Грешница. Часть 2: Лекарство от любви

— Извини, Настя, но я не могу взять тебя в наше трио, — сказала Линда, распаковывая новую пачку прокладок.
— Ты же говорила, что от любви к преподобному меня спасет только групповушка!
— Все так. Но только не с моими мужчинами, — ответила Линда, расправляя крылышки прокладки по бокам красных трусиков. — Видишь ли, дорогая,  с Османом и Саймоном я чувствую себя королевой мира. Если к нам присоединишься ты, то ситуация изменится. Все внимание будет уделено тебе, а я буду так … на подсосе.
Настя закатила глаза: падение самооценки ниже плинтуса ей было незнакомо, соответственно и понять Линду было сложно. Он считала подругу довольно привлекательной, а почему нет? Аппетитная, что называется в соку, за собой следит, лобок эпилирует, секс обожает – что еще надо?

Не то, чтобы она действительно хотела группового секса, скорее просто драконила подругу. Отвлекалась от мыслей об Аароне, гори он в аду, Мелтоне. Книги уже не помогали, эротические рассказы только раззадоривали.
— Вот что, сходи сегодня в «Медную обезьяну», послушай живую музыку, отвлеклись немного, подлечи разбитое сердечко новым знакомством, — сказала Линда.
— У меня заканчиваются деньги, — призналась Настя. — Нужно либо искать работу, либо лететь обратно в Москву.
— Живи у меня, сколько захочешь. Ты же обожаешь Лондон!
— Не хочу злоупотреблять твоим гостеприимством.
— Не говори ерунды, ты забыла, кто мой папенька? Не последний вообще-то человек в Палате лордов. Дуй в паб и передавай Джеку привет.
— Что ещё за Джек?
— Узнаешь, — уходя, загадочно подмигнула Линда. — Он профи по части склеивания разбитых сердец.
— Стой! Ты с ним трахалась? Скажи сразу, чтобы потом без сюрпризов.
— Нет, честно нет. Когда я жутко его хотела, у него была баба — наездница. Помолвка, свадьба. Но потом все обломалось. Застал он свою Тарочку в постели с двумя мужиками. Шлюха оказалась.
— Тебе ли ее осуждать, — хмыкнула Настя.
— Я-то никому не наставляю рога.
— Ладно, взгляну на твоего Джека, — сдалась Настя.

 

***
В баре «Медная обезьяна» сегодня вечером удивительно спокойно. Очередной локдаун закончился, но народ не спешил идти праздновать. За стойкой стоял парень в белой футболке, под которой бугрились натренированные мышцы, и протирал пивные бокалы. Настя заказала Гиннесс, и пока бармен наливал, она разглядывала его: беловолосый, скорее всего, без краски тут не обошлось, татуировки на руках, ярко-голубые глаза, прямой нос — а парень хорош, очень хорош!
— Налюбовалась? — спросил бармен и поставил перед Настей бокал темного пива.
— Что? Ты, должно быть, Джек?
— Если за этим последует шутка про Дэниэлса, то я брошу в тебя полотенце, — предупредил он.
Настя рассмеялась:
— К счастью, я не знаю этой шутки, да и вообще английский юмор не понимаю. А ты всегда так мило общаешься с незнакомыми людьми?
— Я тебя знаю, — хитро прищурившись, сказал он. — Мы виделись на свадьбе Алисии. Мой дядя Чарли был женихом.
— Иногда Лондон напоминает мне мой поселок — все друг другу приходятся братьями, кумовьями и сватами, — покачала головой Настя. — Но тебя что-то не припомню на торжестве.
— И не удивительно. Ты же глаз не сводила со священника.
Упоминание об Аароне изрядно подпортило ей настроение. Настя мигом сникла и уставилась в свой стакан. Пива в нем оставалось всего на четверть.
— Отец Мелтон иногда заходит к нам на пинту, — продолжил Джек. — Очень вежливый человек, всегда выслушивает пьяниц-завсегдатаев. Иногда совет им даёт ценный.
— Святость Преподобного просто зашкаливает, — с сарказмом заметила Настя. — Везде его знают, в каждом чертовом пабе он побывал! Интересно, нимб ему не мешает за воротник закладывать?
Джек с пониманием кивнул:
— Отшил?
— Заткнись, ладно? Тебе привет от Линды.
— Как она поживает? – оживился бармен. — Нашла ли мужчину своей мечты?
— О да, даже двух, — рассмеялась Настя.
— Слышу в твоём голосе нотки зависти.
— Поверь, мне ничего не стоит найти двух, трёх, да хоть десятерых! Только оно мне не надо. Линда сказала по секрету, что ты умеешь лечить разбитые сердца. Попробуешь?
— Хммм, а она уточняла, какими методами?
— Не вдавалась в подробности.
— Что ж.. до закрытия час. Подождешь?
— Наверняка. Если нальешь ещё Гиннесса.

 

***
Она сидела у окна и смотрела на тихую улочку. Она бы не удивилась, увидев на стоянке красный джип, из которого бы вышел преподобный в яркой ризе и начищенных дорогих туфлях. Прошло две недели с того памятного ужина и его молчаливого ухода, и она ни на минуту не прекращала думать о нем. Настя была не глупа и прекрасно понимала, почему залипла на святом отце — вкусила пресловутый запретный плод.

Она не могла вспомнить, чтобы кто-то из мужчин, переспав с ней, не захотел бы повторить все снова и снова. И в тоже время кляла себя, что отдала ему всю себя — ничего запретного не осталось. Вряд ли Аарон оценил ее дары. Сволочь обыкновенная — вот он кто!
Джек — совсем другое дело. Он показался ей весёлым и даже слишком умным для бармена, а длинные ресницы и наличие мотоцикла и вовсе стали решающим фактором. Настя была готова вверить ему свое разбитое сердце.

Он повез ее на серебристом Харлее  по ночному Лондону. От его куртки пахло кожей и хорошим парфюмом.
И образ преподобного Аарона Мелтона померк в ночи…
В своей милой квартирке в Кенсингтоне Джек предложил ей салат из креветок и холодный джин-тоник.
— Предлагаю выговориться друг другу. Я начну, — сказал Джек.
Настя опешила — вроде как на задушевные беседы не подписывалась, но промолчала.
— Я любил Тару, несмотря на то, что она любила своего бульдога больше, чем меня. На день рождения своей собаки она собственноручно приготовила торт из сырого мяса, а про мое 25-летие попросту забыла. Я готовил для нее  веганскую пиццу и салат из авокадо, а она делала мне качественный минет. А после застал ее в постели с двумя мужиками.
— Знаешь, я не удивлена. Есть такие мужики, которые думают, что оральный секс решит все проблемы. Ты пробовал вставлять свой пирог в ее печь?
— Чего? – поперхнулся джином парень.
Настя закатила глаза:
— Спрашиваю, трахать ее пробовал так, чтобы дым из ушей валил? Скорее всего, нет, иначе бы она не пошла к каким-то левым мужикам.
— Тара присоединилась к гейской парочке, — сказал Джек, аккуратно вытирая губы и острый подбородок полотенцем. — Так что степень прожарки не имеет для нее значения. Эти ребята привыкли жарить друг друга.
— Час от часу не легче! Тогда она просто извращенка и радуйся, что больше не придется терпеть ее пса в своей квартире.
— Ты права. Ну а у тебя что стряслось? С кем рассталась?
Насте не хотелось обсуждать с Джеком Преподобного. До какой степени она его ненавидела, подставлять все же не хотелось. Ясное дело, что его по головке не погладят в епархии, а то и вовсе лишат сана.
— Да так… Был один. Переспали, и свалил в лондонский туман. Две недели ни слуху, ни духу. Может, оно и к лучшему.
Настя доела последнюю креветку и придвинулась поближе к Джеку. Мол, не тупи парень, Тару не вернёшь, а ты ещё молод и горяч. Забудь о минете — это игра в одни ворота, и займись настоящим жарким сексом с громкими охами и похотливыми стонами. Если бы Джек умел читать мысли, он бы все понял, но он не умел, а потому  попросту спустил штаны и поиграл бровями.
— Предлагаешь сделать тебе минет? – обескуражено уточнила Настя. — И ты думаешь, что это как-то склеит мое сердце?!
— Не склеит. Но малость отвлечешься.
— Какой мне с этого прок?
— Разве девушки не любят отсасывать? – на этот раз удивился блондин.
— Так все, мне надоело! Ты кем себя возомнил, парень? Думаешь, я какая-то идиотка: соберу волосы в пучок, чтобы не мешали, и отсосу твой вялый член?!
Ответить Джеку помешал телефонный звонок.
— Да, брат? – сказал он в трубку. — Что забыл? Сейчас поищу. Конечно, заходи. Я тут с дамой.
Джек сбросил звонок и отправился отпирать дверь. Настя успела подумать, что опять влипла в историю. Сейчас парней будет двое, и фиг его знает….

…На пороге стоял великолепный Преподобный в праздничной зелёной ризе, (наверняка собрался служить ночную мессу). Настя застыла на месте, и даже икнула от неожиданности.
— Ты?! — сказали они хором.
— Похоже, представлять вас друг другу не нужно, — сказал Джек.
Этот Супермен в сутане молча сверлил её презрительным взглядом, и Насте вдруг отчаянно захотелось оправдываться. Однако она поборола свой глупый порыв.
— Уже ухожу, — сказала Настя и схватила сумочку. — И на будущее: я не играю в игру в одни ворота.
— Что, мой братец снова налажал? — насмешливо спросил отец Аарон.
— Фу, какие выражения у вас, святой отец, — укорила Настя.
— Ана, Ана, Ана, — зачастил Джек, вытянув руку вперёд, — прости, я вел себя как идиот. Я не знал, что мое предложение оскорбит тебя. Все девушки до тебя с радостью этим занимались. Даже предлагали минет без проникновения. Уходили довольные. Вот я и подумал, что вам, девушкам, это очень нравится.
Джек был серьезен, а отец Аарон почти угорал со смеху. Настя подумала, что Джек более молодая копия брата, как она не могла заметить в баре очевидного сходства?
У Аарона Мелтона крепкие руки и ноги, высокий рост, аристократическая внешность — все в нем было идеально. А уж скольких женщин он мог осчастливить и говорить нечего! Но он словно в отместку своей броской внешности избрал путь одиночества и холодной постели.
— Я ухожу. Доброй ночи.
Окинув взглядом напоследок Преподобного, она вышла из квартиры. Отец Аарон тотчас перестал улыбаться, запах духов, которым она окутала все пространство, напомнил ему о той волшебной ночи.

 

***
Она ворвалось в квартиру Линды злобной фурией и набросилась на нее:
— Признайся, ты знала? Знала?!
— Боже, о чем? – Линда выронила пинцет, которым выщипывала себе брови.
— Знала, что Джек брат Аарона, когда отправляла меня к нему?! Говори, сука драная.
— Что?? Клянусь, нет. Это правда? Я не знала… моя сестра Алисия особо не распространяется о своей новой родне.
— Твою мать! – Настя пнула ногой ни в чем не повинный пуфик.
— Ты встретила Преподобного?
— Да! И он застал меня в дурацкой ситуации, когда его братец пытался развести меня на минет!
— И как, удачно? – выгнула бровь-запятую Линда.
— За кого ты меня принимаешь? – процедила Настя.
— Ооо, за святошу, конечно, за кого же ещё? Могла бы и отсосать, не облезла бы.
— Или на хрен, Линда.
— Шуток не понимаешь? Ну и что Аарон?
— Да ничего, презирает меня, — Настя бухнула в бокал мартини и полезла в холодильник за оливками.
— Иди к нему на исповедь, завтра с утра, будет мало народу.
— Не пойду. Что за бред? Что я ему скажу?

 

***
Отец Аарон терпеливо слушал исповеди. В основном это были женщины, признающиеся в своем распутстве. Их рассказы были настолько одинаковые, что даже неинтересно. Пользуясь случаем, что его особо не видно в темном окошке, Преподобный скролил новостную ленту на смартфоне.
— Грешна, святой отец. Встала на путь распутства. Изменила своему парню с двумя геями, потому что меня возбуждает мужское совокупление. Я очень жалею об этом, и хочу вернуться к своему любимому. Отец Аарон, поговорите с Джеком.
Преподобный оторвался от смартфона и посмотрел на девушку:
— Тара?! В церковь с собакой нельзя.
— Ухожу, уже ухожу. Поговорите с Джеком о моем раскаянии.
Отец Аарон вздохнул:
— Ладно, но имей в виду, он очень на тебя обижен.
Священник вышел из кабинки и увидел Настю. Не сдержался, закатил глаза:
— Я же сказал, чтобы ноги твоей не было в моей церкви, грешница.
— Какие-то у вас двойные стандарты преподобный, этой, что спит с геями — можно, а мне нельзя. Почему?
— Потому что ты атеистка, и приходишь сюда с блудными помыслами.
— Откуда вы знаете, какие у меня помыслы? – Настя уперла руки в бока.
— По глазам все вижу. Уходи, Ана, я не допущу здесь флирта, — он указал пальцем на дверь.
— Стены твоей церкви наслушались такой грязи, что им уже ничего не страшно. И не собиралась я с тобой флиртовать, отче.
— Так зачем ты пришла?
— Это я ее позвал, — входя, сказал Джек, — простите, живот прихватило. Мы хотели с тобой поговорить, брат, насчёт церемонии венчания.
— Ты женишься на Ане?! Как ты можешь? Да ты же совсем её не знаешь! Она иностранка, мало того, с какого-то поселка, грешница, красивая сучка, ой простите, не то хотел сказать, в общем, она не для тебя!
Настя и Джек переглянулись:
— Вообще-то мы говорим о Линде. Она выходит замуж.
— За Османа или Саймона? – уточнил Аарон.
— За обоих.
— И вы хотите, чтобы я поженил триаду!? Совсем сбрендили? – священник схватился за голову, потревожив идеальные кудри.
— Нет. Законным мужем будет Саймон, — сказала Настя.
— Почему он сам ко мне не пришел? Мы ведь друзья.
— Саймон боится твоего гнева, — объяснил Джек.
— И правильно. Это совершенно недопустимо для католической церкви!

Преподобный еще некоторое время побрюзжал насчет падения нравов и морали в современном обществе, и на том успокоился.

Когда они вышли из церкви втроём, то встретили Тару. Ее французский бульдог помечал все деревья, которые только есть в парке.
— Джек?! — взвизгнула Тара и кинулась к нему на шею.
Джек отлепил ее руки от себя:
— Не стоит, Тара.
— Спасибо отче, что так быстро поговорили с ним. А это кто? — Тара окинула ревностным взглядом Настю, на которой был надет шикарный белый костюм, состоящий из пиджака и юбки. Бывшая Джека завистливо задержала взгляд на длинных Настиных ногах. У самой же Тары были коротенькие крепкие ножки, эдакая табуреточка с длинными волосами.
— Моя новая девушка, — сказал Джек и приобнял Настю.
— Вот значит как? – кивнула Тара. — Отойдем на пару слов, Джек? Я скажу тебе что-то важное.

Когда Джек нехотя отошел с бывшей, Настя зашипела на Преподобного:

— Ты назвал меня красивой сучкой.
— Правда? — наигранно ахнул он. — Просто наслушался исповедей и заразился сквернословием. Вырвалось случайно.
— Ты испугался, что Джек женится на мне. Ревнуешь?
— Нет, вовсе нет, — поспешно ответил он. Аарон смотрел в ее зеленые глаза и видел в них свое отражение: влюбленный, ревнивый, раздавленный —  вот каким он видел себя.
— Ты правда обвенчаешь Линду и Саймона? Осман будет посаженным отцом.
— Господи Иисусе! За что мне это?

 

***

Гости съезжались в роскошный особняк в Суррее, который принадлежал отцу Аарону. У Насти захватило дух от шикарного убранства дома. Двор утопал в зелени и чудных цветах. Живая изгородь из туи. Кусты, постриженные в форме шахматных фигурок.
Преподобный встретил гостей в джинсах, футболке с надписью Nasa и шлепанцах на босу ногу. Этот холеный, заряженный тестостероном мужчина действовал на Настю как сильнейший афродизиак. Она старалась не смотреть на него, но то и дело ловила себя на том, что жадно разглядывает его.
Саймон, Осман и Линда приехали на машине Османа. Джек и Настя на мотоцикле. Преподобный усадил всех в просторной светлой гостиной и угостил лёгким коктейлем из мартини.
— Мою кандидатуру рассматривают для возведения в сан епископа, — начал Аарон Мелтон. — Поэтому, дорогие друзья, я не могу быть замешан ни в чем подозрительном, а именно дать благословение на брак Линды с Саймоном, заблаговременно зная, что она будет ему изменять с Османом.
— Поздравляю, брат! – Джек изобразил жидкие аплодисменты.
— Пока не с чем. Все пока только на словах.
— Ну и зачем вы нас тогда пригласили, святой отец? — спросила Линда.
— Собственно идея не моя, — ответил Аарон Мелтон. – Джек, тебе слово.
— Я попросил брата устроить здесь вечеринку в честь Ноттинг Хилл карнавала. Аарон милостиво разрешил устроить в особняке, где нет любопытных соседей, танцы.
— Я вообще-то хотела потанцевать на улице, — сказала Настя.
— Ага, в толпе похотливых мужиков? — возмутился Джек. — Чтобы они тёрлись об тебя своими членами? Такого я своей девушке не позволю. Кстати, Тара познакомилась со своими геями на этом же карнавале.
— Хватит уже про свою бывшую, Джек! — вскипела Настя.
— Мы согласны повеселиться перед свадьбой, — сказал Саймон за себя и свою будущую жену. Осман пожал плечами: почему нет?
— У меня в машине костюмы, сбегаю за ними! – весело сказала Линда.
Настя посмотрела на Преподобного: ему-то зачем вот это вот все? Карнавал в своем собственном доме и не обремененные моралью гости? Подходящего ответа у нее было. Впрочем, он нашелся позже.
Настя значительно выделялась на фоне Линды: ее подруга перебирала коротенькими толстенькими ножками и трусила роскошным задом, тогда как славянка выплясывала сальсу, привлекая к своим длинным стройным ногам мужские взгляды. У нее на голове была идиотский убор из цветных перьев. На теле только трусы и лифчик с многочисленными цепочками, которые звенели в такт музыке. Парни жарили карибский шашлык и цедили виски со льдом.
— Отличный ход, святой отец, иметь домик подальше от своей церкви, — сказал Осман.
— Мои соседи даже не в курсе, что я священнослужитель, — признался Аарон. — А то наведывались бы каждый вечер клянчить кагор.

Мужчины рассмеялись, они давно нашли общий язык друг с другом.
— А русская чудо как хороша, да парни? — сказал Саймон, цепляясь за Настю заинтересованным взглядом.
Настя решила сегодня веселиться во что бы то ни стало, не обращать внимания на Преподобного и танцевать, пить вино, хохотать с Линдой до упаду. Она ещё не решила, что будет делать с Джеком, возможно, пустит его сегодня к себе в постель — он давно напрашивается. Младший Мелтон забавный и не утратил куража. Только вот постоянные разговоры о его бывшей раздражали. Настя ненавидела уже эту Тару всеми фибрами души.
Преподобный искоса посматривал на нее — она это чувствовала. Что ж пусть пялится и понимает от чего отказался. Его лицо по обыкновению не выражало ровным счетом ничего, но уж Настя знала все его потаенные желания.
Карибский шашлык получился великолепным — Преподобный знает толк не только в молитвах, но и в готовке.
После ужина Саймон, Осман и Линда попросили спальню для уединения. Отец Аарон, скрепя сердце, разрешил им занять спальню на верхнем этаже, но запретил открывать окна.
Они остались втроём — счастливая Настя, Джек с глупой улыбкой, надеявшийся, что ему сегодня перепадёт кусочек Настиного тела, и Аарон с напряженными скулами, будто хватил ледяной воды.
— Значит, вы встречаетесь, — не спросил, а утвердил старший Мелтон.
— Ана согласилась быть моей девушкой, — сказал Джек и с нежностью посмотрел на подругу.
— Я должен тебя кое о чем предупредить, брат.
— Не надо, — опешила Настя. — Не делай этого, Аарон Мелтон. Клянусь, ты пожалеешь!
— О чем это вы? — нахмурился Джек. — Выкладывайте.
— Я хотел сказать тебе о Таре, — мягко сказал Аарон.
— На хер Тару! Меня интересует только Ана.
— Она раскаивается и хочет вернуться на новых условиях. Без бульдога, с толстой книгой рецептов и обещает стать мисс скромницей до конца жизни.
— Если бы не  эта красивая девушка, которая сидит рядом со мной, я бы подумал. Но теперь…
— Я  трахалась с Преподобным, — выпалила Настя.
Аарон осуждающе на нее посмотрел и нахмурил брови.
— Это правда? – сник Джек. — Она не лжет, конечно… Не стала бы оговаривать тебя. А как же целибат? Хотя я тебя понимаю старший, устоять перед такой девушкой у тебя не было шансов. Я сам ради нее готов на все.
— Теперь ты знаешь.
— Это ничего не меняет, я по-прежнему тебя хочу, Ана, что готов разделить тебя со своим братом.
В этот момент их посетила одна и та же мысль: распутное, чудовищно греховное желание. Они словно поняли друг друга по глазам. Может быть, это развратная Линда со своими любовниками повлияла на них. Может, они сами были чересчур распущены, но умело маскировались до сей поры. Кто знает…
Обсуждать нельзя, надо приступать.
Джек поцеловал ее, а потом повернул ее лицо к брату и сказал:
— Поцелуй его.
Их губы сблизились, лёгкий стон сорвался с ее губ, когда Аарон прикоснулся к ней. Жадный поцелуй, от которого закружилась голова, и началось покалывание в спине. Джек уже освобождал ее роскошную грудь от оков маскарадного лифчика.
Преподобный и не думал заикаться о своем чертовом целибате. Дом в Суррее подальше от церкви и соседей, которые его не знают, домашний карнавал и выпивка. Логично, что такие празднества кончаются бурным сексом. И был к этому готов! В последний раз, а потом сан епископа, целибат, строгий пост, молитвы и смутное воспоминание о самом классном сексе в своей жизни. Все это потом, а сейчас….
Их было двое, а Настя была одна. И, похоже, она совершенно не прочь понежиться в объятиях двух красивых братьев.
Джек передал обласканную грудь брату и принялся за трусики, через которые он ощущал влагу и жар от Настиной ракушки. Аарон ласкал ее сисечки, пока она крепко его обнимала и гладила напряженную спину через футболку.  Запах ее духов сводил обоих Мелтонов с ума.
Настя раздвинула ноги, и Джек просунул между ними голову. Она вскрикнула от прикосновения горячего языка к клитору. Теперь верхние губы терзал старший брат, а нижние — младший. Настя таяла между ними: раскрепощенная, счастливая, опьяневшая.
Из спальни наверху послышался крик — это бедняжку Линду дерут во все дыхательные и питательные, ей на радость.

— Я же сказал им не открывать окон, — процедил Аарон.
Четыре руки скользили по Настиному телу, интуитивно находили чувствительные точки и доводили ее до исступления. Она кончила, когда Джек трахал ее тремя пальцами и пристально смотрел на ее лицо, перекошенное от страсти. Оргазм пронзил ее молодое, скучающее по ласкам тело, и у нее онемели кончики пальцев. И Настя закричала в лицо Преподобному:

— Ааааааааа! Мммммммуууууууу…..ааааах. Ооооооох.
— Тише, тише, детка, — сказал он, впиваясь в ее губы.
Аарон снял с себя джинсы и уложил Настю на себя сверху, насадил на свой изнывающий от желания орган. Внутри у нее горячо и влажно – совсем как в прошлый раз. Джек сунул ей в руку член, и она приподняла голову. Парень мазнул головкой по ее развратным красным губам и протолкнул ствол в рот.
— Ооооох, ммммм.

Аарон насаживал ее на свой твердый стержень, держась за девичий упругий зад. Над ними возвышался Джек, которому девушка рьяно отсасывала. Ни у кого не было лишних мыслей – только наслаждение! Бичевать себя будут после, ну а пока…

Джек сел на диван, Настя оседлала его, а сзади к попке пристроился Аарон. Он крепко держит ее за бедра, сантиметр за сантиметром проникая в тугое отверстие. Девушка подаётся, уступив, и расслабляет сфинктер. Член тут же оказывается полностью внутри, не давая привыкнуть к новым ощущениям, ворочается в ней, дарит сладкие муки. Внутри у нее все горит от неконтролируемого возбуждения. Она так хотела секса и его получила! И некуда ей теперь деваться, пока мужчины не возьмут свое, и не насытится сама. Жизнь одна, и нужно получить от нее по максимуму!

До этого девушка никогда не испытывала двойное проникновение,  поэтому немного перепугалась, когда почувствовала в себе два члена. Но оба мужчины были такие желанные, а чувства накалены, что сомнений не осталось.

— Аааааааааааах, оооооооооооооох! Мммммммммммм! – резкие толчки в попке, активные движения в киске, и она поплыла по волнам приближающегося оргазма…

— Да, детка, класс…. Сейчас мы тебя отдерем, как ту сучку, — пообещал Джек. Его длинный член упирался головкой прямо в ее матку. Ничего себе хоботок!

Аарон Мелтон взял ее за волосы и запрокинул голову назад:

— Визжи, кричи, стони, покажи нам, как ты горяча, — сказал он ей в лицо.

Джек занялся ее клитором, и она закричала. Сердце екнуло, низ живота скрутило от сладкой пытки. Зеленые глаза закатились, над губой выступила капелька пота, в теле бушевал хаос, словно кто-то накалил его, а затем облил холодной водой. Мысли ее путались, хотелось только одного — продолжения. И братья продолжали, сменив позу. Чтобы удовлетворить эту жаждущую секса красавицу, им придется хорошенько постараться.

Наступила очередь Джека отведать ее прекрасной попочки. Джек резко вошел в нее, грубо держась за бедра. Настя сжала мышцы влагалища, где находился член Аарона. Теперь она была повернута лицом к нему, и он ужаснулся той порочности, которой оно было пронизано.  И священник подумал, что виноват в этом он – Аарон Мелтон и никто другой.  Старший провел двумя пальцами по ее полураскрытым губам, и девушка тут же ухватилась за них ртом и принялась сосать.

Головка внушительного члена Аарона мягко входила в сырую щелку, и на лице у Насти появилось безумное животное удовольствие. Руками он не забывал пощипывать сосочки, заставляя славянку громко постанывать.

— Мммммм, ааааамммм, уууууууу!!!!

Джек глубоко засаживал между булочек, вынуждая ее изгибаться от сладкой боли. Через стенку отчетливо ощущался ствол брата. Вагина натянулась и стала узкой. Оба просто млели от восхитительных дырочек русской любительницы секса и лапали ее везде, куда дотягивались. Настя охала и ахала, насаживаясь на твердые члены, пока не почувствовала, как в попке запульсировал член Джека. Она замерла, ощущая, как нечто горячее обдало ее изнутри.

Настя вовлеклась в эту жаркую оргию с одной целью – излечиться от любви. Но после этого станет все только хуже.  Страсть к Аарону разгоралась все сильнее, не могло быть и речи о том, чтобы она стала девушкой Джека после такого.

Джек понимал, что между этими двумя творится что-то невообразимое, и он лишь случайный участник забав. Но он был готов бороться за Настю. Забыть, что здесь произошло и еще произойдет, и никогда не ставить ей в укор. Черт, как же она хороша! Такие девочки не рождаются в Британии. Это просто крышеснос!

Отдаваясь двум братьям, Настя не чувствовала себя портовой шлюхой, напротив  — Богиней. Вот о чем пыталась втолковать ей Линда! Когда тебя любят и желают два классных мужика, что может быть круче?  Они рвут тебя на части, каждый пытается отвоевать как можно больше территории и проникнуть глубже, борется с соперником за возможность присосаться к твоим губам. Ты желанна, обожествлена, ради тебя послали к черту целибат и свою бывшую. Если это не щедрые дары, тогда что?

Настя испытала невероятный кайф, оргазм такой силы настиг ее, что не удерживал бы ее Джек— непременно рухнула бы на пол. На ее лице светилась улыбка получившего дозу наркомана.

Никакой боли не было, если не брать в расчет душевную. Но она вступит в свои права позже, а пока….

Настя стояла перед ними на коленях и отсасывала им по очереди. Она горячо благодарила мужчин за их дары и не скупилась на ласки. Ее умелый рот доводил братьев до помутнения рассудка. Первым кончил Аарон: тугая струя семени брызнула Насте на язык, она не уворачивалась от горячих брызг, и он сдоил все до капельки в ее красивый рот, а потом полюбовался губами, густо перепачканными его спермой. Следом финишировал Джек. Его сперма перемешалась на Настином языке со спермой брата, и она уже не отличала ее на вкус. Проглотила угощение с блаженством на лице, словно ванильное мороженое.

— Похоже, всем нам нужно выпить, — сказал Аарон. – Я налью.

Когда старший Мелтон отошел, Джек взял Настину руку и сказал:

— Не думай, что я считаю тебя шлюхой. Я вижу, как ты к нему относишься. И знаю, что будущего у вас с ним нет. Пожалуйста, дай мне шанс быть с тобой.

— Джек, ты же первый будешь напоминать мне об этом… карнавале. При каждой ссоре – а они случаются у всех пар.

— Клянусь, нет!

— И больше ни слова о бывшей? – уточнила девушка.

— Тара для меня больше не существует.

— Ох, Джек… — Настя закусила губу при виде вернувшего Аарона Мелтона в белоснежных боксерах. Суперпоп нес им напитки и канапешки – подкрепить силы, должно быть.

— Я излечу тебя от любви к моему брату, — пообещал Джек.

А в Настиных глазах лишь блестел лихорадочный огонек.

 

 

(Всего 33 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10
Серия произведений:

https://taboo-story.com/prepodobnyj-aaron/

Roksolana M

Хей! Я Рокси, пишу яркие, запоминающиеся рассказы. У меня вы можете заказать рассказ по своему сюжету.

Добавить комментарий