Миф первый: путь к славе

Синдорель распахнула глаза, как всегда, вместе с рассветом. Мир оживал. Птицы уже затянули мелодичные трели за ее окном. Начинался новый день. Очередной день сто тридцать девятого года жизни юной эльфийской девушки. Очередной, но необычный. Именно сегодня она, наконец, начнет свое обучение, первый шаг серьезный на пути в рейнджеры. Уроки фехтования и прочая подготовка не в счет.

Ловко выбравшись из сплетения лиан, служивших ей постелью, юная эльфийка склонилась над небольшим углублением в стволе дерева, в которое, по специальным желобкам стекала утренняя роса. Гладкая водная поверхность отразила прекрасное лицо. Миндалевидные глаза цвета ясного неба, длинные ресницы, нежно зеленого цвета кожа, аккуратный носик, полные губки…

– Как всегда безупречна! – нарушил тишину древесной комнатушки нежнейший голосок.

Напившись кристально чистой воды и утолив голод плодом стольного дерева, все еще обнаженная девушка, с разбегу вылетела в узкий проход своего жилища. Изящный прыжок окончился в озере, одно из множества, которых, располагалось прямо под домом Синдорель.

Вдоволь наплескавшись, девушка медленно вышла из воды. Лишь затвердевшие в камень темно зеленые соски говорили, что вода в озере ледяная. Это же заметили и многочисленные зрители. Множество молодых эльфов собиралось каждое утро вокруг этого озера, чтоб поглазеть на бесстыдную эльфийку, которая даже не попыталась прикрыть обнаженные прелести. Девушка наоборот, эротично склонилась над водой, выжимая влагу из длинных волос. Пусть роняют слюни, пренебрежительно думала она.

Ловко взобравшись по одной из лиан, эльфийка вернулась в свое жилище. Представление окончено! Здесь она, наконец, облекла себя в короткий топ, собранный из мелких листьев и короткую юбку из листьев длинных, но соединенных только кончиками на поясе. Такая юбка мало что скрывала, но не стесняла движений.

Закончив одеваться и прихорашиваться, она покинула жилище и, ловко перебегая с одной лианы на другую, направилась к одному из центральных деревьев. Дерево это было настолько большим и высоким, что могло вместить целый город. У одного из центральных входов девушку уже ждал небольшой отряд молодых эльфов во главе с рейнджером.

– Синдорель! Опять опоздала! – процедила рейнджер, грозно нахмурившись.

– Я…

– Некогда оправдываться! Нас ждут! Ритуал уже начался. За мной! – бросила рейнджер и направилась вглубь дерева.

Пройдя за наставницей несколько узких древесных коридоров, молодежь оказалась в обширном зале амфитеатром расположенном вокруг ровной площадки внизу. К площадке с потолка спускалось множество лиан. Большинство из них были зелеными, но несколько были неожиданно розоватого цвета. Розоватые побеги были значительно нежнее и чувствительнее зеленых.

Сейчас зеленые лианы, обычно мирно висящие, крепко удерживали молодую женщину в подвешенном и распятом состоянии. Длинное, глухое платье, цвета древесной коры, дополненное изрядной длинны шлейфом, плотно облегало фигуру распятой. Оставался открытым лишь плоский живот эльфийки.

– Ритуал общения с лесом, – тихо произнесла рейнджер, – рассаживайтесь вокруг и не шумите.

Заняв место поближе к происходящему, Синдорель смогла рассмотреть подробности ритуала. Густо оплетенные зеленью руки и ноги жрицы, были растянуты в разные стороны. Четыре же розовых побега проникали под подол свисавшего платья и, изгибаясь, уходили вверх, постоянно шевелясь и подрагивая. Казавшийся издали плоским живот, на деле оказался сильно вздутым и ритмично шевелился в такт подергиваниям розовых побегов. Содрогавшаяся под каждым толчком жрица, беззвучно шевелила губами.

– Какая мерзость! – тихо прошептала Синдорель. – Давать себя трахать какому-то дереву.

– Это большая честь! – раздался над самым ухом вздрогнувшей эльфийки, возмущенный шепот незаметно севшей сзади наставницы. – Такое соитие разрешено совершать только верховным жрицам! Говорящим с лесом! Так что, заткнись и наблюдай.

До смерти перепуганная, не смевшая возражать, юная эльфийка прикусила язычок и послушно уставилась на усердно сношаемую деревом жрицу, пытаясь изобразить благоговение.

Спустя полчаса однообразной ебли, толчки, наконец, прекратились, жрица медленно задрожала, а на пол пролилась ядовито зеленая субстанция. Там, куда падала жижа, немедленно прорастали травы и распускались цветы. Потусторонний голос растянутой жрицы нарушил тишину залы:

– Юго-восток. Два десятка зомби пересекли дальнюю границу!

Закончив говорить, жрица беспомощно обвисла на все еще державших ее лианах. Живот ее стал медленно уменьшаться, приходя в норму, по мере извлечения розовых побегов.

– Выдвигаемся! – громко прокричала вскочившая рейнджер.

Весь отряд стремительно следовал за наставницей, пробираясь сквозь коридоры, перепрыгивая лианы и пролетая над пропастями в изящных прыжках.

Вскоре весь отряд уже достиг высокой каменной стены, опоясывающей город. Покрытая плющом и листьями стена, состоящая из цельного куска скалы, должна была стать непреодолимым препятствием для любого недруга, пожелавшего напасть на лесной город. Ни одно известное осадное орудие не могло пробить столь толстую, естественную преграду.

Рядом со стеной было возведено множество каменных же построек, которые служили военными складами народу эльфов. В один из таких и направилась группа. Каждой ученице, мужчин на рейнджеров никто не учил, выдали короткий лук, колчан стрел с широким наконечником и массивный кинжал с ножнами на бедро.

– Итак, слушайте! – обратила наставница на себя внимание вооружающихся эльфиек. – Зомби не самый опасный противник. Они медленные и тупые, но их очень тяжело убить. Так что, издали расстреливаем их конечности. Так они станут неподвижны. Затем подходим и отрезаем головы кинжалом. Это самый надежный способ.

Дождавшись кивка каждой участницы отряда, рейнджер вывела всех наружу и ловко полезла вверх по стене, осторожно цепляясь за побеги и неровности.

Забравшись наверх, отряд спрыгнул на ближайшее дерево и стремительно направился в указанную жрицей сторону.

Через час неутомимых прыжков по ветвям деревьев, вооруженный отряд достиг границы молодого леса. Деревья здесь были недостаточно высоки и ветвисты, чтоб по ним можно было быстро двигаться.

– Спускаемся на землю! – скомандовала предводительница. И отряд продолжил движение по травяному ковру.

Достигнув, наконец, границы владений, рейнджер приказала всем замереть и соблюдать тишину.

– Слышите? – громко прошептала она. – Воронье! Они всегда сопровождают зомби в лесах. Вперед! Но тихо! Мертвые все еще способны слышать!

Эльфийки двинулись на карканье ворон, осторожно ступая по мягкой траве. Даже обладатель самого тонкого слуха, сейчас, не смог бы расслышать их шагов в обычном лесном шуме.

Вяло бредущие зомби, неутомимо топали в сторону только им одним известной цели. Бесформенная толпа гниющего мяса пересекла узкий ручеек и вышла на небольшую поляну.  Когда последний оживший труп вышел из под прикрытия деревьев с другой стороны поляны полетели стрелы. Деревянные древки легко пронзали мертвые тела, застревая в суставах, а иногда и отсекая конечности. Когда последний мертвец пал наземь неспособный двигаться, на свет вышли облаченные в листву фигуры и начали методично отделять мертвые головы от не менее мертвых тел. Отряд так увлекся, что не заметил, как поляну окружили огромные волки.

– На деревья! – крикнула наставница, едва заслышав утробное рычание.

Все участницы отряда мгновенно взлетели по ветвям. Все, кроме бывшей в центре поляны, особенно сильно увлекшейся отрезанием голов, Синдорель. Девушка заметалась по поляне, но от деревьев ее умело отрезали серые охотники. Отскочив к центру, она натянула лук, направив наконечник стрелы в самого большого волка. Все застыли в ожидании. Волки не торопились нападать, а девушка не торопилась тратить одну из трех последних стрел.

– Не смей стрелять! – кричала наставница с дерева. – Брось немедленно лук!

– Они убьют меня! – заверещала испуганная Синдорель.

– Не убьют! Брось лук! Ложись на живот! Оттопырь и оголи зад! – продолжили кричать сверху.

– Чего!? – возмущенно завопила юная эльфийка, не веря своим ушам.

– Исполняй! Немедленно!

– Чтоб я отдалась стае волков?!

– Не стае! Тебя покроет только вожак да, может еще пара самых сильных волков, но ты останешься в живых!

– Ни за что! Лучше умереть! – надрывно вскричала гордая ученица, забыв, что секунду назад дрожала от страха.

– Это приказ! – грозно закричали сверху.

– Никогда! – завопила девушка, пуская стрелу.

Огромный волк, явно бывший вожаком стаи, получив стрелу в грудь, коротко рыкнул и упал замертво. Вторая стрела так же нашла свою цель. Не ожидавшая сопротивления стая, лишенная вожака, предпочла отступить. Оставив девушку нервно озираться с последней стрелой на тетиве.

Наконец осознавшая свою победу Синдорель, выдохнула и опустила лук. И тут же была сбита с ног оплеухой подошедшей наставницы.

– Я отдала тебе приказ! – процедила она, – мы не убиваем волков!  Дети леса должны жить!

Попытавшаяся что-то возразить девушка лишь получила еще одну оплеуху.

– Твое поведение рассмотрит совет! – прорычала старшая. – Вы! – повернулась она к остальным, – берите тела волков. Ни одна часть их тела не должна пропасть напрасно! Из шкур мы сделаем одежду и доспехи, из костей клей и инструменты, а мясо пожертвуем другим детям леса. Мы немедленно возвращаемся назад.

Эльфийкам оставалось лишь следовать приказам. На нарушительницу законов все старались не смотреть.

Вернувшись в город и сдав оружие, эльфийки получили приказ разойтись. Наставница тот час скрылась в листве ближайшего дерева, пресекая любые попытки для разговора.

Раздосадованная Синдорель гордо зашагала в сторону своего дерева.

Войдя в небольшое жилище, девушка сбросила с себя одежду и склонилась над умывальником, погрузив разгоряченную голову в ледяную воду. Водную процедуру прервал покашливанием, появившийся в проходе посыльный.

Не отрывая похотливого взгляда от мягких частей, гордо не пожелавшей менять позу эльфийки, он сообщил, что ее, сейчас же, ждет совет.

Синдорель поблагодарила посыльного, одела новый, но такой же, как утром, костюм и вышла вслед за посыльным, направившись к дереву собраний.

В зал заседаний девушка вошла с гордо поднятой головой. Три советницы встретили ее молчанием. Заняв место в центре небольшого зала, она приняла позу, максимально говорящую о ее независимости и уверенности в себе

Итак, – прервала молчание сидящая в центре. – Вы знаете, зачем вас вызвал совет?

– Да! – вызывающе бросила Синдорель.

– Хорошо, – хмурясь, сказала председатель.

– Старшая наставница рейнджеров Эоран, уже предоставила свой рапорт, – начала говорить сидящая слева от председателя фигура. – Вам есть, что сказать в дополнение к этому рапорту?

– Я защищала свою жизнь! – невыносимо высокомерно ответила прибывшая.

– Согласно рапорту угрозой была стая волков, от которой Вы не сумели сбежать, – сообщила сидящая справа от советницы. – Волки не убивают эльфиек, лишь берут свое! Наставница приказывала Вам сложить оружие?

– Да!

– Она приказывала Вам лечь на землю?

– Да!

– Она сообщила Вам, что нужно сделать для предотвращения конфликта?

– Да, но…

– В таком случае, – раздраженно перебила Синдорель председатель совета, – я не вижу причин для обсуждения. Вы признаетесь виновной в неподчинении приказам, убийстве детей леса без крайней нужды и множественных нарушениях дисциплины! Вы никогда не станете рейнджером! С завтрашнего дня, вашей работой станет наблюдение за ростом деревьев. А сейчас Вас ждет наказание. Сейчас и каждое последующее утро, ты будешь встречаться с волками, пока не понесешь от них и родишь потомство, которое восстановит уменьшенную тобой популяцию!

– Но я хотела… – залепетала вдруг осознавшая свое положение эльфийка.

– ВОН!!! – вдруг закричала председатель, приведенная в бешенство высокомерием юной эльфийки.

В комнату вошли стражники, схватили тщетно сопротивляющуюся девушку и выволокли из зала. На выходе, стражник взвалил на плечо тощее брыкающееся тело и ловко побежал в сторону стены по ветвям деревьев.

Добежав до края города, он передал девушку уже предупрежденным рейнджерам. Рейнджеры поблагодарили солдата. Схватили все еще отчаянно брыкающуюся эльфийку, сорвали с нее скудную одежду и вложили ее тело в деревянную клетку. Клетка была выращена из железного дерева так, чтобы сидящая в ней девушка была обездвижена и хорошо скрыта прутьями, но оставляла выпирать наружу прилично оттопыренный зад.

Сложенную таким образом тщательно скованную девушку подхватило четыре руки, и вынесли за пределы города. Отойдя от стены на несколько сотен метров, рейнджеры выбрали крошечную поляну, бросили там свою жертву и удалились, оставив дежурного наблюдателя.

Наблюдательница, не обращая на крики, ругань и мольбы ни малейшего внимания, взобралась на ближайшее дерево и начала выть, подражая волкам. Получив волчий ответ, она прекратила попытки.

Вскоре на поляну ворвалась серая стая.

У осознавшей неизбежность наказания Синдорель началась истерика.

– Как же я от них понесу?! Я же эльф, а они звери!

– Тебе разве не говорили, что эльфийка способна понести от любого зверя? – наконец снизошла до ответа рейнджер. – А теперь, будь добра, заткнись и получи удовольствие, а то они тебя съедят чего доброго.

Перепуганная последним комментарием Синдорель, прикусила язык и затихла.

И вовремя. Огромный вожак стаи уже принюхивался к оттопыренной нежной плоти. Лизнув несколько раз шершавым языком темно зеленые половые губы, волк запрыгнул на клетку, нависнув задней своей частью над вожделенной попкой.

Почувствовав касание мягкой шерсти к нежной коже ягодиц, Синдорель разрыдалась. Волк же бесцеремонно тыкался в оттопыренный зад багровым, уже успевшим встать, колом, в поисках вожделенной дырки. С четвертой попытки ему удалось соединиться с дрожащим телом. Серый хищник методично задвигал тазом.

Неспособная что либо сделать, надежно закрепленная в этой позе девушка, могла только безвольно ощущать, как огромный горячий поршень, деловито орудует в ее девственной щелке.

Волк же неутомимо продолжал долбить юное тело, не обращая ни на что внимания.

Внезапно, горячая струя плеснула внутрь девушки, выдавший ее волчий пенис замер внутри. Выбраться наружу ему не давал огромный узел, вздувшийся у основания ствола и перекрывший собой влагалище его самки.

Это было очень больно. Синдорель будто разрывало на части этим узлом, но тот все не сдувался.

Проведя в сцепке с самочкой некоторое время, волк покинул горячее тело и затрусил назад в лес. Его место тут же занял следующий претендент на размножение. Быстро найдя нужное отверстие, новый волк, так же как и вожак, задвигал тазом.

Время тянулось бесконечно. Через плененную эльфийку прошло еще четыре жаждущих размножаться волка. У нее уже не было сил плакать, а голос был сорван в бесконечных криках боли. Так что он нее теперь исходило только вялое ох-ох-ох-ох в такт с движением волка.

Наконец стая пресытилась своей жертвой и покинула поляну.

К клетке подошли вернувшиеся по сигналу рейнджеры и поволокли, на этот раз, молчащую осужденную к городу.

– Смотри! Она вся в волчьем семени! – раздался голос рейнджера, сколько в ней побывало?

– С десяток, – сухо ответила дежурная.

– Ого… Обычно же один два…

– Понравилась, наверное.

Дальше шли молча.

Все еще зажатая уже не девица, чувствуя, как из нее вытекает волчье семя, поклялась себе отомстить.

Освобожденная до утра Синдорель, побрела по земле к своему дереву. Она не пыталась прикрыться или подмыться, так что все могли видеть блестящие на ногах, попке и спине потеки. Проигнорировав множество едких замечаний, насмешек и непристойных предложений она добралась до своей комнаты и начала яростно мыться в ледяной воде.

Приведя себя в порядок, девушка свернулась клубочком прямо на полу и дала волю слезам.

Так прошло несколько часов. Спасительное забытье так и не пришло, так что юная эльфийка не переставала перебирать в воспаленном уме, многочисленные планы мести.

Наступила ночь. Не придумав ничего лучше, эльфийка надела очередной короткий костюм, схватила короткий кинжал и решительно вылетела из комнаты.

Добравшись до огромного жилища старейшин, ненавидящая все и вся Синдорель, пробралась внутрь, ловко минуя редкую стражу.

Минуя узкие коридоры она вышла, наконец, к жилому. Крадучись, двинулась вдоль ряда редких дверей в поисках покоев старшей советницы, которая утром вынесла ей столь позорный приговор.

Вскоре ее внимание привлекли сдавленные звуки, исходящие от одной из дверей. Подойдя ближе и приложив ухо к доске, она расслышала влажные хрипы и частые шлепки. Найдя крошечную щель и приникнув к ней глазом, Синдорель так удивилась, что чуть не выронила кинжал. Но нет, сомнений быть не могло.

В комнате была та самая Говорящая с лесом, что утром нашла для отряда зомби. Только, длинное платье, сейчас устилало пол, оставляя прекрасный обзор на стройное тело и мерно покачивающуюся грудь третьего размера. Сама говорящая сейчас вовсе не говорила, а увлеченно глотала длинный толстый член стоящего перед ней мужчины в куртке пажа, издавая те самые влажные хрипы при каждом толчке. Шлепки же издавал второй паж, одной рукой жестко удерживающий жрицу за оба запястья сразу, а второй, придерживающий упругую попку, которую так яростно долбил, что обнаженные бедра, сталкивались, издавая хлопки. Звуковую картину дополняли влажные хлюпы, явно наполненной до краев, попки. Все признаки, говорили о том, что происходящее длилось уже довольно долго.

В голове оскорбленной девицы начал созревать новый план. Она решила дождаться, когда говорящая останется одна.

Ждать пришлось около двадцати минут, в течении которых в комнатке не изменилось ничего, кроме добавившихся стонов, изнемогающих от наслаждения пажей. Действо завершилось лишь тогда, когда зажатая между мужчин великая жрица, забилась в мощном оргазме. Пережив конвульсии, удовлетворенная эльфийка по очереди довела пажей до оргазма своим ртом. Красуясь, проглотила сперму под похотливые одобрения мужчин и, посидев мгновение на полу, отпустила мужчин.

Синдорель успела скрыться за открывшейся наружу дверью, чудом оставшись незамеченной. Дождавшись пока пажи скроются за одним из поворотов, эльфийка вошла к жрице, плотно прикрыв за собой дверь.

Говорящая с лесом, все в той же позе, сидела на полу. Синдорель пришлось оскорбительно щелкнуть пальцами, перед носом сидящей, чтобы вывести ту из блаженного транса.

– Что ты себе позволяешь!? – завопила возмущенная жрица, в тщетной попытке прикрыть обнаженную грудь платьем.

– А что себе позволяет Говорящая с лесом, которая должна оставаться чистой и целомудренной до конца дней! – злорадно выдала Синдорель, размахивающая ножом в избытке чувств, – Говорит с членами вместо леса! Что на это скажет совет старейшин?

– Чего ты хочешь? – испуганно спросила осознавшая свой прокол жрица. За оскорбление леса полагалась мучительная казнь.

– Завтра, повиснув на своих деревянных членах, ты заявишь, что меня нужно простить и немедленно принять в ряды рейнджеров!

– Так ты та наказанная! – догадалась говорящая. – Боюсь это невозможно дитя. Когда во мне лес, говорю уже не я, а он.

– Тогда придумай другой способ! – закричала раздосадованная Синдорель, дерзкий план которой сорвался, – Или мне спросить у старейшин?

– Нет! – закричала жрица, бросаясь в ноги и молитвенно заламывая руки, – Только не это! Только не так!

– Тогда я жду! – властно бросила девушка, независимо складывая на груди руки.

– Я знаю только один способ стать рейнджером в обход всех испытаний и правил! – после долгого раздумья произнесла Говорящая.

– Какой?

– Ты должна вернуть наши древние скрижали с темной стороны леса! Тогда ты не только рейнджером сможешь стать, но и главой города!

Такая перспектива мощно сыграла на честолюбии юной эльфийки.

– Как это сделать? В темном лесу нет дорожных указателей!

– Пойдем со мной! Я дам тебе карту! – сказала жрица,  вставая на дрожащих после мощного оргазма ногах, и возобновляя попытку надеть платье.

– А я не привлеку к себе внимания?

– Точно! Возьми плащ из сундука. Так стража подумает, что ты послушница н не будет задавать вопросов.

Когда женщины оделись и привели себя в порядок, жрица повела свою шантажистку по многочисленным коридорам, заводя ее все глубже к корням. Поначалу Синдорель очень нервничала при виде стражи, но минув шестой по счету пост расслабилась. А когда, вслед за длинным платьем, вошла в хранилище древних артефактов и вовсе заулыбалась, поняв, что ее не обманывают.

– Вот она! – сказала жрица после недолгих поисков в бесчисленных полочках и сундучках между корней. – Бери! Она укажет тебе путь! Принесешь скрижаль, и все станет твоим!

– А как я ее узнаю? – спросила шантажистка, разглядывая карту указывающую путь к каким-то руинам в темном лесу,  – Я же никогда ее не видела.

– Это что-то вроде книги.

– Книги? Да в тех руинах таких может быть сотня! А то и тысяча!

– Эту книгу ты ни с чем не спутаешь! Она сияет мягким светом.

– А что в ней такого ценного? С чего меня так возвысят из-за нее?

– В скрижалях содержатся знания древних. О силе, о природе вещей и тому подобном. Обладание ими сделает наш народ много сильнее.

Или только меня! Подумала про себя девушка. Ох, держитесь тогда все!

– Хорошо, – Прервала она речь великой жрицы. – Как мне пройти обманчивую пустошь?

– С этим тебе могут помочь только стражи границ, но договориться с ними я тебе не помогу. Никто не знает, чего они попросят за роль проводников.

– Как-нибудь договорюсь, – самоуверенно заявила юная эльфийка.

– Тогда я выведу тебя наружу. Но смотри – хранители, через день два, заметят пропажу. Твое исчезновение тоже не уйдет от них. Так что торопись. Отправляйся сейчас же. Погоня не пойдет за тобой в темный лес, но в любом другом месте непременно отловит.

Дождавшись понимающего кивка, Говорящая с лесом осторожно вывела шантажистку на поверхность. Пожелав той в след всего хорошего, жрица понадеялась, что ушедшая никогда не вернется назад из своего похода. Ведь там столько опасностей. Чтобы успокоить нервы, верховная жрица пригласила сразу четырех, благоговевших перед ее персоной, пажей в свою комнату и отдалась неистовому разврату до конца ночи.

Синдорель вернулась в комнату, схватила походный рюкзак, набила его съедобными плодами и сменной одеждой. Собрав рюкзак, она вылетела наружу и понеслась к стене. Тьма не была для нее помехой, свой город она знала прекрасно, чтобы ловко прыгая по веткам, двигаться так же быстро как днем. Сил придавала перспектива обретения власти и возмездия. Она уже стала самым молодым членом совета города, а ее враги уже пали ниц в бесконечном раскаянии. Она сама запрет их всех в клетки и отдаст волкам!

Достигнув стены, она влетела в складское помещение. Девушку встретил хмурый взгляд четырех кладовщиков, оставшихся на ночь дежурить, сторожа военное добро.

– Мне нужен боевой лук… – начала эльфийка, стараясь подражать уверенному голосу наставницы рейнджеров, – Колчан стрел, длинный меч, доспехи и две, нет, три запасные тетивы.

– Слышали парни? – заржал, дослушав тираду старший кладовщик. – Ей нужно!

Товарищи ответили ему дружным гоготом. Один даже начал стучать себя по колену кулаком, неспособный сдерживать веселье.

– А нам вот, тоже много чего нужно! – продолжил старший кладовщик, медленно подходя к девушке.

– Что именно? – надменно спросила Синдорель, все еще стараясь сохранить свою легенду.

– Разрешение совета, на выделение ценного снаряжения, не состоящей ни в одном сословии эльфийке.

– А если такого нет? – спросила девушка, план которой рушился на глазах. Идти в поход без снаряжения было самоубийством. Оставаться здесь еще хотя бы на день – невыносимо. – А есть еще способ получить снаряжение?

– Конечно есть, солнышко! – игриво ответил кладовщик. Решив грубо пошутить и избавиться, наконец, от наивной дуры, он просунул палец между листьев юбки и провел им по половым губам, стоявшей перед ним девушки.

Шумно сглотнув, Синдорель решилась. Для нее не должно быть преград. Пожав плечами, она бросила сумку на пол и освободила себя от одежды.

– Только быстро! Еще до рассвета я должна быть за стеной.

Такого парни не ожидали. Грубая шутка возымела неожиданные никем последствия.

– Тур! Ты первый на страже! – внезапно пересохшим ртом, выдал главный кладовщик.

– Я не Тур! Я Турагландил! – ощетинился названный.

– Да плевать! Живо за дверь! – гаркнул старший, неверными руками снимая штаны. Все еще не до конца веря в свою удачу, он лег на пол, выставив вверх подрагивающий кол. – Присаживайтесь леди!

Недолго думая, Синдорель села на мужчину сверху, насадившись на мощный агрегат своей узкой пещеркой.

– Какая тугая! – блаженно выдал мужчина, ощутив узость доставшейся ему самки, которая уже сама начала медленно вращать тазом, принося, тем самым, море удовольствия. – Что стоим парни? Леди торопится!

После этих слов, обалдевшие от увиденного, компаньоны, как по команде ожили, самый смелый подошел спереди и насадил покорную эльфийку на свой член ртом, начав торопливо совать ей головку за щеку.

– А мне что делать? – озадаченно спросил самый медленный из троицы.

– Ты что маленький? Сувай ей меж булок да наслаждайся! – выдал блаженствующий старший кладовщик из-под скачущей на его члене эльфийки. Синдорель, услышав что сейчас будет, попыталась подняться, но мужчины крепко схватили ее за руки и бедра, не дав сдвинуться с места, так что ее попытки лишь увеличивали их удовольствие.

– Не пролезает! – заныл неудачливый любовник.

– Она, похоже, первый раз туда! – заметил опытный товарищ, продолжая исследовать глубины женских щек.

– Ты поплюй на дырку, да надави посильнее! – послышалось снизу. – Уймись девка! А тот порвём еще. Потом весь день ровно стоять не сможешь не то, что в лес идти.

Осознав угрозу, девушка перестала брыкаться, позволив горячей головке поудобнее упереться в свой сфинктер.

Не выдержав мощного давления попка открылась, пропустив крупную головку внутрь.

Синдорель заорала дурным голосом. Она и представить не могла что будет так больно. А этот садист еще и не дав привыкнуть, начал давить пробираясь вглубь тесного отверстия. Не знающий как лучше заткнуть буйную бабу, опытный, не нашел ничего лучше как сунуть член в раззявленное горло. Крик забулькал и перешел в хрип.

– Не помещаемся!  – раздалось снизу. – Давай по очереди! Я, теперь ты, теперь я… вот так.

Найдя нужный ритм, мужчины предались любимому занятию. Сначала один пронзал горячие недра и отстранялся так, чтоб внутри осталась лишь головка, затем второй прокладывал себе путь. Стоящий же на ногах эльф, не мороча себе голову, в удобном себе ритме трахал узкое горло. Его не волновала пульсирующая в недостатке кислорода глотка. Вернее волновала, но только как усилитель удовольствия. Выступившие слезы на миндалевидных глазах, заботили его не больше слюны капавшей на пол при каждом его толчке.

Наконец, поглубже загнав в только что распечатанную попочку длинный член, неудачный любовник разрядился внутрь, дрожа всем телом и больно сжимая небольшую девичью грудь.

– Сиськи ей оторвешь! – заметили снизу. – Коль закончил, зови следующего.

Вытащив агрегат из тесного прохода, мужчина вытер пенис о длинные волосы эльфийки, застегнул штаны и вышел на улицу. Вскоре Синдорель вновь ощутила в себе третий член. В этот же момент ей в горло ударила горячая струя. Но член был так глубоко внутри, что девушка не заметила даже вкуса. Несколько раз вздрогнув внутри глотки, пенис покинул девушку.

– Ну-ка, раздалось снизу. – Я тоже хочу ей в рот напустить!

С этими словами эльф вышел из юной дырочки, поднялся и занял место во рту.

– А моя то, мне и наполовину не разрешает засовывать! – прокомментировал мужчина свои успехи. Он толкал свой член внутрь, пока девичьи губки не коснулись его лобка. После чего начал размашисто ебать девичье горло. Вскоре оставшись последним, так как узкая, сверх всякой меры, попочка собрала белковую дань второй раз за вечер.

Главный кладовщик, чувствуя подступающую разрядку, вытащил пенис так, чтобы в маленьком ротике осталась только его внушительная головка. Могучая струя семени ударила в мягкое нёбо. Не ожидавшая такого Синдорель, не сумевшая проглотить обилие семени, натужно закашлялась. Но головка, все еще находящаяся во рту, не давала толком проплеваться. Семя брызнуло наружу через миниатюрный носик. Только после этого мужчина перестал удерживать эльфийку, позволив ей упасть на пол и вдоволь прокашляться.

– Как и заказывала девочка. Справились за полчаса.

Синдорель тяжело поднялась на ноги. Одевшись, она прошла к стойке, на которой лежали только лук, стрелы и меч.

– А доспехи? – хрипло спросила она, все еще неспособная проглотить всю сперму, обильно наполнившую ее горло и отчаянно шмыгавшая носом.

– Мне жаль, но они на жестком учете. Но можешь взять мой теплый плащ. Он у двери. Ну и как наиграешься, будь добра, верни все сюда в целости.

Разочарованная эльфийка взяла, что дают и вышла в холодную ясность ночи. Ничего! Вы все поплатитесь! Думала она.

– Заходи почаще, – хором попрощались довольные мужчины.

Уже второй раз за день ее использовали как последнюю блядь, уже второй раз по ногам стекало чье-то семя. Но лезущую на стену девушку утешала грядущая расплата.

Перейдя на ту сторону, эльфийка направилась вглубь леса, стараясь придерживаться указанной на карте стороны света.

Пересапнув часок на могучей ветке, одного из деревьев и хорошенько омыв саднящую попочку в ледяной воде ручья, девушка продолжила свой путь с рассветом.

Путь предстоял долгий. Быстро добравшись до края старого леса, эльфийка спустилась с ветвей и продолжила свой путь по земле.

Спустя два дня быстрого бега по лесу, Синдорель, наконец, добралась до границы темного леса. Все чаще начали встречаться мертвые, будто обожженные огнем деревья. Решившая под вечер остановиться на ночлег эльфийка, не нашла уже ни одной достойной своего тела ветки. Пришлось устроиться прямо на земле, завернувшись в плащ.

Обычно утром, Синдорель будила тревога, что за ней идет погоня, но сейчас ее разбудил грубый толчок продолговатым предметом в спину.

– Встать! – произнес грубый голос откуда-то сверху.

Испуганная девушка дернулась было к мечу, но дорогу ей преградил наконечник копья, протянутый из-за спины.

– Без глупостей! Развернись! Медленно!

Обернувшись, Синдорель позволила себе выдохнуть. Перед ней был кентавр.

– Привет! – выдавила она милую улыбку, – Не подскажете, как мне  найти стражей леса?

– Уже нашла, – откликнулся кентавр, оказавшийся пегой масти, нервно переступая передними копытами и опуская копье.

Синдорель вдруг поняла, что стоит с поднятыми руками, плащ лежит на жухлой траве, а ее топ и юбочка развалились за время пути. Спохватившись, она закуталась в длинный плащ и уставилась на кентавра поверх воротника.

– Так что тебе надо? – спросил, сумевший, теперь найти свой дар речи полуконь.

– Мне нужно на ту сторону темного леса! – гордо произнесла юная эльфийка.

На что кентавр заржал и забил копытами словно конь. Но поняв, что это не шутка вмиг посерьезнел. – Нечего тебе там делать!

– Не тебе это решать! – горячо выпалила  Синдорель, бросая края плаща, что вновь открыло обзор на девичью грудь.

Нет! – замотал головой полуконь, но глаз от нежных холмов не отвел. – Да и некогда мне. У меня тут пост. Я не могу его бросить.

– Ну не можешь сам, так отведи меня к тем, кто может! – выдала эльфийка, сварливо упирая руки в бока, даже не пытаясь вновь прикрыться, а наоборот, как бы выпячивая небольшую грудь вперед.

– Некогда мне! – все еще сопротивлялся страж.

– Я тебя вознагражу!

– Чем это? Деньги мне не нужны, а хорошего оружия у тебя нет, – сказал кентавр, бросив пренебрежительный взгляд на стоящие у дерева лук и меч.

– Думаю, мы договоримся! – озорно сказала эльфийка, уже давно заметив восставший интерес кентавра, призывно болтающийся под мощным брюхом.

Она подошла ближе и беззастенчиво погладила вполне себе конский хрен.

– Он в тебя не влезет, – с кривой усмешкой ответил полуконь.

– Как тебя зовут? – спросило юное тело продолжавшее гладить ладонью подрагивающий член.

– Калан, – хрипло ответил страж.

– Так вот, Калан, у меня есть идея.

С этими словами девушка бросила пенис разочарованного этим кентавра и направилась к своей сумке. Скинув возле нее плащ, эльфийка эротично, прям как тогда на озере, склонилась и достала из сумки один из плодов. Раздавив мякоть, Синдорель густо измазала грудь и живот маслянистым соком. После чего, призывно виляя задом, дошла до торчащего неподалеку плоского камня, больше напоминающий саркофаг, улеглась на него спиной и призывно помахала руками.

– Клади его на меня, Калан.

О камень слева и справа от головы девушки тут же грохнуло два огромных копыта, а толстенный конский член уложился на девушку от таза до самых глаз.

Обняв и прижавшись масляно блестящим телом к подрагивающему другу, эльфийка скомандовала: – Начинай!

Кентавр не стал ждать нового приглашения и задвигал задом. Его кол приятно скользил по нежному, влажному и упругому телу лесной девы. Сделав десяток движений, перевозбужденный кентавр залил эльфийку прогорклой жижей. Семени было так много, что непокрытыми остались только стройные ножки, которые просто находились вне зоны поражения.

Отступивший назад страж виновато пояснил, что он давно на посту, и поэтому давно не имел женской ласки. Распластанную же по камню Синдорель, сейчас волновало только как стереть зловонную жижу с лица.

Кое-как поднявшись, она подтерла, как могла, белые потеки редкой здесь листвой.

– Теперь веди меня к проводникам, – сказала эльфийка, брезгливо кутаясь в плащ.

Закинув копье на плечо, кентавр побрел в нужную сторону, периодически посматривая на спутницу, чтоб та не отстала.

Спустя пару часов после рассвета они вышли к обширной поляне, на которой базировалось десятка полтора стражей.

– Стой здесь! – бросил через плечо Калан и ускакал вперед.

Синдорель сбросила полупустую сумку с плеча и присела на ближайшую кочку. От нее невыносимо разило подсыхающей конской спермой, но на много миль вокруг не было ни одного ручья. Оставалось только мечтать о водной прохладе и надеяться, что никто не учует запаха

Вскоре Калан вернулся, ведя за собой трех закованных в броню стражей.

– Вот она. Платит за доставку на ту сторону лесной пустоши. Это Клом, Болот и Длен, представил он спутников. А мне пора на пост, – нервно бросил пегий кентавр и унесся прочь.

– Наш товарищ, – почтительно начал названный Кломом, вороной кентавр, – представил нас, а вот твое имя упомянуть забыл.

– Синдорель, – коротко сказала эльфийка, тут же пожалев об откровенности. Ее, наверное, уже ищут, а она тут рассказывает свое имя каждому встречному.

– Хорошо! Мы тоже собираемся на ту сторону пустоши, но чтобы успеть к безопасному берегу реки до заката, нам нужно очень быстро перемещаться.

– Я быстро бегаю! – заверила его девушка

– Тогда вперед! – задорно крикнул кентавр, разворачиваясь и переходя на рысь, быстро сменившуюся галопом.

– Она не успевает! – спустя двадцать минут, остановил вожака окрик пегого в яблоках кентавра, обращая внимание на задыхающуюся эльфийку, не сумевшую так долго и так быстро бежать.

Гортанно выругавшись, вороной развернулся, подхватил тяжело дышащую Синдорель на руки, бросил ее себе на спину и возобновил бешеную гонку с неумолимо движущимся солнцем.

Гонка длилась до самого заката. Только с последними лучами умирающего светила, группа кентавров вырвалась на обожжённый берег реки. Перейдя реку вброд, кентавры объявили привал.

Дорвавшаяся до воды эльфийка, с наслаждением искупалась. Быстро смыв остатки присохшего семени девушка занялась волосами. Отмыть слипшиеся пряди было не так просто, так что на берег она вернулась спустя час или более.

Кентавры, тем временем, избавились от части доспехов, развели костерок и, зачем-то, притащили огромный плоский камень к стоянке. Обнаженная эльфийка, подошла к костру, по пути выжимая волосы.

– Так как ты не можешь бежать сама, – мирно сказал вороной кентавр, – то половину оплаты мы возьмем сейчас, а половину на следующей стоянке. Так что доставай свои плоды, да милости прошу к камню.

– Почему вы решили, что я расплачусь с вами так? – проснулись в эльфийке следы гордости.

– От тебя несло соитием на десять миль! – вмешался в разговор пегий.

– Да и Калан нам все рассказал! – добавил рыжий.

Пожав плечами, Синдорель покладисто полезла в сумку и привычно раздавила в руках плод.

– Лучше намажь нас! – окликнул, начавшую было натирать грудь девушку, вожак, призывно качнув немалым достоинством, уже бывшем в полной готовности.

Вновь пожав плечами, безразличная эльфийка, стала втирать масло в могучий ствол.

– Кончики посильней намажь, – посоветовал ей блаженствующий вороной.

Намазав всех троих, девушка бросила раздавленный плод в пыль направилась, качая бедрами, к камню. Подумав мгновение над неровной поверхностью, она застелила камень своим плащом. И легла сверху лицом вверх.

Подошедшие с трех сторон полукони, внезапно затянули петли веревок на ближайших к ним конечностях эльфийки. Не обращая внимания на возмущенные крики, они перевернули легкое тело лицом вниз, после чего натянули веревки, зафиксировав Синдорель в неподвижности. Не забыли натянуть и четвертую петлю. Теперь девушка лежала на камне распятая, с широко разведенными ногами.

– Какого черта?! – завопила она, неспособная пошевелить ни одной из конечностей.

– А ты думала, что я весь день буду везти тебя на горбу как какая-то лошадь, а потом удовлетворюсь, только потершись о твои тощие сиськи?

С этими словами вожак подобрал с земли плод, окончательно раздавил его в ладони и густо намазал отверстую попку. Затем отломил кусочек и могучим движением засунул его внутрь, легко преодолев сопротивление сфинктера. Привязанное тело крупно вздрогнуло. Немного разработав отверстие пальцами, он стал передними копытами на камень.

Первая попытка привела лишь к тому, что, старательно намасленный кончик конского пениса, проскользнул по спине девушки. Криков возмущения никто не хотел слушать. Вторая попытка закончилась ударом в камень. Третья, четвертая и пятая тоже ни к чему не привели. Раздраженный вожак спрыгнул с камня. Сходил за сумкой Синдорель и подсунул ту под попку девушки. После чего могучие передние копыта вновь бухнули возле ее головы.

– Раскройте ка ее попку! – приказал вороной.

Наблюдавшие возню кентавры весело фыркнули и подошли с двух сторон к камню. Каждый положил ладонь на ближайшую к себе ягодицу зафиксированной, истошно орущей о том, что ее порвут, эльфийки, и потянул на себя. Все это привело к тому, что немного разработанный анус приоткрылся.

Еще одна неудачная попытка, и вот, очередное могучее усилие забило толстенный кол внутрь на половину длинны. Синдорель всхлипнула и потеряла сознание.

Приходила в себя она медленно. Как бы толчками. Когда густой кисель мыслей окончательно рассеялся, поняла, что толчки вовсе не вызваны мутным сознанием, а происходят наяву.

Возле ее головы стояло пегое копыто бодро трудящегося в ней кентавра. Толчки мерно забивали в воспаленное нутро девушки три четверти конского мяса. Она даже, казалось, чувствовала бьющийся о грудную клетку кончик. Успев лишь удивиться, что смогла пережить такое проникновение, испытывающее невероятное растяжение Синдорель, ощутила мощный выплеск семени в свое нутро. Еще несколько толчков и юное тело освободилось от огромного гостя.

Над головой девушки склонился вожак.

-Ааа… пришла в себя! – протянул кентавр, посмотрев в выпученные от натуги глаза. – Ты не бойся. Ты выдержишь. Уж так вы эльфийки устроены. Ваши тела хорошо гнутся и тянутся. Так что ты и двоих кентавров в себя примешь без проблем. Это, кстати, тебе предстоит завтра. И даже после этого, если через пару дней в тебя полезет какой-нибудь эльф своим мелким стручком, ему будет так же тесно, как и нам.

Что тут скажешь! Утешил! Хотелось прокричать девушке, но из пересохшего рта вырвалось лишь хрипение. Увидев это, вожак сбегал к реке и напоил свою любовницу. С последней каплей воды, в девушку, не встретив уже никакого сопротивления, легко раздвинув тугую попку, ворвался последний кентавр. И без того раздутый живот вспух еще больше.

Спустя пятнадцать минут, показавшимися измученной дырочке вечностью, внутрь ударила новая струя. Почувствовав подступающую к горлу тошноту, эльфийка успела только открыть рот, как ее обильно вырвало конским семенем.

– Правильно, не сдерживайся, – посоветовал, только что кончивший полуконь, вынимая член из девушки и гладя ее по мягким волосам.

– Заполнили до краев, – прокомментировал подошедший пегий.

В разбитый зад, вновь, ворвался мясной друг вожака. Ночь только начиналась.

– Какая же отборная эльфиечка нам досталась! – блаженно изрек вороной, бодро тараня неспособную уже закрыться попку. – Не плачет, не мешает, и кричала не долго!

Усилив толчки так, что заскрипели веревки, кентавр смог войти на всю длину своего прибора. Синдорель оставалось лишь чувствовать, как мясная ложечка, грубо перемешивает ее внутренности. Сил кричать у нее уже не было. Лишь слезы, медленно текли по щекам, отражая ее эмоции.

До первого луча солнца, неутомимые кентавры, часто сменяя друг друга, натягивали нежную плоть. Каждый теперь старался войти в растянутое тело как можно глубже и как можно чаще.

На рассвете, донельзя измученную эльфийку, отвязали от камня.

– Завтракать будешь? – спросил, пегий кентавр, заботливо накинувший на Синдорель, мокрый, пропитанный потом, слезами, но более всего конским семенем, плащ.

– Нет! – выдавила девушка, бросив взгляд на вспухший живот, в котором, несмотря на частую рвоту, осталось немало жирного семени попавшего туда неестественным путем.

Ощупав края дыры, в которую превратилась ее попка, Синдорель, тяжело заковыляла к реке. Каждый шаг отзывался мучительными спазмами затекших в неподвижности мышц и судорогами неспособного закрыться сфинктера.

Кое-как отмывшись сама, эльфийка бросила тщетные попытки отстирать плащ и безразлично бросила его в реку. Отмывать обильно слипшиеся волосы она даже не пыталась, оставив их свисать единым влажным колтуном.

Выбравшись на берег, накинула на плечо, сильно воняющий спермой рюкзак, предварительно прикрепив к нему лук и меч. И забралась на спину уже ждавшего ее вожака. Гонка возобновилась.

Несмотря на бурную бессонную ночь, кентавры и не думали проявлять признаки усталости. Даже, кажется, прибавили в скорости.

На второй стоянке кентавры выполнили свою угрозу трахнув ее по двое. Им пришлось долго подбирать правильную позу, но девушку пронзило таки два пениса сразу. Как это выдержала ее многострадальная попка, она не представляла. На этот раз она не теряла сознание. На этот раз она спала. Беспокойный сон прерывался сменой партнеров и необходимостью почти вдвое чаще блевать, стравливая переизбыток семени, проникающего в желудок.

На рассвете, кентавры вновь отвязали Синдорель от камня.

– Наши пути расходятся, лесная дева, – начал вожак, береги себя. Впереди у тебя много опасностей. И зомби не самые страшные из них. Смотри под ноги и спи у костра. Наши патрули бывают здесь раз в две недели. Мы предупредим их о тебе и оплате, которую ты предлагаешь.

Закончив торжественную речь, кентавры игриво поклонились и ускакали вдаль, оставив после себя тучу пыли.

Синдорель пришлось провести на месте стоянки еще два дня. С раскрытым в вечном зевке анусе далеко не уйдешь. Но вожак не солгал, уже вечером в попку с трудом проникала ладошка, а к утру третьего дня, об упругой зеленоватой попке уже нельзя было сказать о встрече, не то что с кентаврами, а даже с пальцем. Так что эльфийка, лишь слегка морщась на кочках, продолжила путь, начав сверяться с картой.

Прошедшая следом неделя пути прошла на удивление спокойно. Пара срубленных зомби не в счет. По всем признакам она была уже близко.

Искомые руины, наконец, замаячили в дали на исходе десятого дня пути. Синдорель бросила опустевшую сумку и лишь с одним оружием бросилась было бежать, но мигом споткнулась о какой-то камень, упала плашмя наземь, в кровь содрав нежную кожу рук и ободрав колено до кости. Оказавшийся под девушкой колчан весело захрустел тонкими древками.

– Пропади ты! – раздосадовано выкинула эльфийка, ставший бесполезным лук. И замерла, услышав шум позади. Кочкой оказался прикорнувший в выкопанной им яме, каменный тролль.

Мощный удар стали по уродливой голове лишь высек искры. Тролль взревел и пошел в атаку. Второй удар меча пришелся в открытую ладонь тролля. Сталь захрустела и разлетелась осколками в каменной ладони. Небрежный толчок повалил деву леса наземь. Тролль взревел и замахнулся кулачищами для последнего удара.

Увидевшей это девушке, в осознании последнего мига своей жизни, пришло в голову только одно. Она перекатилась на живот и призывно выпятила попку.

Смерть все не приходила. Через пару минут, зажмурившаяся в страхе эльфийка, почувствовала шершавые лапы на своих бедрах. Лапы по-хозяйски приподняли  девушку. К только недавно сошедшемуся краями анусу пристроилось что-то холодное. Одним мощным движением тролль вогнал, огромный, покрытыми редкими камнями, пенис в упругую попку.

Пенис показался, истошно завопившей девушке, даже больше чем два конских сразу. Каждый толчок тролля выбивал из легких Синдорель весь воздух. Острые камни безжалостно царапали горячее нутро. Ее крики слышал, наверное, весь мир.

Утробно урча, монстр сначала, медленно натягивал свою жертву на всю длину могучего, испещренного камнями ствола. Затем, в раскачку, еще более осторожно, стягивал вопящую плоть.

Расширив таким образом проход, тролль начал совершать мощные резкие толчки. Легко держа эльфийку за бедра, он яростно исследовал горячие глубины.

Плоский, накачанный животик, которым Синдорель так гордилась, вздувался при каждом толчке, отображая пролагаемый полукаменной дубиной путь.

Через время, решив, что девушка уже недостаточно узка. Тролль перехватил ее тело на животе. Теперь он контролировал плотность прилегания своего поршня к влажным, горячим недрам, насилуемой эльфийки. Тролль по сути, просто дрочил, используя зеленоватое тело вместо крема для рук.

Через час или два монстр вдохновенно кончил. Зеленоватый живот девушки вновь раздулся, наполненный мощнейшей струей тролльего семени.

Удовлетворенный гигант бросил надоевшую игрушку наземь и побрел досыпать в свою яму.

С трудом поднявшаяся девушка, огляделась и завопила еще громче, чем когда ее нутро грубо растягивал камень. Позади нее неровными рядами брели мертвецы. Их было так много, что они заполнили всю видимость от края до края поймы.

– Они, должно быть, сбежались на мои крики! – вслух подумала Синдорель, медленно пятясь перед стеной мертвецов.

Нелепо дрыгая ногами, эльфийка побежала к руинам. Вбежав внутрь небольшого каменного комплекса, сквозь пролом в стене она увидела, что зомби идут со всех сторон. Выхода нет.

Осталось только одно. Немедленно найти чертову скрижаль и с ее силой прорваться наружу. Эльфийка заметалась среди камней. Мертвецы все прибывали, неумолимо сокращая радиус поисков. Вбежав в большое здание, в последний момент, оттолкнув мертвеца с пути, девушка уперлась в наглухо заваленную камнями лестницу вверх, но надежду вселил открытый спуск вниз. Пролет вел в небольшой темный коридор.

Не заметив в темноте камня на полу, Синдорель грохнулась ниц. В глазах полыхнули звезды.

Пришедшая в себя через несколько минут девушка, разглядела вдали коридора слабое свечение.

– Вот оно! – воскликнула эльфийка, отталкивая уже успевшего спуститься мертвеца. С новой надеждой она бросилась вперед к свету.

Свет исходил из массивного сундука, стоявшего у земляной стены. Крышка не поддалась слабому воздействию усталой эльфийки. Обнаружив навесной замок, она громко выругалась. Вернувшись к медленно бредущей стене зомби, девушка схватила один из камней и потащила его к сундуку.

С третьей попытки удалось сбить замок. Мертвые уже дышали в спину. Последним усилием, сорвав прикипевшую от времени крышку, девушка вожделенно заглянула внутрь. Наконец она спасется, а ее обидчики расплатятся за все. Всмотревшись в светящееся нутро сундука юная эльфийка застыла. Не отреагировала она ни на вялое касание мертвой плоти к спине, ни тогда когда острые зубы впились в нежную девичью плоть.

В сундуке, в просыпавшейся сквозь рассохшийся деревянный задник земле, цвели грибы светоносцы.

(Всего 92 просмотров, 1 сегодня просмотров)
0

Добавить комментарий