Необходимые жертвы. Часть 4

Вечернее небо хмурилось, скрывая заходящее светило за тяжелыми, набрягшими от холодной влаги, тучами. На улице моросил мелкий, неприятный дождь, оставляя на оконном стекле потеки и размывая вид на облагороженный задний двор коттеджа. Там Саша старательно укладывал объемистый черный чемодан в просторный багажник припаркованного желтого такси. Справившись с задачей, он захлопнул крышку, отчего весь автомобиль слегка вздрогнул, и степенно обернулся к дому. На лице молодого человека было непроницаемое выражение, а темное приталенное пальто, строгие брюки и классические туфли добавляли образу еще больше строгой серьезности.
Наталья стояла в просторном холле дома у окна и, с грустью в дивных миндалевидных глазах, взирала на супруга. Она подняла вверх изящную ладонь в прощальном жесте и заставила губы слегка изогнуться, выражая печальную улыбку. Саша повторил действия жены точь-в-точь и отвернулся, открывая заднюю дверцу комфортабельного седана. В этот момент на худое плечо девушки, укрытое зеленой тканью легкого сарафана, легла теплая рука свекрови. Этот жест молчаливой поддержки, у Натальи не вызвал подобающего теплого чувства благодарности, потому что прикосновения этой женщины ассоциировались в ее сознании с совершенно иными вещами. Тем не менее, девушка не двигалась с места, как и сама Екатерина Михайловна, безмолвно наблюдавшая рядом за сыном, усаживающимся в такси.
— Знаешь, он ведь звонил мне вчера днем. — Сообщила свекровь, легонько поглаживая пальцами плечо девушки.
— Зачем? — Сухо поинтересовалась Наталья, мгновенно почувствовав, что ответ ей явно не понравится.
— Очень хотел подробнее узнать, зачем мы каждый день уединяемся… Оказывается, в субботу он слышал тебя. — С готовностью ответила Екатерина Михайловна, заметив, как ощутимо напряглась невестка от услышанной новости.
— А почему тогда целых три дня молчал, прежде, чем обратился к вам? — Уязвленно спросила девушка, ощущая вспыхнувшую обиду на мужа за то, что он не пришел за разъяснениями к ней самой. Ведь тогда, возможно, эта девиантная, порочная игра, затеянная свекровью, завершилась бы, и все стало, как прежде. Или почти, как прежде, потому что память о содеянном вряд ли когда теперь сотрется из сознания Натальи, против воли совращенной матерью собственного мужа.
— Я тоже заинтересовалась такой паузой, но не стала лезть с расспросами. Это же он пришел за ответами… — Терпеливо разъяснила женщина.
— И что вы сказали ему? — Не скрывая закономерного волнения, тихо произнесла взволнованная невестка.
— Сказала, что у многих после беременности возникает необходимость определенного врачебного вмешательства. Что наши процедуры крайне полезны для твоего здоровья и вашей с ним благополучной интимной жизни в будущем. И, что мое воздействие иногда вызывает ту реакцию, которую он услышал… — Медоточиво повествовала Екатерина Михайловна, созерцая через стекло автомобиль, медленно увозивший ее сына от дома по узкой асфальтированной дороге. Ее ладонь при этом плавно скользнула с округлого плеча по прямой спине на рельефную поясницу девушки. — А еще предупредила, что половые контакты необходимо ограничить пока мы все не наладим. Однако, на вчерашнюю ночь дала добро, как и тебе. Как все прошло, кстати?
— Нормально. — Лаконично ответила Наталья, чувствуя, как рука свекрови неспешно опускается уже по ее крепкой ягодице ниже, стремясь к краю подола сарафана.
— Долго он тебя трахал? — Прошептала женщина, приблизив пухлые губы к аккуратному ушку невестки. Наманикюренные пальцы уже коснулись нежной кожи на бедре Натальи и поползли вверх, бесстыдно задирая зеленую ткань.
— Нет. — Сказала девушка, стараясь не обращать внимание на руку Екатерины Михайловны, легонько сжавшую правую половинку ее аппетитного зада.
— Было хорошо? Ты кончила? — Не отставала бессовестная свекровь.
— Да и да. — Призналась невестка, привыкшая за прошедшие дни отвечать откровенно на любые вопросы Екатерины Михайловны во избежании наказания за непослушание.
— Но как это делаю я тебе нравится больше, ведь так? — Нахально поинтересовалась женщина, чуть прикасаясь горячими губами к мягкой мочке уха Натальи.
— Да… — Нехотя согласилась девушка, ощущая, как кожа покрывается мурашками от игривой стимуляции сразу двух довольно чувствительных зон ее отзывчивого тела.
— Ценю твою откровенность. — С довольной улыбкой заявила свекровь, отстранившись вдруг от нее и убрав теплую ладонь с сочной ягодицы. — Сашу проводили, Лешка уже спит, а я закончила все свои дела. Так что пришло время тебя подоить, девочка моя. Готова идти?
— Да. — Машинально подтвердила Наталья, привыкшая к факту, что с памятного дня, когда Екатерина Михайловна изнасиловала ее в первый раз, процесс сцежевания молока проводится ежедневно стабильно по два раза. Так что, вне зависимости от прекращения грудного вскармливания годовалого сынишки, лактация не заканчивалась. Напротив, свекровь, будучи опытным, знающим врачом, осознанно не позволяла организму подвластной девушки перестроиться, и с извращенным наслаждением вкушала плоды своих знаний в прямом и переносном смысле. Процесс дойки, правда, слегка изменился с последнего раза, когда женщина не побоялась аж дважды принудительно отыметь невестку, не стесняясь присутствующего дома ее супруга. До той субботы Екатерина Михайловна просто мягко, но планомерно выжимала вожделенную влагу из упругих девичьих прелестей, сопровождая это мягкой мастурбацией через трусики. А после, Наталья подвергалась уже более настойчивой стимуляции клитора без нижнего белья, хотя оргазма достичь ей все также не дозволялось. Мало того, свекровь теперь заставляла девушку смотреть порно определенного типа на протяжении всего сцежевания, заявив, что после пережитого эротического опыта, достаточно возбудить ее уже не так легко, как в начале. Таким образом, на протяжении последних четырех дней Наталья созерцала и слушала разнообразные варианты того, как в японии молодые неопытные девушки успешно принуждаются к жаркому сексу одной или несколькими настойчивыми лесбиянками. Как ни странно, этот прием очень неплохо работал, заставляя невестку достаточно быстро заводиться, хотя раньше она интереса к подобным фильмам вовсе и не испытывала. В итоге, к минувшей среде, когда с любимым мужем наконец случилось долгожданное соитие, Наталья сумела кончить даже за объективно небольшое время, понадобившееся ему на бурную разрядку долго копившегося напряжения.
— Мы воспользуемся Сашиным отсутствием по максимуму. — Посулила Екатерина Михайловна, увлекая послушную девушку за собой на второй этаж по широкой лестнице. И та покорно брела навстречу очередному порочному приключению, которое собиралась обеспечить ей эта извращенная, коварная женщина, продолжающая вещать: — Его командировка пришлась, как нельзя кстати. На данном этапе, как раз, желательно увеличить продолжительность наших занятий для достижения максимального эффекта. И теперь я могу тобой заниматься не только в кабинете, а значит пора осваивать новые места и способы…
Менее минуты понадобилось им на то, чтобы не торопясь подняться наверх. Мягко ступая по нагретому деревянному полу, свекровь провела Наталью за руку мимо двери в хорошо знакомый кабинет. Проследовав дальше по просторному, ярко освещенному холлу, они остановились перед входом в хозяйскую спальню.
— Добро пожаловать. — Произнесла Екатерина Михайловна, без видимого усилия распахивая широкую створку. Комната, в которой ранее невестке бывать как-то не доводилось, оказалась весьма большой, но при этом вполне уютной. На обстановку, подобранную и размещенную со вкусом, отбрасывали слабые теплые лучи парные бра над солидной двуспальной кроватью в дальнем конце помещения. Роскошное деревянное трюмо с искусстной резьбой и овальным зеркалом располагалось возле правой стены. Левую занимало широкое занавешанное окно и объемистый шкаф, декорированный в одном стиле с туалетным столиком напротив.
Свекровь аккуратно втянула девушку внутрь и тихонько притворила дверь, чтобы звуки предстоящего действа не разбудили, сладко спящего в детской, малыша. Наталья, как обычно, не предпринимала попыток противиться или спорить, стоически вынося все, что предпринимала распутная женщина. Потому смирно стояла, с отсутствующим видом разглядывая интерьер, пока Екатерина Михайловна, уже переключившая на нее все внимание, неторопливо расстегивала мелкие пуговицы на зеленом сарафане. Как только ткань перестала плотно облегать точеную девичью фигуру, свекровь тут же скинула ее на пол и принялась за белоснежное нижнее белье, идельно подчеркивающее аппетитные достоинства. И через несколько секунд откровенно похотливому взору женщины предстали налитые каплевидные груди, заостряющиеся к чуть набухшим коричневым ареолам. Красивый лобок с широкой полосой жестких черных волос, достаточно отросших с того момента, как невестке было запрещено самой заниматься эпиляцией. И круглые подтянутые ягодицы без малейшего следа постродовых дефектов, явно указывающие на стабильные спортивные нагрузки своей очаровательной обладательницы.
— Ну, что, чувствуешь прилив? — Ласково поинтересовалась Екатерина Михайловна, принявшаяся осторожно ощупывать плотные округлости.
— Да. — Без всякой интонации подтвердила постыдную истину невестка, созерцая болотно-зелеными очами текстуру стены за ее спиной.
— Замечательно, значит моя задумка действительно удается. — Искренне обрадовалась женщина, неотрывно наблюдая, как от ласковых прикосновений постепенно поднимаются соски и сужаются ареолы Натальи. — И ты будешь давать молоко, пока я не пожелаю это прекратить. Хочешь, чтобы я пососала твои восхитительные грудки?
— Нет. — Честно ответила девушка, на сей раз, довольная навязанной откровенностью.
— А я хочу. — Ничуть не смутившись, с улыбкой на строгом привлекательном лице, заявила свекровь. В следующее мгновение она переместила ладони на узкую талию Натальи и вынудила ее двинуться спиной к правой стене. После нескольких осторожных шагов, невестка уперлась упругим задом в гладкую твердую столешницу трюмо. Екатерина Михайловна приказала: — Сядь и расставь ноги пошире.
Девушка безучастно выполнила требование, ничуть не стесняясь собственной наготы и выпиющей откровенности позы. После того, как свекровь неоднократно брила ей подмышки и зону бикини, а также виртуозно доводила до ярчайших в жизни оргазмов, используя все доступные зоны на чувствительном теле, ни капли смущения, конечно, не осталось. Зато, жаркого стыда за собственную слабость и тяжелой вины за измены любимому мужу было вдоволь. Вот только этого оказалось не достаточно, чтобы разрушить оковы покорности, все плотнее сжимающие волю совращенной Натальи, естество которой, несмотря ни на какие условности и психологические барьеры, стремилось к порочному наслаждению.
Женщина же, неожиданно стала нарочито медленно развязывать пояс, удерживающий длинный халат запахнутым на ее великолепном стане. А, справившись с нехитрым узлом, она грациозно скинула с плеч мягкую ткань и предстала перед застывшей невесткой совершенно обнаженной. Затем придвинулась к выжидающей девушке вплотную, запустила руку в ее пышные темные волосы на затылке и, придерживая за голову, прильнула пухлыми губами к ее сочным губам. Чарующие миндалевидные глаза Натальи расширились от удивления, когда юркий язычок Екатерины Михайловны проник в рот и проворно заерзал внутри, но продолжала сидеть, не шелохнувшись. Свекровь прижалась к ней горячим телом и их полные груди соприкоснулись, также поджавшись друг к другу, а затвердевшие зернышки сосков уперлись в волнующе нежную плоть. Невестка ответила на страстный поцелуй с бесстыдной готовностью и, зажмурившись, сконцентрировалась на новых, невероятно приятных ощущениях от возбуждающего соприкосновения. Почувствовала, как, выбритой вчера, части лобка и напряженного бедра впервые в жизни коснулись жесткие волосы женской интимной прически. Происходящее неостановимо будоражило и заводило молодую девушку, продолжавшую невольно познавать все новые грани восприятия собственного совершенного тела. До этого дня Екатерина Михайловна перед ней уже раздевалась, позволяя заслуженно восхищаться заботливо взлелеянными формами, однако, познать на ощупь не позволяла. Наталье и не хотелось этого, пока только что не случилось настолько волнующего сближения, заставившего низ ее живота наполниться упоительным, тяжелым жаром. А теперь девушка жаждала порочного соприкосновения, как страдающий от злого холода алчит спасительного жара печи. От резко повысившегося либидо, идеальные округлости невестки, словно созревшие плоды, переполнились живительной влагой, начавшей просачиваться каплями через торчащие коричневые вершинки. И, когда свекровь прервала, наконец, затянувшийся французский поцелуй, на животах и нижних частях грудей обеих любовниц уже виднелись тонкие потеки теплого молока.
— Ты готова. Самое время для дойки. — Заявила женщина, хищно улыбаясь и взирая на Наталью, будто голодающий на прожаренный стейк. В болотно-зеленых глазах невестки, заволоченных возрастающим вожделением, читалось смущенное согласие. И Екатерина Михайловна обхватила неподатливые прелести тонкими пальцами, слегка приподнимая их. Даже под этим сравнительно легким прикосновением на набухших ареолах и отвердевших сосках выступили мутно-белые капли. А когда свекровь начала привычный массаж, жидкость с готовностью стала покидать естественные биологические хранилища, изливаясь на живот и ноги своей родительницы. Женщина, с каждой секундой понемногу наращивала напор, активнее двигала кистями, то сжимая упругую плоть и сгоняя молоко к вершинкам этих прекрасных извергающихся гор, то ослабляя хватку и перемещаясь ближе к основаниям. Не прекращая процедуру, она радостно похвалила: — Сегодня ты щедра, как никогда раньше, детка.
— Мммм…. Аааахххх… — Принялась постанывать девушка, когда, несколько долгих минут спустя, плотные губы Екатерины Михайловны сомкнулись на левой, истекающей живительной эссенцией, виноградинке соска. Умело присосавшись к благословенному источнику, женщина принялась увлеченно пить сладковатое молоко, не переставая мять столь обе груди послушной невестки. А той оставалось только восседать на столике, истекая драгоценными соками на лакированную столешницу и все громче выражать постыдное удовольствие: — Ммм… Мммм! Аааааххх..
— Хочешь, чтобы поиграла с твоей красивой писечкой? — Игриво поинтересовалась свекровь, оторвавшись от помятого коричнего соска через какое-то время. Ее губы и подбородок поблескивали от мутно-белой влаги, а в больших карих глазах пылал пожар сладострастия.
— Да… — Тихо согласилась Наталья, под крепким задом которой было уже сыро от сочащейся вагинальной смазки.
— А помнишь, как я поимела тебя в две дырочки сразу? Хочешь, я и задницу твою оприходую? — Нахально спросила женщина, продолжая размеренный массаж настолько полюбившихся прелестей со стабильным результатом в виде молока, сбегающего крупными каплями по гладкой коже подрагивающей девушки.
— .. Нет.. — Неуверенно отказала невестка, четко осознавая, что это лишь раззадорит Екатерину Михайловну.
— Твое несогласие меня очень заводит… — Заявила свекровь, а затем впилась мокрыми губами во второй сосок, втягивая его в рот вместе с ареолой, покрытой капельками драгоценной сладковатой жидкости. При этом длинные пальцы соскользнули с обслуживаемой груди и легли на набухшие, мокрые от любовного сока, половые губки Натальи, а ладонь примяла отросшие волосы на ее лобке.
— Аааааххх! Аааа……. Ммммм… — Стонала и томно вздыхала невестка, плотно зажмурив миндалевидные глаза, пока женщина самозабвенно сосала одну ее плотную округлость, мяла вторую, сцежевая остатки мутно-белой влаги, и дразняще исследовала пальцами шелковистые складочки интимной плоти в призывно распахнутой промежности. Екатерина Михайловна просто играла с ней, намеренно избегая прикосновений к ощутимо набухшему бутончику клитора, желая довести девушку до исступления от острого желания.
— Я позволю тебе кончить только, если ты дашь в попу… — Издевательски пообещала свекровь через несколько минут, напившись вдоволь теплого молока из слегка сдувшейся, но все еще упруго стоящей, груди Натальи. Рука, не останавливаясь, ласкала, скользкую от любовного сока, щелку невестки, уже не способной сидеть смирно при столь активной стимуляции нескольких эрогенных точек сразу.
— Пожалуйста… — Тихо попросила слабым голосом девушка, когда миновало еще некоторое время, заполненное борьбой с собственным возбужденным молодым телом, страждущим удовлетворения.
— Пожалуйста, что? — С наигранным интересом вымолвила женщина, отпуская, в конце концов, опустошенную грудь, которая, при этом, не потеряла соблазнительной каплевидной формы, разве что стала чуть менее объемной. Потом взяла невестку за худой локоть и подняла ее предплечье вверх, открывая подмышку, усеянную едва угадывающимися волосками, только обрисовавшимися после вчерашнего бритья. И принялась со вкусом вылизывать нежную, распространяющую легкий мускусный аромат, солоноватую плоть. Вторая кисть Екатерины Михайловны неустанно ерзала в жаркой и совершенно мокрой девичьей промежности.
— Аааххх… Пожа.. Аааахх… Пожалуйста.. — Продолжала умолять Наталья, хаотично подергиваясь и царапая гладкую столешницу ухоженными ноготками свободной руки. Ее сознание практически полностью было захвачено животной страстью и необузданным желанием достичь оргазма. А все условности и границы, продиктованные воспитанной моралью, постепенно стерлись, не выдержав усилившегося натиска потребностей базового уровня. Девушка, вместе с тем, действительно, благодаря ярким переживаниям всех последних дней забыла о семейных проблемах, оставила воспоминания о вольном прошлом и мысли о смутном будущем, которые утомительно терзали ее до приезда. Теперь были только, обострившиеся из-за вины, чувства к мужу и сильнейшие эротические переживания со свекровью, а прочее исчезло на время, признанное незначительным, либо, не подлежащим изменению, постулатом. Удивительно, но оказалось, что Екатерине Михайловне на самом деле удалось не только порочно перенастроить стимулы лактации по своей прихоти, но и сконцентрировать внимание внутренне мечащейся невестки на нескольких важнейших аспектах жизни, отсеяв лишнее, будто шелуху от спелых зерен. Благодаря всему этому, недолго продержавшись под напором любовницы, она покорилась: — Аааххх… Я готова…
— Отлично, девочка моя. Тогда вставай и поворачивайся лицом к зеркалу. У меня есть пара сюрпризов для тебя… — С этими словами женщина разом прекратила все виды эротической стимуляции и отодвинулась от, разгорячившейся не на шутку, Натальи. Потом, не тратя времени даром, отошла к высокому шкафу, занимавшему большую часть противоположной стены, и откатила в сторону одну из дверц. Из обширных, заполненных разнообразной одеждой и иными бытовыми вещами, недр, Екатерина Михайловна извлекла несколько любопытных предметов. Тут же она принялась натягивать на себя что-то похожее на обыкновенные трусы, только сделанные из латекса и с двумя функциональными доработками в форме невероятно реалистичных фаллоимитаторов. Первый медленно вошел в ее, сплошь мокрое от закономерного возбуждения, влагалище, а второй просто призывно торчал вперед на уровне паха, как у могучего самца, завидевшего привлекательную самку. Быстро справившись с одеванием страпона, свекровь вернулась, к молча ожидавшей у трюмо в указанной позе, девушке, и подошла максимально близко, ловя взор чарующих глаз в блестящем отражении. Распорядилась: — Расставь ноги пошире и прогнись вперед.
Невестка повиновалась, имея возможность увидеть только красивое лицо женщины в зеркале, но не творимые действия или изменения, произошедшие в образе соблазнительницы. Зато, очень скоро Наталья почувствовала, как теплые, скользкие пальцы свекрови аккуратно раздвинули напряженные ягодицы и легли на плотное колечко ануса. Последовало непроизвольное сокращение мышц, которое, однако, защититься от вторжения все равно не помогло. Екатерина Михайловна какое-то время просто поглаживала плотную дырочку, снижая тонус и доставляя терпеливой невестке наслаждение, доселе непривычным способом.
— Ммммм… — Застонала Наталья, когда средний палец женщины, щедро смазанный принесенным лубрикантом, втиснулся в ее узкое, горячее отверстие. Их взгляды, встретившись в зазеркалье с минуту назад, так и не расцепились, только в миндалевидных глазах невольницы зародился отголосок страдания, замешанного на сладострастии.
— Я приучу тебя к анальному сексу и покажу, насколько это восхитительно.- Негромко пообещала Екатерина Михайловна, размеренно вводя палец в тугой зад, легонько вздрагивающей при этом, невестки все глубже с каждым разом. Та вцепилась в лакированное дерево руками, плотно сжала зубы, послушно перенося тренировочную стимуляцию и явно получая от происходящего определенное удовольствие. А свекровь все продолжала и продолжала обслуживать Наталью сзади, пока, в конце концов, фаланга не стала двигаться ощутимо свободнее. Тогда женщина вдруг остановилась и приказала: — А сейчас постой смирно и постарайся расслабиться.
— Ааааххх… Что это?.. Мммм!.. — Выпалила несчастная девушка, когда в ее попку вторглось что-то посолиднее одного пальца. Предмет был гладким и по ощущениям напоминал конус, основание которого, проходя даже через предварительно размятое колечко сфинктера, казалось вот-вот застрянет. Однако, кризис миновал, и новая игрушка проскользнула внутрь, удерживаясь за тонкую шейку-соединитель за круглую плашку снаружи, перед которой плотно сомкнулась мышца. Свежие пикантные ощущения мгновенно захватили Наталью, до нынешнего момента лишь раз в жизни испытавшей успешное сексуальное воздействие на эту зону своего прекрасного тела.
— Это называется анальная пробка. Самая маленькая в моей коллекции, но тебе хватит. Привыкай… — Посоветовала Екатерина Михайловна, сноровисто смазывая рельефный ствол крупного силиконового члена лубрикантом, все также не разрывая визульного контакта со слегка потерянной невесткой при этом. Подготовив к бою свое орудие любви, женщина технично переместилась ей за спину, пристраиваясь для планируемого проникновения, и продолжила: — И к этому тоже!
— Мммм…. — Протяжно застонала девушка, когда в ее, истекающую тягучей смазкой, вагину вошел крепкий фаллоимитатор, до отказа заполнив все внутреннее пространство. Мало того, что ребристый ствол потревожил чертовски чувствительные интимные мышцы, так еще соприкоснулся через мягкие перегородки с плугом в закупоренной попке. От испытанного в то яркое мгновение Наталья напряглась, будто струна профессионально настроенного инструмента, со стуком уперлась ладонями в стену и привстала на цыпочки. Ощущения от двойного проникновения на этот раз оказались еще острее, чем при первом опыте несколько дней назад. Позволив невестке немного насладиться моментом, Екатерина Михайловна скоро начала поступательно двигаться с малой скоростью и амплитудой, немного выводя и вгоняя назад искусственный член. Через короткий промежуток времени эти простые движения стали сопровождаться характерным хлюпаньем сочащегося вагинального секрета, поскрипыванием деревянного столика и томными девичьими стонами: — Мммм… Аааахххх… Ммм! Аааа…. Ммммм… Аахх!
— Моя игрушка побольше аппарата, к которому ты привыкла, да? — Участливо поинтересовалась женщина, при том, не сбивая неторопливого ритма, продолжая трахать послушную и гиперчувствительную Наталью.
— Ммм…. Да…. Аааааххх! — С трудом выдавила девушка, сознание которой, затуманенное постоянно усиливающимся эротическим упоением, сейчас с трудом выдавало что-то вразумительное.
— Но тебе этот страпон отлично подошел! Ахх… — Неожиданно уверенный голос свекрови сорвался на порывистый вздох, свидетельствующий о факте, что и на нее игрушка воздействует вполне успешно. Стремясь максимально распорядиться бонусами выбранной позы, она быстро накрыла ладонями упругие груди невестки и зажала каменно-твердые коричневые соски между пальцами. Мгновения утекали, а Екатерина Михайловна все насаживала вздрагивающую и голосящую невольницу на крупный фаллоимитатор телесного цвета, параллельно массируя ее невероятные, сочные прелести. В то же время, дополнительный член, ерзающий в мокром влагалище женщины при каждом движении основного, доставлял ей самой долгожданное опаляющее наслаждение. Порочные слова срывались с пухлых губ, добавляя моменту перчинку : — Нужно же запихнуть что-нибудь.. Ааахх.. в свою дырочку, да? Иногда одних пальцев.. Ааххх.. мало и хочется чего-то покрупнее, так?
— Ммммм.. Ааааххх! Да… Аааххххх.. Да!.. — То ли действительно согласилась, то ли в сладострастном полузабытьи просто выкрикнула Наталья, давая выход феерверку эмоций и калейдоскопу чувств, распирающих ее трепещущее сознание. Свекровь все активнее и жестче имела ее крупным силиконовым фаллосом, с глухими шлепками впечатываясь бедрами в крепкие ягодицы, между которыми виднелся стоппер анальной пробки. Счастливая девушка каждый миг вкушала божественный нектар физического блаженства, что дарили ей настойчивые ласки опытной любовницы, искренне мечтая, чтобы это длилось вечно. На плотных зернышках сосков стонущей невестки, под навязчивым давлением тонких фаланг, снова выступили мутно-белые капли драгоценной влаги, а по внутренней части крутых бедер побежали тягучие струйки насыщенного любовного сока. Она запрокинула голову вверх, живописно открыв ротик, и с готовностью принимала в себя искусственный член, все ощутимее вздрагивая при каждом новом толчке.
— Отлично.. Аххх… Вот так… Ммм.. Попробуй-ка вот это… — Предложила, аскрасневшаяся и вспотевшая от утомительной нагрузки, Екатерина Михайловна, отнимая одну руку от обласканной округлости, чтобы засунуть ее себе между ног. А через секунду, женщина уже запихивала, сложенные вместе указательный и средний, пальцы, покрытые ее собственной густой вагинальной смазкой между разомкнутых губ невестки.
— Мммм… Ммм! Мммццц… Мммаааххх! Ммм… — Наталья с неожиданной готовностью заглотила обе фаланги, утоляя необъяснимо возникшую потребность занять чем-нибудь рот и пробуя, таким образом, властную любовницу на вкус. Выделения оказались лишь слегка солоноватыми, а вот неповторимый аромат тела зрелой самки, остро желающей полового внимания, поразил распаленную девушку. Теперь свекровь смачно насаживала ее на неизменно твердый ствол страпона, орашая пол мелкими капельками влагалищного секрета, удерживая при этом за совершенную грудь, продолжающую отдавать скупые остатки молока. А сама невестка самозабвенно подмахивала бедрами, активно приближая вожделенный экстаз, и увлеченно сосала пальцы Екатерины Михайловны, повинуясь позыву первого человеческого рефлекса.
— Да! Ммм… Ааахх! Вот так! Мммм.. — Не сдерживаясь более покрикивала и сладко стонала женщина, постепенно получающая все более сильное удовольствия от секса с Натальей. Все предыдущие дни она исключительно дарила блаженство неопытной девушке, но сегодня, наконец, появилась возможность достичь заветного оргазма. И, измученная воздержанием, свекровь стремилась к столь желанной цели, словно от этого зависела ее жизнь. Не жалея сил, трахала отзывчивую невестку, реакция которой становилась все более громкой по мере приближения кратковременной земной нирваны.
— Аааах!.. Мммм! Аааааа…. Ааааххх! — Беззаботно кричала Наталья, совершенно позабыв о возможности случайно разбудить спящего сына. Ее разгореченное, блестящее от пота, молодое тело обратилось в сосуд бурлящего, чистого наслаждения, пополняемого очередной порцией порочной амброзии с каждым движением силиконового члена в, истекающей выделениями, вагине. С каждым вздохом приближалась точка неизбежного перенасыщения, за которой последует взрыв ощущений всепоглащающей силы. Женщина, чувствуя близкий финал очередного раунда их эротической игры, переместила обе руки на напряженные бедра невестки, сжав их для пущего удобства сношения, и максимально ускорилась, до предела взвинтив темп. Несколько томительных секунд, тянущихся, как в замедленной съемке, Наталья балансировала на грани потери сознания из-за непосильно возросшего нервного напряжения. Затем вдруг задергалась в сильной хватке свекрови, выгибаясь дугой и бесконтрольно царапая стену, окончательно переполнившись кипящей сексуальной энергией. А потом резким импульсом исторгла, собранную по крупицам, испепеляющую мощь во Вселенную со сладострастным: — МММААААААААААААХХ!!..
— Ааааххх! Ммммм! Да! Да… Да! — Твердила Екатерина Михайловна, бешено работая тазом, чтобы продлить бесценные мгновения высшего упоения девушки и закончить собственную гонку за эротическим экстазом. Ее полные прелести упруго подпрыгивали в такт резким поступательным движениям, карие глаза искрились радостным азартом, а чувственные губы распахнулись, выпуская прерывистое жаркое дыхание и шумные возгласы. Миг, другой, третий и женщину, уже с трудом удерживающую Наталью на стройных ногах, подкашивающихся от нахлынувшей слабости, наконец, накрыло благословенной волной неземного удовольствия. Порывисто обняв невестку сзади и плотно прижавшись к ее горячей спине, она судорожно вздрогнула несколько раз, будто прошитая высоковольтными разрядами электрического тока, а из пересохшего горла вырвался заключительный тяжелый стон: — Мммааааааахх!…..
В следующий момент любовницы, абсолютно лишенные сил, вдвоем осели на пол, укрытый мягким ковром с крупным ворсом. Екатерина Михайловна так и не выпустила из крепких объятий, трепещущую девушку, которая пребывала в закономерном шоке от пережитого опыта. Женщина была утомлена, ввиду объективных возрастных и физиологических причин, потому не потрудилась даже извлечь фаллоимитатор из постепенно расслабляющегося влагалища Натальи, сконцентрированная больше на восполнении щедро растраченных сил.
— Теперь можешь нормально отдохнуть и принять душ, Наташенька. — Благосклонно промолвила свекровь, избавляя покорную, как и прежде, девушку от плена цепких рук, а затем, осторожно освободила ее поочередно от ненужного более присутствия страпона и анальной пробки внутри. Когда игрушки для секса оказались вне раскрасневшейся, все еще влажной от естественной и искусственной смазок, интимной плоти, невестка сразу изменила позу, бесстыдно распластавшись на спине. Полежав пару минут рядышком и несколько придя в себя, Екатерина Михайловна поднялась на четвереньки и хищно нависла над, комфортно расположившейся, любовницей. С задорным огоньком во взгляде осмотрела ее с ног до головы, задержав внимание на умиротворенном лице с плотно прикрытыми миндалевидными глазами. Недолго колеблясь, склонилась ниже, подобно дикому зверю над пойманной добычей, и запечатала чувственным поцелуем сомкнутые уста Натальи. Сразу ощутила, как девушка отвечает, с энтузиазмом включаясь в волнующий процесс, и внутренне порадовалась победе еще в одной битве за право обладания ею. Немного насладившись взаимными волнующими ласками язычков, женщина отняла полные губы от приоткрытого ротика невестки и сказала: — Если хочешь, приходи спать ко мне.
— Я приду… — Тихонько ответила Наталья.

(Всего 51 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

Zver_A

Я сложный человек

3 комментария к “Необходимые жертвы. Часть 4”

  1. Вот что мне нравится в этом произведении — это подробное и тщательное описание всех деталей. Сделано это весьма качественно, и сразу видно, что автор создавал данную вещь не абы как, лишь бы написать, а творил её вдумчиво, и вполне вероятно, долго. Ведь наспех так не напишешь!

    1
    1. Я искренне рад, что Вы добрались до этой части истории. Здорово, что столь заслуженного автора заинтересовал мой цикл. Оценки и комментарии невероятно вдохновляют и радуют. СпасибоВам!

      1

Добавить комментарий