Skip to main content

Дебют в грехопадении, или Лестница в небеса

Мы планируем счастье, но оно, чёрт возьми, ускользает от нас. Мы делаем шаг в пропасть, но падаем в надёжные руки. Ну и где тут середина? Всё или ничего – одно из трёх. Вот то, чего нам не хватает в жизни.

Часть I

«Почувствуй силу Земли, силу Ветра с реки, которая расправляет твои крылья, почувствуй невесомость Воздуха вокруг и жар Солнца, который согревает тебя», – голос Верховной жрицы звучал из ниоткуда и везде. Она легко оттолкнулась от земли и поднялась в воздух. «Я лечу, – звонким бисером рассыпался ее голос, – Я ле-чууу!» Это было последнее испытание перед посвящением, и она прошла его».

От чтения Жанну отвлек звук открывающейся двери.

– Стас, опять врываешься без стука? – Жанна с некоторым сожалением закрыла книгу.

– Да ладно, можно подумать я тебя голой не видел. А ты опять читаешь романтическую хрень? – Стас взглянул на обложку книги и отложил ее на тумбочку. – Ты работаешь сегодня?

– Ага, в клубе, просили прийти раньше, у них есть какое-то предложение.

Жанна училась далеко от родного города, жила в общаге, стипендии не хватало, приходилось подрабатывать. Начинала она с натурщицы в соседнем училище искусств, а недавно Стас привел ее в закрытый ночной клуб.

­ – Дай, засажу по-быстрому, – Стас провел рукой по её ногам, вытянутым на кровати.

– Отвали, не хочу.

Стас не был её парнем, он даже не был её любовником. Так, дружеские отношения. Но вставить ей он почему-то любил, по крайней мере, делал это часто. Жанна не понимала вкуса секса, не испытывала удовольствия, но и отвращения не было. Просто из любопытства она позволила распечатать обе свои дырочки, но так и не поняла, что в этом хорошего.

– Да, ладно, не строй целку, давай…

– Зануда!

– Дык, я ж завсегда говорю – легче дать, чем отказать, всё равно ж не отстану.

– А хрен с тобой, на…

Жанна встала поперёк кровати на колени, выпятила попку и стала ждать, пока он спустит штаны и натянет презик. Стас завернул подол халатика ей на спину. Она редко носила нижнее белье, особенно перед работой. От него остаются следы на теле, а ей, как натурщице, это было ни к чему.

Он не тратил время на ласки, просто вставил в неё член и через короткое время уже облегчил свои яйца – у него неделю не было секса. Вот за это он и любил Жанну. Точнее, любил её пользовать. Она казалась фригидной, ей было всё равно – кончает она или нет, приятно ей это или мимо прошло. С ней не надо ничего выдумывать, всё просто – как подрочить, только в довольно узкое естественное живое отверстие, всё лучше, чем рукой шпарить. Жанна же чувствовала себя обязанной ему, ведь именно Стас дал ей шанс неплохо зарабатывать за вечер.

Натурщицам платили копейки, а работа была та ещё – и дело не в обнажёнке, это было мелочью, а попробуй-ка держать заданную телу позу час, а то и полтора. Но Жанна быстро этому научилась. Главное, не думать, вот тогда она и пристрастилась к чтению «романтической хрени», как выражался Стас. Пока она позировала, она думала о жрицах, полётах, культах и прочем, прочем, мысленно создавая свой собственный мир. Это помогало. Но месяца три назад Стас привёл её в клуб.

Снаружи это было совсем серое, незаметное здание, недалеко от студгородка, вход в цокольный этаж не всякий мог бы найти. На входе – строгий контроль. Откуда Стас имел доступ сюда, Жанна выяснять не стала. Когда подписала контракт, та сумма, что ей предложили покрывала все её расходы. Вопросы отпали сами собой, осталась только благодарность.

Познакомимся поближе с неким таинственным заведением, где и работала Жанна.

Клуб занимал весь цокольный этаж, но не имел названия. Стать его членом можно было, только имея на руках не менее двух рекомендаций, строго говоря, нового человека туда могла ввести любая пара действительных членов. Карточка члена клуба стоила недёшево, поэтому и публика собиралась приличная. Обязательным условием было – ношение на встречах и вечеринках полумасок, которые скрывали верхнюю половину лица. Их носили все: гости, обслуживающий персонал, охранники, даже администратор ни с кем не встречалась без маски. У гостей чаще всего были свои, но для тех, у кого не было, при входе стояла специальная стойка. Таким образом, вероятность узнать на улице человека из клуба приближалась к нулю. Хотя все гости так или иначе знали друг друга, но вот для обслуживающего персонала – это была неплохая страховка.

Помещение весьма помпезно оформлено. Просторный холл с фресками на стенах, изображающими эротические и порнографические сцены, камерный театральный зал со сценой, мягкими креслами и столиками возле них, отдельные небольшие комнаты для уединения, кухня и бар.

В холле в хаотичном порядке были расставлены столбы с цепями и небольшие подиумы разной высоты. Перед приездом гостей на этих подиумах располагали девушек, создавая из прекрасных тел «живые статуи». Позы были самые разные – от неприлично откровенных до девственно целомудренных. Для этой же цели служили и столбы. Далее публике предлагалось театрализованное представление, ну а после занимались, кто чем хотел.

Отдельно стоит упомянуть о работающих здесь девушках. В начале вечера на них надевали кожаные черного цвета ошейник, пояс и кандалы на руки и на ноги, с карабинами и цепочками разной длины. При помощи цепочек фиксировали тело на подиумах и столбах. «Живыми статуями» они работали только, пока гости съезжались на вечеринку. По времени это занимало примерно час (для нашей героини это было несложно, она же работала натурщицей и умела держать позу). После того, как публика пройдёт в зал, девочек отстёгивали и давали время отдохнуть. Далее на них надевали фирменные платья клуба и отправляли в холл разносить напитки. Платье было весьма и весьма необычным. Жесткий, высокий воротничок-стойка, от него по кругу расходились полоски тесьмы, к которым был пришит лиф и длинные, расширенные книзу рукава из прозрачного шифона, лиф не скрывал грудь, скорее, подчеркивал её, потому что сразу под грудью начиналась длинная, в пол юбка из того же материала, что воротник. Но юбкой это назвать сложно, скорее, фартук, плотно закрывающий всё впереди, но его полы расходились сзади, оставляя полностью открытой попу. Такие платья были двух цветов – серебристые и золотые. Серебристые ходили с подносами, а золотых иногда брали за руку и уводили из зала.

Сегодня Жанна пришла в клуб на два часа раньше – в назначенное время. Как всегда, надела маску при входе, её проводили в кабинет администратора. Эта дама произвела на неизгладимое впечатление ещё в первую встречу, когда Жанна подписывала контракт. Статная, уверенная в себе, уж точно за сорок, а то и больше, маска на её лице не позволяла увидеть большего. Но её стать и железо в голосе подчиняли с первого раза.

В этот раз разговор был жестче первого.

– Хочешь зарабатывать в три раза больше?

– За какие услуги? – Жанна внутренне напряглась.

– Ты девственница?

– Нет.

– Тебе нравится секс?

– Не знаю, как-то я в нём не очень искусна.

– Насиловать тебя не будут, но будут иметь. Это лишь театральное действо, на сцене, в зале, где ты ещё не была. Тебе завяжут глаза, ты будешь только чувствовать. Тебя это коробит?

– Нет.

– Говорить на сцене запрещается, кричать – тем более, стонать можно, но про себя. И самое главное – тебе запрещено сопротивляться. Нарушение правил – минус из гонорара, значительный минус. Условия понятны?

– Да.

– Возражения?

– Я останусь жива?

– Вопрос безопасности – это главное условие нашего клуба. Ещё?

– Нет.

– Иди, тебя подготовят.

Гигиенические процедуры доставили мало удовольствия – доведенный до абсолютной гладкости итак выбритый лобок, клизма, против которой она пыталась сопротивляться, но с ней никто не разговаривал, малопонятная смазка интимных мест, от которой оставалось ощущение бесконечной мокроты и небольшого жжения, но пахла она приятно, да и не доставляла особого неудобства. В конечном итоге, на неё надели привычные уже кандалы, пояс и ошейник, но теперь ярко бордового цвета и без цепочек.

Охранник завел её в зал, двери которого закрывались каждый раз, когда все гости были на месте, а «живые статуи» могли размять затекшие мышцы.

Великолепие зала поражало воображение. Бордовые тяжёлые портьеры скрывали сцену. Несколько рядов кресел, обтянутых той же тканью, что портьеры, со столиками располагались вокруг. Стены были увешаны картинами эротического содержания. Часть изготовлены под старину, часть – огромные современные фото. Но ей не дали разглядеть подробности. Проводив на сцену, охранник удалился. Здесь ею занялся другой человек. Маленький, щуплый, но с очень цепкими пальцами, их Жанна ощутила на своём локте, когда он торопливо повел её в центр сцены. Там располагался небольшой круглый подиум с мягкой бежевой поверхностью. А вокруг стояли какие-то столбы с цепями, низкие пуфики, была одна скамья, это всё, что успела заметить Жанна. Человечек снял с неё маску, но только для того, чтобы надеть непроницаемую чёрную повязку. Лишённая зрения, Жанна отдалась в его руки. Толчок вперёд, и она почти упала на подиум. Тогда руки стали укладывать её в нужную позу. Положили на бок, нижняя нога свешивалась вниз, верхнюю согнули в колене и художественно уложил сверху. Руки также – нижняя вдоль тела, верхняя – вытянута вперед. Такое обращение нисколько её не смущало – работа натурщицей, а потом «живой статуей» научила относиться к этому спокойно. Цепкая рука надавила ей на бедро, что означало – застынь. Жанна расслабилась, она не знала, сколько времени придётся провести в таком положении, а значит, надо максимально расслабить мышцы, а мысли унести вдаль. Кажется, она задремала…

Сознание разбудила музыка. Она гремела со всех сторон. Это было что-то невероятное. Фундаментальные, тяжёлые звуки органа вдруг обрывались жалобным пением флейты, сухая дробь барабана перекрещивалась с нежным пением скрипки, напористые и звонкие вибрации гитары сменял романтичный саксофон. Жанна не слышала раньше этой композиции, не знала, что это звучит, но винегрет звуков закручивал в сознании такой мощности вихрь, который превращался в воронку торнадо, сметая все преграды на пути. Постепенно музыкальный фон смещался в сторону, будто уходя за горизонт, а Жанна ощутила, что её тело ласкают руки… Сильная, тяжелая ладонь гладила её бедро, а между ног орудовали пальцы. Собрав в охапку остатки сознания, лишённая возможности видеть и подчиняясь приказу «застыть», Жанна ушла внутрь себя. Нет, ей не было больно или неприятно, ей было любопытно. Но когда в неё в той же позе вонзили член, Жанна охнула. Вспомнив, что «стонать можно, но про себя», она напряглась. И тогда в ухо прошептал живой голос: «Расслабься, легче будет…»

Сознание после музыкального шока возвращалось медленно, но возвращалось. Жанна ощутила, что подиум, на который её уложили, а сейчас ещё на нём и трахают, движется по кругу – он вращается. «Как карусели в детстве, только лошадок не хватает», – где-то из глубины отключённого сознания всплыла мысль. Кто бы знал, что лошадкой на этой карусели сегодня будет она.

Член, что оказался внутри, не доставил ей особых неудобств, всё было как обычно, вот только длилось это недолго – в неё никто не кончил. Напротив, на своей груди она ощутила ещё одни руки, ласкающие и почти страстные, кто-то был на подиуме над её головой.

Музыка продолжала звучать, но уже спокойно и отдалённо, будто в соседней комнате, с трудом пробиваясь через сознание. Подиум продолжал вращение.

Её подхватили сверху и снизу и поставили в ту позу, в которой сама она сегодня днём дала Стасу. На подбородок нажали пальцем, а возле губ она ощутила член. Открыв рот, Жанна поймала его губами и втянула в себя. Сзади её продолжали трахать.

Постоянное вращающееся движение опоры сводило с ума. Жанна плохо понимала, что и где происходит, но, чёрт возьми, ей это начинало нравиться. Внутри вдруг что-то проснулось, неведомое, большое, оно распирало душу, тело, мысли. Она летела к неведомому.

Её снова подняли в воздух четыре руки, чтобы в следующий момент усадить на член. Властным напором на шею нагнули вперед, в попу вошёл ещё один и рот занял третий. И вдруг внутри родилась неведомая ей сила, волна прокатилась по телу, Жанна уже не принадлежала себе. Она была лишь телом, а разум её кружился вместе с подиумом. Карусель, из детства, желание, страсть…

– Тихо, девочка, тихо, – публику распугаешь, – шептал ей в ухо незнакомый голос, – хочешь кончить, кончай, мы прикроем, только тихо…

Что значит кончить, Жанна не знала, но волна внутри тела была столь безудержной, бесконтрольной и всепоглощающей, что Жанна сама не понимала, что это было. Но в этот момент в сознании всплывает то, что она на сцене, на неё смотрят десятки глаз. Это она не видит их, но они видят её! И в тот же миг обрушивается девятый вал. Член во рту не позволяет заорать, вонзаясь так глубоко, что перекрывает доступ воздуха, всего на пару секунд.

Когда сознание вернулось, она лежала на подиуме, почти в той же позе, что и в начале, в зале горел свет, а на её лицо была надета привычная полумаска. Ей помогли подняться и отвели в душ. Когда она, почти спокойная и радостная, вышла из кабинки, её встретила администратор.

– Готова надеть золотое платье?

– Да, – ответила Жанна и только сейчас поняла, куда уводили девочек в золотом.

«Почувствуй силу Земли, силу Ветра с реки, которая расправляет твои крылья, почувствуй невесомость Воздуха вокруг и жар Солнца, который согревает тебя», – голос Верховной жрицы звучал из ниоткуда и везде. Она легко оттолкнулась от земли и поднялась в воздух. «Я лечу, – звонким бисером рассыпался ее голос, – Я ле-чууу!» Это было последнее испытание перед посвящением, и она прошла его».

Часть II

«Жизнь состоит не из времени, а из моментов».

(Древняя мудрость)

Жанна проснулась часа в четыре. Благо сегодня было воскресенье. Вчерашняя ночь в клубе вдруг вспомнилась во всех красках. Лежа на спине в кровати, она вдруг ощутила сладкую дрожь по всему телу. Что это? Тепло внутри живота, внизу, между ног. Некое новое, неведомое чувство. Эх… Телефон на тумбочке, нажатие кнопки вызова.

– Да, детка.

– Стаасс… а ты не мог бы меня прямо сейчас трахнуть?

– Жанник, ты чё, с дуба рухнула?

– Не-а, просто вчера в клубе… Знаешь, я…

– О, блин. Знаю. Ты мне чуть член не откусила, сучонка мелкая.

– Чего? Ты что там был?

– Ха, тот, кто во рту, это был я, к твоему сведению.

– Ну, ты сволочь, ну, скотина! Ты, что всё знал? Знал и не предупредил? Да я! Да я тебя!

– Ша, девочка, остынь, щас буду, не кипятись.

Жанна снова прокрутила картинку вечера в клубе. Эта музыка, сводящая с ума, завязанные глаза, три члена в ней одновременно и сумасшедший оргазм, первый оргазм в ее сексуальном опыте. Так значит, Стас всё знал заранее, знал, что ей предложат, когда вел в этот клуб. И снова это напряжение внизу живота пронзило сладкой болью, мелкая дрожь прокатилась по телу. Жанна вдруг осознала, что ей панически, категорически и беспрекословно хочется секса.

Когда Стас, как всегда без стука, открыл дверь её комнаты, его глазам предстала невероятная картина. Жанна – вечно холодная и сдержанная Жанна – лежала на кровати, но не с книжкой в руках, а раскинув согнутые в коленях ноги. Одной рукой она сжимала свою грудь, второй терзала клитор. Нет, не ласкала, именно терзала. Неистово, почти зверски, раскрывая пальцами губки, не входя внутрь, только сверху. Но более всего поражало её миловидное личико, искаженное сейчас похотью – полуприкрытые глаза, казалось, смотрели внутрь, рот был приоткрыт и кончик языка бесконечно облизывал губы. Это было что-то с чем-то.

– Батюшки, наша Снежная Королева оттаяла? Или мне это только снится?

Прошло некоторое время – пара-тройка минут – пока Жанна вернулась в реальность из своих грез.

– Бляха, Стас, ну сколько раз ещё повторить – стучаться надо.

– Ладно, не злись, расскажи лучше, что с тобой такое происходит?

Жанна собрала в кучу ватное тело и уселась на кровати, поджав под себя ноги. Стас плюхнулся рядом.

– А хрен его знает, бурлит во мне что-то после вчерашнего. Я сама понять не могу, что это было?

– Может, именно то, чего тебе не хватало в жизни?

– Не знаю, потерялась я как-то… Знаешь, мне предложили золотое платье.

– А ты осознаешь, что это значит?

– Кажется.

Вот сейчас Жанна опять была той неуверенной, неопытной девочкой с женским романом в руках, но буря внутри не прошла без последствий. Стас нежно обнял её за плечи, укладывая хрупкое тело себе на грудь. Погладил волосы, провёл рукой по спине, осторожно спустился рукой между ног – там было горячо и мокро. Она ответила. Неслышимым, но ощутимым языком тела, будто подалась навстречу, открываясь, предлагая себя. Стас уложил её на спину, развёл в стороны ножки и максимально поднял вверх, вошёл в неё нежно, ласково. Он никуда не спешил, он хотел дать почувствовать себя внутри. И тут… Жанна выгнулась вверх, одновременно обхватив мышцами влагалища член, так, будто хотела его вытолкнуть, потом снова втянула внутрь, потом опять вытолкнула и снова втянула. Стас охренел от такого напора страсти. Кто кого трахал, было уже не понятно. Это его – прожженного ловеласа – сейчас трахала ещё до вчерашнего дня фригидная, холодная девчонка, которой было всё равно кто, куда и как кончит. Долго такого напора он пережить не мог. И когда в очередной раз мышцы влагалища Жанны обхватили основание его члена, Стас кончил. Это даже не зависело от него, получилось как-то само собой. И следом он почувствовал последнее сокращение её мышц. Блин, такого у него ещё не было никогда. Он рухнул сверху на хрупкое тело, пытаясь восстановить дыхание, и ощутил волну, прокатившуюся по этому телу, после чего Жанна затихла.

– Детка, ты в порядке?

– Не знаю, – прозвучал знакомый голос, но с какой-то хрипотцой. – Расскажи мне о золотом платье. Я понимаю, что я должна стать проституткой, я так боюсь этого, а всё равно хочу попробовать.

– До золотого платья ты ещё не доросла, знаешь, там не просто секс, там нечто другое. Но если ты хочешь, я расскажу.

Стас скатился в сторону и попытался сесть.

– Иди в душ, а то ведь я даже презик не надел, не дай чего произойдёт.

– Не парься, не залечу. Я знаю. Но в душ надо. Я скоро. Ты не уйдёшь?

– Нет, девочка. Я тут.

– Это тебе, – Жанна достала влажные салфетки из тумбочки, накинула халатик и упорхнула из комнаты.

А вот теперь перед Стасом встал вопрос – владеть единолично или поделится с публикой? Это он привёл Жанну в клуб, зная все тонкости его работы. Это он, в конечном итоге, разбудил это спящее создание. Это он бросил её под паровоз страсти. И что делать теперь? Отдать на растерзание шакалам, что посещали клуб? Оставить себе? Или вести дальше? Судя по сегодняшним событиям, в ней скрыт неимоверный потенциал, раскрыть его – дело чести. Чести? Какой? Воспитать проститутку? Нимфоманку? Которая будет вечно хотеть, а он сам не сможет с ней справиться. Ей будет требоваться всё больше и больше, ей будет мало одного и даже двоих мало. И что тогда? А кто она для него? Стас так задумался, что не заметил, как вошла Жанна.

– Давай чаю попьём. А то я со вчера ничего не ела, – пробился сквозь его мысли голос Жанны.

Когда она заселялась в общагу, ей повезло – досталась одноместная комната в трехкомнатной секции. Санузел был общий, но в комнате имелась раковина, и Жанна у торцевой стены оборудовала небольшую кухню. Там было все необходимое – маленькая электроплитка, чайник, настольный холодильник и микроволновка.

– Давай, – согласился Стас.

Пока закипал чайник, Жанна заглянула в холодильник и на скорую руку соорудила бутерброды. Чай пили молча, каждый думал о своём. Но когда с бутербродами было покончено, Жанна снова вернулась к разговору о золотом платье.

– И всё же, расскажи…

И тогда Стас решился.

– Следующий спектакль в клубе через месяц, тебе хватит того, что получила вчера, на это время?

– Да, но вроде меня ждут через две недели, так сказала администратор.

– Через две недели просто вечеринка, тебя опять посадят в качестве статуи. Ты не волнуйся, с грымзой я договорюсь.

– С грымзой?

– Это мы так её называем между собой.

– Ну, знаешь, мне она показалась очень и очень, откуда такое прозвище?

– Это ты её в гневе не видела, если что не по ней, она и за стек взяться может, так, что мало не покажется.

– Что? Не поняла, о чём ты.

– А вот как раз о том, что ты хочешь узнать. Скажи, тебя пороли в детстве?

– Пороли? Да ты что, меня даже не шлёпнули, кажется, ни разу, ну, может, совсем в детстве, но я такого не помню точно.

– Тогда учить тебя придётся с нуля.

– Чему учить?

– Получать удовольствие от порки.

– Ну, знаешь, я не согласна. Ты за кого меня принимаешь?

– А работать в клубе дальше ты хочешь?

Жанна задумалась. С одной стороны до каникул ещё четыре месяца, а денег, полученных вчера, ей действительно хватит на месяц, и это шанс работать всего одну ночь в месяц, а не стоять часами застывшей перед юными художниками, не висеть на цепях в качестве живой статуи, не разносить бокалы среди толпы, сверкая голой попой.

– Хорошо, давай попробуем. Что я должна делать?

– Для начала почитаешь теорию.

Стас открыл её ноут, набрал в поиске несколько слов и открыл нужные страницы.

– Сегодня всё это прочитаешь, захочешь себя поласкать – не стесняйся, тебе это только на пользу пойдёт. Завтра, ровно в шесть вечера, я приду. Я хочу, чтобы ты ждала меня, но не просто ждала. Когда открою дверь, я должен увидеть тебя на кровати лицом вниз, под живот подложи подушку, так чтобы попа была приподнята. На тебе чулки, короткая юбка и закрытые трусики. Все ясно?

– А чего это ты мне в таком тоне? – опешила Жанна.

– Вот когда всё прочитаешь, тогда поймешь, а сейчас просто не спорь. Ты же хотела учиться? Всё, я ушел, за секс и бутерброды спасибо. И то, и другое было классным.

Он чмокнул её в щечку и вышел из комнаты. Жанна застыла, обдумывая то, что случилось. Копаться в себе – было её хобби, вот и сейчас она погрузилась в свои ощущения. С одной стороны, всё это пугало, но с другой, то, что произошло вчера и сегодня, открывало в ней новые, неведомые грани. И Жанна решила идти до конца.

Первым делом она проверила расписание на завтра, только лекции, хорошо, значит, можно со спокойной душой читать заданный Стасом урок. Одна статья, вторая, третья… Картинки её ужасали и притягивали одновременно. Кодексы, правила, рекомендации. Жанна так увлеклась, что забыла о времени. Странно, но почему-то чем больше она узнавала, тем больше ей хотелось попробовать. Не всё, конечно, она боялась боли, да и унижений ей совсем не хотелось. А чего тогда хотелось? В конечном итоге, в голове от обилия информации образовалась полная неразбериха, и она разумно решила просто лечь спать – утро вечера, как водится. А ночью ей приснился очень странный сон.

Это было море. Сначала на нем были огромные волны с человеческий рост. Вокруг светило ослепительно яркое и теплое-теплое солнце. Волны были темно-синего цвета с белым гребнем наверху. Но в них не было угрозы, а наоборот – они тянули к себе, хотелось прокатиться по волне, как с горки. Но в какой-то момент картинка сменилась, и море стало абсолютно спокойным и ровным, глубоко синее с бирюзовым отливом. Тогда она вошла в воду. Вода держала её на самой поверхности. Было так спокойно на душе. Но вдруг захотелось встать на эту воду… Она поднялась на ноги. И… пошла по воде. В полный рост, нисколько не сомневаясь, что это всё реально!

Когда зазвонил будильник, Жанна поняла, что уже давно не спит, такое легкое пробуждение для неё редкость, она «сова», и вставать рано утром всегда было проблематично. Но не сегодня.

Весь день она думала только об одном – что будет вечером? Как это будет? Вернувшись из универа, Жанна наскоро сварганила легкий обед и перебрала свой гардероб, в котором не оказалось чулок, зато нашлись белые гольфики до колен, короткая, расклешённая к низу, бордовая юбочка, белая маечка и белые плотные трусики, которые она даже не доставала раньше из упаковки (просто предпочитала стринги, а откуда взялись эти, и сама уже не помнила). Ровно без двух минут шесть Жанна устроилась на кровати так, как вчера приказал Стас, и опять ушла мыслями в себя. Ожидание оказалось интересным. Такое было в первый раз в её жизни. Воображение рисовало одну картинку за другой. Две минуты, казалось, тянулись вечность. Когда она услышала шаги Стаса в комнате, трусики между ног уже были мокрыми. Жанна поняла, что эта ситуация её возбуждает.

– Ага, ну что ж, хорошая девочка, всё сделала правильно, ну, почти всё, – Стас бесцеремонно запустил руку под юбку и провёл пальцами между ног, – А вот это мне уже нравится… А теперь поднимись и встань на колени, я хочу поговорить с тобой.

Жанна ожидала чего угодно, но только не такого поворота событий. Она встала с кровати и опустилась на колени.

– Руки за спину, голову вниз, в глаза не смотреть, отвечать на вопросы четко, – голос Стаса был каким-то чужим, металлическим.

Жанна застыла в недоумении. Что было не так в её поведении?

– Ты все прочитала?

– Да.

– Ты хочешь идти по этому пути?

– Да.

– Что я вчера велел тебе надеть?

– Чулки… но у меня их не оказалось.

– Вот как. Значит, сегодня я тебя за это накажу, а завтра сходим и подберём тебе чулки. Сейчас я тебя слегка отшлёпаю, просто слушай свои ощущения. В любой момент ты можешь всё остановить, достаточно сказать одно слово: «Стоп». Посмотри на меня.

Жанна подняла глаза и увидела в руках Стаса кожаную шлепалку, по форме напоминающую ракетку для пинг-понга, только мягкую.

– Ложись на кровать и подними юбку.

Страх липкой волной окатил девушку, ноги вдруг стали ватными, движения замедленными, она уже прямо сейчас готова была сказать то самое заветное слово, но любопытство взяло верх, да и сама ситуация её возбуждала. Жанна долго пристраивала подушку, медленно поднимала юбку, ощущая прилив возбуждения внизу живота. Стас не торопил, давал ей время осознать каждую секунду этой необычной ситуации. Наконец, она затихла, вытянув вперёд руки и уткнувшись носом в кровать.

Он провёл рукой по попке, Жанна напряглась.

– Расслабься, не надо напрягаться.

Первые удары она почти и не чувствовала, так, какие-то новые ощущения, не более того. Но раз за разом они становились чувствительнее, и Жанна начала поскуливать. А Стас, размеренно и не торопясь, продолжал шлепать, иногда меняя ритм на очень быстрый, тогда удары сыпались один за другим без перерывов. В какой-то момент Жанна начала чувствовать явные болезненные ощущения, ей хотелось увернуться, остановить всё, прекратить, она уже готова была разрыдаться, когда всё закончилось. Неожиданно Стас погладил её по голове.

– Умница девочка. Ты молодец. Но наказать я тебя всё же должен… За чулки.

Она услышала, как он расстегивает ремень на джинсах, и тогда мелькнуло желание сказать, но она промолчала. Стас двумя руками стянул с неё трусы до колен. К слову, они были мокрыми насквозь. Погладил попку.

– Ну вот, симпатичная розовая попка!

И когда Жанна совсем было расслабилась, Стас крест на крест нанёс подряд четыре хлестких удара ремнём. Это было больно, хотелось заорать, но за стенами были соседки. Всё это время Жанна помнила, где они и кто они. И лишь мелкая дрожь прокатилась по телу.

– Тихо-тихо, всё, девочка, больше не буду, – Стас нежно обнял её за плечи и помог сесть на кровати.

Жанна почувствовала горящую огнем попу и охнула, стянула совсем ненужные уже трусики. Стас сел рядом, вытер с её лица слезы и ласково поцеловал солёные губы.

– Как ты?

– Пока не знаю.

– Я пирожные принес, будешь?

– Да, – шмыгнула носом Жанна.

В эту ночь Стас остался с ней. А Жанна приняла решение участвовать в следующем спектакле в клубе.

Её обучение продолжалось весь месяц. Стас познакомил её с флогом, стеком и тоузом, но никогда не делал больно по-настоящему. Это была своего рода игра. Но странно, что эта игра их сближала всё больше и больше. Жанна чувствовала себя маленькой девочкой, беззащитной и слабой, но рядом всегда был сильный и надежный Стас, который мог наказать и пожалеть, помочь и понять. Они рука об руку шли вверх по лестнице, лестнице в небеса. Секс казался ярким и неистовым, а отношения всё более доверительными.

Новый спектакль в клубе был назначен на субботу. В этот раз Стас сам устраивал Жанну на сцене. Он подвёл её к стойке – две металлические трубы, которые регулировались по высоте, между ними перекладина в виде мягкого валика, перед стойкой колонна с цепями. Теперь Жанне позволили видеть, пока… Костюм тот же, что в первый раз – кожаные браслеты и ошейник.

– Секса сегодня не будет, только порка. Ничего не бойся, вреда тебе не причинят, слушай свои ощущения. Ты можешь кричать, публику это заводит, можешь плакать, этого никто не увидит, но ты не сможешь это остановить. Готова? – голос Стаса был нежен и ласков.

Жанна затрепетала, сама не понимая от чего – от страха или желания? Внизу живота вдруг образовался комок. Стас заметил её взгляд с поволокой и провёл рукой между ног, там было влажно.

– Вот и умница, – вдруг завершил он разговор. – А теперь пора.

Ноги за карабины к стойкам, точно выверенная высота – лобок упирается в мягкую перекладину, руки вперёд – цепями к столбу, третья цепь – к ошейнику, вместо неизменной маски на лице непроницаемая повязка на глаза. Время пошло. Пока это время ожидания. Лишённая возможности видеть, Жанна вся обратилась в слух. В какой-то момент наступила полная тишина, а потом открылась дверь, и публика заполнила зал. Как и в прошлый раз, музыка была сигналом к началу представления. Но сейчас она не была столь напористой, скорее, ровной, убаюкивающей. Неожиданно в голове всплыл сон и она, идущая по воде в полный рост.

Вот за её спиной кто-то появился, Незнакомая рука исследовала её тело, чуть касаясь, прошлась от лодыжки вверх по попе, по спине, по плечам. Жанна прогибалась вслед этим касанием. У неё была чувствительная спина, иногда её даже спрашивали – у тебя что, глаза на затылке?

После она почувствовала прикосновение тонких кожаных ремешков флогера. Они просто прокатились от плеча вниз. Вспоминая уроки Стаса, Жанна попыталась максимально расслабиться, не зацикливаться на многочисленных мыслях и страхах. Музыка стала резче и, кажется, зазвучала громче. Первые несколько ударов были будто продолжением поглаживаний – по плечам, по попе, бедрам. Затем усилился и напор, и, как следствие, появилась боль. Но не та резкая и неприятная, а вполне терпимая. Жанна вдруг поняла, что она получает от этого удовольствие. Только раз она вскрикнула, когда ремешки захлестом попали по груди.

Наступил момент, когда время вокруг исчезло, исчез мир, не было зала, не было зрителей, были только собственные внутренние ощущения. Каждый раз, подаваясь навстречу жалящим иглам плетки, Жанна шаг за шагом поднималась выше и выше к вершине, затерянной где-то там, далеко в облаках.

Очнулась она от знакомого голоса: «Как ты, девочка?» Стас отстегнул её от цепей и поддержал, когда она попыталась рухнуть на пол. Казалось, ноги её совсем не держат. Только сейчас, когда прошла эйфория, Жанна почувствовала, как горит всё тело.

В гримерку вошла администратор, как всегда, величественная и немногословная.

– Твой гонорар, – положила конверт на столик, – сегодня ты своё отработала. Публика в восторге от твоего танца под плетками, только о тебе и говорят. А это бальзам, поможет успокоить тело и не даст образоваться синякам.

– Синяки? Стас, что всё так серьезно?

Стас молча развернул одно большое зеркало, чтобы Жанна могла увидеть себя сзади во втором. Она оторопела – от плеч до бедер всё было разрисовано розовыми, крест на крест, полосами. Ласково касаясь её горящего тела, Стас намазал бальзамом и помог одеться.

– Что ты чувствовала там, на сцене?

– Я шла по лестнице. Лестнице в небеса.

Стас уже давно переселился в комнату Жанны, в клубе они тоже работали в паре. Вот только от золотого платья Жанна категорически отказалась. А летом они вдвоём поехали отдыхать к морю. Что будет с ними дальше, покажет жизнь, но пока оба были счастливы.

Июль, 2014 г.

(Всего 182 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

Диана Тим Тарис

С такой женщиной одна ночь может быть визитом в рай, но жизнь с ней - это сущий ад. Слишком много у нее тараканов на квадратную извилину...

15 комментария к “Дебют в грехопадении, или Лестница в небеса”

  1. Сложно читать, еще сложнее писать отзыв… Нет, это не рассказ, а повесть. О женщине, которая познала любовь через телесную боль. Это называется, кажется, мазохизм.
    Надо заметить, Diana Tim Taris не отступает от избранного стиля письма. Но если в предыдущих работах, ее рассказы были фактически верлибром, насквозь пронизанные романтикой, то “Дебют в грехопадении” – странное сочетания романтизма с реализмом.
    И это, наверное, лучшее свидетельство ее писательского мастерства.
    Как и образы героев. Психологически выверенные, очень жизнеподобные.
    Остается ожидать от Дианы новых открытий на литературном поприще.

    2
    1. Я люблю эту повесть, хоть и написана она давно.
      Интересно, тогда мне казалось, что исполнение получилось какое-то однобокое, что ли.
      А вот по прошествии времени перечитала и решила, что мне это нравится.
      Поэтому и закинула сюда.

      2
  2. Какая хорошая первая часть… впору грымзе-адмиистраторше давать объявление: “лечение фригидности – быстро и дорого”.
    А краткое резюме второй – “сколько волка ни корми, он все равно в лес смотрит”. Это уже к Диане как к автору и поклоннице БДСМ. Что тут скажешь? Вольному воля, спасенному – рай.
    Но за писательское мастерство, за то, что я начал читать рассказ без тега “реальные истории” и дочитал его, конечно 10.

    1
    1. Думаю, ты знаешь, что редко на какой из моих опусов нельзя поставить тег “реальные истории”. Все они так или иначе переплетены с личным опытом. Фантастику и перемещения во времени я не пишу точно)))

      1
      1. Ну да… но сдается мне, что в данном случае с героиней тебя роднят ощущения (испытываемые как во время секса, так и сессий; раскрытие себя телесно и тематически), но не жизненный путь.

        1
  3. Когда ищешь ответы на определенные вопросы, действительно, можно иногда включить и полет мысли. А в повседневной жизни лучше не фантазировать, а мечтать. В этом случае проще решаются многие задачи, для которых мечта становиться не только целью, но и стимулом.

    1
    1. Мечта как раз чаще уводит с пути. Как только замечтался, так всё пошло вкось и вкривь.
      Если уж чего-то хочешь, то лучше это планировать. Опять не особо рассчитывая на результат.
      Ну и чтобы и вправду чего-то добиваться, шли запрос во Вселенную. Тогда уж железно получишь ответ. Правда, не всегда тот, который хочешь. Но опять же – учит формулировать желания правильно))

      1
  4. Диана, у меня тоже характер нордический. Все спланировать, разложить по полочкам – великолепно. Согласен с Вами тогда достигнешь результата.
    Но какая пресная абсурдная жизнь! И появляется на противовес Штольцу – Обломов.
    Достичь золотой середины или золотого сечения – стремление каждого, кто хочет чего то достичь в жизни.
    Но увы не напрасно есть украинская поговорка: работа дураков любит.
    Юрий Антонов когда то пел: мечты сбываются и не сбываются…
    Фантазии тоже сбываются, вспомним хотя бы тысячу лье под водой…

    1
  5. Для того, чтобы оценивать содержание, надо быть хоть чуть-чуть «в теме», а я с «садо-мазо» даже не здоровался.
    А вот форму, в которую заключено содержание этой повести, могу оценить, как великолепную. На мой взгляд, с литературной точки зрения здесь всё на своем месте, в нужно последовательности. И очень-очень грамотно и понятно изложено.

    1

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг