Колины рассказы. Первая любовь. 2.0

Пришлось вставать и одеваться, гости должны были вот, вот, прийти. Особой радости мы конечно не испытывали, но деваться было некуда, и нам пришлось принимать гостей. Застолье не затянулось надолго, есть было почти уже нечего, пить тоже. Таня-два всё шепталась с моей, видимо выпытывала подробности о событиях произошедших после их ухода, но моя Танюша молчала как партизанка, и всячески старалась перевести разговор совсем на другие темы. Таня-два, поняв, что ничего не добьётся, прекратила свои попытки выяснить, что же здесь происходило ночью, что именно это, скорее всего, и было основной причиной прихода всех вчерашних гостей, встала из-за стола, и со словами: «пора и честь знать», предложила завершить наши посиделки и расходиться по домам. Гости разошлись, оставив напоследок ироничные пожелания с Новым годом, переглядываясь между собой с хитрыми выражениями лиц, и мы снова только вдвоём. Но то настроение, которое было до прихода гостей, куда-то ушло. Червячок внутри меня предупреждал о каких-то возможных неприятностях. Боясь обидеть свою Танюшу, всё-таки решился сказать о том, что меня беспокоит.
— Танюш, что-то мне беспокойно. Мне, наверное, тоже лучше уйти. Ведь не смотря на то, что мне месяц назад, а тебе вчера, исполнилось по восемнадцать, если нас застанут только вдвоём, возникнет много проблем. – произнеся всё это, я с опаской ждал её реакции.
— Коленька, у меня тоже какое-то тревожное чувство. Наверное, действительно тебе лучше будет уйти, ты только не подумай, что я тебя прогоняю. – Таня прижалась ко мне поплотнее и уткнулась носиком мне в шею. – Мне очень не хочется, чтобы ты уходил, но мне, почему-то очень тревожно.
— Мне тоже не хочется уходить, но надо. – я обнял её, и замер. Уходить действительно не хотелось. – Я тебе завтра позвоню, сходим куда-нибудь, или просто погуляем. – и прикоснувшись губами к её щеке, я вышел за дверь.
Спускаясь по лестнице, я не мог отделаться от ощущения, что надо поторопиться. Предчувствие какой-то нежелательной ситуации, просто звенело у меня в голове. Спрятаться в подъезде было совершенно некуда, Таня жила на последнем этаже, и пойди кто навстречу из её соседей, то обязательно встретились бы со мной. И нисколько не сомневаюсь, обязательно рассказали об этой встрече Таниным родителям, что было бы совершенно нежелательно.
К счастью, по пути на выход, мне никто не встретился, и выйдя на улицу, я не пошёл по тротуару, а направился на заснеженную детскую площадку. Хотелось ещё разок увидеть свою любовь хотя бы в окне и помахать ей рукой на прощание.
На улице стояла тишина. Вечер первого января, люди догуливали праздник, ведь ещё не было рождественских каникул, и завтра многим надо было идти на работу. Поэтому скрип снега под торопливыми шагами я услышал издалека. Высокие кусты, засыпанные снегом, не позволяли увидеть, кто же там идёт, и только когда человек поднялся на крыльцо, я увидел, кто это был. Предчувствие меня не обмануло, в подъезд входила Танина мама. И выйди я буквально на пару минут позже, то мы обязательно бы встретились, и эта встреча наверняка привела бы нас с Таней к очень непростой ситуации, пришлось бы придумывать причину, почему я так задержался после ухода остальных гостей.
Довольный, что удалось так удачно разминуться с её мамой, я помахал Танюше рукой, и с надеждой на завтрашнею встречу, отправился домой. Дома обошлось без особых расспросов, только отец всё понимающе улыбнулся, и я, уйдя в нашу с младшим братом комнату, просто завалился спать.
Но на следующий день, и на последующий дозвониться до Тани не удалось. Все каникулы к телефону у неё дома никто не подходил. Не загорался свет в окнах их квартиры, и Таня-два ничего не знала о том, куда пропала моя Танюша. Разные мысли приходили в мою голову, неизвестность напрягала, и я действительно беспокоился, не зная, что произошло.
В первый день после каникул, обуреваемый беспокойством, я пришёл к школе намного раньше, чем обычно. Стоя немного в стороне от главного входа, с тревогой стал ждать, когда появится Таня.
Оставалось минут пятнадцать до звонка, когда на дорожке вдоль футбольного поля, я увидел идущих подружек. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, какие только мысли не лезли мне в голову. Что произошло? Где Таня пропадала? Чего я только не представлял себе.
Увидев меня, на лице Танюши появилась радостная улыбка, а у меня немного отлегло от сердца. Девушки подошли, и Таня вплотную подошла ко мне. Моя рука сама обхватила её за талию, и я привлёк девушку к себе. Она с удовольствием отреагировала на мои действия, и плотно прижавшись, легко коснулась своими губами моих губ.
— Я соскучилась – её шёпот проник прямо в самую глубину моей души – так получилось, я не смогла тебя предупредить, я тебе попозже расскажу, что произошло, хорошо?
Что я мог ей сказать, кивнув головой в знак согласия, подхватил подружек под руки, и мы направились к входу в школу. Уже в раздевалке, в самом укромном уголке, где нас не сможет увидеть никто, я обнял Таню уже без зимнего пальто. Выглядела она, как и всегда, очень соблазнительно. Белая блузка, сквозь тонкую ткань которой просвечивались кружева бюстгальтера, короткая синяя юбка, длинной едва достигающая верхней трети её стройных бёдер, телесного цвета эластичные колготы, плотно обтягивающие её умопомрачительно длинные ножки.

Предугадать мою реакцию на такое, было нетрудно, тем более совершенно точно зная, какое великолепие скрывается под этим соблазнительным нарядом. Мой «боец» поднимался, и в моём паху вырос явно видимый бугор. Хорошо ещё, что Таня-два не могла этого видеть, но моя Танюша видела мою реакцию и лукаво улыбалась.
Сдержаться было невозможно, я обхватил свою девушку за талию и привлёк к себе. А она, обвив своими руками мою шею, приникла к моим губам с горячим поцелуем. Мы оба выпали из реальности, я крепко прижимал Таню к себе, её живот плотно прижимался к бугру в моих штанах, мои ладони гладили её спину, и я с трудом удержался, чтобы не опустить свои ладони на её попку. Только покашливание её подружки напомнило нам, что мы, всё-таки находимся в школе, и подобные проявления чувств, скажем так, не приветствуются.
С неохотой оторвавшись от столь приятного занятия, мы повернули свои головы в сторону Тани-два. Её ошарашенный вид, с неимоверно раскрывшимися глазами и приоткрытым ртом, вызвал у нас приступ искреннего смеха.
— Ну ребята вы и даёте – наконец-то смогла произнести вторая Таня. – Ещё немного, и я бы подумала, что вы сейчас вы совсем раздеваться начнёте, забыв о том, где вы находитесь. Хорошо, что здесь никого больше не было, а то бы слухов появилось бы столько, что мама не горюй – произнеся всё это, она сама не выдержала и присоединилась к нашему смеху.
И вот так, смеясь, мы втроём направились на выход из раздевалки. Уже перед тем как выйти за дверь, моя красотка провела своей рукой по бугру в моих штанах, при этом задержавшись на мгновение, чтобы слегка сжать его рукой. Я чуть было не кончил, а она, лукаво улыбнулась, и выскочила в дверь. А там уже я сделать ничего не мог, слишком много народу нас окружало.
Пожалуй, именно с этого момента, мы с Таней стали вести себя, как бы в пику существующим правилам. Практически все уроки у неё и у меня проходили на одном этаже школы. Мы встречались сразу после звонка, и всю перемену были вместе. Когда звучал звонок на урок, я провожал её до кабинета, мы обменивались лёгким поцелуем, и я бежал уже на свой урок. После занятий, тот, у кого они заканчивались раньше, обязательно дожидался другого, и только вместе мы покидали школу. Мы старались не упустить ни единого мгновения, чтобы находится рядом друг с другом.
И такое наше поведение, естественно не осталось незамеченным. Малышня дразнила нас женихом и невестой, а из тех, кто был постарше, даже немного завидовали нам, но в основном отношение было доброжелательным. С учителями было сложнее, некоторые из них делали вид, что ничего такого странного не замечают, была даже пара таких, кто с некоторым одобрением смотрел на развитие наших отношений.
Но не всё было так радужно. Главным нашим недоброжелателем стала директор школы. Именно она начала проводить компанию по признанию нас с Таней нарушителями морального кодекса комсомольца, о нашем недостойном поведении в стенах школы и за их пределами. Дело доходило до прямых оскорблений и пошлых предположений в наш адрес, высказываемых в лицо, в присутствии других учеников.
То, что такое противостояние добром не закончится, было совершенно ясно. Нам пришлось выработать собственную стратегию противостояния всем этим инсинуациям. Тане не очень давались точные предметы, а у меня были проблемы с разговорным английским. И мы решили помочь друг другу в этих вопросах. Проще было с английским. Танюшка просто назначала день, и все разговоры между нами проходили только на нём, любые мои попытки сказать что-либо на русском, пресекались на корню, Таня становилась совершенно глухой. Так что примерно через месяц я уже достаточно бегло мог говорить на английском языке. И это было отмечено нашей преподавательницей особо. А с химией и физикой, я попросил помочь моего отца, как-никак он закончил химфак университета, и уж в пределах школьной программы знал эти предметы даже лучше учителей. В математике я и сам неплохо соображал, поэтому у Тани появились явные успехи в по этим предметам. А наши занятия, вдобавок, объясняли наши встречи вне школы. Так что с этой стороны мы были прикрыты полностью, успехи в учёбе были явными и видимыми.
С комсомолом я тоже нашел прикрытие. Один из моих хороших знакомых, мы вместе занимались в спортивной школе, правда, он был постарше на несколько лет, к этому моменту был уже третьим секретарём горкома комсомола. Поговорив с ним, и объяснив ситуацию, заручился его поддержкой, мы договорились, что когда нас будут разбирать на общем собрании, он будет на нём присутствовать и не позволит применить к нам драконовских мер.
Неожиданно возникла ещё одна проблема. Танина мама настаивала на приёме у гинеколога. Повод был явно надуманный, скорее всего она хотела убедиться в том, что её дочь уже не девственница, и на основании этого уже и строить свои претензии.
Когда Таня рассказывала мне об этом, она была очень благодарна за то, какую сдержанность я проявил в новогоднюю ночь. Будь я тогда чуть настойчивее, она бы точно не устояла, и это бы привело сейчас к непредсказуемым последствиям. А так, есть справка от врача, что половых контактов у неё не было, и она до сих пор является девственницей. И это был ещё один реальный факт в нашу версию просто дружбы. Самой обычной, целомудренной, и совершенно невинной.

________________________________________

(Всего 49 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

Добавить комментарий