Skip to main content

Очки, чудеса и любовь. Часть 2: В гостях у ведьмы

Очки, чудеса и любовь. Часть 1. Девушка, вы верите в чудеса?

В субботу хотя и не ранним, но все же утром держащаяся за руки парочка сошла с электрички вслед за спешащими кто на труд, кто на отдых дачниками.

В отличие от них Илья с Аленкой никуда не торопились. Свернув от дороги, ведущей в сторону дачного массива, к лесу, они потихоньку шли по грунтовке, вдыхая по-утреннему свежий, кажущийся особенно чистым после городских улиц воздух, наслаждаясь совсем уже летним теплом согревающего их солнышка. В лесу, под деревьями стало сумрачнее. Особенно после того как Илья свернул с широкой натоптанной тропы на почти незаметную узенькую дорожку. Там даже рядом нельзя было идти и Аленке пришлось топать, созерцая впереди себя лишь рюкзачок на спине Ильи. Впрочем, шли они так не слишком долго. Вскоре тропинка вывела их на небольшую полянку, где Илья остановился и, казалось, задумался.

– Не знаешь куда идти? – Глянула на парня Алена. – Будем просто гулять?

– Сначала попробуем правильную дорогу выбрать. – Рассеянно отозвался Илья. – И, если она нас пропустит, пойдем в гости.

– А дорога еще и не пустить может?

– Ага. – Жизнерадостно улыбнулся Илья, сумевший видимо разобраться в хитросплетении расходящихся с опушки тропинок. – Будешь шагать, пока не вернешься опять на это место. Но я очень надеюсь, что нас все же пустят. Идем.

Здесь снова можно было идти, держась за руки. Аленка с любопытством оглядывалась вокруг, гадая, идут они к цели или уже обратно. Илья тоже поглядывал по сторонам, словно пытаясь отыскать что-то. Наконец он, решительно потянув девушку влево, вывел ее к неширокой, пересохшей канаве.

– Добро пожаловать. За этим рубежом тетушкины владения.

– Значит, нас ждут? – Аленка почему-то слегка забеспокоилась.

– Именно. Давай за мной. – Илья перемахнул на ту сторону и протянул руку, помогая ей перебраться. – И не трусь, здесь маленьких девочек не кушают.

– Не выдумывай! – Возмущенно фыркнула Аленка. – Я не боюсь, просто необычно как-то. Лучше объясни, как ты узнал, что нас пропустили? Чем лес до канавы от этого отличается?

– Даже не знаю как. – Илья обнял Алену, и они не спеша пошли дальше. – Здесь для меня все другое. Трава, деревья, голоса птиц. Ты этого не видишь, но, может быть, у тебя получится научиться.

– А от чего это зависит?

– Пока не могу объяснить. Не обижайся. – Илья, приподняв низко склонившиеся ветви, пропустил Алену в образовавшийся проход. – Смотри куда мы пришли.

Перед Аленкой раскинулось, словно возникшее по волшебству, небольшое лесное озеро. Подступившие к самым берегам деревья почти не отражались в его обрамленной зеленью кувшинок темной глади. Поросший мягкой травой пологий спуск гостеприимно звал к воде.

– Ой, красиво как!

– Это не простое озеро. – Наставительно поднял палец кверху Илья. – Если в нем искупаться, тебя целый год никакая простуда не возьмет. Поэтому предлагаю воспользоваться случаем.

– Так вот ты зачем купальник и полотенце просил взять.

Аленка потянула с плеч рюкзачок, собираясь последовать Илюшкиному совету. Погода давно теплая стоит, вода явно прогрелась. Так почему бы и нет. Тем более, что бонус в виде кучи здоровья обещают.

– Только наполовину угадала. – Засмеялся Илья. – Купальник здесь как раз без надобности. Чтобы должный эффект наступил, в воду нужно идти совсем без одежды.

– Да?! – Аленка с удивленным возмущением глянула на парня. – И как ты наше совместное купание в таком случае себе представляешь?

– Элементарно. Один отворачивается и ждет, пока второй разденется и зайдет. Потом наоборот. Вода тут темная, торфяная. В ней друг друга не разглядишь. Разве что ты нырять начнешь, чтобы меня получше увидеть.

– Болтун!

Аленка в нерешительности вертела в руках рюкзачок. Предложение Ильи ее порядком озадачило. То есть в принципе она допускала для себя возможность искупаться обнаженной. И даже, абстрактно конечно, в мужском обществе. Но одно дело так думать и совсем другое взять и раздеться перед Ильей. И неважно, что он отвернется. Все равно будет знать, что она в воде голая. А с другой стороны она не сомневалась в том, что слова о необходимости именно обнаженного купания чистая правда, а не ловкий предлог подбить ее на раздевание. Илья, и в этом Алена не раз успела убедиться, терпеть не мог врать. И уж конечно она не сомневалась в его джентльменском поведении. Во всяком случае, Илюшкино нахальство не зайдет дальше отпущенных Аленой пределов.

– Ладно. – Преодолела она наконец собственные сомнения. – Давай, Илюшка-избушка, к лесу передом, ко мне задом. Только не оборачивайся без разрешения.

Илья, послушно отвернувшись, начал расстегивать рубашку. Алена, на всякий случай держа спину парня в поле зрения, сбросила кроссовки, стянула джинсы и блузку, а затем, секунду помедлив и лифчик с трусами. Оставшись в первозданной красоте, она легко сбежала к воде и, осторожно пробуя незнакомое дно, вошла в озеро. Ноги чуть проваливались в мягкий ил. Алена зашла по плечи в воду и глянула вниз, оценивая, насколько скрыты от нескромного взгляда пикантные подробности ее фигуры. Гм! Пожалуй, насчет непрозрачности воды в словах Ильи содержалось некоторое преувеличение. Ниже пояса Аленку действительно было не разглядеть, но грудь просматривалась вполне отчетливо. И уж в том, что заинтересованный Илюшкин взгляд ее срисует, сомневаться не приходилось.

Аленка несколько смущенно покосилась в сторону по-прежнему стоящего к ней спиной парня. Илья уже разделся до плавок, но не оборачивался, ожидая команды. Ну и ладно, мысленно махнула девчонка рукой. В конце концов, если его шаловливые лапки до моей груди добрались, то почему глазам нельзя. На пляже некоторые вообще просто так топлес ходят.

– Илья. – Окликнула она парня. – Можно.

И тут же по-честному отвернулась, поскольку Илья без особых раздумий смахнул с себя оставшийся предмет гардероба и повернулся, ничуть не беспокоясь тем, что Алена на него смотрит.

Шумный плеск за спиной девушки возвестил, что Илья с разбегу бросился в воду.

– Догоняй, русалка. Ты плавать-то хоть умеешь?

Ну наглец! Это кто еще кого обгонит. Плавала Аленка очень неплохо, в чем Илье пришлось немедленно убедиться. Девушка легкой рыбкой проскользила, опережая его, и Илье пришлось наддать ходу, чтобы не отстать. Он может и не сумел бы настигнуть беглянку, но Аленка внезапно озадачилась вопросом: « А насколько видна плывущему позади парню ее голая попа»? И поскольку проверить это не было никакой возможности, девушка предпочла на всякий случай притормозить и дальше плыть вровень. Не отставая, но и не вырываясь вперед. Так, держась рядом, они добрались до противоположного берега и, развернувшись, поплыли обратно. Теперь уже не спеша, молчаливо признав шуточное соревнование законченным. Впрочем, перед самым берегом Илья, неожиданно ускорившись, обогнал Аленку и, встав на ноги, принял ее прямиком в свои объятия.

– Сударь, сударь! – Заволновалась Аленка, ощутив прикосновение рук парня. – Вы своим лапочкам воли не давайте. Дама перед вами не совсем одета.

– Скорее совсем не одета. – Хихикнул Илья. – Но я, мадмуазель, помню о том и держу вас исключительно за талию.

– С каких это пор моя талия переместилась на бедра? – Насмешливо поинтересовалась Аленка и тут же придержала поднимающиеся вверх ладони парня. – И на груди ее тоже искать не стоит. Прекрати хулиганить, Илюшка. И не говори, что проскочил случайно.

– Ой, в воде так легко ошибиться. – Лукаво прищурился Илья. –  Вот если бы мы стояли где помельче.

– Фигушки тебе! – Отрезала Аленка. – Самая подходящая глубина. Ты и так видишь больше, чем полагалось бы.

– Это все равно, что экспонат за стеклом в музее. – С легкой укоризной вздохнул Илья. – И видно плохо, и потрогать не позволяют.

– А ты меня купаться звал или за разные места трогать? – Строго глянула на него Алена, но, не удержав суровости тона, примирительно улыбнулась парню, кладя руки ему на плечи. – Не обижайся, Илюш. Не могу же я взять и все тебе позволить. Мне и так трудно. Думаешь, я много до тебя раздетая с парнями купалась? Цифра похожая на букву «О».

– Да я и не обижаюсь. – Мягко улыбнулся Илья, привлекая к себе Алену. – Мы с тобой для того сюда и отправились, чтобы привыкать друг к другу. И думаю, что поцелуй для этого лучшее средство.

Девушка и не подумала возражать. Хотя и неизвестно еще, что стало большим испытанием для Аленкиной скромности: те, уже почти «официально» разрешенные Илье, ласки ее груди или вот это откровенное прикосновение друг к другу двух обнаженных тел, ощущение как грудь парня, прижимаясь, чуть сминает ее собственные упругие формы, как, слегка касаясь живота, оживает, выпрямляясь, мужской интерес.

Щеки Аленки вспыхнули сами собой, но девушка не отстранилась от Ильи. И их долгий поцелуй сменился вторым, а затем и третьим. Ласковые руки парня, покинув талию Аленки, обнимали ее, гладили плечи, волосы, а потом, подхватив девушку под попку, приподняли ее так, что Алена глянула на Илью сверху вниз.

– Ну что, поедем на берег, или снова к тебе задом, к лесу передом?

Аленка, чей поднятый выше ватерлинии бюст оказался почти перед носом парня, шутливо, но плотно запечатала хитрецу-искусителю глаза мокрой ладошкой.

– Жулик. Для начала будь любезен поставить меня обратно и переместить свои лапки снова на талию. А потом можем выйти вместе при условии, что ты будешь изучать пейзаж с противоположной стороны.

Она не рассердилась на Илью за его проделку. Конечно, договор о совместном купании без одежды не предусматривал, что ее будут держать за попу и разглядывать, подняв над водой. Но понятно же, что Илюшке хочется повольничать, расширив пределы дозволенного девчонкой. И пускай себе. Только всяким шалостям есть предел. Они с Ильей и так устроили более чем раскованные обнимашки. Хотя ощущения, если честно признаться, ей эти объятия подарили самые волнующие. И Аленке очень хотелось бы их повторить. А вот выезжать раздетой на руках парня она пока подождет. Успеется.

Из воды они вышли, держась за руки и честно глядя каждый в свою сторону. Завернувшись в полотенца, натянули трусы, после чего Илье было объявлено, что он может повернуться. Целоваться, как оказалось, можно и стоя на берегу, но поползновения лапочек парня под полотенце Аленка решительно пресекла. Хорошего помаленьку. И вообще пора топать дальше. Нас, между прочим, ждут.

Дорогой Аленка все прикидывала, каким должно быть жилище тетки-ведьмы? Ничего умнее избушки на курьих ножках почему-то в голову не приходило. Еще виделась низенькая, покосившаяся от времени избушка возле которой стоит опираясь на клюку старуха с черным как смоль котом на плече. Но это тоже была полная глупость. Не могла же тетка Ильи быть такой старой.

Может Аленка и еще что-нибудь сумела бы нафантазировать, но тут окружавшие их деревья образовали просвет, который вывел их прямо во двор самого обычного деревянного дома с разбитым перед крыльцом цветником, просторной террасой внизу и маленьким балкончиком на втором этаже. Широкий крытый навес, позволявший спокойно ходить в дождь, вел к хозяйственным постройкам, за ними начинался огород, а вот забора вокруг участка не было вовсе.

– А зачем он? – Искренне удивился Илья, когда Алена спросила его об этом. – Чужому сюда хода нет, а от кого еще загораживаться. Разве что от косуль да кабанов, которые на грядки за вкусненьким полезут. Ну так на то хороший наговор есть, да еще смотри какой надежный сторож.

Откуда-то сбоку, напугав Аленку, почти бесшумно выскочил, загородив ребятам дорогу, огромный белый пес. Вид у зверя был самый грозный, но, оказалось, что они с Ильей большие приятели.  Передние лапы пса взлетели в воздух и с размаху обрушились на плечи парня. Тот радостно обхватил белоснежную собаченцию.

– Привет, Дик. Соскучился?

Аленка прикинула, что стало бы, вздумай эта громадина поздороваться с ней таким же образом. По всему выходило, что говорить «здравствуй» пришлось бы лежа на земле, а потом униженно просить дружелюбную собачку отпустить и разрешить подняться.

Меж тем приятели, закончив приветствия, дружно повернулись к девушке. Илья положил псу ладонь на голову.

– Запоминай, Дик. Это Алена. Она здесь своя, и ты ее охраняешь.

Дик внимательно оглядев Алену, обошел ее кругом и, слегка боднув головой ладонь девушки, сел рядом. Видимо, это означало, что наказ Ильи принят к исполнению.

В это время в доме открылась дверь и на крыльцо вышла хозяйка, оказавшаяся вопреки Аленкиным измышлениям не согбенной старухой, а стройной, красивой женщиной. Вместо бесформенной черной хламиды на ней было самое обыкновенное расклешенное светлое, чуть выше колен платье.

– Добрались? – Приветливо улыбнулась она. – Здравствуйте, гостюшки.

– Здравствуйте, Анастасия Юрьевна. – Торопливо отозвалась Аленка, дорогой не забывшая выспросить Илью об имени, отчестве тетушки.

– Привет, тетя Анастасия. – Одновременно с ней поздоровался и Илья.

– Милости прошу. – Шутливо поклонилась хозяйка. – Давай, Илюха, не стой, провожай в дом гостью. Комнату ее покажи.

Вот как. У нее отдельная комната будет. Аленка плохо представлявшая себе быт лесной жительницы вполне допускала, что спать ночью придется всем в одной комнате или им с Ильей выделят одну на двоих. Она даже морально готовилась к определенным поползновениям Илюшки, которые в таких условиях непременно проявятся. А тут отдельные покои. Приставания к ней теперь Илюшке мимо носа. Впрочем, парень разочарованным не выглядел. То ли заранее знал, что так будет, то ли уже придумал как обойти препятствие. С этого юного жулика-волшебника станется.

– Анастасия Юрьевна, – обратилась Алена к хозяйке, держа в руках добытый из сумочки мобильник, – у вас тут всегда со связью так плохо? Мне бы как-то домой сообщить, что добралась.

На дисплее мобильника сигналы наличия сети напрочь отсутствовали.

– А мы сейчас Илью попросим наладить. – Усмехнулась та, поворачиваясь к парню. – Давай, помоги девушке. Заодно и попрактикуешься лишний раз. В какой стороне вышка помнишь?

Илья, послушно кивнув, повернулся немного вправо и встал, словно на уроке физкультуры по команде учителя «руки перед грудью ставь». Только ладони он повернул не в землю, а вперед, перед собой. Что-то пошептал себе под нос, а затем сделал движение, словно распахивал створки дверей перед собой.

– Прошу.

Аленка не сдержалась, чтобы не ахнуть. Лес перед ней внезапно сделался нечетким, расплылся, стираясь. А в образовавшемся просвете, где-то вдали явилась вышка сотовой связи.

– Аленушка, можно звонить. – Напомнил Илья.

По его преувеличенно спокойному голосу, Аленка поняла, что парню не так-то легко проделывать этот фокус.

– Я СМСкой.

Алена быстро набрала короткое сообщение. Сигнал о доставке пиликнул почти сразу. А спустя еще пару десятков секунд прилетел ответ.

– Все, Илюша. Я закончила.

Илья быстро шагнул назад и сделал широкое круговое движение рукой, одновременно поворачивая кисть, будто запирает двери на ключ. Тут же картинка схлопнулась, сменившись темной стеной окружающего их леса.

– Ничего себе связь на отдаленных территориях! – Изумленно покрутила головой Аленка. – Здорово!

А вот тетушка действиями парня, похоже, не впечатлилась.

– Ты устал. – Недовольно глянула она на него. – Видно тренируешься не слишком часто.

– Сейчас времени слегка не хватает. – Попробовал защититься Илья. – Но я стараюсь.

– Н-да? А как у тебя с … – Тут прозвучала непонятная для Алены фраза. – Разобрался?

– Пока нет. – Аленка впервые увидела Илью, выглядящего как провинившийся школьник. – Не успеваю немножко.

– Ну раз ты дома такой занятой, будешь нагонять здесь. Проводи девушку наверх и приходи. – Анастасия Юрьевна повернулась к Алене. – Поскучай, пожалуйста, без нас полчаса. Мы с этим бездельником разберем кое-что, а потом обедать будем.

– Хорошо.

Полчаса растянулись почти на час, но Аленка совсем не скучала. Сначала поиграла с пришедшей ее навестить кошкой. Кстати никакой не черной, а трехцветной, приносящей, согласно приметам, в дом счастье. Потом вышла на балкон. Ей досталась именно та, замеченная с улицы комната с маленьким балкончиком. Оглядела с высоты второго этажа двор. Как странно, деревья по границам участка образовали прямые линии, словно не могли перешагнуть проведенную кем-то невидимую черту. И комаров совсем нет, хотя где им еще и быть-то, как не в лесу. Не иначе снова малонаучные штучки, которых, согласно полученному Аленкой образованию, нет и быть не может.

В этот момент внизу хлопнула дверь, и во двор выкатился отпущенный на свободу чародей-недоучка. Увидав стоящую на балконе Алену, он проворно изобразил снятие несуществующей шляпы и, отвесив девушке шутовской поклон, возвестил:

– Спускайтесь вниз, принцесса. Кушать подано.

Прошел час.

– Так есть нельзя. – Ворчала Аленка, неспешно дефилируя под ручку с Ильей по лесной дорожке. Это уже не кушать, это жрать называется. Если за ужином слопаю столько же, то как Винни-Пух застряну в дверях, и будем неделю ждать, пока похудею.

– За неделю не уложишься. – Засмеялся Илья. – Тетушка же подкармливать начнет, а разве хватит сил удержаться.

– Это кошмар какой-то. – Вздохнула Аленка. – Так вкусно, что остановиться совершенно невозможно.

– Так ты же у ведьмы в гостях. Сказки-то помнишь? Гостя накорми, напои, в баньке попарь и спать уложи. Все как положено и по высшему разряду.

– И баня будет?

– А как же. Самая настоящая, ведьмовская. С травами, настоями, наговорами. Спать после нее как убитая будешь, а утром встанешь, будто неделю отдыхала.

– О, это бы здорово. Перед сессией в самый раз.

– Только, – Илья, словно не зная как сказать, забавно поскреб в затылке, – я про форму одежды предупредить хотел.

– Ты это о чем? – Не поняла Алена и подозрительно глянула на парня. – Или, может, хочешь сказать, что купальник мне и здесь не понадобится? Так это уже нечестно получается, Илья. О таком предупреждают.

– Да нет, ты можешь надевать все что угодно. – Поспешил успокоить ее парень. – Вот нам с тетей нельзя. Понимаешь, ведьмина баня не городская сауна. В ней хоть и невеликая, а все же ворожба творится. И правила строгие есть. Как одетым быть, какие слова говорить и когда. Так чтобы польза вредом не обернулась, да банник ненароком не обиделся.

– То есть вы совсем раздетые должны быть?

– Ну да. Тебе, как гостье, в этом вопросе поблажка. Попросим уж деда не обижаться на городскую приезжую. А нам по-другому никак. – Илья, извиняясь, развел руками и тут же, превращаясь в насмешливого мальчишку, озорно подмигнул. – Буду вас, мадмуазель, своим голым видом шокировать.

– Да сделайте одолжение, месье. – Насмешливо, в тон парню фыркнула Аленка. – Полагаю, в обморок от столь эпатажного зрелища я не упаду.

Алену и вправду не особо смутило это неожиданно явившееся пикантное обстоятельство. Ну что, скажите пожалуйста, она может увидеть ТАКОГО, чего нельзя поглядеть хотя бы в том же интернете? Подумаешь! И потом где естественней это видеть, как не в бане? В принципе можно и самой раздеться, чтобы быть как все. Впрочем, относительно себя Аленка вопрос обнажения пока оставила открытым. Все-таки в первый раз в жизни показаться парню совсем без ничего, это надо решиться.

Они бродили по лесу еще часа два, пока среди сосен не замелькал пушистый хвост примчавшегося к ним Дика. Без лишних предисловий пес слегка прихватил Илью за руку и потянул за собой.

– Понял, понял. – Потрепал его по холке Илья и обернулся к девушке. – Аленушка, нас париться зовут.

Возле дома Илья повернул было к крыльцу, ожидая, что Аленка пойдет переодеваться, но та, мысленно пискнув что-то среднее между «мама» и «банзай», потянула парня дальше.

– Идем, я тоже тебя шокировать решила.

– А не боишься, что в обморок упаду? – В глазах Ильи заплясали веселые чертенята.

– Дождешься от тебя как же! –  Расхохоталась Алена и слегка смущенно добавила. – Только ты постарайся меня очень откровенно не разглядывать. Дай мне привыкнуть.

Илья всем своим видом изобразил скромность и готовность глаз на девушку не поднимать, во что Аленка не поверила ни на йоту. Таких чудес уж точно не бывает.

В предбаннике стоял непередаваемый аромат березового листа, чего-то хвойного и каких-то незнакомых Алене трав. Опередившая ребят тетка Анастасия уже направлялась в парилку.

– Догоняйте, молодежь.

Проводив ее взглядом, Аленка, в свои восемнадцать искренне полагавшая всех перешагнувших тридцатилетний рубеж едва ли не стариками, была вынуждена несколько изменить свое мнение. В Анастасии Юрьевне не было, конечно, той, присущей лишь совсем молодым, юной свежести только что раскрывшегося цветка. Но зато в ней была, пока еще не достижимая для той же Аленки, красота  настоящей созревшей женщины. Словно две яблоньки в разное время года. Весенняя, усыпанная белым цветом, но пока лишь неопределенно обещающая что-то, и осенняя, дарующая спелые, наливные плоды. И еще вопрос: кому какая из них покажется лучше? Этого факта Алена, хоть она и не была по понятным причинам поклонницей женской красоты, не признать не могла.

– Илюш, – тихонько спросила она, придвинувшись к самому уху парня, – а сколько твоей тете лет?

– О, это одна из величайших загадок моей жизни. – Отозвался, снимая рубашку Илья. – Мы с родителями Анастасию Юрьевну ведь только зовем тетей. А на самом деле она нам какая-то пра-пра-пра. Проще тетей звать, чем перечислять в каком колене я ей внучатый племянник.

– То есть она много старше чем выглядит?

– Не то слово. Она мне о праздновании трехсотлетия дома Романовых рассказывала.

– Это ж больше ста лет! – Ахнула Алена.

– Ага. И была она в то время не новорожденной. Вот так. – Илья, стоя уже в одних трусах, покосился на еще не начавшую раздеваться Алену. – Ты мыться-то думаешь? Или когда говорила о намерении меня шокировать, купание в джинсах имела в виду?

– Ой! – Аленка, ошарашенная словами Ильи, и зачем пришла забыла. – Я сейчас быстро. Ты не жди.

– Ладно.

Илья скрылся за дверями, а Алена быстренько избавилась от одежды и двинулась за ним. Пожалуй, все же хорошо получилось, что Илюшка первым ушел. Раздеваться, когда он смотрит, неловко было бы. Проще сразу голышом перед ним явиться. Впрочем, нервничала Аленка по поводу своего вида напрасно. Илья, распаривавший в тазу веник, лишь мельком глянул через плечо в сторону открывшейся двери и махнул рукой, указывая на полок.

– Забирайся, давай. Сейчас получишь веничком по розовой попке.

– Ой, напугал. – Фыркнула Аленка, проворно взбираясь наверх и укладываясь на живот. Теперь не много-то Илюшка разглядит. – Я, кстати, париться люблю.

Здесь, в отличие от предбанника, травами почти не пахло, зато хвойный аромат чувствовался сильнее, и дышалось, несмотря на жару, легко и свободно.

– Это смесь хвойных масел эффект дает. – Объяснил Илья. – А травы у тетушки в мыльной обретаются. Там у нее эликсиров столько, что без справочника не разберешься. Чтобы кожа гладкой была, чтобы волосы на голове гуще были, чтобы, наоборот, на ногах не росли. Тут главное не перепутать. А еще мыло собственного изготовления.

– Болтун. – Лениво отозвалась Аленка, вполуха слушая беззаботный треп парня.

Она расслабленно лежала на нагретых досках, с удовольствием ощущая, как по ее спине и ножкам раз за разом проходятся веничком. Хорошо! Даже посильнее можно. И по пяточкам еще. Класс!

– Ты там не уснула еще? – Послышался насмешливый голос Ильи. Веник, завершив последний проход, и в самом деле звонко шлепнул Алену по попе. – Тогда поворачивайся съеденным обедом кверху. Будем сало растапливать.

Аленка, изобразив на лице спокойствие самурая, перевернулась на спину, явив себя парню передом. А что ей оставалось делать? Назвался груздем, полезай в кузов. У нее еще хватило пороху беззаботно отшутиться.

– Топи, если найдешь. Потом картошки нажарим.

Но блин, как же непривычно оказалось лежать перед Ильей прелестями напоказ, имея из одежды лишь пару случайно прилипших березовых листочков. Глаза на него поднять было просто стыдно. Хорошо хоть в бане пунцовый цвет физиономии воспринимается вполне естественно. Можно свалить на жару. Тем более, что Аленка и в самом деле потихоньку начинала закипать.

 

 

Веник в руках Ильи изменил свой бег. Теперь он скорее гладил, легко скользя по груди и животу, лишь на ножках вспоминая о должном усердии. Возвращаясь, пробегал, шурша влажной листвой, гоня впереди себя горячий воздух и тут же мягко, впришлепочку массировал нежную девичью кожу. Здорово. Но уже сил нет как жарко.

– Илюшка, пойдем остывать.

– Давай спускайся. – Илья кинул веник в таз и ловко подхватил слезающую девчонку. – О-оп. А теперь за мной.

Аленка, держась за руку Илья, выскочила за дверь парилки. Уф-ф!

– Не отставай.

Напротив входа, в предбаннике была еще одна дверь, а за ней обнаружился дощатый настил, который вел к небольшой, обшитой деревом купальне.

– Поберегись! – Илья с разбега ухнул в бассейн, подняв тучу холодных, сверкающих брызг. – Аленка, прыгай сюда.

А была, не была. Аленка, оттолкнувшись от мокрых досок, взлетела вверх и, поджав коленки, с маху шлепнулась попой о воду.

– Ух, здорово! – Ушедшая с головой Алена была тут же подхвачена Ильей и поставлена на ноги. – Слушай, а холодная тут вода.

– Ключи снизу бьют. Даже зимой не замерзает.

Они, остывая, присели, держась за руки, так что над поверхностью остались только головы.

– Ф-фу. Хорошо.

– Ага.

Прозрачность воды здесь, в отличие от озера, позволяла видеть все практически до самого дна. Но после парной этот вопрос Аленку уже мало смущал. Илья, проходясь по ней веничком, разве что самых, самых пикантных подробностей не разглядел. Чего теперь прятать. Наоборот, интересно на него тоже посмотреть. А то она Илью, считай, только со спины и видела. А лежа на полке и вовсе по грудь.

Дверь баньки вновь распахнулась, и на дорожке появилась Анастасия Юрьевна.

– Опять ты, Илюха, все вокруг водой окатил. Того гляди поскользнешься. – Добродушно проворчала она, спускаясь по опущенной внутрь лесенке. – Скачешь как пацан. Никакой в тебе солидности.

– А на что она мне? – Засмеялся Илья, привлекая к себе Алену и подбрасывая ее над водой. – Плюх!

– Не хулиганьте, молодой человек. – Изобразила строгую даму Аленка. – Я девушка степенная.

Илья от смеха под воду ушел.

– Степенная? А кто только что вслед за мной сигал?

– Это просто твой дурной пример на меня подействовал. – Нашлась Аленка.

– Маловато я, пожалуй, тебе по попке веником нашлепал. – Задумчиво протянул Илья. – Надо бы повторить.

– Угрожать нехорошо. – Улыбнулась Алена. – Ты в этот заход парься сам, я просто полежу, погреюсь.

– Договорились. Уже идем?

– Да, а то я замерзать начинаю. Вода ледяная просто.

В парилку бегали еще несколько раз. А нахлеставшись от души вениками и остынув в холодной воде, все втроем сидели в предбаннике, отпиваясь квасом. Илюха с Аленкой плюхнулись на одну скамейку и сидели рядышком, шутливо пихаясь плечами. Аленка почти совсем освоилась с пребыванием перед Ильей в голом виде и, по крайней мере внешне, спокойно относилась к тому, что они сидят рядом, касаясь друг друга, а взгляд парня вроде бы ненавязчиво, но уж очень регулярно скользит по ее фигурке. От внимания девушки не ускользнул и тот факт, что размер Илюхиной игрушки по сравнению с бассейном заметно прибавил в размерах и, кажется, еще увеличивался. Аленкины знания в мужском вопросе были пока весьма поверхностны, но не настолько, чтобы не понять, что известное из школьной физики расширение тел при нагревании не имеет к этому процессу никакого отношения. Как ни странно, но вид столь откровенно возрастающего к ней мужского интереса не приводил, хотя казалось и должен бы, девушку в смущение, а наоборот рождал в ней еще до конца не ясное, непривычное, но приятное волнение. Алена впервые чувствовала подобное от «прикосновения» к ней мужского взгляда и, если честно, ей это нравилось.

Аленка и сама, стараясь конечно, чтобы это не бросалось в глаза, с большим интересом разглядывала становящуюся все оживленнее игрушку Ильи. «Ну а что такого? – оправдывалась она перед собой. – Я же не руками у него трогаю. Только глазами смотрю. Интересно ведь. И почему ему можно, а мне нельзя»? Тот факт, что ей, вообще-то говоря, и вовсе не полагалось являться голой на обозрение Ильи, Аленка ненавязчиво обходила вниманием, хотя и понимала, что маме об этом не расскажешь. А потрогать, пожалуй, тоже было бы интересно.

Алена, неожиданно ощутив какое-то неясное волнение, представила как, протянув руку, обхватывает ладонью возбуждающийся от ее прикосновения предмет и ощущает его горячую, живую упругость. А потом, подражая найденным втихаря от родителей в интернете фильмам, начинает не спеша двигать кистью вверх-вниз, то позволяя мужской игрушке скрыться в ладони, то выпуская увенчанный красной головкой цветок наружу. Видение было настолько живым и ярким, что Аленка даже торопливо глянула на руки, не потянулись ли они и вправду к Илье. Все было, конечно в порядке. Но сама мысль о том, что это могло случиться, заставила Аленкину, остывшую было, физиономию вспыхнуть с новой силой, а ее саму трусливо смыться от Ильи в мыльную. Благо туда направилась допившая квас Анастасия Юрьевна.

В мыльной запах трав был сильнее, а приоткрытом шкафчике стояло действительно немалое количество разнообразных тюбиков и флакончиков.

– Если глаза закрыть, можно себя на лугу представить. – Улыбнулась Алена.

– Такого луга во всем свете не сыскать. – Засмеялась в ответ Анастасия Юрьевна, по очереди открывая перед Аленой несколько флакончиков. – Чувствуешь, словно холодком дохнуло? Эта травка только в горах растет. А вот это южанка. Ей солнышко такую тонкую сладость дает. Попробуй, собери-ка их вместе. Так, а тебе мы вот какое мыльце дадим.

От флакончика исходил непередаваемый аромат свежести, украшенный легкой горчинкой.

– Тебе по молодости никаких специальных эликсиров не надо еще. – Улыбнулась хозяйка. – Илья маленько пошепчет, когда спину будет тереть, и хватит.

– Что я пошепчу? – В дверь просунулась заинтересованная физиономия явившегося следом Ильи.

– Что в бане положено. – Ворчливо отозвалась тетка Анастасия. – Про любовь на ушко в другом месте шептать будешь.

Аленке срочно приспичило изучать расположение сучков на досках в противоположном углу мыльной, Илья же просто пожал плечами.

– Легко. Вообще надо бы Алену саму наговору научить.

– Всему свое время. Вот летом приедете погостить подольше, там и научим. – Анастасия Юрьевна, прищурившись, глянула на Аленку, словно прикидывая что-то, и добавила. – А на будущий год и другому чему еще. А пока потри-ка мне спину, чтобы потом не отвлекаться.

Алена, увидев, как Анастасия Юрьевна наклонилась, опершись руками на лавку, несколько напряглась, представив, что и ей придется встать перед Ильей в этакой двусмысленной позиции. Мало того, что светишь парню заманчивым местом, так еще и его тут же окрепшая игрушка станет касаться попы, а может быть и не только. И не придерешься. Типа случайно. Но, как оказалось, тревожилась Аленка напрасно. Когда помывка дошла до соответствующего момента, Илья, убрав с лавки шайку, сделал приглашающий жест.

– Ложитесь, сударыня. Мне для правильного наговора надобно не просто спину намылить, а пройтись по вам мочалкой от плеч и до пяток.

Аленка, весьма обрадованная таким решением проблемы, с готовностью плюхнулась на живот. Все же стоять столь откровенно наклонившись перед Ильей, пусть даже и в бане, ей было бы неловко. Еще ладно при Анастасии Юрьевне. А если она закончит мыться и выйдет? Так, кстати, и получилось.

В момент, когда тетка Анастасия, окатив себя в последний раз водой из шайки, направилась к выходу, Алена лежала на лавке, честно прислушиваясь к своим ощущениям и пока не замечая ничего необычного. Илья, что-то тихонько бормоча себе под нос, смывал с девушки мыльную пену. Но едва за Анастасией Юрьевной захлопнулась дверь, нахальные губы парня отметились на только что вымытой девичьей попке. Сначала на одной, а затем на другой половинке.

– Так! – Возмутилась Аленка. – По-моему меня уже очень чисто вымыли и стали отвлекаться на то, что не положено. Ну-ка заканчивай свои процедуры. А то обрадовался, что тетя ушла, давай пользоваться.

– Не могу. – Засмеялся Илья, ничуть не смущенный Алениной отповедью. – Тебя еще чистой водой окатить полагается.

– Сама окачусь!

– Не пойдет. Наговор закончить надо. Иначе все дело насмарку.

Если бы Аленка не была уверена, что Илья говорит правду, она и не подумала бы его послушаться. Тем более, что Илюшка еще раз беззастенчиво приложился губами к ее попке. И ловко увернулся от попытавшейся его лягнуть Аленки.

– Только посмей еще хулиганить. – Предупредила она Илью, когда тот с полным тазом чистой воды вернулся к ней. – Пожалеешь.

– Не, не. Сейчас без шуток. – Вполне серьезно отозвался тот. – Встань и закрой глаза.

Аленка, доверяя парню, послушно подчинилась. Илья, подняв таз, снова что-то зашептал. Тяжелая струя воды медленно полилась девушке на голову, скатываясь по груди и спине к ногам. И тут Аленка почувствовала, как вместе с водой сваливается с плеч незримая, но, оказывается, сильно давившая усталость, вытесняемая приливом сил и наполняющей тело воздушной легкостью.

– А-а, почувствовала! – Довольно улыбнулся, глядя на девушку, Илья. – А, небось, думала, что ерунда это все, разговоры одни.

– Есть маленько. – Смущенно призналась Алена.

– Вот тебе за недоверие. – Шутливый, но обидно звонкий шлепок по заду направил Аленку в сторону дверей. – Там для тебя мой халат приготовлен. Я сейчас тоже выйду.

– Хорошо, я там подожду. – Кивнула Алена, демонстративно потирая якобы сильно ушибленное место.

– Могу еще раз поцеловать, чтобы не болело. – Лукаво глянул на нее парень.

Аленка тут же смылась в предбанник.

Ужинали и пили чай на открытой веранде, остывая после бани. Аленка растеклась в удобном плетеном кресле, наслаждаясь наступившей расслабухой. Даже поправлять оказавшийся слишком большим и оттого то и дело распахивавшийся на груди Илюшкин халат ей было лень. От угрызений совести, заявлявших о недопустимости подобной небрежности в одежде при сидящем рядом парне, Аленка отмазывалась оправданками типа: все равно уже видел, да и много ли в наступающей темноте разглядишь. Помогало.

А вечер в самом деле вступил в свои права и даже уже начинал готовиться передать свою вахту приближающейся ночи. Пора было расходиться. Алену, честно предлагавшую свои услуги по уборке со стола, хозяйка небрежным взмахом руки отстранила.

– Мы тут с Илюхой сами. Иди, гостьюшка, отдыхать. День у тебя длинный выдался.

С последним Аленка была согласна. Столько необычного для нее произошло сегодня. И того во что она раньше не верила, и того, что для себя никогда и ни с кем не допускала. По легонько поскрипывающей лестнице девушка поднялась к себе в комнату. Раскрытая постель манила свежей белизной. Скинув халат, Аленка вытянулась на прохладной от чистоты простыне, небрежно укрывшись до пояса легким пледом. По-хорошему, конечно, следовало надеть ночную рубашку, но так не хотелось терять волшебное ощущение свежевымытого, не стесненного никакой одеждой тела, что Алена в очередной раз за сегодняшний день пренебрегла приличиями.

Устроившись поудобнее она закрыла глаза, улыбаясь своим еще не вполне ясным, но безусловно приятным мыслям.

– Эй, принцесса. – Донесся негромкий голос с балкончика. – Не спишь?

Илья! Вот чертенок! Как он туда попал? Аленка, подтянув к груди плед, села на постели. Над перилами маячил забравшийся по приставленной к балкону лестнице будущий волшебник. В шлепанцах и замотанном вокруг пояса полотенце, но почему-то с шикарным, увенчанном страусовым пером, бархатном берете на голове.

– Ты зачем это на себя напялил, ночное привидение?

– Во-первых, не привидение, а влюбленный юноша. – Наставительно заявил Илья. – А во-вторых, я же к балкону прекрасной девушки взобрался. Чем не средний век? По-моему, берет очень эпохе соответствует.

– Ага. А тапки и полотенце вокруг голой задницы это вместо ботфорт и шпаги. – Расхохоталась Аленка. – Очень современный вариант. Серенады, как я понимаю, тоже не будет.

– Уверяю, принцесса, мой поцелуй расскажет вам гораздо больше, чем все песни на свете.

– Ну, прямо уж и больше. – Продолжала дразниться Аленка. – Да и стоит ли приличной девушке позволять дерзкому визитеру подобную вольность.

– О, уверяю вас, мадмуазель, что это необходимо.

– Кому? – Ехидно поинтересовалась Алена.

– Пылкому юноше. Во-первых, он, рискуя жизнью, забрался по шаткой лестнице к вашему балкону и достоин награды. А во-вторых, не получив поцелуя прекрасной девушки, он будет вынужден всю ночь простоять возле ее окна и простудиться, поскольку ночью прохладно, а на нем одно лишь мокрое полотенце.

Риска для жизни, изображающего из себя средневекового кавалера, Ильи Алена не видела никакого. Но вот обещание простоять всю ночь на лестнице звучало куда серьезнее. С Илюшки ведь и вправду станется.

– Только опасаясь за ваше хрупкое здоровье, молодой человек. – Аленка, обеими руками прижимая к себе плед, поднялась с постели и вышла на балкон. – Будет вам поцелуй.

– А обнять? – Вопросительно глянул на нее Илья.

– Нечем. – Пожала плечами Алена. – На мне под накидкой не больше чем на тебе под полотенцем. А мы все-таки уже не в бане. Так что обнимай ты меня.

– Это я всегда с удовольствием. – Парень, обнял Аленку, привлекая ее к себе. – Но учти, держаться мне теперь нечем и я могу запросто кувырнуться.

Илья словно накаркал. Лестница под его ногами дрогнула, подаваясь вбок. Аленка, ахнув, обеими руками вцепилась в парня, пытаясь его удержать. Отпущенный на свободу плед скользнул к ее ногам, открывая все прелести, но девчонка уже не думала про приличия. И только, столкнувшись с довольным, лукавым взглядом Ильи, поняла, что этот начинающий хитрюга-волшебник и не думал падать, а ловко провел ее, заставив оказаться перед ним в костюме Евы.

– Ах ты, негодяй. – Задумчиво произнесла Алена, прикидывая, что лучше: царственным жестом приказать наглецу убираться или просто от души треснуть его по затылку.

– Влюбленный негодяй. – Шепнул Илья, целуя порозовевшее ушко девушки.

Уточнение было существенным, и Аленка … простила обманщика. Нет, по всем правилам его нужно было выпроводить без всякой пощады. Да еще и наподдать хорошенько. А утром заставить просить прощения. Но Аленке было так хорошо с Ильей, так приятно стоять, прижавшись к нему, и не задумываться о том можно это или нельзя, что она рискнула послать куда подальше все правила. «Узнала бы мама – убила», – еще успел шепнуть девушке ее здравый смысл, прежде чем исчезнуть, растворившись в круговерти Илюшкиных поцелуев.

А губы Ильи потихоньку спустились от губ и щек Аленки на шею и плечи девушки. И, не остановившись на этом, накрыли своей лаской девичью грудь. Алена, замерев, тихонько гладила парня по спине, не решаясь как-то поощрить эту, впервые позволенную ему вольность и не находя в себе стойкости удержать его. Ладони Ильи, покинув плечи девушки, нежили своими прикосновениями мягкие податливые полушария ее грудей, губы находили волнующую впадинку между ними, кончик языка дразнил острые, твердеющие от возбуждения кончики сосков. Аленка, глубоко и прерывисто дыша, чуть вздрагивала от этих волнующих прикосновений. Она больше не думала о том, чтобы остановить парня.

А Илья потихоньку спускался вниз по лестнице, и его поцелуи перемещались все ниже. Вот они спустились на Аленкин животик и медленной, тревожащей, лишающей разума дорожкой двинулись ниже, к неизведанной пока никем девичьей тайне. Лишь балконные перила сейчас ограничивали доступ туда. И Алена уже понимала, что не прогонит Илью, если тот перешагнет через эту преграду.

Но Илья не переступил последней черты. Его губы спустились до самой деревянной балки, спрятавшей от постороннего взгляда светлый треугольничек волос, надолго замерли, прижавшись почти к самому низу живота девушки, а затем, оторвавшись от нежной бархатистой кожи, тихо шепнули.

– Спокойной ночи, принцесса.

– Спокойной ночи, Илюшенька. – У Аленки не хватило духу самой сказать парню: «Не уходи». Хотя и очень хотелось.

Она погладила его на прощанье по голове и оперлась на перила, глядя, как Илья, не сводя с нее глаз, медленно спускается по лестнице. Путь со второго этажа не был долгим. Илья спрыгнул с последней ступеньки на землю, улыбнулся Алене и, помахав рукой, растворился в темноте двора. Лишь его улыбающаяся физиономия странным миражом замерла на время в неверном лунном свете, а затем, подмигнув, растаяла в воздухе.

– Тоже мне Чеширский кот. – Насмешливо фыркнула Аленка, улыбаясь прощальному привету. – Пока.

Девушка подобрала валявшийся у ног плед и, вернувшись в комнату, легла, закрыв глаза и заново переживая только что произошедшее. Ладошка ее словно сама собой скользнула между ножек. Аленке не впервой было лазить ручонкой себе в трусики. Молодой, здоровый организм, взрослея, требовал своего, и девушка дарила ему собственную ласку, поскольку предоставить иное пока была не готова. Конечно, никому не рассказывая об этом.

Алена не часто играла так, но, признаться, ей нравилось ласкать себя, получая на финише незабываемые ощущения. Медленно, не спеша скользить пальчиками вдоль киски, чувствуя как в глубине сперва неясно, а затем все сильнее и сильнее разгорается желание, превращаясь в волшебные волны наслаждения. Это всегда доставляло немалое удовольствие, но сейчас у нее было что-то вовсе необычное. Если прежде радости самоудовлетворения проливались на нее дарящим блаженство дождем, то сегодня на нее обрушился настоящий водопад.

Не успела девушка коснуться чувствительного бугорка у входа, как от низа живота по всему телу пробежала сладостная судорога. Затем еще одна. Еще. Ни о какой неспешной, плавной ласке речи не шло. Аленка, сжимая ногами ладошку, торопливо двигала ею вдоль киски взад и вперед. Кажется, она даже вскрикивала при этом. Наступивший почти сразу финиш пролился на девичьи пальчики волнами смазки, ничуть не остудив при этом желания. Алена, лишь на секунду провалившись в блаженную темноту удовлетворения, продолжила играть с собой, стремясь еще раз достигнуть пика наслаждения. С губ ее срывались тихие, невнятные звуки, а пальцы все быстрей и сильнее дразнили запретный для других, вновь наливающийся соком желания плод.

– А-а-ах-х!

На сей раз Аленка улетела неведомо куда. Лишь отдышавшись и открыв глаза, девчонка поняла, что понятия не имеет о происходившем с ней в последние несколько не то секунд, не то минут. Вот это было что-то! Алена больше всего боялась, что ее возню или случайные вскрики могли услышать. Но проверить это было никак нельзя, а спросить не у кого. Не подойдешь же с таким к Илье. Стыда не оберешься. Оставалось надеяться на лучшее. Алена, лениво пошарив рукой, нашла спихнутый в сторону плед и кое-как натянула его на себя. Шевелиться было лень. Явившаяся между ножек смазка намекала на необходимость сходить помыться, но растекшаяся медузой Аленка наплевала на ее намеки. И так сойдет. С этим она и уснула.

А утром проснулась, словно в ней лампочку включили. Выспалась будто неделю спала. Отбросив в сторону плед и спрыгнув с кровати, девчонка от избытка бьющей ключом энергии проскакала на одной ножке по уже нагретым солнышком половицам к балконной двери и распахнула ее настежь, разом окунувшись в свежесть наступившего утра. Аленке очень хотелось выскочить как есть на балкон, но она постеснялась. Вдруг там Анастасия Юрьевна во дворе. Совсем бесстыжая, скажет, девица.

Внизу хлопнула дверь на веранду, и Аленка торопливо ретировалась в глубину комнаты. Через секунду из-под балкона донесся голос Ильи.

– Доброе утро, сестрица Аленушка. Я слышу, что ты проснулась.

– Доброе утро. А будешь дразниться, попрошу тетю Анастасию превратить тебя в козленочка, братец Илюшенька. – Насмешливо отозвалась Алена. – Будешь за мной на веревочке бегать и мекать.

– И не мечтай.– Донеслось снизу. – Я живо расколдуюсь. Спускайся лучше завтракать, все готово.

Потом они в сопровождении верного Дика бродили в обнимку по лесу, смотрели на птиц, сидели на берегу ручья. А после обеда пришла пора возвращаться домой. Хотя и очень не хотелось.

И снова дорога вывела их на берег знакомого, окаймленного листьями кувшинок лесного озера. Илья сбросил с плеч рюкзак и вытянув наружу полотенце раскинул его на траве.

– Предлагаю устроить привал с отдыхом и купанием перед толкотней в забитой дачниками электричке.

– Согласна. – Аленка проделала ту же операцию со своим рюкзачком. – Кстати, поскольку мы вчера уже запаслись здоровьем на весь год, полного обнажения сегодня, думаю, не требуется. Ты сам мне купальник советовал взять.

– Лучше все же раздеться. – Принял профессорский вид Илья. – Не стоит пренебрегать возможностью лишний раз укрепить организм.

Аленка, не выдержав, расхохоталась. Илюшкина забота об укреплении организма была настолько шита белыми нитками, что он, похоже, и сам не верил в ее правдоподобность. Впрочем, Алена не стала спорить. Она и сама была не против совместного купания без одежды, а про купальник упомянула единственно с целью немножко подразнить парня.

К противоположному берегу опять поплыли наперегонки. Но теперь Аленка, которую перестало волновать, что там парень видит, плывя сзади, легко обогнала Илью.

– Не догнал! – Победно заявила она, притормаживая в виду приближающейся стены кувшинок.

 

– Это ты от страха, что я тебя за голую попу схвачу. – Насмешливо отозвался тот, поравнявшись с Аленой.

– Ничего подобного! Тоже мне ужасное событие.

– А-а, то есть можно трогать.

– Ах ты, болтун! Вот тебе. – Аленка, дотянувшись до шеи парня, шутливо, но сильно макнула его головой в воду.

Не ожидавший нападения парень, булькнув, словил «огурца» и забавно зашлепал руками, выбираясь на поверхность.

– Бур-лл. Тьфу!

Алёнка заливисто расхохоталась, глядя на отфыркивающегося парня, и на всякий случай отплыла подальше. И не зря. Отплевавшись и утерев физиономию, Илья окинул девушку многообещающим взглядом и шутливо, но довольно угрожающе заявил.

– Ну все, кто-то попал и теперь получит по розовой попке.

– Сначала догони. – Самоуверенно отозвалась Алёнка.

– А куда ты денешься. – Усмехнулся Илья.

Алена быстро огляделась вокруг, прикидывая пути отступления, и тут поняла, что Илюха-то прав, деваться ей некуда. Алена, удирая подальше, совершила стратегическую ошибку. Ей бы обратно отплыть, в сторону где одежда сложена, а она сунулась в противоположную. И теперь за спиной Алёнки были кувшинки, где не поплаваешь, и заросший кустарником до самой воды берег, на который никак не выбраться. А между ней и спасительным пляжем, откуда они стартовали, находился жаждущий мести юный чародей. На прямой Алёнка бы легко ушла от него, но наперерез-то он ее точно перехватит.

Осознав, что попала в засаду, и возмездие неотвратимо, девчонка срочно принялась подлизываться.

– Илюшенька, а давай ты не будешь драться. Девочек бить нехорошо. А я тебя лучше поцелую.

– Дёшево хочешь откупиться.

– Я тебя много-много раз поцелую. И ты меня тоже.

– А куда можно целовать? – Последовал нахальный вопрос, значительно продвинувшегося за последние сутки по дорожке вседозволенности, парня.

– Куда захочешь. – Обреченно пожала плечами Аленка.

А что оставалось делать, раз влипла? Конечно, Илья ее всерьёз, чтобы больно было, не отшлепает. Но ведь обидно, когда тебя перегнут через колено и накажут, словно нашкодившую салагу. Вообще-то Алёнка понимала, что лукавит сама с собой. Ведь на самом деле ей хотелось не спастись от шутливых угроз Ильи, а вновь ощутить вчерашнее тревожащее волнение от «вольных» Илюшкиных поцелуев, почувствовать прикосновение его губ там, где до него не целовал никто, ощутить на коже близкое и горячее дыхание парня.

Но все ее предыдущее воспитание, принципы, до сих пор почитавшиеся Алёнкой за единственно правильные, не разрешали ей просто взять и позволить быть столь доступной. Вот и цеплялась Алена за формальную отмазку. Вчера вообще случайно получилось, она только пыталась удержать падающего с лестницы Илью, а сегодня сдается под давлением обстоятельств.

И договориться с собой у нее получилось. Во всяком случае, на берег Аленка выехала на руках у Ильи, обнимая парня за шею и ничуть не вспоминая о том, что еще вчера, выходя из воды, требовала у него смотреть в другую сторону. А когда он, осторожно склонившись, опустил ее на расстеленное полотенце, как за что-то естественное восприняла то, что он лег рядом. И глядя в склонившееся над ней лицо парня, с улыбкой встретила его прохладные после купания губы.

Конечно, никто уже не вспоминал про Аленкино наказание за водное хулиганство. Парень с девушкой просто целовались, лежа в обнимку на берегу. И почему-то, как за само собой разумеющееся, воспринималось, что ладонь Ильи ласкает Аленкину грудь, хотя еще недавно руки парня безжалостно удалялись из этих пределов. А потом туда же, медленно спустившись по шее и плечам девушки, переместились губы Ильи, нежа своими легкими прикосновениями каждое из взволнованно колышущихся, соблазнительных полушарий, дразня кончиком языка твердеющие от возбуждения кончики сосков.

Аленка, замирая от непривычной пока ласки, гладила парня по плечам, вновь не поощряя, но и не пытаясь сказать «нет». А поцелуи Илюшки спускались все ниже, по плоскому, чуть вздрагивающему от этих тревожащих прикосновений животику к венчающему вход в девичью тайну маленькому треугольничку светлых волос. Совсем как вчера, когда доступ к Аленкиной «красоте» преградили балконные перила. Вот только никаких перил сегодня не было.

Лицо Ильи прижалось к влажным после озера волоскам внизу живота, дерзкий язычок парня проник чуть глубже, лаская чувствительный бугорок у входа в Аленину шкатулочку, а затем его руки, преодолевая невольное, застенчивое сопротивление Аленки, раздвинули девичьи ножки, открыв взору Ильи все красоту ее секрета. Губы парня отметились легкими, нежными прикосновениями к бедрам девушки, неспешно приближаясь к самому главному. А затем … у Аленки перехватило дыхание. Низ живота вздрогнул, ощущая, как Илюшка приник поцелуем к вратам девичьего секрета.

Совсем как тогда во сне. Только сейчас Алена не чувствовала ни стыда, ни страха. Лишь кружащее голову, заставляющее забыть об осторожности трепетное предвкушение непознанного и впервые, наверное, столь явно оформившееся в ней желание запретного мужского плода.

Ловкий язычок парня бесстыдно проник между плотными створочками ворот в ее сокровищницу, проложив вдоль них дорожку до самого бугорка клитора. Вернулся снова, скользил по увлажненному желанием, нежному перламутру девичьего входа, ласкал, дразнил, манил, словно явившийся к ней змей-искуситель. Аленка, закрыв глаза, плыла на дурманящих волнах этой неведомой до сегодняшнего дня ласки, еще вчера утром невозможной, немыслимой для нее. В голове царило полное смятение. Радость близости любимого парня и чувство вины за то, что позволила ему эту близость. Решимость и желание быть с ним по-настоящему и страх, что это может сейчас случиться. Взлет на пик удовольствия и падение в глубину жаркого стыда. Все смешалось сейчас в девчонке. И в этой круговерти, как много раз случалось до нее и как, наверное, много раз случится после, рассудок произнес «нет», а глаза и ищущие поцелуев губы, может быть, перепутав, сказали «да».

Дразнящие поцелуи Ильи покинули врата Аленкиной сокровищницы и вновь начали подниматься вверх, обозначая путь ложащегося на девушку парня. И когда вновь соединились их губы, а взгляды встретились, и еще была возможность затормозить у последней черты, Алена не остановила парня.

Лишь на краткий миг кольнула ее в сердце ледяная иголочка присущего, наверное, всякой девчонке страха в момент, когда оказавшийся между раздвинутых ножек гость «постучался» в запертые ворота ее крепости. Кольнула и тут же растаяла, не выдержав сердечного тепла Илюшкиных поцелуев. И даже боли, которой Аленка инстинктивно опасалась, ей не пришлось почувствовать. Только слегка неприятное, тянущее напряжение внизу живота, которое спустя всего пару мгновений сменилось совершенно новым для нее ощущением, чего-то иного внутри себя и пониманием, что они с Илюшей стали близки.

Бесстыдный, но желанный гость, сломав сдерживающую его преграду, прошел по тесно сомкнувшемуся вокруг него нежному, увлажненному желанием коридору до самого дальнего уголка Аленкиной сокровищницы. «Поцеловал» заднюю стеночку, вернулся и снова отправился в сладостный, несущий обоим волшебные мгновения путь.

Аленка, встречая раз за разом входящего к ней визитера, снова окуналась в неизведанное доселе озеро наслаждения. Конечно, необычность ситуации, непривычность организма к новым ощущениям мешали ей в полной мере получить приходящее удовольствие, но этот недостаток с лихвой окупался бурей захлестывающих девчонку эмоций, подаренных первой настоящей близостью. Именно они кружили Аленке голову, усиливая еще несмелые, рождающиеся внизу живота волны наслаждения. Им, правда, не удалось унести Алену в «страну сладостных мгновений оргазма» до того, как Илья приблизился к финишу и, уберегая Аленку, заранее вышел из нее. Но Алене и так было хорошо. А еще одним ярким ощущением стал опять же впервые пролившийся на нее пряный и горячий мужской дождь, веером белых брызг, украсивший ее грудь.

Приглушенный, взволнованный вскрик девушки смешался с протяжным стоном парня. А потом наступила тишина, нарушаемая лишь их учащенным дыханием и тихими звуками поцелуев. Илья, опустившись рядом с Аленкой, склонился к ней, нежно касаясь ладонями ее слегка растрепанных волос. Аленка в ответ скользила кончиками пальцев по лицу парня, словно рисуя его, и ласково улыбалась своему чародею-соблазнителю.

– А мне совсем больно не было. – Похвасталась она.

– Ну так, волшебник я или нет, хоть и недоучка пока. – Усмехнулся Илья в ответ.

– Значит, ты помог?

– Хотелось, чтобы тебе сразу приятно было.

– Мне было. – Чуть смущенно улыбнулась Алена и испытующе глянула на парня. – А ты часом своим волшебством мне согласиться не помогал?

– Обижаешь. Мне обманного счастья не надо. – Покачал головой тот и лукаво усмехнулся. – А ты же в волшебство не веришь. Или признаешь, что проиграла спор?

– Нет! – И не подумала сдаваться Аленка. – Я пока только сомневаюсь.

Илья засмеялся.

– Круче упрямства девушки, только ее логика.

– Тебе что-то не нравится?

– Мне все в тебе нравится. Особенно вот этот натюрморт. – Илья провел по Аленкиной груди пальцем, протягивая скользкую, липкую дорожку от одного украшенного белой капелькой холмика до другого. – Поехали-ка смывать эту картину.

Легко подхватив девушку на руки, Илья отнес ее к воде. Вот тут Аленка решительно развернула парня носом в противоположную сторону. Не хватало еще, чтобы он на то, как она отмывается, глядел!

А потом они снова лежали вместе, и Аленка уже почти привычно смотрела снизу-вверх в лицо парня.

– А отчего ты вчера со мной не остался? – Тихо спросила она. – Я ведь не прогнала бы тебя.

– Не мог. – Почти виновато улыбнулся Илья. – Хотя и очень хотел.

– Почему?

– Видишь ли, – Илья, продолжая улыбаться, ласково коснулся ее щеки, – Где угодно можно женщиной стать, только не в логове ведьмы. Это все равно что на раз судьбу тебе назначить.

– Ведьмовскую?

– Да.

– А здесь?

– А здесь ты сама себе хозяйка. – Илья чуть повел рукой, показывая, что все пути открыты, и добавил. – Это не я такой умный. Мне тетя Анастасия все объяснила, когда ты вечером наверх пошла

– А зачем она об этом с тобой говорила? – Аленка даже слегка покраснела. – Откуда ей знать, что я тебя к себе готова буду пустить. Я сама, даже когда мы голые мылись, об этом и мысли не допускала. И девушка я или нет на мне не написано.

– Для нее написано. И то что я к тебе попробую сунуться сообразить было не сложно. Да ей и догадываться не надо. Наперед знает. Ведьма же.

– Вот как. – Задумчиво протянула Аленка и вдруг улыбнулась. – Так значит мы у нее и про себя, про нас с тобой можем спросить?

– Можем, конечно. – Равнодушно пожал плечами Илья. – А зачем?

– Ну, так. Интересно.

– Интересно самим свою судьбу строить. – Илья, коснувшись губами холмика Аленкиной груди, слегка подразнил кончиком языка остренький коричневый сосок, заставив девушку сладко поежиться. – А Анастасия нам и так кое-что хорошее сказала.

– Это когда же и что? –Удивилась Аленка.

– Она обещала тебя будущим летом чему-нибудь научить. И это значит, что через год мы еще точно будем вместе. А дальше давай надеяться на себя, а не на теткины предсказания.

– Давай. – Согласилась Аленка, жмурясь словно котенок, поскольку ласковые губы Ильи добрались уже и до другого, увенчанного кнопочкой соска холмика и, похоже вовсе не собирались останавливаться. Больше они не разговаривали, лишь шептали на ушко друг другу что-то свое, ласковое. Аленка, дразнясь, для вида еще поотпихивала руки парня, исследующие ее грудь или скользящие по бедрам, а потом просто обняла Илью, позволяя тому делать все, что он захочет. А когда его поцелуи вновь устремились вниз, спускаясь по животику к ножкам, ловко выскользнула из-под парня и легонько подтолкнула назад, побуждая лечь на спину.

– Теперь моя очередь.

Аленкина ладонь обхватила смотрящий в небо мужской флажок, впервые столь смело взяв в плен Илюшину игрушку. Упругий живой стержень вздрогнул, отзываясь на прикосновение. Алена осторожно двинула рукой вниз, вверх, потом еще раз, еще и испытующе глянула на Илью. Похоже парню нравилась ее ласка. Аленка стала играть смелее. Практический опыт у нее был нулевой, но фильмы определенного содержания ей, хоть и втихаря от родителей, доводилось смотреть и как примерно нужно действовать она представляла. Правда в тех же фильмах девушки на работу рук особенно не полагались, предпочитая действовать ротиком, и Аленка догадывалась, что Илья этого от нее тоже ждет.

Сделать это было непривычно и, честно сказать, немного неловко. Тем более, что Илья на нее смотрел. Но Алена и не подумала отступать. Уж если чего-то другого не испугалась, так тут и вовсе глупо. Склонившись к выглядывающему из ее ладони стволу, она легонько коснулась губами красной, блестящей от смазки головки, подразнила ее язычком, снова обхватила губами, а потом впустила горячую, чуть вздрагивающую от ее прикосновений игрушку себе в рот.

Илья тихо охнул, оказавшись в сладком плену. Алена стрельнула в него чуть насмешливым, лукавым взглядом и вновь занялась его, раз за разом заполняющей девичий ротик штучкой, делая это со все более нарастающим волнением и интересом. Внутри нее самой, хоть и ласкали сейчас Илью, тоже рождались, разбегаясь по телу те самые упоительно сладостные волны наслаждения. Илье, кажется, тоже было хорошо. Парень, закрыв глаза, тихо постанывал в такт Аленкиным ласкам, чуть приподнимаясь навстречу ее движениям. Его ладони гладили девушку по спине, по попке, ласкали грудь. Наконец Илья обхватил девушку за плечи и потянул к себе.

Аленка, подчиняясь призыву парня, оседлала его, направив смотрящее вверх мужское копье внутрь себя. И, вскрикнув, замерла, выгибая спину, когда упругий стержень, пройдя весь путь до самого конца, легонько поцеловал головкой стенку матки. Переведя дыхание, девушка тихонько приподнялась на нем. Снова опустилась, скользя по входящему в нее живому стволу. Еще раз. Еще. Илья отвечал ей, подаваясь навстречу.

Дыхание парня и девушки стало более шумным. Легкие стоны срывались с губ обоих.       Аленка, упершись Илье руками в грудь, ритмично раскачивалась на нем, постепенно увеличивая темп. Округлые мячики ее грудей подпрыгивали, не успевая за хозяйкой. Ладони парня ловили их, сминая упругие формы, губы тянулись вверх, ловя ускользающие, затвердевшие от возбуждения точечки сосков. Аленка на мгновение замирала, позволяя Илье поймать их, сама склонялась к нему, торопливо целуя парня, и снова продолжала скачку.

На этот раз девушке суждено было достичь пика удовольствия. Впервые не от собственной, а от настоящей мужской ласки. Сладкая судорога наполнила тяжестью низ живота и разбежалась по телу кружащей голову, уносящей за грань реальности волной. Аленка, тоненько вскрикнув, сбилась с ритма, вздрагивая в такт всплескам фонтана ее наслаждения, а потом, закрыв глаза, рухнула на грудь Илье, словно разом лишилась всех сил. Закрыв глаза и обхватив парня за шею Алена прижалась к нему, с трудом переводя дыхание и словно сквозь ватную пелену чувствуя, как его ласковые руки гладят ее плечи и волосы, а губы, шепча что-то ласковое, целуют ее ушко и щечку.

Аленка лежала, приходя в себя и чувствуя, как Илья потихоньку движется в ней, продляя сладостные мгновения. Наконец, она открыла глаза и улыбнулась парню.

– Соблазнитель. Воспользовался слабостью девушки.

– И обязательно еще воспользуюсь. – Заверил ее Илья. – Но сейчас, во избежание нежелательных последствий, девушке лучше соскользнуть. Мой финиш тоже приближается.

Аленка торопливо смылась с насиженного места, но с недавно полученной в свое распоряжение игрушкой не рассталась. Губы девушки вновь прикоснулись к блестящей теперь уже и от ее смазки головке, а затем, эскимо Ильи, теперь уже со вкусом самой Аленки, заполнило ее ротик. Придерживая член рукой, Алена скользила по нему вверх-вниз. Илья чуть вздрагивал в такт ее движениям.

Аленке была приятна эта игра, хотя ее и тревожила приближающаяся дегустация финального залпа парня. Каково это с непривычки? Впрочем, Алена надеялась в момент кульминации выпустить Илюшкиного бойца изо рта и довершить действо уже рукой. В фильмах так тоже делали.

Ей это почти удалось. Вот только по неопытности Аленка не смогла угадать нужный момент и, первый, довольно мощный выстрел ударил ей в нёбо раньше, чем девушка успела отстраниться. Оставшийся салют стрелял уже в воздух, заливая ласкающую орудие ладонь, но в рот Алене успело попасть достаточно Илюшкиных «сливок», которые, чтобы не обидеть парня плевком, пришлось проглотить. Старания ее были, конечно, вознаграждены благодарным поцелуем. И не одним. Илья, притянув Аленку к себе, обнимал ее, целуя то в губы, то в носик, то в щечки, а Алена продолжала тихонько играть с его начинающим увядать цветком.

Наконец, она выпустила игрушку.

– Вся рука в этой твоей штуке. – Насмешливо пожаловалась она Илье. – Я уже про губы не говорю.

– Губы я тебе уже облизал. – Безмятежно парировал тот, поднимаясь на ноги. – А руку о полотенце можно вытереть. Ему уже все равно секретная стирка обеспечена.

Аленка догадалась, что имеет в виду Илья. Доказательство превращения девушки в женщину на песочно-желтой махровой поверхности отпечаталось более чем наглядно.

– А ты сумеешь сделать по-тихому? – Спросила она, вытирая о ткань, ставшую клейкой ладонь. – А то мне перед твоими родителями такая стыдоба будет.

– Да конечно. – Небрежно отмахнулся Илья. – Даже не беспокойся об этом. А что ты там ищешь?

– У тебя случайно резинки жевательной нет? – Смущенно спросила Аленка, отрываясь от перетряхивания рюкзачка. – Извини, но на мой любимый молочный коктейль ты по вкусу совсем не похож.

– А квасу хочешь? Нам Анастасия Юрьевна в дорогу дала.

– О здорово, давай! – Обрадовалась Алена.

Сцапав бутылку, она торопливо сделала несколько жадных глотков, смывая с языка странноватый прилипчивый вкус Илюшкиного выстрела и, вдруг, замерла, почувствовав, как щеки обдало волной жаркого стыда. – Илюша, а тетя нам квас так дала или знала, что я твои сливки запивать буду?

– Да конечно так. – Удивленно пожал плечами парень. – Делать ей нечего, только узнавать, чем мы по дороге заниматься будем.

– А, тогда ладно. – Аленка, успокаиваясь, вновь хлебнула шипучего напитка. – Не знаю я, чего девки в порнофильмах эту штуку так радостно глотают. Я лично не в восторге.

– Все богатство вкуса изысканного блюда сразу оценить нелегко. – Наставительно изрек Илья. – Его распробовать нужно. Привыкнуть.

– Тоже мне изыск нашелся. – Ядовито фыркнула Алена. – И кто это тебе сказал, что я привыкать собираюсь?

– Ну, я очень на это надеюсь.

– Ладно, надейся. – Примирительно улыбнулась Аленка. – Может мне и вправду со временем понравится.

– Искупаемся напоследок? – Предложил Илья, протягивая Аленке руку.

– Жаль, что напоследок. – Вздохнула Аленка, нахально повисая у Ильи на шее, чтобы ее отнесли на ручках. – Уходить не хочется.

Уходить не хотелось обоим, но дело шло к вечеру и нужно было одеваться, топать на станцию, а потом еще трястись до города в переполненной электричке. Правда, Илья, хоть сам и ехал стоя, Аленку все же усадить сумел. Скорее всего, ему это удалось лишь благодаря какому-нибудь своему волшебному фокусу. Но зато Алена проехалась вполне комфортно.

Уже стоя у подъезда и обнимаясь с Ильей, Аленка ужасно жалела, что нельзя взять и оставить его ночевать. Пусть даже просто так, только спать рядом. Или самой поехать к нему. Но даже заикнуться родителям об этом было невозможно. Оставалось только прощаться.

– Пора. – Аленка грустно глянула на Илью. – Мы уже всем бабкам тут глаза намозолили.

Илья прижал девушку к себе, словно пряча ее от чужих взглядов.

– Ты ведь не будешь жалеть о том, что случилось? – Тихо шепнул он на ушко Аленке.

Девчонка секунду-другую стояла, потупившись, а потом хитренько прищурилась на Илью.

– А это уже от тебя зависит. – И, рассмеявшись, обняла и расцеловала парня. – Пока не жалею ни  капельки.

– Тогда до завтра, принцесса. – Илья тоже принял ее насмешливый тон.

Ну в самом деле, не реветь же им из-за того, что приходится расставаться до завтра.

– Пока! – Аленка, в последний раз махнув Илюшке рукой, нырнула в подъезд.

У лифта она, дернув из рюкзачка зеркальце, на всякий случай поглядела на себя. Да нет, вид вполне приличный: помада по физии после поцелуев не размазана, волосы не растрепаны. А вот пуговки на блузке расстегнуты запредельно далеко. И когда этот паршивец Илюха успел?! Аленка, торопливо поправив туалет, ткнула кнопку вызова.

– Вернулась? – Мама, услышав звук открывающейся двери, вышла в коридор. – Как отдохнула, путешественница?

– Ой, мам, отлично!

Аленка, сбросив кроссовки и закинув в комнату рюкзачок, отправилась на кухню кормиться ужином и рассказывать родителям про их с Ильей поездку в гости. А еще про тетушкин одинокий домик в лесу, про большущего пса Дика, про замечательную отдельную, Аленка специально для родителей особенно выделила это обстоятельство, комнату с балкончиком, и про обрамленное зарослями кувшинок темное озеро, купание в котором полезно для здоровья. Обо всем повествовала Алена, только, видимо для того чтобы не волновать папу с мамой, умалчивала кое о чем. Так, например, из рассказа совершенно выпала баня на заднем дворе и совместное мытье нагишом. А из описания комнаты с чудным балкончиком куда-то исчез эпизод с забравшимся к ней перед сном парнем. И сцена где она целуется с ним, стоя в чем мать родила. И уж конечно, словом не обмолвилась Аленка о том, что произошло между ней и Ильей на берегу небольшого лесного озера, ставшего теперь безмолвным хранителем их тайны.

Аленка сама себе удивлялась, как за беззаботной вроде бы трескотней ей удается так ловко обходить сомнительные моменты своего путешествия, легко и непринужденно перескакивая с одного на другое. Если бы не крайняя нелюбовь Ильи ко всякого рода вранью и недомолвкам, Алена могла подумать, что это он каким-то образом одарил ее такими возможностями. Но тут приходилось признать, что это ее собственный природный талант. Вот уж никогда бы о себе не помыслила.

Наконец, любопытство родителей было удовлетворено, и Аленку отпустили переодеваться, мыться и укладываться спать. В ванной, перед тем как забраться в душ, она сразу повесила на веревочку только что намоченный купальник. А что прикажете делать? Конспирация. Отсутствие этого сохнущего предмета могло вызвать у родителей крайне нежелательные вопросы об их с Ильей совместном купании.

Вернувшись в комнату, Алена первым делом повернулась к столу, желая узнать, что глянет на нее: изображение Ильи или бездушная зеркальная поверхность. Разумеется, в рамке уже маячила улыбающаяся Илюшкина физиономия. А рядом с портретом, к полному изумлению Аленки, сидел, свесив со стола ноги, маленький как игрушка, но вполне себе настоящий мужичок, одетый в какую-то странную, похоже старинную, одежду и, поглаживая бороду, насмешливо глядел на Алену.

– Надо же, не думал, что ты меня когда-нибудь увидеть сможешь.

– Ой. – Тихо произнесла, странным образом не испугавшись до отчаянного визга, девчонка. – А вы кто? Домовой?

– Афанасьичем меня зови. – Строго велел мужичок.

– Хорошо. – Аленка осторожно опустилась в кресло. – А почему я вас никогда раньше не видела, а теперь вижу?

– Считай, что парень твой глаза тебе раскрыл.

– Это как?

– Гм. – Неожиданно смущенно кашлянул мужичок. – Способ-то известный. Да мне как-то с девкой и неловко про такое.

– Про какое «такое»?

– Ну-у, это. – Мужичок снова закашлялся, почему-то отводя глаза в сторону. – Ну, в общем, когда парень с девкой того, и она после этого уже не девка. Понимаешь о чем?

Аленка, стремительно краснея, кивнула.

– А при чем это здесь?

– Дык как же. – Афанасьич, пройдя самое трудное, почувствовал себя увереннее и перестал прятать глаза от Алены. – Когда у вас случилось, ты часть себя отдала ему, хоть того и не заметила, а от него приняла. Всегда так бывает. А уж что кто отдаст, от людей зависит. Ежели всерьез у них да по-настоящему, долго чужая искорка человека теплом будет греть. Может всю жизнь. А коль игрой да насмешкой, затухнет как спичка сырая, толком не разгоревшись. Один дым да горечь останутся.

Афанасьич покосился на стоящий рядом портрет, потом снова глянул на Алену.

– Твой-то, похоже, всем сердцем к тебе раз частица дара волшебного от него перешла. Такое по заказу не сделаешь. – Домовой ласково усмехнулся Аленке. – Это чудо, девонька, только от любви случается. Поняла теперь, с чего меня видеть стала?

– Поняла. – Кивнула Аленка, думая совсем о другом. – А я ему взамен что-то настоящее, от души подарить смогла?

– Не знаю, девонька. – Пожал плечами Афанасьич. – Это ж в руках не подержишь, глазами не посмотришь. Сами после поймете, коли рядом будете.

– Вроде как, поживем-увидим? – Улыбнулась Аленка.

– Вот-вот. – Домовик поднялся на ноги. – Ну, пойду я, пожалуй, а ты спать ложись. Пора уж. Свидимся еще.

Он неторопливо шагнул к стене и исчез, словно никогда его здесь и не было. Аленка улыбнулась забавному мужичку вслед и, развязав пояс, сбросила с плеч теплый банный халат, оставшись в одних тапочках. Почему-то она была уверена, что Афанасьич, в отличие от жуликоватого Илюшкиного портрета, за ней не подглядывает. А Илья, если захочет, пусть смотрит. Теперь от него секретов нет. Жаль только, что он сам не может здесь сейчас оказаться.

Вздохнув о пока несбыточном, девчонка натянула на себя ночнушку и, щелкнув выключателем, забралась под одеяло. Поворочалась немного, устраиваясь поудобнее, затем закрыла глаза, улыбаясь каким-то своим мыслям, и почти сразу уснула.

Неизвестно, что снилось Аленушке в эту ночь. Только с портрета на нее до самого утра глядел, ласково и чуть насмешливо улыбаясь, начинающий волшебник Илья.

(Всего 259 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

16 комментария к “Очки, чудеса и любовь. Часть 2: В гостях у ведьмы”

  1. Георгий, как и всегда, очень длинно, но и невероятно интересно. Умеешь ты увлечь читателя. Красиво, ярко… Читается легко и с интересом. Так что заслуженная по всем параметрам 10

    1
  2. Аленкины знания в мужском вопросе были пока весьма поверхностны, но не настолько, чтобы не понять, что известное из школьной физики расширение тел при нагревании не имеет к этому процессу никакого отношения.
    Интересное выражение, нужно запомнить

    1
  3. Георгий, я думаю многие хотели бы научиться писать как Вы. В том числе и я. Очень душевное,чувственное повествование которое наверняка будет интересно и людям предельно далёким от эротических сайтов.

    1
    1. Спасибо, Labean! Я надеюсь, что это было бы интересно читателям не только с точки зрения секса. Для меня всегда большое значение имеют чувства, эмоции героев. Надеюсь, мне удалось это передать.

      1
  4. Многие моменты понравились особенно. Купание голышом например, но это в принципе то, что с хорошей дамой всегда приятно, даже если нет какого то “продолжения”. И многие моменты можно разобрать на цитаты. Сюжет тоже хорош.

    1
    1. Алена не часто играла так, но, признаться, ей нравилось ласкать себя, получая на финише незабываемые ощущения. Медленно, не спеша скользить пальчиками вдоль киски, чувствуя как в глубине сперва неясно, а затем все сильнее и сильнее разгорается желание, превращаясь в волшебные волны наслаждения. Это всегда доставляло немалое удовольствие, но сейчас у нее было что-то вовсе необычное. Если прежде радости самоудовлетворения проливались на нее дарящим блаженство дождем, то сегодня на нее обрушился настоящий водопад

      Пример впечатляющей цитаты.

      1
  5. ” Веник в руках Ильи изменил свой бег. Теперь он скорее гладил, легко скользя по груди и животу, лишь на ножках вспоминая о должном усердии. Возвращаясь, пробегал, шурша влажной листвой, гоня впереди себя горячий воздух и тут же мягко, впришлепочку массировал нежную девичью кожу.”

    Как прелестно описано!

    1

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг