Рассказ №3 Первый мужчина

– Ой, как дурят нашего брата. В это люди верят. Смешно, – открыл сайт Ивана Завадовского.
– Ещё и деньги сдирает с наивных ослов и ослиц, – улыбнулся, откинулся на спинку кресла. – Да, классная у него работа доверчивый народ обманывать. Дамочки пачками соблазняются и радостно верещат, присоединяются к таинствам науки.
– На первом бесплатном занятии, – читал дальше, – ознакомлю с теорией эротического гипноза, физиологическими принципами. Почему в одних ситуациях работает, а в других нет.
– Ух и хитрый Ванька Завадовский, – смотрел на фотографию усатого мужчины с суровым выражением. – Одной бабе задурил мозги, поставил раком, и та восторгается учением, теребит пальчиками колокольчик клитора. Со второй не получилось, так Иван предупреждал, что может не сработать, сложная ситуация.
– Второе занятие тоже бесплатное, – увлёкся чтением. – Показываю технику выполнения эротического гипноза на слушательнице либо модели, если это единоличный тренинг или среди обучаемых женщин нет желающих. Занятие во втором варианте автоматически становиться платным. Оплата за модель.
– Молодец, здорово, – прочитал страницу. – Никакая баба добровольно не пойдёт на такой эксперимент перед зрителями. Женщина без вопросов заплатить деньги, пригласит проститутку, а та такое выдаст, что заставит мгновенно броситься в омут похоти и разврата. Умнейшая голова Завадовский. Молодец, ничего не скажешь.
– Наглядно покажу, как работает перенос эрогенной зоны. В частности, чувственные ощущения с клитора копируются на ушко, кончик носика или мизинцы на ногах по желанию слушательницы или заказчика.
– Ох и выдумщик, здорово заливает, – читал дальше. – Привёл бабу, заплатил и из неё сделали послушную сексуальную игрушку. Мужчина помял дамочке пальчик, и уже трусы сняла, задрала подол и раком стоит, ягодицы ладонями разводит, чтобы засадил мальчик в дырочку по самые помидоры. Смех, да и только.
– Установка постгипнотических внушений, работает на сто процентов во всевозможных вариантах. Например, включается песня или звучит кодовое слово, и женщина возбуждаться или даже испытывает оргазм, – восхищался амурными выдумками.
– При желании женщина становиться послушной игрушкой. Доходчиво объясняется принцип действия постгипнотического внушения, и заказчик обучается необходимым навыкам гипноза.
– Мужчина без труда овладеет этим, – последняя фраза заинтересовала, появилось желание познакомиться с умельцем.
– Возможно и правда у Завадовского такие способности, – мелькнуло в голове. – Есть то, во что нельзя поверить, но нет того, что не может случиться.
– А если в это поверить, то такое произойдёт.
Прочитал дальше и ещё больше убедило в необходимости встречи с ним:
– Объект воздействия выполнит что угодно заложенное при установке. Даже моральные и нравственные устои обходятся с лёгкостью.
– Женщина, которая ненавидит классический, анальный или оральный секс после первого акта, будет испытывать несказанное наслаждение. Никакая сила не заставит дамочку в последствии отказаться вновь испытать сексуальные ощущения. После каждого полового акта привязанность к мужчине возрастает, наслаждение усиливается.
– Оргазм под гипнозом – востребованный и скандальный тренинг на курсе. Доходчиво и в мельчайших подробностях обучу слушателя, как вызывать сильнейшее возбуждение и продолжительный оргазм у женщины. Мужчина станет полновластным господином самых непокорных и скверных представительниц слабого пола.
– Здесь нет никакого чуда или секретов. Обыкновенная техника гипноза, которую освоит любой человек. Для этого не нужен дар. Эту доступную методику раскрывать на страницах сайта не могу и не хочу. Желающие, посетите офис. После беседы и заключения контракта передам необходимые знания.
– Приобретение знаний стоило огромную сумму денег, но одарённые ученики обучаются бесплатно, – прочитал это и чуть не упал с кресла.
Об этом нельзя было даже мечтать. Теперь главная задача понравиться Ивану Завадовскому и обучиться навыкам эротического гипноза бесплатно, другого выхода на данном этапе жизненного пути не было.
***
Такой жестокой и злой женщины, как приёмная мать не встречал за короткую жизнь. Постоянный контроль вытягивал последние силы. Только в туалет ходил без материнского присмотра. Да и то часто грозно произносила, когда выходил оттуда, пристально смотрела, как удав на кролика, словно совершал недозволенное на унитазе:
– Почему так долго? Что там делал?
От пронзительного взгляда по позвоночнику пробегал лёгкий холодок, и виновато опускал глаза, чувствуя, что вновь хочется в туалет, ещё раз опорожнить кишечник.
– Книжки читаешь или онанизмом увлекаешься?
Глупо оправдывался, что-то лепетал, но женщина хмурила брови и недовольно бросала:
– Увижу – оторву яйца вместе с пиписькой. Ты меня понял …, мерзавец?
– Да …, мамочка …, понял …, – дрожал голос и на лбу выступала испарина.
Угроза не вызывала сомнения, если сказала, то оторвёт. Мать была выше на голову, в три раза шире и физически сильнее. От её оплеухи летел, как волейбольный мячик, ударяясь головой о стенку.
Единственным слабым местом у матери был алкоголь. После пары рюмок спиртного становилась покладистой, добродушной женщиной. У неё просыпалась любовь, лезла целоваться, но отрезвление было страшным. Порхал по квартире, как воздушный шарик, а мать наслаждалась, издевалась надо мной. Вот и сегодня не удачный день. Вчера до позднего вечера у неё сидела подруга, с которой выпили пару бутылок крепкого напитка.
– Сергей, – услышал грозный окрик из спальни и через секунду стоял перед ней по стойки смирно.
– Крепкий чай без сахара, – сонными глазами посмотрела на меня. – Принеси воды и пару таблеток аспирина.
Мгновение и протягиваю матери таблетки и стакан воды, а через пять минут – чай.
– К тёте Наташе сегодня обещала зайти, – недовольно пробурчала. – Приму душ, приведу себя в порядок и поедем.
– Такси на десять часов вызовешь, – бросила недобрый взгляд.
И через час сидели за столом у маминой сестры, которая тоже главенствовала надо мной, считала человеком низшего сорта. Сестрички опорожняли одну бутылку за другой, а я, как официант крутился вокруг них, исполняя всевозможные приказы.
– Неужели это будет продолжаться вечно? – терзал сердце вопрос. – Надо идти к гипнотизёру, может и правда поможет.
– Так дальше жить нельзя.
***
– Здравствуйте, – зашёл в кабинет, переминаясь с ноги на ногу.
– Молодой человек, проходите, не стесняйтесь. Чего стали у двери? – добродушно улыбнулся Иван Завадовский. – Присаживайтесь.
Сделав пару шагов, молча сел в кресло, напротив него.
– И что привело юношу в нашу фирму? – бросил вопросительный взгляд. – Тайные эротические мечты и фантазии?
– Да нет …, – безнадёжно вздохнул и выложил без утайки свои проблемы.
– Бедный мальчик …, – с сожалением посмотрел на меня, – … даже не знаю, чем помочь.
– Но и не помочь ни могу …, – продолжал размышлять Иван Завадовский. – Задал задачку.
Вдруг пристально посмотрел в глаза и спросил:
– А на что готов пойти?
– В каком смысле?
– В прямом, – улыбнулся гипнотизёр. – Я практикую эротический гипноз, и ты пришёл за помощью.
– На что угодно, – твёрдо произнёс. – Только денег нет. Можно в рассрочку?
– Ладно …, о деньгах не беспокойся, – улыбнулся гипнотизёр. – Для тебя бесплатно. Ты понравился, так что помогу.
– Но ещё раз спрашиваю – на всё согласен, чтобы коренным образом исправить ситуацию? – пристально посмотрел в глаза. – Не пожалеешь? Потом не будет претензий, ведь придётся перейти некоторые границы морали?
– Понимаю вас, – улыбнувшись, выдохнул. – Готов перейти любую грань и претензий не будет.
– Ладно …, после первого занятия можно отказаться, потом – нет.
– Согласен, Иван Эдуардович, – радостно посмотрел на него, уверенный на сто процентов, что принял правильное решение.
– Не будем тянуть кота за хвост, – встал Завадовский из-за стола и открыл дверь, предупредил секретаршу, – Лидочка, до часу приёма нет. С молодым человеком занятие.
– Первое, главный инструмент гипнотизёра – магнетический взгляд, – властно произнёс Иван Эдуардович. – Он вырабатывает такой взгляд при помощи комплекса упражнений.
– Ну и второе, особенно в нашем случае потребно культивировать чувство любви. Ощутить в себе любовь, стать источником. Создавать вибрации энергии любви вокруг себя. Плавать в море любви, наслаждаться ею, и чтобы это видели девочки, которых будешь подчинять.
***
Вчера вечером к матери приходила подружка, и с утра, начался кошмарный день. Вот о таком дне и договаривались с Иваном Эдуардовичем.
– Обязательно сегодня ехать? – тяжело выдохнула мать, приняв две таблетки аспирина, запивая водой.
– Да, – уверенно посмотрел на неё. – Сегодня последний день. Не заберём, приз пропал.
– Ладно …, – пробормотала, вставая с постели, – … уговорил. Приведу себя в порядок и поехали.
– Но смотри, – бросила грозный взгляд. – Если обманул …, шкуру спущу на барабан.
– Мама, разве когда-нибудь обманывал? – умоляюще посмотрел на неё.
***
Уже собрался выйти на лестничную клетку, как мать схватила за воротник куртки и затащила обратно в квартиру, словно паршивого котёнка, зло зашипев:
– Нет, так не пойдёт. Быстро переоденься.
Произнесла с таким суровым выражением, что бессмысленно было спорить. Мысленно выругался и пошёл в комнату переодеваться.
– Давай быстрей, – крикнула вслед. – Хватит спать на ходу и яйца чесать.
– Ничего, посмотрим, как через пару часов будешь разговаривать, – утешал себя, до конца, не веря в успех задуманного дела.
Не прошло и пары минут, как стоял перед матерью по стойке смирно. На женщине было чёрное, ниже колен, мешковатое платье, скрывавшее формы слегка полноватого тела. Тёмно-коричневые волосы, собранные в пучок, болтались сзади длинным хвостиком. Мать посмотрела на меня и удовлетворённо произнесла, надевая пальто, хотя одежда не сильно отличалась от прежней:
– Ну вот, другое дело.
***
Мать стояла у подъезда, нетерпеливо постукивая ногой, когда подъехало такси и распахнул перед ней заднюю дверь.
– Может подробнее расскажешь, куда едим?
– Мама, – тяжело вздохнул, – я же уже объяснил. Американская фирма провела розыгрыш продукции. Я участвовал и выиграл литровую бутылку дорогого виски, но приз не получил. Спиртные напитки гражданам до двадцати одного года не выдают по законам их страны. Должны забрать родители.
– А остальное узнаешь, когда доберёмся туда, – ласково, заискивающе улыбнулся ей. – Садись, поехали.
Мать пытливо посмотрела в глаза, на несколько секунд задержала свой взор, словно о чём-то раздумывала и села в машину, вызвав у меня из груди вздох облегчения.
– Да, если бы не терзал похмельный синдром вряд ли бы ты поехала, – с ухмылкой промелькнуло в голове.
Через двадцать минут мы сидели с ней рядом на стульях за столом у Ивана Эдуардовича в кабинете.
Он отрекомендовался официальным представителем американской фирмы и налил в три хрустальных стакана из разных бутылок, но я знал, что это далеко не виски.
– Ирина Тимофеевна, попробуйте, какой из напитков вам больше понравиться, таким и будет приз, – спокойно произнёс он.
Через пару секунд стаканы были пусты, мать с наслаждением опустошила их одним залпом.
– Не знаю даже, – кокетливо улыбнулась она. – Вкус изумительный. Никогда бы не подумала, что это виски.
– Как себя чувствуете? – пристально посмотрел ей в глаза гипнотизёр магнетическим взглядом.
– Хорошо …, – односложно выдохнула она и я почувствовал, что мать теряет контроль над собой.
Ещё совсем немного, какое-то мгновение и она погрузится в глубокий транс.
– Ничего не существует кроме моего голоса …, – властно разнеслось по кабинету …
– На счёт три вы погрузитесь в глубокий сон!
– Раз …, два …, три.
***
Мать сидела на заднем сидении автомобиля в распахнутом пальто. Приподнятый подол чёрного платья не скрывал красоту нескромно разведённых в стороны стройных женских ножек.
– Серёжа, секретарша отвезёт вас домой. Всё прошло отлично, – давал напутственный совет Иван Эдуардович. – Ирина Тимофеевна легко поддаётся гипнозу. Тебе повезло. Сейчас женщина в трансе. Вводить в это состояние можешь, когда захочешь. Проблем с этим не будет. Приедешь домой, положи мать в кровать, пусть отдохнёт. А после обеда претворяй в жизнь то, о чём договорились.
– Только не спеши, – лишний раз предупредил меня об осторожности, – чтобы не сорвалась с крючка. Делай постепенно, как тебя учил. Сначала откровенные поцелуи, потом нескромные ласки, затем …
– В общем пусть сама расставит ножки и тебя соблазнит …, а не ты. Инициатива должна исходить от женщины.
– Надеюсь понял, – пожал мне руку. – Ты мальчик умный, не будешь спешить и всё пойдёт как по маслу.
– Да, звони если что. Через недельку зайди, в субботу в одиннадцать. Расскажешь о результатах и начнём заниматься тётушкой.
– Спасибо, Иван Эдуардович.
– Пока не за что. Потом скажешь спасибо, когда получиться, как задумали.
***
– Ты меня слышишь? – спросил, садясь рядом с ней в машину.
Она кивнула и покорно, тихо произнесла:
– Да, слышу тебя Серёженька, милый мой мальчик.
Услышав такие слова, вздохнул с облегчением и положил ладонь на женскую коленку. Она спокойно отнеслась к этому и пальчики прикоснулись к внутренней поверхности бедра, медленно поползли вверх. Сердце сжалось, учащённо забилось и тут же появилась полная уверенность, что план сработает на сто процентов.
– Поехали Лидочка, – обратился к секретарше гипнотизёра.
– Не терпится? – усмехнулась она, вставляя ключ в замок зажигания, и мы тронулись с места.
***
Женщина находилась в трансе, когда остановилась машина на автомобильной площадке рядом с домом.
– Мама, сейчас тебя разбужу, и ты не будешь злиться. Чувство любви ко мне заполняет твоё сердце. Только произнесу слово «Спать!», вновь погрузишься в глубокий транс. Поняла?
– Да …, – односложно вымолвила она.
– Раз …, два …, три … проснулась, – властно, незнакомым голосом твёрдо произнёс.
Мать застонала, открыла глаза, глупо озираясь по сторонам. Тяжело выдохнула, поправила подол платье и застёгивая пуговицы пальто, тихо спросила:
– А почему мы дома? Который час, Серёжа?
Посмотрев на часы, улыбнулся и ласково произнёс:
– Второй час, мамочка.
– Разве не помнишь? Ездили к твоей подружке, и ты почувствовала себя неважно, попросила отвезти домой.
Она смущённо посмотрела на меня и молча вышла из машины, направляясь к подъезду.
***
Откинувшись на спинку дивана, закрыв глаза, мать сидела со спущенными на лодыжки колготками.
– Устала?
– Да, Серёженька, ужасная слабость. Не понимаю, что со мной, – открыла глаза и посмотрела на меня. – Даже колготки снять не смогла.
– Надо пару часиков отдохнуть, – улыбнулся ей, – и всё будет отлично.
– Давай сниму, – подошёл к ней, наклонился и слегка приподнимая ноги снял колготки с лодыжек.
– Какой ты чудесный мальчик, – как-то странно посмотрела на меня. – Как тебя люблю, если бы ты знал.
Улыбнулся женщине в ответ и властно произнёс:
– Спать!
Эффект был поразительным. Мгновенно, словно тряпичная кукла мать резко наклонила голову вперёд и закрыла глаза.
Приподняв голову за подбородок, посмотрел на красивые, правильные черты лица и промолвил:
– С каждым словом глубже погружаешься в транс. Воля покидает тебя. Без моего приказа не можешь пошевелить даже мизинцем.
– Слышишь меня?
– Да …, слышу …, – тихо выдохнула мать, шевеля пухленькими, ярко накрашенными губками, обведёнными чёрным контуром.
Улыбаясь, положил женщину спиной на диван, до конца не веря, что она полностью подчинена моей воле.
– Ты спокойна …, ничто не побеспокоит. Тело расслабленно и вяло, как у тряпичной куклы, – взял её за руку и приподняв, отпустил.
Запястье безвольно шлёпнуло по женскому животику. Она и правда была, словно тряпичная кукла.
С трудом повернул её на бок, расстегнул на спине молнию, стянул платье с плеч и вытащил руки из рукавов, обнажая женское тело до талии. И сразу же понял, почему мать носит мешковатую одежду — под чёрными ажурными чашечками бюстгальтера скрывалась грудь минимум шестого, а то и больше размера. Никогда ещё в такой доступной близости не видел этого чуда природы, чувствуя, как заныло внизу живота и трепетно забилось сердце.
– Успокойся, – начал утешать себя. – Делаешь всё постепенно. Ни в коем случае нельзя торопиться. Она сама изъявить желание …, уймись …, не спеши.
Но чей-то голос искушал:
– Ей же неудобно в бюстгальтере. Видишь, как впился в тело. Сними его и платье, женщине легче станет, в этом ничего страшного нет. Ты же не собираешься её насиловать.
– Ладно …, ничего плохого не случиться, – пронеслось в голове и стал расстёгивать крючочки широкой застёжки бюстгальтера.
Натяжение ткани ослабло и из чашечек вывалились великолепные белоснежные буфера с крупными коричневыми сосцами окружёнными тёмными ореолами сморщенной кожицы.
– Да уж, вот это да, – выдохнул, чуть не запрыгав от восторга увиденного, кладя лифчик на рядом стоящий стул.
Не существовало большего желания, чем прикоснуться к ним. Безумно ласкать, сосать, крутить соски, наслаждаться прелестями доступного женского тела. Я закрыл глаза, вспоминая, как на протяжении последних недель мечтал об этом, даже не догадываясь, какая непреодолимая страсть и искушение охватят, увидев это чудо природы в доступной близости.
– Она должна пару часов отдохнуть, – словно заклинание мысленно произнёс, отгоняя непристойные думы. – Сниму платье и пусть поспит …, а потом посмотрим …, что дальше делать.
Попытки снять через широкие бёдра платье не привели к успеху. После долгих мучений всё-таки удалось стащить его через голову.
Женщина лежала в одних трусиках, такого же цвета и с такими же ажурными узорами, что и бюстгальтер. А я стоял, как истукан, восхищался почти обнажённым женским телом, не отрывая от него взгляда. В голове что-то щёлкнуло и разум не предупредил, покинул меня. Член мгновенно набрал полную силу, выпирая бугром под тканью джинсов.
Не отдавая отчёта своим действия мгновенно снял джинсы вместе с трусами, выпустил на волю дрожащие от напряжения гениталии. Наклонился над полуобнажённой женщиной, начал снимать с неё трусы, совершенно не задумываясь, что это приёмная мать, грубо нарушая разработанный план.
Женские трусики были в моих руках, а зрелая, доступная сучка абсолютно голая спокойно лежала передо мной. В голове не было мысли, что это приёмная мать, а я – приёмный сын. Только изнывающий от страсти самец и похотливая, бесстыдно развалившаяся перед ним самка и больше ничего.
Словно во сне раздвинул женские ножки, смотря на волосатую мясистую киску, как кролик на удава. Густые заросли скрывали сладострастную расщелину между выпуклыми варениками половых губ. Пальчики нежно скользнули по ним раздвигая холмы в стороны и нырнули в розовое, влажное ущелье, а женщина продолжала спокойно лежать, не противиться откровенным прикосновениям. И тут последняя паутинка, удерживающая разум, оборвалась …
Подхватив женские ножки под коленками, высоко задрал их и без раздумья прижался головкой дрожащего члена к волосатой промежности, лихорадочно ища в дремучих зарослях, как в джунглях, вход во влагалище. Но неопытность и ни подготовленность женщины к сексу не позволили этого сделать.
Поэтому ничего не оставалось, как дрожащей рукой помогать члену отыскать вожделенное отверстие. И вот головка нырнула во влажное ущелье между буйно заросших холмов и скользнула по нему, как горный ручеёк, вниз, нырнула в пещерку, открывающую путь в глубину женского чрева, где располагается алтарь любви. Влажные, горячие стенки конвульсивно с жадностью обхватили её, сжали и от сумасшедшего удовольствия, чуть не закричал, но вовремя прикусил язык.
Отверстие настолько было узким, словно наткнулся на бетонную стену. А может и вошёл не под тем углом. Навалился бёдрами сильнее, и дрожащий член чуть не согнулся, но через мгновение проник глубже, преодолев неведомое препятствие. Узость отверстия ослабла, дырочка стала доступней.
После третьего или четвёртого толчка стальной стержень глубоко вошёл в неё, упираясь головкой в шейку матки, не заметив, что мать открыла глаза полные ужаса и смотрит на насильника. А бёдра продолжали быстрее двигаться с наслаждением вгоняя член в чрево взрослой самки, пока женщина не закричала, яростно отталкивая насильника.
Словно пушинка отскочил на подлокотник дивана, чувствуя резкий удар пяткой в нос. Кровь хлынула на грудь, а из горла приёмной матери вырвалась тирада далеко не лицеприятных слов, из которых самыми ласковыми были:
– Ах ты сучонок! Извращенец проклятый!
– Мать легла отдохнуть, а он воспользовался и изнасиловал! Как мог до этого дойти, подонок? Собирай свои вещи и вон из моей квартиры!
– Я тебя …, – и тут услышал такую тираду далеко не лицеприятных слов, что чуть не обрушился потолок.
Женщина вскочила с дивана, не стесняясь наготы:
– Чтобы через пять минут тебя не видела. Где платье?
И довольно увесистая хрустальная ваза столько лет, спокойно простоявшая на тумбочке под аккомпанемент тирады из матерных слов полетела в меня. И только чудо помогло увернуться от грозного предмета, разлетевшегося на мелкие кусочки от удара в стенку.
Это был конец разработанного плана, на который потратил столько сил и энергии. Бездарно проваленный, поддавшись похотливому желанию совокупления с женщиной. Нет, чтобы выполнять задуманное постепенно и спокойно, а я …
И скорее не разум, а инстинкт самосохранения заставил в панике вскочить с дивана, не обращая внимания на льющеюся из носа кровь и выставив обе руки вперёд, словно защищаясь от нападения, вскрикнул:
– Спать!
И произошло чудо! Мать затихла, смотря мутными глазами на меня, и присела на стул, наклонилась на бок и упала на пол. Зажав нос пальцами, пытаясь остановить кровотечение, подошёл к ней и произнёс, не узнавая своего голоса:
– Ничего не существует кроме моих слов.
– Только мой голос и ничего больше.
– Ты меня слышишь?
– Да …, – шевельнула она губами.
– Встать на колени.
Женщина приподнялась и встала на колени, безвольно опустив голову и руки вдоль туловища. И только тут заметил, что по внутренней стороне бёдер у неё стекает кровь.
– Месячные? – промелькнуло в голове. – Да нет, не может этого быть.
И тут озарила догадка, которая чётко укладывалась в мои рассуждения и объясняла её поведение и отношение ко мне:
– Неужели Ирина Тимофеевна ещё не целованная девочка? А я первый мужчина в её жизни?
В это невозможно было поверить, но скорее так оно и было. Поэтому мать и вышла из транса после боли и ужасного потрясения лишения девственности. В таком состоянии могла и убить. Хорошо, что так всё закончилось. А закончилось ли?
Теперь понял одно – надлежит очень осторожно обращаться с ней и ни в коем случае не спешить.
Успокоившись, властно произнёс:
– Ты забыла, что произошло.
– Над тобой голубое, безоблачное небо.
– Солнечные лучи приятно ласкают тело.
– Ощущение комфорта, радости и сладострастия заполняют каждую частичку тела.
– Для тебя наслаждение быть обнажённой.
– Ты безумно любишь приёмного сына, ни только платонической, но и плотской любовью, – начал давать ей установку.
И тут появилась мысль подтвердить свою догадку.
– Ты любила когда-нибудь мужчину? – властно спросил и она рассказала о своей несчастной любви.
– С мужчиной была половая связь? – продолжал выпытывать у неё подробности интимной жизни.
– Нет, не было половой связи с мужчинами.
– Ты девственница?
– Да, я девственница.
Её ответы ошеломили, позволили рискнуть, пойти дальше.
– Сын – твой хозяин, полноправный господин. Ты – его женщина, беспрекословно выполняющая все указания самка.
– Даю тебе заклинание, – магическим голосом произнёс, – Серёженька – любимый мужчина, я – его женщина. Его слово для меня закон.
– Каждый раз произнеся это, твоя любовь к сыну и покорность становиться сильнее.
– Начинай повторять заклинание, пока не прикажу остановиться.
До конца ещё не веря, что она произнесёт такие слова, с надеждой посмотрел на неё.
– Серёженька – любимый мужчина, я – его женщина. Его слово для меня закон, – слетело с женских губ, и я чуть не закричал от радости.
– Теперь действую аккуратно и не спешу, – улыбнулся, направляясь в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок после удара пяткой в нос, слыша, как мать вновь и вновь повторяет установку.
Вернувшись из ванной комнаты, смутился, смотря на голую женщину, стоящую на коленях с засохшими подтёками крови на внутренних сторонах бёдер и монотонно бубнящую:
– Серёженька – любимый мужчина, я – его женщина. Его слово для меня закон.
Но вывести мать из состояния транса в таком виде побоялся, вспоминая реакцию на попытку полового акта и потерю девственности.
– Прекратить повторять заклинания, – магическим голосом произнёс, смотря на изумительные женские формы.
– Встать с колен.
И она замолчала, безропотно встала.
– Кем для тебя является сын?
– Мой сын Серёженька любимый мужчина. Я его женщина. Его слово для меня закон, – с трудом поверил женским словам.
– Теперь надо привести её в порядок и положить отдохнуть, – взял женщину под руку и повёл в ванную комнату.
Через десять минут в нижнем белье и халатике мама спала в своей комнате на кровати.
***
На улице уже было темно, когда зашёл в комнату и присел на краюшки кровати, опасаясь вывести приёмную мать из транса.
– Ладно, всё будет хорошо, – успокаивал себя. – Она не помнит, что насиловал, лишил девственности. Вспомнит, опять введёшь в транс.
Тяжело вздохнул, посмотрел на лежащую на боку женщину и произнёс:
– Сейчас ты проснёшься на счёт три.
– Раз …, два …, три, – задержал дыхание, когда мать открыла глаза.
– Серёженька, милый мальчик, что с тобой? – схватила за руку и прижала к груди. – Где так ударился?
Женщина села на кровать, обняла, прижалась увесистой грудью обтянутой тугой тканью бюстгальтера, покрывая меня поцелуями, беспрестанно повторяя:
– Ну как же ты так неосторожно?
Так приёмная мать со мной вела первый раз. Потоки любви и страсти закружили голову, и я нежно скользил ладонью по женской спине:
– Ничего страшного мамочка, случайно ударился, не переживай так.
– Как же не переживать милый мой мальчик? – поцеловала меня в губы. – Я же люблю тебя.
Произнеся это, она ещё сильнее прижалась. Женщина совершенно не стеснялась, что полы халата, стянутые поясом в талии, широко разошлись. Великолепная грудь, обтянутая откровенным бюстгальтером телесного цвета, соблазнительно смотрелась между полами халата. Не было никакого сомнения – женщина желала физической близости со мной. Так что теперь был на коне и мог дразнить её, заставить перейти грань дозволенного.
– Ух, – наигранно вскрикнул, слегка отстранился от неё, – какой красивый бюстгальтер.
Лёгкий румянец пробежал по женским щекам:
– Ой, сыночек извини …, так неловко.
– Не заметила, что полы разошлись.
– Прости, Серёженька, – попыталась женщина запахнуть халат.
– Мама …, не надо …, – посмотрел на неё, – … у тебя очень красивая грудь …
– … и такой сексуальный бюстгальтер …
– Ты так считаешь? – подняла она взгляд.
– Вне всяких сомнений, – улыбнулся ей. – Покажи изумительный бюстгальтер. Не стесняйся.
Щёки залил густой румянец, но женщина, не опустила взгляда. Мгновение и полы халата разошлись в стороны, выставляя на обозрение великолепную грудь, обтянутую ажурными чашечками бюстгальтера.
– Тебе правда нравиться лифчик? – тяжело выдохнула, глупо улыбаясь.
– А у тебя трусики и бюстгальтер – гарнитур? – спросил, не отвечая на вопрос.
– Да …, – кивнула женщина.
– А чего только бюстгальтер показываешь? Сними халат, покажи полностью гарнитур.
– Серёжа …, неловко …, что обо мне подумаешь? – смущалась мать.
– Что ты очень красивая и сексуальная женщина! – с такой любовью и нежностью улыбнулся, что она ещё гуще покраснела, опустила взгляд, ухватилась обеими руками за поясок халатика.
Невозможно было поверить, через секунду мать встала с кровати и развязала пояс, сняла с себя халат.
– Серёженька …, нравиться? – сгорая от стыда, красная как варёный рак, стояла она передо мной в одном нижнем белье.
– Ой, какой красивый гарнитур, – наслаждался женской покорностью. – Выглядишь великолепно.
– Повернись попкой, хочу посмотреть, как сексуально она смотрится в таких трусиках, – специально сказал «попкой», а не «спиной», чтобы ещё в большее смущение ввести мать.
И женщина беспрекословно повиновалась, не зная куда себя деть от стыда.
– Ух, какие откровенные трусики, почти все в расщелину залезли …, – произнёс, наслаждаясь женским унижением и покорностью, смотря, как она пытается скудный кусочек материи извлечь оттуда.
– Не надо, что ты делаешь? – прикрикнул на неё. – Попка в них очень сексуально смотрится.
– У тебя такие соблазнительные ягодицы, – улыбнулся, выставляя вперёд руки. – Подойди, дай попробовать их на ощупь.
И она, не повернувшись, сделала два шага назад, приближаясь ко мне.
Не знаю почему, то ли от страха, вспоминая её гнев и удар в нос, то ли желая насладиться женской покорностью, спокойно спросил:
– Хочешь, чтобы потрогал попку? Только скажи честно.
Наступила небольшая пауза и она тихо, что-то переборов внутри себя, произнесла:
– Да …
– Что да? – усмехнулся, чувствуя себя уверенно, не опасаясь вспышки гнева.
Вновь наступила пауза и через пару секунд приёмная мать резко выдохнув, решительно произнесла:
– Хочу, чтобы потрогал попку.
И сразу же ладонь скользнула по белоснежной ягодицы.
– Приятно? – улыбнулся, приближаясь к расщелине между упругими булками.
– Да …, – послышалась дрожь от возбуждения в женском голоске.
Пальчики нырнули под лоскуток ажурных трусиков, скользнули вниз по расщелине и … она слегка расставила ноги, позволяя прикоснуться к промежности. Но я не опустился вниз, не пошёл ей навстречу, вытаскивая ладонь из-под ткани трусиков, тихо выдохнул:
– Повернись.
Она повернулась, и передо мной во всей красе предстал слегка выпуклый животик, нависший над буйной растительностью лобка просвечивающуюся через кружева.
– А ты здесь брила когда-нибудь? – недовольно бросил ей.
– Какие дебри, страшно смотреть, – после каждого слова сильнее повышал голос. – Сейчас же иди в ванную комнату и приведи себя в порядок. Возьми мой крем и бритву. Только не сбривай полностью, оставь красивую, аккуратную лужайку на лобке.
– Поняла? – встал и посмотрел ей в глаза.
– Да, Серёженька …, – застенчиво улыбнулась она, дрожащими от стыда губками, – … прости меня …
Голова шла кругом не только, что приёмная мать беспрекословно выполняла указания и требования довольно интимного характера, но чувствовала какую-то вину передо мной.
– А хорошая девочка поцелует своего мальчика? – улыбнулся и выставил губы для поцелуя.
В ответ женщина усмехнулась, и наши губы слились в сладострастном поцелуе.
– Ой, какая сладкая, – нежно провёл пальчиком по её губкам, как только наши уста разомкнулись. – Иди …, приводи себя в порядок, только халат не забудь потом надеть.
– Извини Серёженька …, – вновь за что-то попросила приёмная мать прощение.
***
Я лежал на диване, когда она вышла из ванной комнаты в халате, подошла, стала молча рядом, словно ожидаю команды.
– Справилась, моя любимая девочка? – улыбнулся ей.
– Да …
– Теперь красиво там?
– Да …
– А моя хорошая девочка покажет мне?
– Да …
– Тогда сними трусики и покажи, какая красота там у тебя сейчас.
– А я трусики не надевала, – хихикнула она и мне показалось, что женское поведение больше не сковывает стыд и позор. – Ты же не сказал их надеть.
– Если нет трусиков, то показывай, – с улыбкой посмотрел на неё и она ещё ближе подошла, высоко приподнимая подол халата, показывая гладко выбритые половые губы и аккуратную треугольную лужайку кучерявых волосиков внизу животика.
– Молодец, – удовлетворённо бросил матери. – Теперь иди на кухню и приготовь ужин, а я пока отдохну.
Чувствуя власть над ней, теперь не хотелось спешить, желая растянуть удовольствие развращения женщины как можно на дольше.
***
Я сидел за столом в одних трусах, смотря, как мать моет посуду, наблюдая за грациозными движениями её фигуры. Да, станок у неё был что надо!
– Тебе нравиться, когда на тебя смотрю, как на желанную женщину? – неожиданно спросил.
Она замерла, перестала мыть тарелку и тихо произнесла:
– Да …, нравиться, когда смотришь так …
– Возбуждаешься от этого?
В кухне повисла тишина. Было слышно, как жужжит дроссель лампы дневного света, тяжёлое дыхание женщины.
– Серёжа …, – всхлипнула она, – … не знаю почему, но сумасшедшая волна возбуждённости наваливается и ничего не могу с этим поделать. Прости меня Серёженька …
– Мне иногда кажется, что люблю тебя не только как сына … платонической любовью, но и …, – мать резко замолчала, не в состоянии договорить.
– И какой ещё любовью? – спросил, изображая непонимание.
– Серёженька …, – тяжело дышала женщина, – … той любовью …, той любовью …
С каждым словом сильнее дрожал женский голосок от нарастающего сексуального возбуждения.
– Той любовью …, от которой дети появляются, – резко выбросила из себя.
– Мама, но что ты так расстраиваешься? Это же хорошо, что так любишь меня.
– И я люблю тебя, – подошёл и обнял вздрагивающее женское тело за плечи.
– Из-за одних только титек в тебя можно влюбиться, – скользнула ладонь между полами халатика накрывая увесистую грудь плотно обтянутой чашечками бюстгальтера.
– Тебе правда нравятся они? – всхлипнула мать и еле слышно усмехнулась.
– Очень. Это самая красивая грудь, которую когда-либо видел.
Она молчала, каждой частичкой тела прислушиваясь к моим ласкам. А я нежно исследовал упругую плоть, скользнул под чашечки, теребил упругие сосочки. Не знаю сколько бы это продолжалось и чем закончилось, но она не выдержала первой:
– Серёженька, тебе невозможно представить, что творится со мной. Я готова на всё, чтобы ты не захотел, милый мой мальчик.
Это была точка невозврата. Теперь она никогда не сможет воспротивиться моим требованиям и желаниям, какие бы они не были извращёнными.
Разжал объятия и сел на стул, а она повернулась, преданно смотря в глаза.
– Полностью разденься и встала передо мной на колени, – спокойно, без каких-либо эмоций произнёс, смотря ей в глаза.
Развязав поясок халата, она сняла его, аккуратно повесила на спинку стула, оставшись в одном бюстгальтере. Скажи ещё утром, что она будет такой покорной и послушной пай девочкой, не поверил бы. Это выходило за гран реального мира.
Не отводя от меня взгляда, приёмная мать забросила руки за спину и ловко расстегнула застёжку бюстгальтера. Натяжение ткани ослабло, бретельки скользнули с плеч и чашечки поползли вниз, обнажая белоснежные, налитые похотью и желанием булки с торчащими сосцами. Женщина сделала шаг вперёд и медленно опустилась на колени.
Не знаю почему, но я наклонился, просунул ладонь между женских бёдер. Пальчики скользнули по гладко выбритой, истекающей соками любви и похоти киске, пристально смотря ей в глаза.
– Не думал, что это тебя так заводит. Ты настоящая сексуальная игрушка, – засмеялся и добавил с улыбкой, – Сделай любимому мальчику минет.
Не произнося ни слова, женские ручки ухватились за трусы и потянули вниз. Мгновение и дрожащий от напряжения член красовался около пухленьких губок.
Длинные тонкие пальчики с ярко накрашенными ноготками обхватили стальной стержень и сочные женские губки накрыли шляпкой головку, жадно втянули в себя. От сладострастного прикосновения жадно вздохнул и застонал, ощущая, как умело заработал язычок. Пальцы впились в женские волосы, смотря, как волнистые пряди каскадом скользят по обнажённой спине.
– Что ты такая напряжённая, расслабься, – ещё крепче ухватился за волосы. – Просто стой на коленях, не сопротивляйся и руки за спину.
Через мгновение ощутив безропотное послушание, начал грубо толкать дрожащий член в ротик. Она не противилась, покорно принимая всё глубже и глубже инородную плоть. Не прошло и пары минут, как волна оргазма подкатила, со всего размаха швырнула вниз, и я порцию за порцией выплёскивал сперму, полностью заполняя женский ротик.
– Ох, как хорошо, – тихо выдохнул, отпуская женскую головку и вытаскивая обмякший член, наблюдая, как густая белёсая слизь стекает по женским губам, подбородку, капает на налитую от возбуждения грудь с торчащими сосцами.
– Глотай, насладись вкусом спермы, – посмотрел на неё.
Но мать не решалась сделать глоток, смотрела на меня такими глазами, словно бы говоря:
– Прости меня, Серёженька, но не могу сделать это.
Улыбнувшись, набрал стакан воды и подал ей:
– На, проглоти и запей, так будет легче.
Закрыв глаза, она сделала глубокий глоток, затем второй, третий и запила водой.
– Ты никогда не глотала сперму? – усмехнулся, смотря на неё.
– Я и член никогда в рот не брала, – улыбнулась женщина, – первый раз со мной такое. Поверить не могу.
– Но надеюсь не последний? – попытался пошутить.
– Если тебе это нравиться, то не последний, – серьёзно произнесла она, преданно смотря, как собачка на своего хозяина.
– Смотри, – совершенно не стесняясь своей наготы встал со стула и подошёл к окну, – снежок срывается. Первый снег.
– Да пора уже, конец ноября, – встала она с колен, набрасывая на себя халат. – Ночью обещали минус десять.
– Холодно будет спать, – повернулся к ней.
– Если хочешь …, – мать сделала небольшую паузу, опуская глаза, – … лягу с тобой.
– Согрею.
Ничего не сказав в ответ, подошёл и обнял, чувствуя, как член прижался к нежному бедру и мгновенно начал набирать силу.
– Интересно, а когда сестричку, Наталию Тимофеевна, соблазню, они будут спать со мной вдвоём или по очереди? – пронеслось в голове и ещё крепче прижал к себе приёмную мать.
– Боишься, что замёрзну? – посмотрел на неё и она заулыбалась, кивая головой.
Но блеск в женских глазках говорил совершенно о другом.
– Серёженька, прости меня, – жалобно она посмотрела, – только будь со мной нежнее.
– Ты о чём? – удивлённо посмотрел на неё.
– До тебя у меня не было мужчин …, – еле слышно выдохнула и щёки покрыл густой румянец, – … я девственница …
– А сестричка твоя тоже девственница? – так и хотелось спросить. – Поэтому всю злобу на мужиков вымещали на мне?
Но я не злопамятный мальчик. Молча обнял её, целуя в губы. И наши уста слились в страстном поцелуе.
– Если бы ты знал, как люблю тебя Серёженька, – еле слышно выдохнула она, увлекая в свою комнату. – Отдам тебе без остатка всю нерастраченную любовь.
– Как я счастлива, что у меня такой первый мужчина.

(Всего 194 просмотров, 1 сегодня просмотров)
3

11 комментария к “Рассказ №3 Первый мужчина”

  1. Идея у рассказа интересная, но фактически всё свелось к изнасилованию и принуждению. Думаю, и сын, и мать очень быстро поедут кукухой после такого. Как говорится, “не моя” тема, слишком неприятно. Скорее всего, именно такие впечатления автор и стремился вызвать у читателя.

    0
  2. По сюжету рассказа сразу видно, что это фантазия и с реальностью не связана. Насколько знаю, при помощи гипноза нельзя женщину принудить к половому акту. Привить можно только любовь! Заставить отдаться – нет!
    В рассказе показана крайняя форма феминизма, которая переросла в оголтелое мужененавистничество. Но сила действия равна силе противодействия, а то и превышает её. Вот и последовал вполне возможно не совсем адекватный ответ на действия сестёр со стороны приёмного сына. Но у него выбора практически не было, попытался переломить ситуацию тем способом, на который случайно набрёл в интернете.
    Приёмный сын, в рассказе это указано, а она – приёмная мать и никакого инцеста нет. Поэтому причём здесь “и сын, и мать очень быстро поедут кукухой после такого”.
    Женщине легко попасть в лапы феминизма и мужененавистничества, а вот выбраться из него, это проблема. Нанесённая мужчиной обида или недостаточное внимание со стороны сильного пола, и она в капкане. (Насчёт сильного пола, конечно, очень сомневаюсь. Есть два пола – слабый и беззащитный).
    У женщины срабатывает обычная защитная реакция, она становиться агрессивной, не желает попасть вновь с мужчиной в подобную ситуацию, которую ранее пережила. Таких женщин искренни жаль. Но как говориться клин клином вышибают.
    Если такой женщине встречается любящий, заботливый и внимательный мужчина, то элементы феминизма и мужененавистничества мгновенно пропадают, тают, как прошлогодний снег. А отсутствие чего-то хорошего обычно всегда компенсируется чем-то другим и в основном плохим. Вы меня не любите, а я вас ненавижу! Вот примерно так.
    У рассказа есть большой потенциал развития. И как дальше будут развиваться события в сюжете – каждый читатель будет судить и развивать мысль по-своему, как ему захочется и посчитает необходимым.
    Кстати, есть женщины, которые деспотичны в семье или на работе, но с любовником кроткие и беленькие овечки, сексуальные игрушки и рабыни. И от этого они получают не сравнимое ни с чем наслаждение.
    Да и вообще между мужчиной и женщиной идёт постоянная борьба. Боевые действия с переменным успехом. То одна сторона одолевает, то другая. И конца этому сладострастному и бескомпромиссному сражению не видно. А кто побеждает в этом рассказе ещё вопрос.

    2
    1. Уважаемая NINEL_H, я имела ввиду вовсе не инцест и отсутствие родственных связей, конечно, заметила. Просто для меня принуждение под гипнозом – то же, что и под алкоголем, например. Приятно, только пока не протрезвеешь и не осознаешь. А тут ещё и женщина была девственницей. Не думаю, что это пройдет для её и без того поломанной психики бесследно.
      Что касается парня, он получил тотальный контроль и первым же делом использовал его для удовлетворения своих потребностей. Это одно многое говорит о нём. Сдаётся мне, что раз за разом он будет заходить всё дальше, пока не съедет окончательно.
      Но тут, как Вы и сказали, каждый читатель домысливает по-своему.

      1
  3. Отзыв (крайне объективный, однако не без изрядной доли субъективности, поскольку я тоже человек) на рассказ № 3 «Первый мужчина»

    ТЕКСТ (о технической части рассказа)

    Скажу честно и сразу, что похвалить работу можно лишь за старание, с коим автор тщательно прописывал многочисленные диалоги. Это, пожалуй, могло бы стать основным достоинством рассказа, если бы не оформление тех самых диалогов, которое, учитывая немалый объем рассказа, превратило чтение в настоящее испытание.

    Диалоги персонажей, их мысли и то, что они читают – абсолютно все оформлено прямой речью. Приходилось перечитывать по нескольку раз, чтобы понять: он это сказал вслух или просто подумал.

    По мере чтения все усугублялось тем, что каждая новая фраза или мысль начиналась с новой строки. Это ужасно сбивало с толку и замедляло чтение, поскольку снова и снова приходилось возвращаться назад и снова перечитывать, чтобы вникнуть в суть происходящего. Ей-богу, просто понятия не имею, где можно почерпнуть для себя такую манеру письма.

    Но и это еще не все препятствия, размещенные в тексте. Другим усложнением стало едва ли не полное вычищение текста от местоимений. Да, ругаю я порой тексты за злоупотребление этой частью речи, но обратную сторону сей ошибки встречаю впервые. В таком немалом тексте местоимения можно едва ли не по пальцам пересчитать. Серьезно, когда увидел первое на третьей странице, даже подписал его с радостным восклицанием.

    Куда пропали все местоимения?! Вступление на целую страницу не дает ни малейшего понятия, кто открыл сайт, улыбнулся, читал дальше, смотрел на фотографию, увлекся чтением и так далее. От какого лица ведется повествование непонятно, пока на той самой третьей странице не появляется «посмотрела на меня». Тогда понимаешь: повествование все-таки от первого лица. На третьей странице!

    Плюс все это дополняет немалое количество пунктуационных и грамматических ошибок, перечислять которые не имеет смысла, а еще повторов, особенно раздражающих «женских». И что означают эти многоточия с пробелом и запятой, которые также щедро разбросаны по тексту?

    Из-за вышеперечисленного рассказ можно разобрать далеко не на одну порцию «перловки». Чего я делать не стану, поскольку не хочу еще больше травмировать без сомнения молодого автора, которого выдает и стиль повествования, и манера письма, и способ построения слов в предложения. По-серьезному вопрос у меня только к одной фразе: «односложно выдохнула она» – это как?

    СОДЕРАНИЕ (о смысловой части рассказа)

    Сперва опять же честно скажу, что подобные сюжеты меня не привлекают, скорее наоборот. Однако стоит отдать Автору должное – над характером и мотивацией мачехи он поработал. Нерастраченная сексуальная энергия (иначе неудовлетворенность) девственницы бальзаковского возраста выражается в злобе и выплескивается на пасынке. Неплохой ход. Как и превращение мальчика-протагониста в антагониста, а мачехи-антагониста в его жертву.

    И ни для кого из участников не будет секретом, что эта история просто фантазия, возможно граничащая с мечтой. Но не более того. Для полноценного литературного произведения в «Первом мужчине» слишком много ошибок и сюжетных дыр.

    Например, с чего вдруг Завадовский начал так стараться для какого-то подростка, причем зная, что объект его желаний собственная мачеха? И если с ней все более-менее понятно, то что не так с тетей Наташей? Ее сюжетная линия для этого рассказа вообще лишняя, как и секретарши Завадовского, развозящей одурманенных мачех с озабоченными пасынками после сеансов гипноза. И я, может, упустил, копаясь в перипетиях сюжета и хитросплетениях текста, но где собственно отец мальчика?

    ИТОГ

    Четыре балла из десяти: балл за любовь к диалогам и неиссякаемое желание их писать, два балла за работу над характером мачехи и балл за вполне удачную попытку уместить фантазию в осмысленный сюжет.

    3
  4. Да, зимний конкурс пока открытиями не радует. Скорее – разочаровывает.
    Не буду говорить о текстовой или содержательной части.
    Пытаюсь понять, почему автор стремится к созданию абсолютно абсурдной ситуации. Во-первых, непонятно, когда и почему был усыновлен главный герой. Более того, не в полноценную семью, что запрещается законом. Следующий вопрос, когда он был усыновлен, сколько ему было лет?
    Следующий лантух вопросов касается возраста главного героя, модели его поведения, круга его интересов и общения.
    когда читаешь первые строки рассказа, складывается впечатление, что за компьютером сидит мужчина 40-50 лет, который комментирует рекламное объявление какого Завадовского (интересно, что такая фамилия была у основателя рода моей супруги, первого министра образования Российской империи времен Екатерины второй).
    Но потом, когда на авансцене появляется главная героиня, приемный сын ведет себя как десятилетний мальчик. То есть, герой и его поведение не соответствуют никаким биологическим и психологическим показателям.
    Главный герой не может иметь меньше 18 лет. Каким же дохляком нужно быть, чтоб летать как мяч от удара женщины?
    Собственно в этом месте можно ставить точку и забыть о рассказе. Ибо становится понятным, что автор очень далек от жизненных реалий и не умеет моделировать поведенческую линию своих героев.
    Что касается гипноза и использовании его в сексуальных домогательствах, то это ваще не налазит на голову. Гипнотическими возможностями владеют единицы. Да, мягкой моделью гипноза пользуются психоаналитики. Но для того, чтобы его (гипноз) можно было применить, нужно было бы согласие не только гипнотизера, но и гипнотизируемого субъекта.
    Замечу: применение любого физического действия, особенно неожиданного) по отношению к человеку, который находится в гипнотическом сне, чревато опасными последствиями, вплоть до его смерти. Поэтому те, кто владеет техникой гипноза подготавливают пациента, постепенно вводя его в нужное состояние, и также осторожно выводят его из сна.
    Собственно все это должен был знать автор, прежде чем писать, пусть и с большой долей иронии (хотя я ее в рассказе не заметил)о том, как мать теряет девственность.

    3
  5. Очень сложный для прочтения язык, несколько раз начинал с начала, пока подстроился под ритм повествования. И признаться честно – еле дочитал до конца. Не впечатлили ни сюжет, ни герои, ни описание интима. Инцест – не любимая моя тема, но любой сюжет можно выправить вкусным повествованием, в данном случае, я спотыкался везде, где мог. Почему-то автор нарочно везде избегал местоимения “я” и от этого ощущалась какая-то обезличенность. Какой-то неприятный осадок остался от рассказа. Не мое чтиво. Удачи автору и более светлых произведений.

    2
  6. Все было бы даже хорошо, если бы не было так грустно. Темы инцеста и принуждения для меня за гранью. Простите, вообще не моё. Удачи автору и всех благ.

    0
  7. Первое, что набрасывается на читателя, словно многорукая гидра, это полное несоответствие пунктуации и содержания. Где рассказчик читает, где думает, где говорит – вали кулём, потом разберём.
    А ещё отсутствие обозначения главного действующего лица. Это про личные местоимения. Однозначно, злоупотребление ими – зло, но и полное их отсутствие – абсурд. Что делать? Искать золотую середину.

    Кажется, ничего нового я не сказала, во всех предыдущих комментариях это уже есть. А что делать, если оно вот так в тексте?

    Не скажу также, что я в восторге от фактических событий рассказа. Хотя тема выбрана весьма популярная. Да-да! У такой тематики довольно обширная целевая аудитория. К сожалению (или к счастью?), не на этом ресурсе (как подтвердилось и в данном случае). Ну нет здесь озабоченных юнцов и скучающих домохозяек. А ведь именно они и есть целевая аудитория инцестной тематики.

    Надо отдать должное автору, инцеста в чистом виде в рассказе нет (а может, поэтому и не увлекает?). Зато возникает множество вопросов: о главных героях, о технической стороне вопроса, о логических нестыковках, о моральном аспекте, о приближённости к реальности.
    Знаете, чего не хватило в финале рассказа?
    Одной фразы: “А по утру они проснулись…”
    Добавьте эту фразу, и всё встанет на свои места. Всего лишь сон, мечта, которым не суждено сбыться.

    Из повествования совершенно не поймёшь, как ГГ дошёл до жизни такой. Кто он? Сколько ему лет? Как оказался в услужении у дамочек, которые в… а им-то сколько лет? Вроде зрелые, взрослые, а чего в старых девах сидят? И где этого то ли взрослого, то ли детёныша подобрали и в рабстве держат?

    И вот тут опять возникает технический вопрос – как представить ГГ? Если “Меня зовут Петя, мне 18 лет, я среднего роста и сирота”, это плохая идея для литературного текста. Выход один – искать золотую середину: художественные средства для воплощения идеи.

    Далее собственно гипноз. “Мечты, мечты, где ваша сладость? Ушли мечты, осталась гадость” (с)

    Сначала ГГ подтрунивает (очень по-взрослому) над услугами и уловками гипнотизёра, потом безоговорочно уверывает, потом экспериментирует, потом пользуется. Логично? Как-то не очень.

    Ну и сам процесс. “Благими намерениями вымощена дорога в ад” (с)

    Так всё красиво начиналось – с любви. А в финале – просто изнасилование.
    Причем настолько вымышленное и надуманное, что не просто не привлекает, а категорически отталкивает. Плюс ещё вымещение всех своих обид, издевательства над безвольном телом – как-то всё это весьма и весьма, мягко скажем, не доставляет удовольствия при чтении, увы.

    Вновь убеждаюсь, что выбор темы рассказа для литературного конкурса на свободную тематику, – это самое сложное во всей подготовке. Найдёшь благодатную почву, чтобы зацепить читателя, считай, конкурс удался. Не найдёшь, увы и ах…

    Вот я тут выше ругалась, ругалась… Но это всё чистый субъективизм.

    А ведь, если подойти к вопросу объективно, есть в идее рассказа рациональное зерно. Женский “мамашкин” деспотизм и безволие “сынка”, поиск выхода из ситуации, решение проблемы – это благодатная тема. Может, автору чуть-чуть не хватило мастерства, чтобы облечь эту тему в привлекательную оболочку. Но мастерство – дело наживное. И оно обязательно появится, если очень стараться и пробовать, учиться у мастеров и расширять свои возможности. Главное, не опускать руки после первой не очень удачной попытки.

    2
  8. Я осилила этот рассказ! Но усилий потребовалось ооочень много. И подходов было несколько. Какая бы идея тут не была заложена, текст практически невозможно читать, постоянно спотыкаешься об ошибки, неграмотное построение фраз. Прямая речь так небрежно оформлена, что непонятно, кто и что говорит.
    Глаз постоянно цепляется, потом начинает дёргаться, порой возникает уже смех от очередного «шедевра». Приведу примеры, чтоб было понятнее, ну и вдруг будет полезно.
    1) –тся и –ться – не раз-два как опечатка, а по всему тексту систематически
    «Она сама изъявить желание»
    «…какой из напитков вам больше понравиться, таким и будет приз…»
    «Потом скажешь спасибо, когда получиться, как задумали.»
    «– Ладно …, ничего плохого не случиться»
    2) В рассказе отсутствует местоимение «я», возможно, в этом какая-то авторская концепция повествования, но из-за этого периодически возникают косяки:
    «От пронзительного взгляда по позвоночнику пробегал лёгкий холодок, и виновато опускал глаза…» – ну не холодок же опускал глаза ))
    «После третьего или четвёртого толчка стальной стержень глубоко вошёл в неё, упираясь головкой в шейку матки, не заметив, что мать открыла глаза полные ужаса и смотрит на насильника.» – стержень вошёл и не заметил? )))
    «Мать стояла у подъезда, нетерпеливо постукивая ногой, когда подъехало такси и распахнул перед ней заднюю дверь.» – кто распахнул?
    3) Повторы, одно и то же словосочетание в нескольких предложениях подряд («тираду далеко не лицеприятных слов»)
    4) Пропуски нужных слов в предложениях, когда теряется смысл.
    «Прочитал дальше и ещё больше убедило в необходимости встречи с ним:»
    5) Разные другие ошибки
    «Может подробнее расскажешь, куда едим?» – в рот едИм ) на такси едЕм
    «В голове что-то щёлкнуло и разум не предупредил, покинул меня.» – вот, это предложение могло бы стать ключом к пониманию всего, что творится в рассказе ))
    «… в нашем случае потребно культивировать чувство любви.» – И грамотность тоже потребно, ой как потребно культивировать.
    «…выпустил на волю дрожащие от напряжения гениталии» – Свободу гениталиям! )))
    «…присел на краюшки кровати…» – видимо, на краЕшкЕ
    «Это выходило за гран реального мира.» – дыа, это реально уже полный за гран )

    По сути рассказа. Тема взаимоотношений сексуально недозревшего подростка и перезревшей приёмной матери – сложная, возможно, имеет смысл, но подана неумело, никакого желания осмысливать поднятую проблему не вызывает. Если автор хотел вызвать у читателей только отвращение, то это успех!
    По поводу главного героя много вопросов: то с ним «мать» обходится как с мальчишкой, то он проявляет себя взрослым мужиком (он и бреется к тому же), например, изучая сайт эротического гипноза. Как и почему он вообще живёт с какой-то чужой бухающей женщиной – вообще не понятно. И гипнотизер Завадский – стрёмный тип, план с пацаном придумал, помогает. Какова его мотивация?
    У меня есть одно предположение, которое для меня бы объяснило немного происходящее: главные герои – пациенты психушки, а Иван Завадовской проводит над ними какие-то ему лишь ведомые эксперименты.
    Успехов, Автор! Коммент вышел что-то шибко большой, но ничего личного, только текст.

    0

Добавить комментарий