Skip to main content

Как все началось

Сейчас, по прошествии доброго десятка лет с того знаменательного в моей жизни события, я иногда спрашиваю себя: «Что заставило гуманитария до мозга костей, верного почитателя истории поступить в экономический ВУЗ на факультет бухгалтерии?» Спрашиваю и сам себе отвечаю: «Вне всяких сомнений, судьба». Да, именно судьба и, отчасти, тот факт, что в нашей стране найти хорошо оплачиваемую работу историку столь же сложно, как обнаружить в хирде викингов  индейца Майя.

И да, почему я вспомнил о судьбе? Только она могла допустить, чтобы подобный мне ненавистник математики смог не только поступить на учетный факультет, но и относительно успешно проучиться на нем полтора курса. На вступительных экзаменах мне вообще удалось увильнуть от сдачи математики, что до сих пор считаю недосмотром нашей системы образования и своей невероятной удачей.

Но самой большой отрадой для моего молодого, полного гормонов организма, было наличие в универе огромного количества очаровательных и постоянно ищущих на свой передок приключений, студенточек. Не буду сравнивать себя с Петром Первым, но то, что писали  о нем его современники: «Любил его величество слабый пол» – это как раз про меня. Довольно скоро после поступления я стал частым посетителем студенческого общежития, где у меня наметились отношения с несколькими барышнями на предмет дружить организмами в свободное от учебы время. Благо все они уже перевалили за совершеннолетие.

Кстати о дружбе: всю сознательную жизнь я был уверен, что этой самой дружбы между парнем и девушкой не существует, ну, не может ее быть, как таковой! Что же, жизнь в который раз взялась меня переубеждать, организовав мне в первый же день учебы встречу с Настей. Маленькая, худенькая рыженькая оторва, которая, тем не менее, знала математику лучше всего нашего потока, вместе взятого с лектором во главе, и играла в шахматы лучше всех, кого я знаю. И, несмотря на вышесказанное, эта, на первый взгляд, зубрилка, с милой улыбкой на веснушчатом лице, и в развлечениях оказывалась впереди планеты всей: перепить малую – как ее имел право называть только я – являлось тем еще подвигом. В общем, Настя являлась этаким примером непредсказуемости мироздания.

К тому же, Малая почему-то обзавелась навязчивой идеей, что теперь ее миссия на этом свете заключается в неусыпном контроле моей успеваемости в универе. Она могла позвонить мне на мобильный, чтобы спросить, готов ли я к завтрашнему модулю по «вышке» или же, как всегда, “нет”,  в любой самый неподходящий момент. Создавалось такое впечатление, будто она точно знает, когда именно я заскакиваю в гости к своим сексуальным партнершам.

Собственно, все началось как раз с подобного случая.

Постучав в дверь комнаты общежития под номером 117, я, не успев вздохнуть, увидел, как эта самая дверь открылась, после чего был схвачен за воротник своего пиджака (привычка ходить на учебу в деловом костюме привил мне отец), и втащен внутрь. Вера, блондинка с короткой стрижкой, обладательница осиной талии, выпуклой, крепкой попы и шикарной груди второго размера, долгих разговоров не любила, и поэтому уже минуте на третьей-четвертой моего визита, я уже был на ней. Верка, широко раздвинув натренированные ножки, взяла мой член в руку и направила его туда, куда ей велела природа. Общажная койка, с выражением покорности судьбе, в который раз заскрипела под нами.

Внутри моей подруги было очень тепло и влажно, она вообще заводилась с пол оборота, и, подозреваю, что это не было моей заслугой. Темпераментная девушка, мечта ёб… кхм-кхм, поэта.

Через несколько минут Вера стала извиваться подо мной и, для полноты общих ощущений, вонзила коготки в спину любовника. Моему дружку стало очень тесно в норке однокурсницы, и от удовольствия я застонал, изо всех сил стараясь не кончить.  Увидев, что эффект еще не достигнут, она сладко улыбнулась, мягко оттолкнула меня и перевернулась, встав на четвереньки и прогнув спинку. От увиденной картины я чуть сам себя не оглушил членом. Попу этой девушки можно было бы смело назвать чудом света – такой она была красивой и возбуждающей. Не в силах терпеть ни секунды, я сжал Верины ягодицы и без предисловий вошел в нее на все свои шестнадцать сантиметров.

Сокурсница выгнулась еще сильнее, сама задом подалась навстречу моему члену и мы устремились к желанному финишу.

«Если друг оказался вдруг
И не друг, и не враг, а так…»

Эту мелодию я специально записал на свой «Сименс» для обозначения одного своего друга. Вернее одной…

– Да ну, на хрен! – процедил я сквозь зубы, – надо будет – перезвонит потом.

«Парня в горы тяни, рискни
Не бросай одного его»

Долбанный «Сименс» не сдавался и голосом незабвенного Владимира Семеновича пытался вразумить горячую голову взять трубку.

– Бери трубочку, бери,  – извернувшись и посмотрев на меня, как-то хитро улыбнулась Вера. – И постарайся не повышать голос.

Проклиная все и вся, я схватил телефон и нажал на прием:

– Слушаю, – мой голос был таким хмурым, словно на мобилку позвонил всеобщий враг человечества с предложением купить у него печеньки.

– Слушаешь? – почти прошипела в трубке Малая. – Я с кем договаривалась сегодня встретиться? Через три дня экзамен, между прочим, по истории, ты-то, хрен с тобой, сдашь, а я? Меня кто готовить будет?

Блин, а ведь точно! Обещал же Насте помочь с историей! Сколько раз она меня с математикой выручала, а я что?! Снова балалембой своей думал, а не головой. Ой, стыдно-то как!

Но совсем сгореть от стыда мне не дали. Выслушивая горькие упреки Насти, я почувствовал незадокументированную активность в районе пениса. Посмотрев вниз, я понял, что дружок мой взят в заложники некоей шаловливой блондинкой, которая, не прекращая хитро улыбаться, погрузила его в свой горячий ротик и заскользила по члену блудливым язычком.

Из горла помимо воли вырвался восторженный выдох.

– Эй, хрен в сметане! Ты вообще меня слушаешь?! – у Насти, должно быть, в этот момент порвался шаблон от моей реакции на ее многочисленные претензии.

– Угу, – я сейчас мог только мычать и закатывать глаза. Вера, крепко сжав губы, взялась за дело всерьез.

– Ты что там, трахаешь кого-то?

Я отрицательно замычал.

– Ты у Верки?

– Угу.

– Понятно, – настроение у Насти мгновенно переменилось, и она, хохотнув, добавила: – Ну, как симфонию для флейты с мобильником отыграет – быстро дуй ко мне, ясно?

– Д-д-да, й-я с-скоро… – в трубку прорвался мой сдавленный хрип, так как организм подобных издевательств не выдержал, и я стал бурно кончать в рот сокурсницы.

Настя отключилась, а я чуть не последовал ее примеру. Ноги подогнулись, и мне стоило больших усилий не шлепнуться на пол. Так я не кончал еще никогда.

– Когда у тебя на лице растерянность, ты очень смешно выглядишь, – захихикала внизу Верка. – Ой! Уже почти три часа! Так, родной вали-ка ты поскорее, сейчас Даша с Лерой прискачут, а тут ты весь такой красивый и без труселей посреди комнаты стоишь. Могут свою долю потребовать, а я тобой делиться не готова еще. Может потом…

Словом, полностью очнуться мне удалось только на улице, но стереть тупую улыбку с лица никак не получалось.  Неудобно будет идти к Малой с таким выражением на лице, ох неудобно!

***

Но я с собой справился. Нет, шутки шутками, а моя помощь Насте была действительно нужна: обладая мощным аналитическим умом, который она, кстати, продемонстрировала во время того звонка, моя рыжая бестия с громким скрипом и натугой умещала в свою головку всяческие даты, события и прочие мировые потрясения.

Так что, Кирюша, (а именно так меня зовут,) жопу в горсть и скачками на выручку друга! Благо, путь от общаги до дома Малой – два раза упасть. За пять минут добегу.

Надо сказать, что следующие два дня я, чувствуя вину за чуть не запоротую подготовку Насти, отличался чинным, благородным, достойным настоящего паладина при даме сердца, поведением. Учиться, учиться и еще раз учиться – таким был наш с Малой общий девиз на все это время. Собственно, я не думал, что мы с ней когда либо могли бы заняться чем-то таким «этаким». Еще на первом курсе Настя на полном серьезе взяла с меня обещание не приставать к ней. И это обещание я незамедлительно дал.

Во-первых, красивых девчонок на факультете было немерено, а, во-вторых, мне наша дружба всегда была дороже мимолетного перепихона. Нет, поймите правильно, Настя была очень симпатичной, даже красивой девушкой, хотя и моделью, я полагаю, ей стать не светило. Миниатюрная, худенькая, но совсем не угловатая. Очаровательное личико с умным, немного насмешливым взглядом. Характер ее, о котором я уже упоминал, мог повергнуть неподготовленных к таким поворотам судьбы, как общение с Настеной, если не в суточное забытье, то в шок – точно. В общем, непростая личность числилась в списке моих лучших друзей.

Пару раз я в шутку получал по рукам за столь же шутливые попытки шлепнуть Малую по попе или ухватить там, где не положено, однако, даже такие шутки напоминали мне о некоем расстоянии между нами, да и другим нашим приятелям четко показывались наши совершенно невинные отношения.

На третий день, после экзаменационной консультации меня перехватила Вера, заявив, что достала два билета на какой-то невероятно заумный некоммерческий фильм, и что перед экзаменом необходимо расслабить мозги, дабы завтра они были свежими.

Кхм… это она про некоммерческое кино, в смысле расслабить мозги? Там, насколько я слышал, голова у некоторых особенно впечатлительных зрителей лопается с брызгами. Впрочем, отказываться не стал. Мне действительно надо было отдохнуть от двух дней ударных занятий историей.

А когда мы зашли в зал кинотеатра, я осознал всю глубину изобретательности Верки: всего двое зрителей в помещении. И это я про нас. Неудивительно: и фильм – ни разу не блокбастер, да и время не очень подходящее – четверг, полдень. Порядочные люди работают, а не по кинозалам шастают.

Я всмотрелся в билеты, пытаясь понять на какие места нам садиться, но моя прекрасная принцесса схватила меня за руку и потащила вверх по ступенькам, на последний ряд.

– Всегда хотела попробовать заняться этим в кино, – мурлыкнула она мне на ухо, когда мы устроились в удобных креслах посередине ряда, и положила ладошку мне на брюки. – Хороший способ разгрузить мозги, правда?

– И не говори, – я уже целовал Веру, язык был занят обследованием ее язычка, и короткая фраза получилась скомканной. Моя рука проникла девушке под теплый свитер и Вера глубоко и страстно задышала, чуть только ощутив прикосновение к своей груди.

Спустя время, когда однокурснице захотелось большего, с меня были стянуты брюки, и она, оказавшись на полу между моих ног, без предисловий взяла мой уже стоящий по стойке «смирно» член в рот. Я зажмурился от удовольствия. Уж в чем, в чем, а в сексе Вера была богиней. Как в обычном, так и в оральном. Впрочем, секс с этой блондинкой априори не может называться обычным.

Я открыл глаза. Член был выпущен из сладкого плена, на экране происходило черт знает что: какой-то пьяный мужик в подземном переходе беседовал с девочкой и здоровенным верзилой художником. Девочка все время смеялась, а верзила с грустью рисовал пьяного на листке бумаги. Что они курят?

Панораму закрыл почти обнаженный женский силуэт, повернутый ко мне спиной. Роскошная Верина попа выделилась из общей композиции, когда она чуть нагнулась, усаживаясь на мой, окаменевший от минета, инструмент. Как же быстро она возбуждается! Всего  несколько минут прошло, а у нее между ног потоп. Вошел я в мою красавицу легко и быстро, вернее она так насадилась на член, как будто куда-то спешила.

Короткометражка сменилась новой, и мы с Верой смотрели на экран, совмещая приятное с полезным. Там на поле, в невысокой траве, лежала на спине женщина и, думая о вечном, любовалась небом.

– Да! Да! Я тоже хочу на небо! – приглушенно взвизгнула, прыгающая на мне девушка и ускорила темп. Неба она достигла довольно скоро, в какой-то момент, даже не сдержавшись и громко застонав. Хорошо, что в эту секунду мужик на экране тоже заорал. От страха, надо полагать, а может от возмущения тем, что мы творим на показе интеллектуального кино. Соскочив с моего члена, Вера снова опустилась на колени и принялась в прямом смысле высасывать из меня все соки. Много времени мне не понадобилось, мой любовный стержень стал судорожно сокращаться, изливая огромное количество семени в ненасытный ротик Верочки.

– У меня к тебе два вопроса, Кирюша, – выдала она, когда мы немного отдышались. – Как думаешь, к нам не придут сейчас ругаться и выгонять?

– Думаю, если бы узнали, уже б давно выгнали, – покачал я головой, – расслабься. А какой второй вопрос?

– У нас хватит сеанса для второго захода? – довольная, словно кошка, навернувшая литр сметаны, Вера снова потянулась ко мне.

***

И вот, день экзамена пришел. За эту сессию я уже не волновался. Экзамен по истории был последним, по той же математике, которую я боялся, как Европа норманнов, в зачетке уже стояла твердая тройка, и зимние каникулы, Новый год, а вместе с ним и разудалая пьянка с друзьями уже маячила перед моим воображением.

Как и ожидалось, я вышел из аудитории, сдав билет с написанными ответами одним из первых в группе. Счастливо выдохнув, я стал спускаться на первый этаж, выпить кофейку в буфете. Бариста тогда еще на каждом углу не водилось, поэтому и растворимый напиток пошел на ура.

Взяв парящий стаканчик в руки, и выйдя из буфета, я чуть не подавился отхлебнутым кофе, когда мой взгляд упал на заплаканное лицо Насти, потерянно бредущей к выходу из корпуса.

– Малая, что случилось? – я быстро догнал подругу и теперь шел рядом.

– Я почти ничего не написала, Кир. Это полная жопа! – прошмыгала носом Настя.

– Как не написала?! Мы же столько учили! – я в недоумении остановился, ошарашено глядя на подругу.

– Сколько мы учили?! – неожиданно злобно бросила она. – Два дня?! И то, если бы я тебе не напомнила…

Ну вот, теперь я еще и виноват! Ну да, накосячил тогда немного, но во всем меня обвинять – это, по-моему, перебор.

– А теперь мне все каникулы учить придется, чтобы пересдать, да еще и со стипендией пролетаю! – огромные глазищи смотрели на меня, как на врага народа.

Ну, конечно, в таком состоянии, любая представительница слабого пола забывает о своем интеллекте, об аналитике, о логике и становится этаким генератором случайных чисел, а вернее сказать, решений. А что? Виновный найден, защищаться он не посмеет – вот и нагибай его теперь, как хочешь.

Я подавил свое возмущение и удержал непечатный ответ, который тут же появился на языке. Кому от него лучше будет? Только глухо спросил:

– Куда ты сейчас?

– Не твоя печаль, – грубо ответили мне, – до пересдачи видеть тебя не хочу.

Вот так не хренасеньки себе! А Настя уверена, что после пересдачи я захочу ее видеть? Вот так, на эмоциях убивать нашу дружбу? Прелестно!

– Как знаешь, – пожал я плечами, развернулся и пошагал вглубь корпуса. На душе было гадко. Я, конечно, понимал, что все образумится, что, проплакав, сколько положено, Настя придет мириться. Но ведь сердцу этого не объяснишь…

Время экзамена подошло к концу. Последние студенты покинули аудиторию, а преподаватели, собрав билеты с ответами на краю учительского стола, устремились на перекур  вниз. Распоряжение по поводу курения в помещении университета у нас было строгим, и огрести за несоблюдение мог каждый.

Не знаю, что меня потянуло на этот второй этаж, спроси меня кто – пожму плечами. Я уже не раз упоминал ее величество судьбу, упомяну еще раз, мне не трудно.

Глядя, как, беседуя на какую-то очень смешную тему, Ирина Станиславовна, выходящая из аудитории последней, машинально просто захлопнула дверь, по спине пробежал холодок. Это что, шанс, брошенный пресловутой судьбой с барского плеча? Младший преподаватель не удосужился закрыть дверь на ключ, а ее старшие коллеги ничего не заметили. Вероятность происхождения такого события сопоставим с выигрышем джек-пота!

Убедившись, что в коридоре остался только злоумышленник, я мышью проскользнул в кабинет. Билеты лежали на своем месте. Так, у меня минуты три-четыре, если повезет и дамы захотят выкурить еще по одной… Нет, на это рассчитывать нельзя. Бегом-бегом!..

Быстро найдя билет Насти, я начал строчить ответы на экзаменационные вопросы. Почерки наши были хоть не очень, но похожи, поэтому слишком не старался подделать свой.

Скорее, скорее! Хотя бы на троечку!

Резкий скрип открываемой двери полоснул по сердцу тупым ножом. Никогда не думал, что у меня такая реакция. На уровне предчувствия, я успел сунуть билет в общую стопку.

– Ира, ну как ты дверь могла не закрыть? Ой! – на меня уставились три пары изумленных глаз. – Картина Репина «Не ждали»! Салтыков! Кирилл, а ты-то здесь что делаешь? Уж кто-то…

– Я… Это… – забубнил я, – вспомнил кое-что ненаписанное в билете, а без этого пятерки не будет… я…

– Ты что, пьяный?! – заорала на меня Светлана Сергеевна. – Ты очумел совсем?! Это же исключение из университета!

– Простите… Я больше не б…

– Простите?! Во-о-он! Ко мне после экзамена прокрался, как вор какой-то! Вон отсюда! Сегодня же доложу декану.

Писец, приехали.

Объявление результатов назначили на следующий день. Честно говоря, хотел даже не идти, но передумал. Вдруг обойдется.

Не обошлось.

Когда объявляли оценки, глаза Насти, которая сидела в соседнем ряду, стали похожи на анимешные. Еще бы, четыре балла. На нее, конечно, никто не подумал, да и не мог бы подумать. А вот когда меня заставили встать и объяснили, за что Кирилл Салтыков исключается из ВУЗа, челюсть Малой, громко клацнув, улеглась на ее грудь. Уж ей-то не составило труда протянуть логическую цепочку между моим отчислением и своей четверкой. Ну и хорошо, хоть не зря сходил. Увидеть «главного аналитика центра», как называл Настю препод по математике, с таким выражением лица – многого стоит.

Стараясь ни на кого не смотреть, я быстро вышел из аудитории. Потом перешел на бег и, заскочив в маршрутку, поехал домой. Пошло оно все на хрен. Новый Год отбухаю – там думать буду, как жить дальше.

Захватив в ларьке у дома пару литров пива и пачку Уинстона – верная примета душевного раздрая – я зашел в снимаемую квартиру. Подработки мне хватало на «поесть», а с квартирой родители помогали. Правда, помогать согласились, пока я учусь. Значит, скоро съезжать придется. И как родителям о причине рассказывать? Отец, скорее всего, поймет. И не просто поймет, а может и одобрит. Правильный он у меня. А мама… Мама тоже правильная и добрая. Все они поймут, оба. Да только все равно огорчатся сильно. Надо же, спалился именно на том экзамене, о котором и волноваться не принято было. Все подводные камни прошел, а на истории вылетел!

Звонок в дверь оборвал мысли. Я встряхнул головой, отгоняя грусть, впрочем, без особого успеха, и поплелся открывать.

Первое, что я увидел, разъяренное лицо Малой, переступающей порог моего дома. Второе – яркие незнакомые созвездия, после увесистой оплеухи хрупкой Настиной ладошки.

– Дебил! Идиот! Придурок чертов! Ты что творишь?! – кричать моя подруга не могла, я так понимаю, от избытка чувств. Эти слова она либо прохрипела,  либо прошипела, я не вникал, любуясь все новыми и новыми небесными телами, нарезавшими в глазах обширные круги. Так мы и стояли друг напротив друга. Что мне было ей отвечать? Все что я мог сказать, Настя знала, обо всем, что вертелось в моих мыслях – догадывалась. Про все…

Неожиданно Малая яростно зарычала, потом всхлипнула и, встав на цыпочки, обоими руками притянула мою голову к своей, жадно впившись в меня горячими губами со вкусом счастливых и горьких слез. В первый миг я обомлел. В глазах потемнело, но теперь не от удара, а от… Даже во время самых моих диких встреч с Верой да и не только с ней, я никогда не терял свои ощущения. Крышу сносило, это было и не раз, а вот так, когда оказываешься в полной темноте, нигде, там, где нет ни времени, ни пространства. Есть только ты и… и она.

– Чертов придурок, – сквозь слезы вторила Настя, стаскивая с меня, в конец одуревшего, верхнюю одежду и припирая к стене. – Что же ты так, а?!

Снова поцелуй. Что со мной? Девятнадцать лет – не тот возраст, чтобы говорить о богатом опыте, но, елки-палки!! Эта странная, иногда совершенно нестерпимая рыжая подорва, не давала мне ни единого шанса остановиться и все обдумать. Это были ураган, землетрясение и лесной пожар в одном маленьком человеке.

От сильного толчка в грудь я пятой точкой плюхнулся на свой любимый диван и не успел даже что-то протестующее каркнуть, как был прижат к нему прыгнувшей сверху рыжей пантерой.

Я сдался, хотя, глядя правде в глаза, и не хотел бороться. Настя ненадолго встала с меня и, проклиная зиму и необходимость носить теплые вещи, стала торопливо раздеваться. Я-то ее стараниями уже был облачен в стандартную домашнюю одежду: трусы и майку. Оставшись в одних носочках, Настена снова взобралась на меня и протянув за спину руку, достала из трусов мой прибор и направила его в себя.

Член проникал в нее с трудом, при этом из груди Насти, время от времени, вырывался стон боли. Я с удивлением понял, что она – еще девственница.  Малая, сидя сверху, прижалась ко мне всем телом и задрожала, когда он вошел в ее тесную, еще сухую дырочку, полностью.

– Милая, – ни к кому из своих подруг я так не обращался. Руки охватили бедра Насти и немного приподняли тело выше, а губы сами нашли ее маленькую аккуратную грудь, от чего ладошка Малой крепко прижала мою голову, а сама девушка стала снова потихоньку насаживаться на меня.

– Придурок мой любимый, – шептала, как в бреду Настя, – мой, мой…

У меня снова закружилась голова. Это как в сказке, когда два предназначенных друг другу человека осознают это предназначение и принимают его.

Настенька уже не сдерживаясь, скакала на мне, крича от боли и счастья. Я, почувствовал, что больше не смогу сдерживаться и попытался снять ее с себя, но девушка упрямо вдавила свое тело вниз, не отпуская мой член из себя и впитывая сперму до последней капли.

– Ты мой, понял?! – прошептала она мне прямо в ухо. – Пусть все Веры и остальные шалавы идут на хер, а если не согласятся, я помогу!

Я точно знал, что уже никуда не денусь от Насти, как и она от меня. Этот ее порыв не был сиюминутной слабостью. Наоборот, она прятала его от всех и, прежде всего, от самой себя.

А я… Будь я проклят, если когда-нибудь осознанно обижу свою Малую. Такую клятву я дал себе тогда. Это необыкновенное существо заявило права на меня, и не завидую той, кто осмелится их оспорить.

Так все и началось. Я поступил в другой университет на исторический факультет. Судьба снова доказала, что ничего просто так не делает, и бухгалтерия мне нужна была только для одной единственной встречи. Один из преподавателей моего нового ВУЗа оказался другом родителей Насти, которые не упустили возможности похвастать таким женихом их дочурки. Игорь Дмитриевич всерьез занялся моим обучением, без поблажек, строго он вел меня до самого выпуска, а после с рекомендациями отправил на практику за границу.

Со мной поехала и Настя уже в качестве жены и рыжий, весь в маму, Никитка.

(Всего 69 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

Джованни

"Переехал" на этот сайт с другого. Очень надеюсь, что мои рассказы вам понравятся.

Один комментарий к “Как все началось”

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг