хохотнул тот. – И расскажу. Должен же кто-то учить вас жизни, салага?

Мы не обижались. Наоборот – ценили, что он вот так вот запросто бухает с нами, и что с него спадают подшофе все статусы. Он, правда, с инфарктом, было такое; но, во-первых, дело давнее, во-вторых, вольному воля. Что его, заставляют, что ли?

– Расскажите! – взмолились мы.

И он стал рассказывать.

 

– Было это недавно, пару лет назад. Для меня – почти сегодня, для вас, салаги – до нашей эры. Что я, не помню, что ли, как медленно ползет время в вашем возрасте? В мои годы оно уже летит со свистом, а что будет в 70, если доживу?.. Но ладно, не буду отвлекаться.

Отдыхал я тогда на одном отечественном курорте. Море, солнце, пляж. Да-да, рассказ будет о курортном романе. Но только не о таком, как вы сейчас подумали, а… Слушаем.

В общем, отдыхал я, отдыхал – и забрел на нудик, Ну, на нудистский пляж. Зачем? Все мы мужики, все свои, так что стесняться нечего. Думаю, затем же, зачем и все туда ходят: посмотреть живьем голые телеса. Ну, никогда это не помешает, вы со мной согласны? Раздеваться я не стал, сидел текстильщиком, загорал, купался и смотрел. Смотрел, смотрел, смотрел. Кровь разгонял. Знаете, как она застаивается после сорока? Не знаете. Ну, узнаете, если живы будем, тьфу-тьфу-тьфу.

И буквально на второй день увидел ее. Наверно, она и в первый была, просто я не заметил.

Девушка. Девчонка. С прекрасным, можно сказать, идеальным телом. Я как увидел эти… нет, сиськами их даже при вас не назову. Язык не поворачивается. Пухлые, большие, совсем большие, и при этом идеальной формы, и сочные, налитые, будто их надули взрывчатой силой… И соски торчат, буравят душу.  Такие, знаете, боевые копья в разные стороны, заметно припухшие: видно, не такое это простое дело – голышом ходить. И пизда. Я не боюсь этого слова, не считаю его плохим. Это вам не сиськи. В этом слове древняя магия. Не всякую писюську хочется назвать пиздой, это я вам, салаге, говорю… Она не брила ее. Единственная на пляже. Небольшая такая мохнатка, юная, не густая, но очень стыдная, даже нервы заныли. Почему-то если побрить – не стыдно смотреть, просто голый бутончик, возбуждает, да. И все. А мохнатка – такое чувство, что вот только-только трусы стянули с нее, и там всё кричит. Вот просто кричит в воздух, и все дела.

Мохнатая пизда, плюс вот эта волшебная округлость бедер, на которых нет полоски трусов. Вот нет ее, понимаете, да? Понимаете? Хватает прямо за яйца и выкручивает как тряпку.  И лицо. Главное – это лицо, даже на голой девушке. Оно у нее было совсем… Ну, во-первых, красивое, да. Я-то смотрел на них на всех, составлял мысленный рейтинг, и тут сказал себе – а вот и №1. И лицо, и тело, эти соски ее тугие, и волосы – бронзовыми такими локонами на всю спину. Сверкают как море. Все один к одному, даже ёкнуло внутри.

Ну, и во-вторых – я даже не сразу понял, в чем дело. Потом уже присмотрелся, какая она, как себя ведет, какие у нее спутники. И понял. А может, и не понял, может, потом додумал уже, когда знал. В общем, она тогда еще нежной школьницей была. Бывает, знаете: взрослое, совсем взрослое тело, а лицо как у щеночка, который смотрит на тебя вот такими глазами. Большими и беспомощными. От них кровь вскипает сразу в две стороны: хочется защитить ее, уберечь от нашего говняного мира, и в то же время… Ну, вы поняли.

С ней были мама и бабушка, обе закоренелые нудистки, потомственные и принципиальные. А сама она на нудике первый год – просто долго болела, не ездила на море. Бабушка самолично стащила с нее трусы – чтобы тело дышало, чакры раскрывались. Она в какую-то индийскую хрень верит, медитирует в позе лотоса, пиздой нараспашку. Все это я уже потом узнал, когда познакомился с ними.

Ага, вы думаете – запал на малолетку и поспешил знакомиться? Нет, ничего подобного. Начнем с того, что они сами ко мне пришли. Со стаканчиками: выпейте, мол, за ее здоровье, ей сегодня шестнадцать. Они отмечали прямо на берегу, костер развели, прыгали через него. Гостей назвали кучу, и все в чем мать родила.

Так и познакомился. С мамой и с бабушкой сначала, с Алиской уже потом.

– С Алиской? – удивился я. Думал, он про свою жену, Алевтину.

– Да, с Алиской. Так ее мама называла. Алиска… В детстве я фанатом «Гостьи из будущего» был. Там такая Алиса Селезнева… впрочем, ничего-то вы не знаете, салаги. Вы только свои «Игры престолов»… Я влюблен был в Алису Селезневу. Плакал по ночам. И тут – Алиска. Другая. Живая. Красивая – кричать хочется. И плакать. И мне сорок три. И как подойти к ней, как заговорить – не знаю. И не подхожу, не заговариваю. К чему, зачем? Ей шестнадцать, у меня плавки чуть не лопаются, только гляну на нее.

Потом познакомились, конечно. На почве плаванья. На всем нудике только мы с Алиской любили далеко плавать. Все жарились на солнце, красовались сиськами-письками, а мы в море, да так, чтобы просолиться до костей – часа на два, а то и на три. Встретились там пару раз, она сказала «здрасьте». Потом вижу ее совсем далеко, говорю – ты тоже заплывать любишь, как я? Не устала? Не боишься? Так и разговорились. Назад плыли – болтали. Она голая, я в плавках. Иногда ложилась на спину, колола небо своими копьями, сморщенными от воды. Не знаю, стеснялась или нет. По-моему – да, по движениям было видно, когда по берегу ходит, по глазам… Представьте, что вы жили себе, болели, никого не трогали, и вдруг двинутые мама с бабушкой заставили вас быть голыми на глазах у сотни людей. Я плыл с ней и думал: а если я спрошу «почему ты не бреешься?..»

Ничего в нас общего не было, кроме этих заплывов. Я – пузатый лысеющий козел, она – ребенок, который не виноват в том, что у него тело Венеры. И оба любим плавать, куда Макар морских телят не гонял.

Поплыли однажды вместе. Вначале – подальше в море, и затем вдоль берега. Почти не болтали на плаву: волны. Небольшие, но шумные, брызгаются. И не то что бы устали, но все-таки поплыли к берегу. Там давно безлюдье, все курортное далеко за спиной осталось. Вылезли и увязли по колено в глине. Голубая глина, знаете – ей все мажутся.

Плюхнулись мы в эту глину – и… Да. Да. Нет, не то, что вы подумали, похотливые салаги, а просто я ее обмазал глиной. Только спинку и плечи. А она меня. Я скользил руками по ней и чувствовал тугую плоть под ладонью, и из нее волны тока. Смотрю на сосочки и говорю себе: вот. Они. Твердые, набухли опять. И очень хочется коснуться, но нельзя же. И потом чувствовал ее робкие и нежные, смертельно нежные руки на себе, и… и молчал. Мы оба молчали. И хуище мой не рвал плавки, обмяк от безнадежности, хоть и ныл.

И потом поплыли обратно, и я еще надеялся помочь ей смыть глину, коснуться снова ее тела… Но она нырнула и вынырнула совсем чистой. Она и была совсем чистой. Чище меня, чище любого похотливого тела на том пляже…

Пал Степаныч замолчал.

– И что было дальше? – спросил Сява.

– Дальше?.. Дальше мы уехали. Я в Питер, она к себе домой. В уездный город Эн. И…

– И? – нетерпеливо встрял я.

– …И потом весь год переписывались. Вначале я ее маму нашел, бабушку… искал-то Алиску, конечно. А потом и ее. И пошло-поехало.

 

Она так нырнула в эту переписку, так много писала мне… Я ни секунды не допускал, понятное дело, что зацепил ее хоть на полграмма. Но оказалось, что у нее нет друзей, ну то есть – есть, но не те, с ними не поговоришь, не обсудишь то, что ей хочется. Она умная оказалась и развитая, не то что некоторые. Мы говорили о книгах, о кино, о политике, она дико спорила со мной, не соглашалась почти ни в чем, я тоже, бывало, срывался… Два раза мы ссорились, она извинялась потом. В общем…

В общем, на следующее лето мы ехали – да-да, на тот самый пляж. Ехали уже хорошо знающими друг друга людьми. И, можно сказать, друзьями.

Хорошая коллизия, да? Представили себе? Твой хороший друг завтра встретится с тобой голышом. Ее соски снова будут дырявить тебе душу, ее мохнатка снова выжмет тебе яйца как тряпку…

Кстати, ее уже не было. Мохнатки-то. Алиска стала бриться. Конечно, я ничего не сказал и не подал виду. Только думал, много и горько думал. Вряд ли это просто так, думал я. У нее есть он. Он ебал ее туда, в это розовое растопырчатое чудо, тоже стыдное, хоть и бритое, а она побрилась для него, чтобы быть как все. Ну и в добрый час, скулил я по ночам. Да благословит вас небо, девочка Алиска и твой первый мужчина, пусть у вас все будет хорошо…

В общем, да. Крыша ехала конкретно. Тем более что это все неправда. Не было у нее никого, я узнал это позже, сильно позже, – и тогда не было, и до того. Потом была история, но это потом. И побрилась она просто потому, что… побрилась и все. Может, мама заставила. Там такая мама – ухх!

Я тогда уже был как бы друг семьи. Алиску мне доверяли на целый день, и мы уплывали далеко вдоль берега. Я смертельно боялся, что ей будет со мной скучно, и выпендривался как мог. Я болтал много, старался не быть занудой-преподом – и все равно поучал ее, и спорил, и тупо острил – в общем, изо всех сил выпячивал свои яйца. На словах, ибо на деле было нельзя. И я правда чувствовал, что мне снова 20, или 18, или еще меньше, и уплывал за Алиской в ее Страну Чудес, где она была со мной голая и недоступная – недоступней, чем в любом скафандре.

Чего вы ждете? Что я расскажу, как не выдержал и завалил ее? Хуй вам с маслом, не будет этого. Мы встречались каждый день этого бешеного лета, второго моего лета в Стране Чудес, и… Что мы делали? Плавали. Болтали. Спорили. Играли пару раз в командную игрушку на телефонах. Скучно, да? Никаких клубов, танцулек, никаких походов даже – только море и солнце. И слова, слова, слова. И голая Алиска. Голая. Ты го-ла-я, смаковал я мысленно это слово, глядя на искристое кап-кап с ее сосков. Соленое морское молоко. Морская влага тела, забывшего про стыд, или не забывшего – просто он впитался внутрь, глубоко в упругую фигурку, рвущую сосками воздух. Алиска. Вредная оппортунистка Алиска. Мы спорили даже в шторм, забывая бояться. Даже на дне ее рождения, который прошел так же, как и год назад – с костром, голыми гостями и стаканчиком в моей руке – даже там мы спорили, сбежав от всех под скалы.

Ей хотелось уединиться со мной. Ей правда хотелось этого. Это же очевидно, старое ты хуйло, ругал я себя, когда ехал домой. Зачем ругал? Ведь все равно ничего не было бы. Я ни разу не целовал ее, ни разу даже не коснулся тем летом – разве только случайно, в волнах…

Прошел еще год. Мы переписывались. Говорили только о… короче говоря, я ничего не знал о ней. Есть у нее мужчина? Ласкал ли кто-нибудь это тело, проникал ли вглубь, сосал ли набухшие соски? Алиска была человек… скрытный. Она могла позвонить мне в слезах в три часа ночи, рассказать, как ее потряс такой-то фильм, но…

Да и не мое это дело. Ведь мы подружились, я ей друг, настоящий взрослый друг. Или она мне как дочь. У меня нет и никогда не будет детей, думал я, и вот – сразу взрослая, сразу вот такая, тем более что и отца-то нет у нее…

Зимой бабушка написала, что они думают поступать сюда. Собственно, ко мне. Мы начали заниматься, Алиска дважды приезжала… и все у нее срослось. Ну, в смысле, она поступила. Называла она меня всегда на «вы», по имени-отчеству. Мне хотелось, очень хотелось предложить ей «ты», но… Еще бес попутает, думал я. Пусть все будет, как есть. То, что есть, и так хорошо. Просто замечательно. Лучше не бывает. Буду видеть ее живьем каждую неделю и делать вид, что…

Сложней всего было на пляже. Да-да, мы снова туда приехали. Третий раз. Только теперь это уже был не щеночек с лицом Венеры, а сама Венера. Трудно сказать, что изменилось в ней – взгляд? Походка? Все понемногу? Грудки ее невыносимые стали, пожалуй, еще больше. И еще невыносимей. Колыхались и качали носиками, когда Алиска двигалась – плавно, лениво, как только может двигаться настоящая Венера. И еще была сильная неловкость между нами, сильней, чем прошлым и позапрошлым летом. Мы вроде бы знали друг о друге все… и ничего. И она голая. Голая, голая, голая…

Никогда не забуду этот ее день рождения. Восемнадцать, да. Во-первых, ее обрили налысо. Вот эту потрясающую бронзовую шевелюру, которая окутывала ее спинку драгоценным шелком и сверкала как море – ее просто соскоблили с головы тупым ножом. И сожгли в костре. Это был какой-то долбаный ритуал – инициация, совершеннолетие, вот это вот все. Мама с бабушкой, мистики голопиздые, сами побрили друг дружку и выскоблили макушку моей Алиске. И потом смазали ее маслом, и Алискина голова сверкала отблесками костра. Лысая Алиска стала… не знаю. Это уже была не Алиска. Это было голое охуительное тело с головой какого-то древнего демона. Прекрасного и жуткого сразу. Она стала как египтянка, или как пришелец, или…

Я не знал, как мне быть. Сидел со стаканом в руке, что-то говорил и горел внутри. Холодным тоскливым огнем. Не мог отворачиваться от Алиски – от того, что было раньше Алиской. Ловил ее взгляды, и каждый – наждаком по нервам…

Заставили говорить тост. Я нес какую-то хуйню, но вовремя опомнился и сказал: за лучшую мою ученицу и лучшего друга. Все сразу «уууу», конечно, хлопают, галдят. Надо было обнять ее, как все, но я не обнял. Просто посмотрел. И оно на меня посмотрело – оно, которое недавно было Алиской, а теперь стало духом песка, моря и… и секса. Сисястым духом похоти, с просоленной медовой кожей и головой печального демона.

Он потом подошел ко мне, этот демон, и сказал «давайте сплаваем». И мы поплыли. Закат обжигал глаза, а мы плыли, плыли вдвоем в никуда, рассекая неподвижную воду. О чем-то говорили, наверно, а может, и нет. Наверно, молчали. На нервы давил этот закат, и штиль, и запах йода, и лысая голова демона, и мы молчали.

Скоро я понял, что она плывет в то самое место, где мы мазались глиной. Мы всегда плавали далеко и бесцельно, только один раз вышли на берег, потому что волны и мы устали. Но сейчас волн не было…

Я просто плыл следом и боялся думать, зачем. Она вышла на берег, утонув по колено в глине. Я тоже. Глина чавкала под ногами и воняла йодом. Подошел к ней. Вокруг была тишина – ни плеска волн, ни даже голосов с пляжа: остались за мысом, отлипли от нас…

И – да. Да.

Мы это сделали. Прямо там.

Что, салаги, шеи-то повытягивали? Все расскажу вам, как есть, ничего не совру. Хоть это и трудней всего. Мы стояли рядом не знаю сколько – минуту, две, десять. Я и молчаливый демон, выкрашенный закатом в медь. Грудастый, жуткий, как призрак.

А потом нас вдруг кинуло друг к другу. Кинуло и прилепило.

Вот не знаю, как по-другому сказать, не знаю, кто первый – просто прилепило и все. Стояли отдельно – и вот уже слиплись животами и ртами, оплелись руками и лижемся, кусаемся, пытаемся влезть друг в дружку, стать единой биомассой.

Что я чувствовал в этот момент – не могу сказать. Потому что это был не я. И она тоже была не она. Мы сцепились губами так, что забывали дышать, и только месили остервенело друг другу языки, цокались зубами и сплетались коленками, чтобы еще ближе и теснее. Я долбил ее своими плавками, потом мы упали. Прямо в грязь упали, в самый глиняный кисель, и остались там лежать – я на ней, она подо мной, и снова грызли друг друга, теперь уже по-настоящему, с двух сторон, и нахуй эти плавки, и нахуй вообще все, только бы раствориться друг в друге и стать единым месивом, как вот эта глина…

Мы сделали это, не разлепляясь ртами. Просто срослись в двух местах, и все. Не помню, как разъебывал ее, помню только вот это безумное: я в ней, в Алиске, в моей Алиске, всеми своими концами глубоко в ней – и языком, и хуем, и всем телом. Так глубоко, как только это бывает, и еще глубже. Это такая глубина, что язык и хуй вот-вот встретятся где-то там, в сладкой Алискиной сердцевинке. Помню, какая она была узкая, хоть и сочная внизу, хлюпающая от похоти, как обтягивала мне хуище голодной своей пиздой, обжимала его сверху донизу, а я не скользил в ней, а уперся в самое дно и долбил туда, и то же самое делал с ее горлом – ебал языком в самую глубь, и она точно также ебала меня своим языком. Она почти утонула в глине, я вдавил ее туда – только нос торчит и щеки, и глаза, черные вытаращенные глаза, которыми она тоже ебала меня, а я ее.

Я, кажется, дольше кончал в нее, чем мы трахались. Это была бесконечная смерть, в которой я натянулся тетивой и впрыскивал, впрыскивал тонны спермы в самую Алискину глубь, и при этом залип намертво в ее рту и, кажется, чувствовал языком капли спермы, проходившие сквозь всю Алиску… Это было долго и невыносимо, но это кончилось, и я просто лежал на ней. Она была как свинка в грязи, лысая сумасшедшая свинка, и я на ней. Хуй распирал ее бревном, и было досадно, очень досадно, что уже больше ничего нет, а я не наелся, не слился с Алиской, как надо было, и она тоже не наелась – ерзает подо мной, кусается горячими губами.

Очень скоро все повторилось: бедра мои завели свой маховик и вдолбились еще глубже в плотную Алискину щелочку, хотя, казалось бы, куда уже глубже-то? И снова ее язычок ужалил меня в горло раз, другой, третий, мыльные руки заскользили по спине, размазывая глину – и снова я лопнул в благословенной тесноте, снова брызгался, брызгался, брызгался в Алиске, и умирал от сладкой боли, и досадовал, что так быстро, а я опять не успел. Не успел насытиться, не успел ощутить, что – вот, мол. Наконец-то.

Нет, я не секс-гигант, не думайте. Я обычный. Такой как вы, или как кто угодно. Просто момент тогда был… хотите верьте, хотите нет, но четыре раза подряд я накончал ей полные потроха, не выходя наружу. Тугая пизденка не пускала меня – хотела еще и еще, и еще, и еще немного…

Мы были все в глине, особенно Алиска. Лысая свинюшка, уже не медовая, а бурая, с липкой макушкой. Мы побежали мыться и чуть не утонули от головокружения. Она смеялась, тихо и беспомощно смеялась тому, какая она грязная и как кружится голова. В глазах темнело, глина была не голубой, а медно-рыжей, солнце почти ушло в море. Мы не говорили. Вот это я отлично помню: за все это время не говорили ни слова. А что говорить? Какие слова тут могут быть? Я только думал: на хуище не было крови. Ну и пусть, думал я. Ну и пусть…

Вымылись кое-как. Я помог ей – поплюхал на спинку и бедра, помесил размякшее тело. Потом увидел груди. Мокрые, голодные – да, вот так я и почувствовал, так и увидел их – голодные, набухшие свинцом, кричащие в закат. Вы ничего не знаете о страсти, если не понимаете меня.

Помню, солнце уже село, когда я отлепился от ее сосков и повел Алиску на берег. Не в глину, а чуть подальше, где немного песка. Она подвывала на ходу. Я видел в сумерках, что наласканные ее сосочки горят – не спрашивайте, как, просто видел, и все. Мы снова слепились – сверху и снизу, ртами и письками – и я снова накончал в нее. Это как нырнешь в чужую плоть, натянешься в ней до боли и лопнешь, и ты уже не ты, а фонтанчик разноцветных брызг. Ты – это уже немного она…

Потом было темно, и нас, наверно, искали, но я не думал об этом. Или думал, но было пофиг. Я лежал на ней и пытался разглядеть ее в темноте. Уже ни капли спермы не было во мне, но старое хуище не желало сдаваться и распирало Алискино нутро, и я медленно ездил там, ни на что не надеясь, а Алиска туго обтягивала его, смаковала в себе и сдавливала время от времени, чтобы выдавить еще немного.

Я хорошо помню этот момент. Она вдруг задрожала под мной, забилась, как испуганная лошадка, и я вовремя понял, что к чему, и влез рукой куда надо, и все щупал и месил там, и целовал темноту, горячую, медовую, пока Алиска изумленно проходила этот второй круг своего ада, или рая, или хуй его разберет.

Я чуть не плакал в этот момент. Или даже плакал, распустил нюни в темноте. Потом бормотал «Алиска, Алиска», потому что в этот момент нужны слова, хоть какие-нибудь, нельзя совсем без слов. Нельзя, да… Нельзя…

– И… Что было дальше? – спросил Сява, когда молчание стало тягостным.

– Дальше? – вздрогнул Пал Степаныч. – Дальше была жизнь. Не смерть, слава Богу.

– То есть?

– Ну, так. Она сразу побежала к своим, привела, кого надо, отвезли в больницу… Очнулся уже там. Еще десять минут, сказали, и всё. Ну, это уже другая история. Скучная.

– А она? Алиса?

– Что она? С ней всё окей. Я не понял вначале: что это за милый юноша ко мне? Смешной такой ершик у нее, мальчишеский. И глазищи. И пузико. Хотя пузико позже, месяца через два. Она такая охуительная была с ним. Ну еще бы: столько спермы влить в человека. Тут и пень родит, не то что… И еще она мне рассказала.

Он замолчал.

– Что рассказала?

– Все рассказала. Я не был первый. Это за полгода до меня было: баня и взрослый мужик. Такой как я. И она, Алиска. Это тогда она позвонила мне ночью в слезах и приплела фильм, которого не было. Вот так вот, салаги, бывает на све…

Он осекся: из коридора донесся скрежет замка.

– Зайчусь, ты? – робко окликнул Пал Степаныч.

В комнату вошла Алевтина.

– Хай! – радостно завопил Сява… и осекся: ее черные глаза метали молнии.

– Это что вы тут устроили? – тихо сказала она. – Попойку?

– Алиск, – начал было Пал Степаныч, но та вдруг заорала:

– Не знали, что инфаркт у него, да? Тупые, да? А ну марш отсюда, олени! До трех считаю! Раз! Два!..

Мы не стали дожидаться «три» и пулей вылетели из квартиры.

– Так это она Алиска? – вопрошал меня Сява на обратном пути.

– Походу да.

– А… чего не лысая?

– Обросла походу.

– Так у них все получилось, да?

– Походу да.

– Круто.

– Ваще.

Окрыленные, мы ползли к метро. Мимо нас проехала «скорая».

 

(Всего 426 просмотров, 1 сегодня просмотров)
7

57 комментария к “№2 Страна Чудес”

  1. Наконец-то появился новый сюжет! Не понравились грубые выражения, но это лишь мое мнение. Автору удалось создать легкое напряжение, удерживающее внимание до самого конца рассказа. Одна из самых интересных работ, которые удалось оценить.

    2
  2. Хорошо написано. Живо, с чувством. Оосбенно, когда главный герой рассказывает о молодой жене. Это – песнь песней.
    С другой стороны, человек перенес инфаркт, (с текста – недавно), а он бухает как молодой олень. Да еще эмоции выплескивает, будь здоров.
    И, третье, ну, не может интеллигент, хотя и подтоптанный, а тем более мужик, так высказываться о любимой женщине. Тем более, как говорит ГГ, в присутствии салаг.
    Как говорил Станиславский: не верю! Или – Немирович-Данченко.

    3
    1. Да, Пал Степаныч – не идеал и не образец для подражания. Но их, идеалов этих, и так слишком много развелось, разве нет? 🙂 А потрепаться под винишко о своих любовных подвигах – это святое, особенно если тебе ближе к полтишку. Тем более, что история-то особенная – так и распирает поделиться 🙂

      2
          1. Странно. Я вот взрослый мужик, которому за пятьдесят. Но почему-то не возникает желания излагать подробности начала своих отношений с женой более молодым коллегам. Ни по трезвому, ни за бутылкой. Есть вещи предназначенные для двоих. И с возрастом как раз это больше понимаешь, чем в молодости.

            5
  3. №2 Страна чудес… волшебная, немного запредельная…
    Вот прям подкупает искренность повествования, стилистическая живость языка рассказчика. Это несомненно демонстрирует мастерство автора.
    И казалось бы, ругать-то нечего.
    А вот спроси меня, хочу ли ещё разок прочитать? Если честно, вряд ли.
    Во-первых, эмоциональное напряжение одноразовое. Хотя в самом начале было понятно, Алевтина = Алиска. Там где-то фраза есть – «мама её так называла» (явно лишнее уточнение, но это на мой вкус).
    Во-вторых, язык таки не идеален, чтобы захотелось погрузиться снова.
    По этому поводу поясню, что меня напрягало (не по хронологии текста, а по степени непонимания):
    1. Автор явно запутался в Алисах. Изначально Алиса Селезнёва, потом вдруг без видимого перехода Алиса в Стране чудес. А ведь это совершенно разные образы. А героиня и вовсе Алевтина.
    Опять же надо отметить, что три образа героини описаны мастерски. Или даже четыре. Венера со щенячим лицом, просто Венера с длинными волосами, монстр, обритый налысо, беременный мальчишка.
    2. Понимаю, что перебор со словом-паразитом «ну» в начале рассказа – это некий стилистический ход. Разгон рассказчика, живая речь, живой персонаж. Но! Если бы речь не шла о преподаватели вуза. Точно такое же тягостное впечатление производит зацикленное «походу» у студентов в конце.
    3. Описание сцены соития (какое-то неуместное слово под этим рассказом, не эмоциональное, но всё же). Вот всё замечательно! Красиво, образно, на взлёте, на эмоциях. Но! В грязи… вай! Как представлю, что вокруг глина, липкая, жидкая… а он свой член внутрь. Бырррр… Ну чтоб на берег хотя бы героев вывести или на мелководье. Говорят, на Кубе (почему-то) все девушки предпочитают невинность в море терять)))))
    4. Нудистский пляж, а он в трусах? Это как? Насколько я помню, одетые даже в одни трусы на таком пляже гости левые, лишние и не приветствуются.
    5. И последнее… это чего же ГГ так на себя рукой махнул? Однако, не от большого счастья с вожделенной Алиской-Алевтиной.
    В общем, «Жизнь – цепь, а мелочи в ней – звенья. Нельзя звену не придавать значенья» (с)

    3
    1. Ваши комментарии лучше читать после двукратного прочтения рассказа и написания собственного комментария…а то настаёт просветление и открываются глаза, появляются детали не замеченные в порыве чтения…но в каждой бочке мёда нужна ложка дегтя…спасибо Диана👍🏻

      3
    2. DIANA TIM TARIS, спасибо за такой развернутый комментарий.
      1. Вспомнился анекдот: “Запомните, дети, Карл Маркс и Фридрих Энгельс – не муж и жена, а четыре разных человека” 😉
      2. Ну бухает же он, ну! 🙂
      3. Кому противно, а кто от этого еще сильней тащится. Серьезно, есть такие, и много. Особенно среди девушек. Особенно среди аккуратисток 🙂
      4. Зависит от масштабов пляжа. Если коктебельский (который здесь описан) – то там как раз нудистов меньшинство. По одной простой причине: народу тьма, места мало, и все текстильщики равномерно распределяются по берегу.
      5. А тут вы, пардон, не до конца вникли в глубины мужской психологии, подернутые винными парами 😉

      1
  4. Сюжет интересен. Но вот с нецензурщиной явный перебор. Да, есть рассказы, где мат и в меру, и к месту. Здесь явно не тот случай. Не поверю я, что преподаватель будет ТАК рассказывать своим ученикам о своей жене, пусть и в подпитии.

    1
  5. Вот это да, конкурсное чудо, просто нарастающий вулкан чувств и эмоций. Страна чудес и Алиска из этой страны, по началу зелёный плод, созревающий на наших глазах и вот наш гг уже не в силах удержаться, чтоб не вкусить его сладость…Браво автор👏🏻👏🏻👏🏻

    2
  6. Начала читать…вначале рассказ увлёк своим лёгким непосредственным стилем изложения. А потом началось:

    “И пизда. Я не боюсь этого слова, не считаю его плохим. Это вам не сиськи. В этом слове древняя магия. Не всякую писюську хочется назвать пиздой, это я вам, салаге, говорю…”

    “Мохнатая пизда, плюс вот эта волшебная округлость бедер, на которых нет полоски трусов.”

    “Мама с бабушкой, мистики голопиздые,”

    Ну, и так далее. В общем, всё впечатление сведено на нет. Решила поставить 5 баллов за стилистику, а другие пять, оставшиеся до “десятки”, начисто срезаны вот этой самой “пи…дой”. Уж не обижайтесь, автор, но осадок после прочтения остался не ахти. Кстати, прочла я примерно одну треть, а далее просто отпало желание.

    2
  7. Рассказ зацепил. Нет, не зацепил – встряхнул! Давно не читал такого! И несмотря на обильное присутствие ненормативной лексики, чувствуется глубокое уважение к русскому языку и виртуозное владение им. Алиска… да, весьма манящий образ! И очень реалистично описан. И имя удачно подобрано! И аналогия с Алисой Селезнёвой лично мне близка и понятна. Да… я ведь тоже вырос на этом фильме. И тоже помню, как меня штырило от этой девочки с кукольным личиком! А в одной из серий ей, спасаясь от пиратов, пришлось сбегать из больницы. Для этого она исполнила сальто и перемахнула через высоченный забор. Платье в прыжке на ней тогда задралось, и вся страна увидела её попку в белых трусиках… Ухх!.. меня в последствии так не вставляло ни от одной порнухи! Ну… я ведь и сам тогда был школьником, есличо… 🙂 В общем, спасибо, автор, и за рассказ, и за навеянные воспоминания!

    0
  8. № 2 Страна Чудес

    Грамотность
    Читать добротно написанный текст всегда приятно. Не спотыкаясь на ошибках, можно все свое внимание уделить истории, погрузиться в нее. За это уже можно давать пять баллов из десяти. Придраться практически не к чему. Это либо опыт, либо вычитка. В любом случае, только за грамотность хочу выразить автору свои благодарности.
    Однако в силу выбранного стиля небольшие замечания все же есть.
    Во-первых, недостает все-таки нескольких запятых. Следует обратить внимание на обращения и перечисления.
    И во-вторых, это опять же числительные цифрами, как и в первой конкурсной работе. Это все-таки художественная литература, дорогие авторы! Даже если отбросить в сторону возможные претензии к степени художественности, все мы рассказываем свои истории, а не составляем под диктовку конспекты о жизни Пал Степаныча.

    Повествование
    Повествовательный стиль выглядит довольно органично. Некоторые слова и фразочки настолько емко передают персонажа, что во время чтения не возникало никаких вопросов.
    И все-таки без «но» не обошлось. Хочется быть объективным, но от субъективности никуда не деться. Вроде технически в рассказе все хорошо, но мне, как читателю, не все в повествовании показалось гармоничным. Возможно, автор уже отвечал по этому поводу, но я таки выскажусь.
    Первое, что смущало, это постоянные реплики рассказчика в сторону и реплики слушателей, порой некстати вклинивающиеся в историю. К слову сказать, рассказчиков тут двое, что тоже порой вносит толику сумбура, поскольку они оба повествуют от первого лица. К тому же безымянный молодой рассказчик (назову его просто Я) – большой любитель перебивать.
    Понятно, что рассказ Пал Степаныча это стиль в чистом виде – читателю предоставили разговор во время пьянки. В аудиоформате это было бы незаметно, однако, читая с листа, я постоянно спотыкался на этих моментах. Возможно, следовало каким-то образом отделить воспоминания от основного действия.
    Второе, это нецензурщина. Мат в литературе – довольно тонкий лёд. Обоснованность его в данном рассказе лично для меня под большим вопросом.
    Да, рассказ от первого лица. Да, лицо это в состоянии алкогольного опьянения. Да, разговор ведется о событиях большой важности для рассказчика. Да, немолодой рассказчик и, надо признать, персонаж довольно колоритный.
    Но при всем при этом ГГ – преподаватель. Его собутыльники – собственные ученики. И разговор все же не о простом курортном романе, а о собственной жене, которая родила тебе ребенка.
    На мой субъективный взгляд все это друг с другом как-то не вяжется, поскольку остальные персонажи почти не раскрыты. Что тянет за собой шлейф вопросов к сюжету.

    Сюжет
    А вот и они, вопросы.
    По какому-такому поводу преподаватель бухает со своими студентами у себя же дома? Сява и Я в рассказе вообще темные лошадки. О них, кроме того, что одного зовут Сява, и что оба они студенты Пал Степаныча, ничего неизвестно. Посему считаю вопрос вполне актуальным. За этим вопросом сразу другой.
    С какой это радости Пал Палыч начал делиться подробностями своей интимной жизни со своими студентами? Скажете, пьяный был. Скажете, похвастаться хотел, ибо уже не молодой. Но это же ЕГО ЖЕНА! Его молодая красивая жена, черт возьми. У меня просто в голове не укладывается, учитывая все подробности, которые он выложил студентам, и еще в каких выражениях он это сделал. Как парни после этого рассказа на нее смотрели вообще? Как ему самому потом было перед ней, зная, что он вот так вот разбалтывает их историю?
    Кроме, собственно, Пал Степаныча, персонажи толком и не раскрыты. Ну, может Алиса, Алевтина, Аля. В самой истории, имея три имени, она и предстает едва ли не как набор разных персонажей, выбирайте любую по вкусу. То загадочная красавица-жена Степаныча, то юная девица школьница, то подросток, то обритый бес, то фурия, разгоняющая пьянчуг. Но не ее мать, не бабка, не студенты, не ее первый любовник, не ее первый ребенок…
    И секс в грязи глубиной по колено, сомнительное удовольствие, на мой взгляд.

    В итоге
    Многообещающее название, да только вместо Страны Чудес я попал в Страну Диссонансов, которая оставила меня в растерянности, как же воспринимать данную историю. Субъективно – не понравилось, совсем. Объективно – потенциал у рассказа есть, но не раскрыт.

    3
  9. Красивая история, хватает и эмоций, и детального описания. Образ девушки сразу понравился, пришлось удивиться ее указанному возрасту, но потом в тексте все нормализовалось)
    С использованными выражениями – интересная ситуация. Иногда они смотрелись к месту, а иногда – не очень, но сам автор всегда лучше знает, что он хотел сказать.

    0
  10. Тоже поставил баллы исключительно за стилистику. Не знаю, как кого, но мат – перемат совсем отбил желание дочитывать до конца. Чем хоть все закончилось? 😉

    1
  11. Рассказ мог быть очень хорош. Написан хорошим, связным языком, легко читается. Сюжет вполне имеет право на существование. Но … Что испортило впечатление от рассказа:
    Во-первых, конечно, мат. Он ужасно портит повествование, а смысловой нагрузки никакой не несет. Ну ради чего он в рассказе? Показать, что сидят и разговаривают подвыпившие мужики? Так об этом в начале истории и так сказано. То, что мужики, выпив и сидя в своей компании, употребят крепкое словцо и так очевидно. А вот то, что интеллигентный человек станет в подобных выражениях описывать внешность юной девочки, впоследствии ставшей его любимой женщиной, и свою первую близость с ней выглядит неуместно. По меньшей мере! Это больше грузчику с неполным средним образованием присуще.
    Во-вторых, искусственное затягивание истории. Для чего было описывать три летние сезона? Что бы изменилось, если бы эта парочка подружилась первым летом, переписывалась, скучала, а при следующей встрече не удержалась от страсти? Да ничего абсолютно. За год девочка повзрослела, созрела и т.д. Вперед и с песней. Но автор сознательно накручивает эмоцию, заставляя героев ходить непонятно зачем по третьему кругу. И рассказ от этого становится не динамичным, а скучным. У ГГ плавки уже в первое лето рвались. Что изменилось для читателя во второе лето? По сути ничего. Тогда зачем оно в рассказе нужно?
    Ну и еще кое-какие мелочи «отяготившие» рассказ. Зачем, например, нужно было брить девушку наголо? Что это дало для повествования? Рассказ слишком короткое произведение, чтобы отягощать его ненужными деталями. Если девушку побрили, то значит это зачем-то нужно. Пусть ГГ хоть бреется, отражаясь в ее макушке.
    Удивило еще и поведение ГГ в момент близости. Зеленый пацан подумает, как бы девчонка не залетела. А тут взрослый мужик, который девочку едва ли не боготворит, к ней столь пофигистически относится?
    В общем, рассказ в начале обещал быть лучше, чем получился. А жаль.

    4
  12. Отзыв на рассказ №2 Страна Чудес

    Пожалуй, пора открывать свой личный ТОП рассказов этого конкурса, чтобы к концу было легче ориентироваться с выбором победителей. И начну этот ТОП с рассказа «Страна Чудес».

    Владение языком у автора на высочайшем уровне! Образы, вышедшие из-под его пера, выпуклы, органичны и самобытны. Невольно возникает параллель с Набоковской Лолитой – не только из-за схожести темы вожделения старым молодой, но и благодаря образности, точности, сочности языка. Поймал себя на мысли, что автор написал так, как Набоков не посмел, хотя Гумберт Гумберт наверняка переживал те же страсти и томление плоти.

    Автор умело нагнетает желание обладания юным телом, растягивая его на годы и, вероятно, растянул бы ещё на больший срок, но конкурсные рамки не позволили этого сделать. Вспомним, сколько времени длилось описание мучений и мечтаний Набоковского героя, прежде, чем ему посчастливилось овладеть телом юной Лолиты? Сто пятьдесят страниц!

    И должен ещё отметить к чести автора, что соитие, которое он описал с Алисой, даст сто очков Набоковскому акту любви, которого, собственно… и не было, кроме упоминания вскользь.
    Секс в грязи описан столь сочно и образно, что я, признаться, сам заскулил, читая это, потому что никогда не испытывал подобных переживаний, а так хотелось! Как и большинству, полагаю, мужчин – за женщин отвечать не берусь, это другая Вселенная.

    Редкий случай, когда мат в тексте столь органично вписан в канву повествования! Это просто Ода Пизде! В авторском исполнении это сильное, мощное слово звучит не похабно и унизительно, а с великим почтением и уважением к самому тайному и вожделенному органу мужчин.
    Правда, справедливости ради должен отметить, что иногда автору изменяло чувство меры: упоминание собственного детородного органа героя, как «хуище» коробило и резало слух, сваливая текст в пошлость и скабрезность. Мистический дух Пизды, как начала всех начал – да, но «хуище мой не рвал плавки» – ни в коем разе. Да и выражения одесских портовых грузчиков, используемых в беседе преподавателя со своими студентами, не оправдано никакими алкогольными возлияниями и только портят этот замечательный текст.

    Что же мешает мне поставить высший балл этому великолепному образчику русской словесности, несмотря на то, что этот рассказ уже в моём личном топе?
    Есть у меня для автора жирная фига в кармане, которая бочкой дёгтя топит все медовые прелести этого неординарного произведения.

    Нет, это не лысая героиня: допускаю, что образ лысой девушки, это просто личный фетиш автора, который удачно обыгран ритуалом посвящения во взрослую жизнь. Дело совсем в другом.

    К сожалению, эта ошибка, намеренно допущенная автором, разрушает весь рассказ, который рассыпается, как карточный домик. Более того, автор и не считает это ошибкой. А зря. Потому что возникает диссонанс между горячим описанием соития с девушкой в любви и согласии, и нынешним отношением героя к Алисе-Алевтине, как к жене: ведь он её совершенно не любит и, главное – не уважает.

    Редкий любящий мужчина рассказал бы в таких интимных подробностях о сексе с собственной женой посторонним слушателям. Но поверить в то, что об этом рассказал преподаватель собственным студентам? Да и ещё про девушку, которая сидит с ними каждый день в одной аудитории на занятиях? Вы вообще за кого меня принимаете?! Что я в эту историю поверю? Да никогда в жизни!

    Это ложь, не соответствующая никаким моральным ценностям и здравому смыслу, и никакой попойкой не объяснить или оправдать столь омерзительное поведение главного героя. Какой смысл так красноречиво рассказывать своим студентам о знакомстве с женой, романтизируя её образ в их глазах, если назавтра это грязное бельё будет перетряхивать весь институт? Как дальше учиться Алевтине в этом ВУЗе, если все студенты и преподаватели будут знать пикантные подробности её сексуальной жизни и мусолить её пизду?

    Так и хочется воскликнуть автору: «Вашу б энергию да в мирное русло!»

    5
  13. А вот этот рассказ меня зацепил, хотя признаюсь, как автор – сам очень редко читаю других авторов. Но тут таковы условия конкурса, что нужно вылезти из кокона и соприкоснуться с чужим творчеством. Понравилась форма подачи, с юморком видавшего жизнь мужика перед “салагами” (вспомнилась своя курсантская юность, когда такие-же преподы, вместо нужной лекции по скучному материаловедению рассказывали байки из своей жизни с юморком и острыми выражениями, вроде : “он посмотрел на меня, как хуй на бритву”). Извиняюсь – отвлекся. Итак, рассказ. Мне понравилась душа в нем, некая нотка печали в начале – сожаления главного героя, что не его это девушка, проблески философии, вперемешку с крепкими словцами, которые рассказ не портят, хотя не всегда в других рассказах они бывают к месту. Усомнился в возможности физиологически кончить 4 раза подряд почти, но может и такое бывает! и конечно не понравилась лысая девушка, вот этот штрих мне не понятен и осел осадком при прочтении. Может автор намеренно ее обрил т.к. намеревался во время секса вдавить в глину, чтоб одни глаза блестели, тогда кончено да, представляю во что превратились бы ее густые космы! Скажу так, этот рассказ из тех, читая которые не обращаешь внимания на мелкие недочеты, нереальность событий или что-то еще, т.к. полностью захвачен и увлечен сюжетом. У меня было так, на одном дыхании! Браво автору и дальнейших творческих успехов. (p.s. когда мы снимем маски, я буду Вас читать еще)

    p.p.s и вот эти сочные описания женских прелестей, такие небанальные, аппетитные, как вишенки на торте! Как авторский десерт! Ахх!!!

    2
  14. Словом автор владеет – даже чересчур. Вот только занесло его на поворотах: он совершенно не подумал о том, что его рассказ могут читать женщины. Меня, например, совершенно не вставило использование лексики арго в рассказе. Скажу вам по секрету: этим матом вы постоянно сбивали возникающее возбуждение от некоторых вкусных моментов, что, в конце концов, совершенно убило какое-либо желание читать этот рассказ дальше.
    Всё хорошо в меру. Вы эту меру, на мой взгляд, нарушили и перешли черту, отделяющую литературу от порно поделки. Представьте себе, и в этом жанре можно писать настоящие художественные вещи. У Вас бы точно получилось, имей вы чувство меры и вкуса. Но не в этом рассказе.

    1
  15. Отличный рассказ испортило неуемное использование ненормативной лексики. Упоминать пезды в рассказе про страстную любовь, такое себе решение. Я понимаю, когда нехороший человек батарею на ногу уронил, тогда уместно ввернуть крепкое словцо, но не в описании любимой девушки, которую желал не один год. Если рассматривать мотивацию героя через эту грубую и хамскую призму, то ему не стоило ждать так долго, мог бы запросто пригласить проститутку с любыми видами мохнаток и причёсок – хоть лысую! Любой каприз за ваши деньги. А этот толстопузый скупердяй-матерщинник решил и рыбку съесть и бабло сэкономить. Пфуй.

    1
  16. Рассказ очень понравился, произвел сильное впечатление.

    1. Что особенно понравилось

    Да что вы знаете о безумной страсти, молодежь?

    Я действительно прочитала рассказ о настоящей “безумной страсти” зрелого мужчины к юной девушке во всех её проявлениях, и не только об этом.
    Безумное вожделение, с которого началась история, любование красивой юной девушкой – от “нежной школьницы”, “щеночка с телом Венеры” (потом упоминался “щеночек с лицом Венеры”), до Венеры, а затем и Венерой с головой древнего демона, и даже Венерой – “лысой свинушкой” и “свинкой в грязи”. Она нравилась ему вся и любая, и любая была красива и желанна. Это не просто похоть и желание молодого женского тела мужчиной “в самом расцвете сил” – уже здесь прочитывается начало влюблённости.
    Далее мы читаем о развитии чувств – герой узнал девушку как личность, она стала интересна ему не только как объект сильной сексуальной страсти, а и как интеллектуальный собеседник, стала дорога как друг (он даже называет её “лучшим другом”). Очень комплексное отношение, в котором и бешеная страсть к юной красавице, и нежность “взрослого друга” на грани отцовской. Некая сложная смесь чувств, когда упоминается, что герой, не имея своих детей, как бы получает то ли младшего друга, то ли “взрослого ребёнка”.

    Несмотря на все “сиськи”, “пизды” и “хуища” (об этом позже), на яркие описания животного влечения к красивому молодому телу (что естественно и очень знакомо), прочитывается огромная нежность героя к Алисе-Алевтине, трепетное и в своём роде романтичное отношение к ней.
    Описания восхищения “сисястым духом похоти” великолепны и мне не показались похабными, несмотря на лексику. Есть ещё мысль, что Пал Степаныч немного намеренно не говорил вслух о “высокой любви” и не делал много акцентов на чувствах в области сердца, учитывая имеющуюся “молодёжную аудиторию”, которой он эту историю рассказывал в один из сеансов совместного бухания (про это тоже будет).
    Но как сказала выше, из описаний всё же прочитывается, что вожделение и похоть были смешаны с глубокими романтическими чувствами, зародившимися гораздо выше “хуища” – в душе, сердце и мозгах героя. “Химия”, электричество и магнитное притяжение героев – что важно, с обеих сторон! – переданы замечательно и при прочтении чувствуются чуть ли не кожей.

    Я не соглашусь с комментатором выше, что три года встреч слишком много – именно сочетание не слишком долгих личных встреч с “голой-голой-голой” Алисой и долгая переписка с ней помогают понять развитие отношений.
    Во время “пляжных” встреч Пал Степанычу “срывает крышу”от вожделения и желания к Алисе, он видит влечение с её стороны, но он знает что “низзя” (18+, иначе рассказ будет противозаконен) и намеренно занимается самоограничением во время заплывов, и в этом некая упомянутая трепетность. За этими встречами следуют долгие периоды переписки – общения двух интересных друг другу людей, развивающиеся чувства, влечение душ

    Образ Алисы-Алевтины выписан великолепно, она прекрасна внешне, безумно сексуальна, чувственна, умна, развита и целостна как личность, абсолютно понятно почему от неё “срывало крышу” во всех отношениях.

    Колоритные образы мамы и бабушки тоже живые, узнаваемые и преподаны с хорошей долей юмора. Как и отношение Пал Степаныча к их чуднЫм, на его взгляд, приверженностям и действиям.

    Апофеоз – слияние Пал Степаныча с Венерой -“духом песка моря и… секса” в глине – прекрасен и восхитителен. Так можно описать, только пережив подобное слияние. То, что это не просто “акт плотской любви”, а истинное слияние тел и душ, нечто гораздо большее, чем просто секс, это была интимная близость во всех отношениях, вершина чувственности, понять могут читатели, пережившие подобное – полное ощущение потери себя в другом, абсолютное выпадение из реальности. Сцену я увидела не как порно, а как чувственную эротику и нечто гораздо более значимое и духовное, чем безумная животная страсть (ну, вот так я прочитала).

    С одной стороны, смутило то, что герои не задумывались о последствиях, когда он продолжал наполнять Алису своим семенем. С другой – описано, что он был “не он”, находился за гранью реальности, как и она, мозги отключились и всё исчезло, кроме их единения, острого желания быть единым целым. Ему хотелось её целиком, по-настоящему. Остались мужчина и женщина и естественный ход совокупления, животной страсти, плотской любви и намного большего, но без социальной компоненты в виде мыслей о последствиях. Понимаю эту историю и не буду опускаться в стандартные рассуждения взрослого человека об ответственности за последствия – взрослых “социально ответственных” людей там уже не было, это были другие существа. Добавлю свои предположения и домысливания, что он – при отсутствии семейных обязательств и собственного ребёнка – подсознательно (подчеркиваю – подсознательно) хотел видеть в ней мать своих детей – учитывая вышесказанное отношение к ней. И с её стороны это было взаимно.

    2. Очень понравился стиль – сочетание коротких рубленых предложений и красочных метафорических описаний, стиль динамичный, яркий, погружающий читателя в живую историю с живыми персонажами. Никакой искуственности в повествовании рассказчика я не почувствовала. Читалось захватывающе, на одном дыхании.

    3. Насчёт обильного применения “обсценной лексики”(с).
    Я в своё время сама негативно высказывалась про “обсценную” лексику и её использование в рассказах, но потом у меня были дискуссии по этому поводу с разными товарищами. И я приняла точку зрения, что если её присутствие гармонично и она на месте – она помогает восприятию событий в произведении.
    Возможно, её могла было быть меньше, но герой не в университетской аудитории, “подшофе” и вообще она звучит естественно, словно один из языков, на котором он свободно говорит.
    Более того, Пал Степаныч сам объясняет сакральность слова “пизда”, и ему в этом веришь. Учитывая остальные описания Алисы, восхищения нею, её “пизда” отнюдь не звучит, как “пизда” устами быдла из подворотни в отношении уличных девушек: это получаются совершенно разные “пизды”.

    Дальше мы уехали. Я в Питер, она к себе домой.

    Еще интересная деталь. Мне рассказывали, что Питерские интеллигенты вполне могут себе общаться с использованием подобной лексики и ничего в этом плохого не видят. У меня такого опыта общения не было, но я склонна верить, почитав некоторую очень известную литературу, довольно известный в своё время Удафф.ком и малоизвестные рассказы на другом сайте.

    Коротко – претензий к нецензурным словам у меня нет. Как уже сказала – онивполне на месте, вписываются в контекст и помогают раскрыть образ героя. В том числе, его отношение к своему “хуищу”. Не просто “хуй” – “хуище”! Это как бы тоже показывает его огромную важность и значимость, однако когда необходимо – он укрощаем моральными принципами героя.
    Кроме того, понравилась самоирония Пал Степаныча, его самовосприятие, адекватное понимание ситуации “сорок три и шестнадцать”, отсутствие откровенного самолюбования и описание борьбы со своими “низменными” желаниями.

    4. Мне тоже было немного странно читать, как сорокашестилетний препод рассказывает своим студентам про прелести своей жены и их сокурсницы по совместительству. НО! Его целью не было голое хвастовство: он рассказывал историю о настоящей безумной страсти и наверное можно сказать Любви зрелого Мужчины и Юной Женщины как противопоставление обычным поверхностным отношениям и ничего не значащим сексуальным связям, обусловленными гормонами и простым сексуальным влеченем. Он хотел рассказать о том, что бывает всепоглощающая страсть, которую не всем дано пережить. А рассказывал так, как умеет – особенно учитывая влияние алкоголя.

    5. Про бухание человека, пережившего инфаркт. Вписывается в образ героя, придаёт острую реалистичность истории и категорически не нравится. Он теперь не один, на нём студентка с маленьким ребёнком. Надо бы поответственнее. Надеюсь, что проезжавшая в конце “скорая” была не за ним, а если за ним – то его спасла.
    Вообще вспомнились все трагические истории алкоголиков от Модильяни до Высоцкого и теперь Ефремова, но рассказ не об этом.
    Хотя последний аккорд со “скорой” возвращает нас из Страны Чудес в Страну Реальности.

    Спасибо Автору за великолепный рассказ, пережитые при прочтении эмоции и прошу прощения за длинный неструктурированный сумбурный отзыв.
    Когда рассказ вызывает сильные чувства – плохо получается складывать впечатления в слова.

    Автору браво и удачи в конкурсе!

    3
  17. Я не критик Я всего лишь хочу попробовать описать свои ощущения от прочитанного То что автор владеет словом и не просто владеет а именно мастерски выкладывает вкусно для читателя сомнений не вызывает ни у кого
    И так Читаю и понимаю что мне что-то нравится а что-то не очень – (мягкое обозначение)..Страна чудес – Питер это Культурная столица И там ИНТЕЛЛИГЕНТНЫЙ человек как бы он не изъяснялся всегда им остаётся Здесь же на мой взгляд это не преподаватель – Это БОСОТА из маленького дворика Где за пузырём шмурдяка он пытается учить салаг
    Лик юной Алисы прорисовывается неким солнечным и ярким человечком которого привезли на заклание Бабушка и мама По иному не назовёшь их действия Все действующие персонажи безликая масса Что бабка с мамкой Что эти два собутыльника “студента” СЯВЯ и еже с ним безымянный Ну да бог бы с ними О чём этот рассказ? – спрашиваю себя и отвечаю НЕ О ЛЮБВИ какой там Обычная похоть старпёра по отношению 16ти летней девчонке Автор нас как тот Моисей три года водит кругами по морскому побережью Сам в плавках а остальные нагишом Мачта сначала выпирала а потом всЁ штиль безнадёга и просто плаванье О какой любви может быть речь если в самом начале звучит ПО ЗАЛЁТУ однокурсница ДААА он там столько на сливал своего семени что и пенЁк родит Результат перетрах и инфаркт А Алиска понесла. Вот честное слово её образ мне вначале очень нравился благодаря этому вся эта история сглаживая углы превращалась в ярко-золотистый прозрачный шарик для украшения ёлки А затем проявилась действительность
    – Не знали, что инфаркт у него, да? Тупые, да? А ну марш отсюда, олени! До трех считаю! Раз! Два!..
    Бабах этот волшебный шар из страны ЧУДЕС лопнул, взорвался изнутри Проявилась АЛЕФТИНА -ну никак не Алиса Сравнивать ее с Гостьей из будущего Это полный бред Ничего общего там Селезнёва пионерка а стало быть нет 14ти Тут стадии становления повышенная растительность на лобке И наверное только поэтому)) автор называет это ПИЗ..Й Это еще ребёнок и у неё по определению это всего лишь писечка )))…затем ей автор спустя год делает интимную стрижку По всей видимости чтобы не отличалась от своих старших дам -Тоже огромный подарок для читателей Сами приезжают на пляж за приключениями на все интимные точки и в довесок везут юное создание приобщить к тому же Это что своеобразная семейная традиция ВЫ зачем ее наголо побрили? Девушка пол года КАК (заметьте) В БАНЕ с ВЗРОСЛЫМ МУЖИКОМ а они ее во взрослую жизнь переводят ПОлный абсурд (Хотелось бы узнать а в баню то она к мужику энтому как попала)
    Уважаемый автор Вам огромное спасибо! К тому как Вы пишете претензий быть не может Описываете сцены просто великолепно Я бы наверное ни за что не полез заниматься сексом в такой глиняной среде) однако читая представлял и мне стало интересно Весело невероятно НО интересно…Мат отдельная история Здесь он напрочь не нужен был Разве что подчеркнуть какая дрянь сей”преподаватель” Ни на грамм не любящий СВОЮ женщину Ему было приятно трахнуть молодуху От перевозбуждения (3 года всё же обхаживал) там дорвавшись изливался сколько было сил и возможностей о сердечного приступа Казалось бы Вот оно твое юное счастье ВЫЖИЛ ты получил не просто Алису а и ВАШЕГО ребёнка – А он за столом распивая горячительные напитки со своими “студиозами”-(Шпаной дворовой судя по изъяснениям) Рассказывает как и что Это о родной “ЛЮБИМОЙ” супруге … Читать второй раз я не возьмусь сие повествование Послевкусие не самое приятное И это вина самого автора Так стремились угодить всем слоям читательской аудитории что испортили хорошую вещь Повторюсь ЭТО моё мнение как человека прочитавшего сей рассказ Если я не прав то это мне считается Огромное спасибо за участие в конкурсе и за Ваш труд! Удачи!

    2
    1. Страна чудес – Питер это Культурная столица И там ИНТЕЛЛИГЕНТНЫЙ человек как бы он не изъяснялся всегда им остаётся

      Андре, “культурная столица” про деревню на болоте имя который Петербург это миф. Культурных людей там не в избытке. Зато в избытке отмороженных расистов и клоунов,которые искренне считают, что все остальные Сити постсоветского пространства им и в подмётки не годятся.
      Что мне нравится в Питере так это центр города и некоторые особенности тамошней индустрии развлеченмй, в том числе противозаконные. Плюс в отличие от Москвы город лёгкий и доступный. По цене и доступности гостиниц и вообще жилья так не так как в Москве. Можно найти комфортабельную гостиницу в центре города по цене московской общаги с крысами в получасе езды от метро.
      Но к тому, что это “культурная столица” сами адекватные петербуржцы относятся с иронией.)

      2
      1. Игорь Меньше всего я бы хотел спорить на эту тему Я исхожу из своих знаний и общения с друзьями плюс как человек совковский)) Расистов везде за гланды И у них свои вывихи в чердачной области И да Как для Питерцев и Москвичей вся Россия заканчивалась за углом их собственного дома или района)))Это мне тоже хорошо помнится еще с тех Советских времён Но здесь – в своем комменте я хотел лишь подчеркнуть интеллигентность и порядочность человека и полная противоположность с этим ГГ

        2
        1. Расистов в восточной европе везде за гланды это точно. Однако именно в Питере появмлась самая отмороженная их группировка которая умудрилась убить восьмилетнюю таджикскую девочку (!) И впоследствии гордиться этим в своих самодельных журналах. Девочку звали Хуршеда Султонова, а группоировка “БТО Боровикова Воеводина”. Это все легко гуглится, если есть желание почитать или посмотреть про них. В силу некоторых причин кому как не мне знать, что этот город всегда считался самым опасным для людей с неславянской внешностью. Правда это было больше на рубеже веков, сейчас стало попроще. А уж какой расизм у фанатов зенита. Их по этому показателю из постссовка может обогнать только Торпедо, но с них меньше спрос так как их мало, плюс положение их команды предусматривает минимум иностранцев в составе. На эту тему можно долго рассказывать в Питере есть много таких организаций.
          А по поводу гг -автор описал его странно и нелогично на мой взгляд. Стал бы малознакомым студентам препод так рассказывать о своей жене? Где это видано, где это слыхано… На старпера он по возрасту никак не тянет- не средние века все же, 40 с небольшим не возраст. Но возможно злоупотребляет поэтому и инфаркт и выпивушки со студентами.))

          2
          1. Игорь Старпёр по отношению к 16ти летней Алисе я имел в виду)))))Вот псть меня из рогатки евойная бабушка меня расстреливает А только не может нормальный препод интеллигент да в таком ключе трепать про супругу Ну или она ему до лампады Хотя понятно что и при этом должен был бы быть неадекват полный А по его манере и описанию Так вроде всё как у людей Какая-то нескладуха получается Будто два разных человека в одном

            1
            1. Да, я тоже считаю что его странно и нелогично автор описал. Че к чему… Хотя может и вправду такой герой был, в жизни всякое случается и это на основе реального прототипа. Но это очень маловероятно.
              Для 16 летней – не старпер. Исторически такими браки и были, это сейчас все перевернули с ног на голову и считают педофилом любого, кто с юной девой затевает будучи ее старше. Ладно бы речь шла о 13 летней, но тут первое сношение вообще в 18 лет.

              1
                  1. Ну она была юной А он царский офицер И она из сословия За что и страдали)) В великую отечественную дед добровольцем ушел рядовым дошел до Германии Вернулся без руки и 10ку отмахал как бывшему В старости еще и косил траву одной рукой и с поясно-плечевым приспособлением )))Ну та нет его уже и бабушки нет И отца с матушкой Время шелестит))

                    2
  18. Если совсем коротко и цинично: старый козёл любил свежую морковь. Но это если совсем цинично и коротко.
    Что понравилось: история написана с чувством, прямо сочится между строк необузданное желание, – это не так просто как кажется. Прочиталось легко, в общем-то с удовольствием, – языком автор владеет, язык у автора складный и он умеет в него заворачивать свои мысли и эмоции, это всё в плюс. Сюжет – присутствует, складен и, – чего в жизни не бывает, – на мой взгляд даже правлоподобен.
    Что не понравилось: Мат. Автор его логически обосновывает подводит теоретическую базу, но на мой вкус – многовато. Возможно это такой авторский приём, чтобы передать атмосферу суровой мужской пьянки – не знаю. Я во всяком случае при посторонних о собственной Любимой Женщине в таких выражениях говорть бы не стал. Но это может быть оттого что я непьющий. Можно упрекнуть автора в том, что он слишком подробно останавливается на своих любимых фетишах – как по мне это его, автора право. Можно поговорить о том насколько приятен, удобен и гигиеничен половой акт в воде и тем более – в прибрежной глине на самом деле. Если всерьёз вштырит это всё – не препятствие.
    В общем: хорошо. Не бесспорно, но хорошо, может быть даже отлично, пусть во-многом не в моём вкусе. Отдельное спасибо автору за хороший конец истории, я переживал за героев, честно.

    0
  19. Бабушка самолично стащила с нее трусы – чтобы тело дышало, чакры раскрывались. Она в какую-то индийскую хрень верит, медитирует в позе лотоса, пиздой нараспашку. Все это я уже потом узнал, когда познакомился с ними.

    Сразу видно- истинный Невоградский интеллигент, такие и поднимают с колен российское образование. И я щас не про обсценную лексику- а про “индийскую хрень” название которой за четвертый год отношений он узнать так и не сподобился. Кстати не совсем понятно, что это за “хрень”. Кришнаиты вроде по нудизму не фанатеют. Некая секта для белых связанная с йогой? Не мешало бы, чтобы автор рассказал,что он имеет в виду.

    0
    1. И я щас не про обсценную лексику- а про “индийскую хрень” название которой за четвертый год отношений он узнать так и не сподобился. Кстати не совсем понятно, что это за “хрень”. Кришнаиты вроде по нудизму не фанатеют. Некая секта для белых связанная с йогой? Не мешало бы, чтобы автор рассказал,что он имеет в виду.

      Я не Автор, если что, и не имею понятия, кто Автор сего творения.
      Первое. Для некоторых мужчин запомнить про “индийскую хрень” – это прям наука. Это мы, женщины, знаем детали спорта, которым вы занимаетесь; мы помним точно любимых производителей рубашек и в какой марке какой именно размер нужен (из одного и того же размера) – “comfort fit”,”modern fit” или “slim fit”, поскольку они отличаются в зависимости от бренда (прошу прощения, наболело).

      По существу – насчёт нудизма и сект.
      Если занимаешься йогой, единение с природой является естественным элементом. Заниматься обнажённой при возможности, а тем более на природе – это естественное желание, а не выпендрёж, просто поверьте на слово.
      Не обязательно “фанатеть по нудизму”, чтобы при возможности выполнять асаны нагишом на пляже у моря – особенно, если это разрешено. Это ж так приятно! (У меня там ещё был отрывок воспоминаний из лета, но я его вырезала!)

      0
      1. У меня там ещё был отрывок воспоминаний из лета, но я его вырезала

        Напишите, хотя бы, на каких пляжах Вы единяетесь с природой?
        Вдруг это где-то у меня за углом.

        1
        1. Там такие маленькие пляжики, не один большой пляж. Даже не пляжики – так, небольшие местнчки, где можно уединиться … “за углом”. Попробую фото найти.

          Я там видела мужчин в позе лотоса с моря – плавала там по утрам. Как там в рассказе – женщины медитировали в позе лотоса “пиздой нараспашку”? Вот мужчины были тоже… “нараспашку”. Но на это нет акцента, ясно же -медитируют.

          1
        2. Там навес с лежаком правда только для обитателей определённой виллы, но именно там с моря я видела мужика, который медитировал “хозяйством нараспашку”, перефразируя Автора…

          1
      2. Думаете это все таки йога? Если йога-наш странно описанный герой рассказа бы это запомнил. Наверное.
        Насчёт того,что мужчины не запоминают названия практик не соглашусь. Это все же не дата свадьбы или день рождения тещи). Духовные практики в основном мужчины и придумывают.

        1
        1. Судя по описаниям в рассказе – йога или практики, близкие к йоге.
          То, что они для рассказчика Пал Степаныча так и остались “индийской хренью” – ну, такой он вот этот ГГ Пал Степаныч. Не скажу, что самыый симпатичный персонаж из всех рассказов, но не могу отрицать мастерство Автора, с которым он выписан.

          0
      3. “Заниматься обнажённой при возможности, а тем более на природе – это естественное желание, а не выпендрёж, просто поверьте на слово.”
        А кто считает это “выпендрежом”? Что за несознательный гражданин?

        1
  20. Отзыв на рассказ №2
    Поздно я взялся комментировать – практически всё уже сказали. Но надо значит надо.
    Рассказ, понравился, конечно. Бодро, ярко, свежо. Особенно приглянулось начало, когда, вместе с «салагами» ждешь, что вот-то «начнется», но дед постоянно обламывает. Удачно получилось. Концовка тоже хороша, несмотря на «скорую помощь». Все мы когда-то умрём, а герой явно ЭОЖ не увлекался и жизнь прожил яркую (а, может, еще и жив останется).
    Мат и брань сильно режут глаз. В контексте персонажа они вполне уместны, однако, в целом, можно было бы легко обойтись и без них. Произведение от этого не потеряло бы ровным счетом ничего. Но на всё воля авторская. В целом, плюс, конечно.

    1
  21. Очень ярко и харизматично! Своеобразный лексикон конечно режет глаз, но он, к сожалению, прочно вошел в нашу жизнь. Когда узнаю кто автор, хочу почитать еще его работы. Спасибо!

    1

Добавить комментарий