Skip to main content

Отряд Марины Нечаевой. Часть 5

Произведение публикуется в авторской редакции, без корректорской правки.
Все ошибки на совести автора.

За окнами было ещё темно, когда мать зажгла керосинку висевшую под потолком в зале и растолкала меня и брата в родник за водой.

— Вставайте лежебоки. Хватит дрыхнуть, так всё на свете проспите. Давайте принесите мне воды с родника. Я подмоюсь и поедем в город за продуктами.

– говорила нам мама, тормоша меня и брата за плечи. Я то проснулся сразу и поцеловал мамину ладонь которой она меня будила. В ответ Марина ласково погладила меня по голове. А вот Витька спал и сладко посапывал во сне свернувшись калачиком возле стенки. Старший брат ни как не хотел просыпаться, тогда мать шлепнула его ладонью пару раз по голой жопе, предварительно задрав ему трусы. И Витёк вскочил как ошпаренный потирая ягодицы. Рука у нашей атаманши тяжёлая.

— Подъём Витя, тут тебе не армия где ты днями и ночами спал у себя в хозвзводе. Я вас быстро к порядку приучу. А ну взяли ведра и бегом за водой, заодно и зарядку сделаете.

– Марина стояла перед нами в короткой белой ночной рубашке, поставив руки в боки, знак того что мать сердита на нас. Я вскочил с дивана и лишь мельком глянув на соблазнительные мамины коленки под короткой ночнушкой, пошёл в одних трусах на терраску за ведрами. Брат следом за мной, боясь получить от мамаши ещё шлепок по жопе.

— Вот же сучка, больно дерётся зараза. Ну ничего посмотришь Костян как она сегодня заорёт подо мной когда я ей до матки достану.

– говорил мне Витёк возле родника набирая воду в ведро. Мать его больно долбанула и он то и дело потирал ушибленный зад.

— Хорош фигню говорить брат. Ты с ней не справишься, да и я тоже. Видел же вчера какая она “безбашенная”? Лучше пошли быстрее принесём ей воды.

– предложил я Витьке, набирая в роднике холодной ключевой воды. Брат в первые в жизни не стал со мной спорить, понимая мою правоту. Ведь наша смелая и безумно красивая мама с обалденными налитыми формами, не шлюха медсестра с отвислыми грудями. Которую брат ебал у себя в армии. Марина огонь, как и в жизни, так и в постели. Я чувствовал её горячее тело когда обнимал мать сзади пытаясь отобрать у неё веник, им она нас с Витьком шутя лупила. И я не сомневался что сорокалетняя Мариша в постели даст фору любой молодой девушке. Настолько сильна была в этой женщине, какая-то внутренняя сексуальная харизма, обаяние и шарм.

— Замерзли ребята? И зачем нужно было в одних трусах на родник бегать? А если заболеете то что мне с вами делать?

– с неподдельной тревогой и заботой встретила нас мама, когда мы с Витьком зашли на кухню неся в ведрах столь необходимую воду. Мать волновалась не зря, за ночь погода резко поменялась и на улице заметно похолодало. Наступили так называемые ” черёмуховые холода” природное явление в конце мая. Выбежав по привычке во двор в одних трусах, мы с братом основательно продрогли. И умная Марина отложив в сторону пистолетную обойму которую она набивала патронами сидя за кухонным столом. Подошла к нам и обняв прижала к себе. На маме в это утро была только короткая белая ночнушка по колено и больше ничего. Привычных трусиков под ночной рубашкой сейчас на ней не было. Это говорило о том что у Марины закончились её ” критические” дни и мамина писька ” выздоровела”.

— Мариша, ты словно печка греешь.

– сказал нашей матери Витёк, прижимаясь стояком к её крутому бедру и вовсе глаза рассматривая груди взрослой женщины в вырезе ночной рубашки. Они были считай наполовину видны, тяжелые, налитые сисяры Мариши, томились под тонкой тканью ночнушки и просились на волю в руки молодых парней.

— Я же мать, как мне не согреть своих сыновей и любовников в одном лице.

– засмеялась Марина, обнимая нас за плечи и прижимая к своему горячему как огонь телу.

— Я вчера их толком не рассмотрела у вас в темноте, а сейчас на свету гляну.

– хихикнула Марина и спустив с Витька и с меня трусы обеим до колен, взяла в руки наши стояки и залупила пальчиками залупы. На улице уже рассвело и через большое окно в кухню проникал солнечный свет. И маме сейчас действительно было в сто раз лучше видно члены своих сыновей, чем вчера при тусклом свете керосинки.

— Вить, а у тебя всё же головка больше чем у брата. Толстенькая такая, с пупырашками.

– приговаривала мама, залупив пальчиками мне и старшему сыну залупы, внимательно их рассматривая. Ведь сегодня алая плоть её детей, войдет по очереди ей в вагину и будет натирать ребристые стенки влагалища. Которое до этого натирали залупы чужих мужчин. Но чувствовать в себе член своего ребёнка не сравнимое ни с чем наслаждение. Мама может по этому внимательно рассматривала, залупы у меня и у старшего брата, водя по ним подушечками пальцев. И у меня создалось такое впечатление, что Марина опять нам подрочит члены, судя по движению её рук. Мама стоя перед нами в короткой ночной рубашке, обхватив наши стояки руками, стала легонько их массировать пальчиками смотря нам в глаза. И я было уже приготовился поймать запредельный кайф, от того что родная мать будет дрочить мне член своей ласковой материнской рукой. Как этот придурок Витёк все испортил.

— Марин, а у твоего бойфренда который тебя на семинаре трахал, небось побольше чем у нас с Костей хуй был?

– спросил у матери мой брат не думая своей бестолковой головой. Ведь Марина ещё вчера утром сказала что теперь мы её бойфренды, а мужчины которые у неё были до нас, остались в прошлом. А Витёк опять напомнил матери о мужике который её когда то трахал. Ну какой женщине это понравится?

— А это не твоё дело Витя. Тоже мне прокурор нашёлся, про размеры членов моих бойфрендов ему интересно?

– Марина выпустила из рук наши стояки, вернулась к столу и сев на стул, стала набивать магазин своего карманного ” вальтера” патронами. Причём рассерженная на сына мама, сидела на стуле плотно сжав ноги, лишив нас возможности лицизреть её великолепные ляжки.

— Костя, сынок, поставь пожалуйста ведро воды на газ и чайник вскипяти.

– попросила меня мама и я выполнил её просьбу.

– Мам, а я в армии видел у офицеров, пистолет ” макарова” и он похож на твой ” вальтер”.

– сказал матери Витёк, он подлизывался к Марине зная её любовь к оружию.

— Конечно похож, ведь наши конструкторы во главе с Макаровым. При создании знаменитого ” ПМ” взяли за основу ” Вальтер ППК “. Да и Калашников тоже свой ” калаш” с немецкого автомата скопировал. Вот смотрите это эмблема ” Локотской республики” 1943 год.

– Марина развернула пожелтевший от времени листок газеты, взятый из ящика где лежали пистолеты и на ней действительно по мимо свастики в углу. Вверху был изображен герб русских колобрационистов, ” Локотской республики.” Созданной немцами в тылу группы армии ” Центр” наступавшей на Москву. На этом гербе были изображены вверху четыре автомата похожие на автомат ” Калашникова” как две капли воды, а в внизу четыре немецких гранаты ” колотушки” с длинными ручками.

— Это автоматы Шмайссера ” Штурмгевер 44 ” а Калашников свой автомат ещё не делал. Так что у нас всё скопировано у немцев и у американцев.

– ответила сыну Марина и ловко вставив полную обойму в пистолет. Взяла с плиты ведро с тёплой водой держа в одной руке ведро, а в другой пистолет, пошла в свой закуток за печкой подмываться. И хотя дверь в зал была открыта, мы с братом и не думали туда заходить боясь разгневать нашу атаманшу. Да и мужчина не должен видеть как женщина подмывается. Мы стояли молча, ждали когда Марина нас позовёт и я лишь показывал Витьке кулак. Ведь по вине этого придурка мать не стала дрочить нам члены.

— Парни, идите сюда и помогите мне одеться.

– позвала нас Марина из своего закутка и когда я и Витёк вошли с кухни в зал, то прямо остолбенели от увиденного. Мама вышла к нам из за перегородки в одних чёрных колготках под которыми белели просвечиваясь её светлые трусы. Груди у нашей атаманши были голые и манили к себе взгляд своими налитыми формами и тёмными сосками. В одной руке мать держала щётку для волос, а в другой бюстгальтер под цвет трусов.

— Ну что встали столбом? Помогите женщине лифчик одеть?

– попросила нас мама, она сама приложила чаши бюстгальтера к своим не сильно отвислым для её возраста грудям и ждала кто из сыновей застегнет ей застежки на спине.

Первый к ней подскочил Витёк, он дрожащими от волнения руками стал застегивать нашей с ним матери застежки бюстгальтера. А я стоял спереди и рассматривал великолепное тело сорокалетней женщины. Живота, который бывает у рожавших женщин в возрасте, у Марины не было. Вернее он был, но едва заметный и без складок, нежный и упругий, как у молодой женщины. Половина маминого животика была затянута чёрными полупрозрачными колготками. Я вообще обожаю чёрное нижнее бельё на женщине, чёрные чулки, лифчики, трусики. Но чёрные колготки, были моей страстью. И сейчас видя полуголую мать в чёрных полупрозрачных колготках натянутых до пупка и с голой грудью. Я честно чуть не кончил только от одного вида мамы Марины.

— Костя, не стой столбом. Бери расчёску и рассчеши мне волосы.

– приказала мне мама, она уже сидела на диване, а её роскошные груди, прикрывал бежевый бюстгальтер, который с большим трудом но все же застегнул старший сын.

— Как скажешь Марина, это я с удовольствием мама.

– ответил я матери, и взяв у неё щётку из рук, стал рассчесывать её волнистые, длинные волосы.

— А ты Витя принеси из моей каморки косметичку.

– попросила Марина старшего сына и тот мигом принёс ей набор для макияжа.

— Как хорошо, обожаю когда мужчины за мной ухаживают.

– сказала мама, крася свои красивые и без всякой помады губки.

— Но я ещё мальчик Мариша.

– ответил я матери, сидя рядом с ней на диване и расчёсывая у неё волосы на голове. Я работал щёткой для волос и смотрел на спину и плечи Марины, чистые, белые, без родинок и их так хотелось целовать и ласкать.

— Точно блин, ты же ещё не спал с женщинами Костя. Тогда что же мы тут сидим? Поехали в город, быстрее вернёмся от туда и быстрее ты станешь мужиком сынок.

– сказала смеясь Марина, закрывая косметичку и вставая с дивана. А я видя свою мать в бежевом лифчике и в чёрных колготках натянутых до пупка, через которые просвечивались её белые трусы. Не удержался и обнял Марину сзади за животик, прижимаясь членом к её попке.

— Только колготки мамуль не снимай когда из города вернёмся.

– попросил я мать, целуя её в шею.

— Ха, ха, ха, как же ты меня будешь трахать в колготках глупенький? Придётся их снять сынок, с ними не получиться.

– засмеялась мама, мягко отстраняясь от меня. Но моё место тут же занял брат и так же обхватил её руками за животик, прижимаясь стояком жопе Марины.

— Мне тоже мам нравится когда на тебе эти колготки одеты.

– Витёк мял матери живот и балдел давя стояком ей жопу.

— Да ну вас парни, нашли о чем меня просить, извращенцы. У меня есть старые рваные колготки, в них можно дырку в промежности вырезать, тогда я вам дам в колготках.

– засмеялась мама и высвободившись из объятий старшего сына, стала одевать одежду, зелёную юбку ниже колен, чёрную блузку, шерстяной джемпер и тёмную курточку. На голову мама повязала платок, но не на лоб, а обычно как его завязывают женщины. И на ноги Марина одела белые кроссовки. А ещё мать вынесла из своего закутка за печкой где в шкафу лежали её вещи, небольшой рюкзак и одела его себе на плечи.

— Ну вот по колхозному оделась.

– засмеялась Марина, оглядывая себя в зеркало висящее на стене в зале.

— Очень красивая и опасная колхозница.

– сказал я матери, подходя к ней сзади поправляя лямки рюкзака на её плечах. Мать стояла возле зеркала одетая с рюкзаком за плечами в платочке на голове, а её шелковистые волосы выбились из под платка и рассыпались по плечам. В одной руке мама держала пачку сигарет, а в другой немецкий пистолет. По этому я и назвал её красивой но опасной колхозницей.

— Возьму с собой, в дороге оружие не помешает. Тем более что он очень компактный и удобный.

– Марина щелкнула рычажком вверху пистолета, ставя ” вальтер” на предохранитель и сунула его во внутренний карман своей курточки, застегнув на молнию. Действительно, немецкий пистолет словно слился с телом женщины и не выделялся у неё под одеждой.

— Теплее одевайтесь парни, вы мне нужны здоровые. А то заболеете и меня не кому будет трахать.

– засмеялась Марина, обнажая красивые золотые коронки на зубах. Мы с братом по – быстрому натянули джинсы, одели рубашки, тонкие свитера и куртки. На улице заметно похолодало и в дорогу нужно быть одетым тепло.

— Вить, ты удочки вытряхни из рюкзака и возьми его с собой. А ты Костя, сумку хозяйственную большую бери.

– приказала нам с братом Марина и мы быстро выполнили её указание. Витёк выложил удочки и рыболовные принадлежности из рюкзака и одел его на плечи. А я взял в одном из баулов с нашими вещами взятыми из квартиры, большую хозяйственную сумку по вместимости равную пожалуй Витькиному рюкзаку.

— Присядем на дорожку парни и в путь.

– сказала нам мама, мы сели на кухне за стол. Марина закурила последнию сигарету из пачки, и выкурив немного отдала её нам с братом, чтобы мы тоже зятянулись перед поездкой. Я докуривал бычок после Витьки и смотрел на мамины ножки обтянутые чёрными капроновыми колготками. Представляя как я закину эти ноги в колготках на свои плечи. Мне больше хотелось сначала лечь с Мариной на диван, но не с голой, а в колготках под которыми одеты трусы. И ещё на маме обязательно должен быть бюстгальтер.

— Что ты на меня так смотришь сынок?

– мама заметила мой пристальный взгляд на её ножки в чёрных колготках и встала со стула. Не долго думая Мариша села ко мне на колени давя своей пухлой попой мой стояк в штанах.

— Просто смотрю какая ты красивая Марина.

– соврал я матери, обнимая её за животик ощущая у неё в кармане куртки, пистолет.

– Осторожно не сдвинь предохранитель.

– предупредила мама, убирая мою руку с кармана где у неё лежал заряженный ” вальтер”. Марина посидела немного у меня на коленях, а потом села на колени к другому сыну, чтобы и старший насладился давлением её пухлой и мягкой попки.

— В путь ребята, пока до города доберёмся, как раз магазин откроется.

— сказала мама, смотря на свои маленькие часики на руке. Дом наша атаманша закрыла на замок, а ключ от него положила под большой камень возле порога. Очевидно что и прежние хозяева это кирпичного дома, ложили ключ под камень возле порога, по деревенской привычке. Да и в деревнях на сколько я знал по фильмам, двери часто подпирали палкой, знак того что хозяина нет дома. А воров судили сами не дожидаясь милиции.

Ценных вещей у нас не было, одежда и посуда, да и то дешёвая. Единственная наша ценность сейчас была у мамы в кармане куртки и в сарае под кучей досок. Оружие и взрывчатка на ” чёрном рынке ” стоило денег. Но и за него можно было получить срок в колонии.

Велосипеды стояли в сарае с накаченными колесами и готовые к дороге. Мама взяла себе женский ” харкiв” с изогнутой рамой и защитной планкой на цепи. Мне достался наш советский дорожный велосипед ” Урал”, его мы нашли вчера в доме возле церкви. А Витёк оседлал ” немца” правда с русскими колесами.

— Парни, вам задание на завтрашний день, полазить по домам в деревне, может где найдётся замок с ключами. Нам свой сарай нужно закрыть.

– сказала мама, подпирая дверь нашей хозяйственной постройки, обычной палкой. На сарае замка не было и он стоял с открытой дверью когда мы сюда приехали позавчера. Хотя брать в нём кроме досок было нечего, а про тайник в подполье никто не знал.

К реке мы спускались пешком, ведя велосипеды в руках. Бугор от нашего дома к мосту был крутым и если ехать на велосипеде, то можно запросто сломать себе шею.

— А мост то не рухнет под нами?

– боязливо спросила мама, ступая на хлипкие доски деревенского моста.

— Да я проходил мам по нему на тот берег, иди не бойся не обвалится.

— сказал я матери и брату, которые шли за мной по мосту. На том берегу нас ждал ещё один не менее крутой бугор подобный тому с которого мы спускались от дома к реке. И только пройдя вверх метров пятьдесят, мы наконец вышли на ровную дорогу и сели на велосипеды.

— Ого, а ” фашист” прёт не остановишь!!!

– закричал Витёк и рванул на своём велосипеде времён ВОВ, по просёлочной дороге.

— Осторожно сынок, не разбейся на нём.

– крикнула мама, видя что её старший сын, что есть дури крутит педали.

— Мариша, я первый с тобой лягу в постель. Да мама?

– спросил я у матери, мы ехали с ней по дороге вместе и не гнали велосипеды как этот придурок Витёк.

— Так и будет сыночек. Я больше тебя люблю, ты ласковый, а он грубый.

– Марина кивнула головой на старшего сына, который уже возвращался назад петляя по дороге делая восьмерки.

— Витя, ты уже взрослый, а ведёшь себя как ребёнок. Чтобы я больше не видела твоего лихачества на велосипеде.

– приструнила Марина старшего сына и тот снизив скорость, встал за нами и уже ехал потихоньку средним ходом не спеша как и мы с мамой.

По левой стороне от дороги, едва мы поднялись на бугор. Стояли разрушенные животноводческие фермы. Судя по всему за рекой было отделение колхоза который базировался в Плетнёвке. Мы ехали и смотрели в пустые коровники с выбитыми словно в войну окнами и разломанными крышами, на которых уже поросли молодые берёзки. Зрелище было неприятное и все вздохнули с облегчением, когда разбитые и заросшие крапивой колхозные коровники, остались позади. Дальше дорога пошла по лесу петляя между поваленных осин и берёз.

Мы ехали и смотрели по сторонам, поскольку лес был густым и мрачным, из за елей и сосен росших в нём вперемешку с лиственными породами деревьев. Обычно в таких густых лесах водится различное зверье. Что вскоре и подтвердилось, когда на дорогу перед нами буквально в десяти метрах, вышла косуля.

— Марина, стреляй!!!

– в один голос крикнули мы с братом. Мать моментально выхватила пистолет, нацелилась на косулю, но не выстрелила. Из леса вслед за взрослой косулей, вышла маленькая косуля, вероятно её детёныш, и они перейдя дорогу скрылись в лесу.

— Извините парни. Не смогла нажать на курок. Ведь я тоже мать как и она. И если я её сейчас бы застрелила, то детёныш остался без матери и погиб один в лесу.

– ответила нам Марина, ставя ” вальтер” на предохранитель и убирая его обратно в карман.

— Мариночка, я тебя люблю.

– сказал я маме, восхищаясь её благородным поступком. Только Витёк был недовольным из того что мать упустила столько бесплатного мяса.

Дальше мы поехали без приключений и через час были в райцентре, как раз к открытию в нём магазинов. Городок куда мы приехали из Плетнёвки, был небольшим и старинным. Об этом красноречиво говорили дома явно дореволюционной постройки. Во всяком случае вся центральная улица райцентра, состояла из старых одноэтажных домов, построенных ещё в царские времена. Возможно в городе были и новые дома, современные многоэтажные. Но если они и были, то только на окраинах в микрорайонах. Туда конечно мы не поехали, осматривать городок не входило в наши планы. Нам с лихвой хватило его центральной улицы, где находилась действующая церковь выкрашенная красной краской, блиставшая позолоченными куполами в свете весеннего утра. За церковью в ряд шли продовольственные, хозяйственные магазины, аптека и универмаг.

— Витя, ты сегодня у нас в боевом охранении. Стой и не спускай глаз с велосипедов. А мы с Костей пойдём по магазинам.

– приказала Марина сыну и тот с недовольным лицом подчинился, не осмеливаясь перечить матери.

— Хорошо мам, только купи мне сигарет. Курить хочу, сил нет.

– попросил Витёк мать и она не отходя далеко от нас, купила моему брату пачку ” астры” в ближайшем ларьке.

— Могла бы и с фильтром купить. Тебе же Оксана денег дала на всех.

– сказал обиженно Витёк, закуривая вонючую сигарету.

— Обойдешся, ты не заработал ещё на сигареты с фильтром. Пока покурим дешёвые. А денег что дала Оксана, едва хватит на продукты и выпивку, да ещё презервативы нужно купить.

– зло ответила Марина старшему сыну и взяв у него изо рта горящую сигарету, несколько раз глубоко затянулась и вернула окурок Витьку.

— Костя, пошли первым делом в аптеку зайдём и посмотрим там презервативы, а уже потом по магазинам пройдём.

– сказала мама и повела меня за руку в крашенное желтой краской здание с вывеской ” Аптека”. На витрине в аптеке, было наверное пять марок презервативов и мы с Мариной выбирали какие лучше нам подойдут.

— Костя, давай вот эти купим, они не очень дорогие и ребристые. Продирают будь здоров, проверенно.

– предложила мне мама, показывая на пачку кондомов ” Durex Classic”. За нашим выбором презервативов, внимательно наблюдала пожилая женщина аптекарь. И у неё скоро глаза полезли на лоб, когда она внимательнее нас разглядела. Я как две капли воды был похож на мать. Те же волосы, глаза, нос и губы у меня были мамины. И бабке в белом халате было дико видеть как мать с сыном, выбирают презервативы. А нам было наплевать на её мнение. Нас в этом захолустном городке ни кто не знал и нам было всё до лампочки. Марина купила у ошалевшей аптекарши два пачки презервативов по 12 штук в каждой и мы вышли наружу, оставив бабку в белом халате, сидеть на стуле с открытым от удивления ртом.

— Не маловато мам ” резинок” купила? По двенадцать штук мне и брату.

– спросил я у Марины, когда мы вышли с ней из аптеки и направились в продуктовый магазин через дорогу.

— Да хватит вам на первый раз. А потом я вас без них научу. Мне больше голенький член нравится, чем в ” одёжке”.

– хихикнула мама и сжала мою руку своей нежной ладонью. В магазине мать все же расщедрилась и купила каждому из нас по блоку сигарет с фильтром ” Союз – Аполлон “. Неплохих кстати табачных изделий. А от дешёвой ” астры” и ” примы”, можно чахотку заработать.

— Кость, нам три бутылки водки хватит? Лучше сахару возьмём побольше и затрём самогонки.

– спросила у меня мать и не дожидаясь моего ответа, купила в магазине три бутылки водки, бутылку хорошего вина, десять килограм сахара и столько же муки. Три трехлитровых пластиковых бутылки растительного масла, для жарки рыбы. Хлеб, несколько баночек консервов, колбасы, сухой и вареной, селедку, сыр, различные крупы. Чай, кофе, конфет и мы вышли из магазина с набитыми рюкзаками и сумкой.

На последние оставшиеся деньги, мама купила в универмаге столь необходимый в хозяйстве фонарь с запасом батареек и маленький радиоприёмник тоже на батарейках. А в хозяйственном магазине Марина приобрела керосиновую лампу в дополнение к нашей ” летучей мыши,” но правда эта лампа была не подвесной, а обычной настольной.

— Ну парни по пивку, покурим и домой поедем.

— мама купила в ларьке возле которого мы остановились приехав в райцентр, по бутылке пива на оставшуюся в кошельке мелочь. Мы сидели на лавочке возле магазина, пили пиво, курили и смотрели на проезжающие мимо машины и спешащих по делам людей, идущих по тротуару. И мне дико до боли в сердце, захотелось уехать из этой городской суеты в тихую и спокойную Плетнёвку, ставшую за три дня проведённых в ней, почти родной. И такое чувство овладело не только мной, но и мамой и старшим братом. Допив пиво и бросив пустые бутылки в урну, Марина и Витек, взвалили рюкзаки на спины, а я повесил сумку на руль велосипеда и наша троица тронулась в обратный путь.

Дорога домой заняла в два раза больше времени чем поездка утром в райцентр. Тогда мы ехали на легке, а сейчас с грузом. У Витька в рюкзаке лежали три бутыли с маслом и различные крупы, а ещё колбаса и консервы. У меня в сумке было считай двадцать кило сахара с мукой. А у мамы в её рюкзачке, три бутылки водки, вино, три блока сигарет, фонарик, керосинка и радиоприёмник. По этому мы ехали с перекурами, останавливаясь по дороге на отдых.

В Плетнёвку мы попали ближе к вечеру, усталые, голодные, но довольные. У нас было курево, водка и продукты. А самое главное презервативы, без которых наша атаманаша ни в какую не соглашалась ложиться с нами в постель.

— Парни, я знаю что вы устали. Но нужно наносить воды и дров. Затопим печь, нагреем воды и искупаемся в корыте, смоем с себя пот и грязь. Вы помоете меня, а я вас.

– сказала Марина, едва мы переступили порог дома в котором жили с недавнего времени.

— Хорошо мамочка, натаскаем и дров и воды. Но только ты не раздевайся Марина. И не снимай с себя колготки.

– попросил я мать, беря ведра на терраске.

— Вот ещё, мне эти колготки жмут, да и тело должно от одежды отдохнуть.

– ответила мама и ушла в свой закуток за печкой переодеваться. А я не стал её уговаривать, мне сейчас хотелось только одного, выпить, поесть и засадить матери.

— Что ты примотался к Марине с этими колготками Костян? Хоть бы так дала. А колготки или чулки после оденет. Нам нужно дорогу между её ляжек проделать. И тогда она ручная станет, сама будет просить чтобы ей засадили.

– говорил мне Витёк, когда мы шли с ним неся воду с родника в дом. И я с ним был согласен, мне конечно хотелось снова увидеть мать одетой в чёрные колготки под которыми просвечивались её белые трусы. Но я решил будь как будет. Главное что мать согласна с нами переспать, а в колготках, или без них, разницы не было никакой.

— Ставьте ведра на газ, заносите корыто в зал и растапливайте печь. Давайте парни пошевеливайтесь, я уже стол накрыла и хочу выпить и покушать.

– сказала нам мама, выйдя из дверей зала. К моей безумной радости Марина сняла с себя только курточку, платок и джемпер, а нижняя одежда осталась на ней. И сейчас мама стояла перед нами в чёрной эластичной блузке без рукавов, больше похожей на майку, под которой выпирали её тяжёлые груди. И даже были видны бретельки бежевого лифчика, его утром одевал ей Витёк. На маме так же была одета зелёная приталенная юбка ниже колен, а под юбкой выглядывали ножки в чёрных колготках. Только белые кроссовки в которых мать ездила в город, сейчас стояли в углу комнаты возле печки, а на ногах у женщины были одеты домашние тапки.

Пока мы ходили за водой и за дровами, Марина успела не только стол в зале накрыть, но и накраситься. Если утром у мамы были слегка накрашены губы, то сейчас на её лице был нанесен броский вульгарный макияж. На её чувственных губах виднелся слой яркой помады, а глаза умело подведены синими тенями и чёрной тушью. Марина сейчас выглядела как красивая и развратная шлюха. И она хотела ей быть в этот вечер. А бесцветный и какой-то сумасшедший взгляд её зелёных кошачьих глаз, говорил о том что мать не только хочет выпить и покушать. Но и быть хорошенько продратой двумя молодыми парнями, своими сыновьями.

— Что на вас столбняк напал? Не видели меня такой? Я сегодня хочу быть шлюхой. И не понимаю почему вы ещё не затопилии печь парни?

– Марина подошла к нам, повернулась задом, взяла нас братом за руки, и положила их на свои груди под блузкой. Мать по очереди потерлась жопой об наши стояки в штанах, как бы поддавая их задом. Это был полный пиздец, зрелая самка Марина, накрашенная как шлюха. Стояла повернувшись спиной к своим взрослым сыновьям и призывно тёрлась об их ширинки, пухлой жопой под юбкой. Причём если от волос матери пахло духами, то от её тела шёл возбуждающий запах женских выделений. Мать стоя перед нами текла. И, если на ней были трусы, то сейчас они были мокрые от любовного сока.

— Мы сейчас мама, в один голос выдохнули я и брат, закидывая дрова в топку печи и она на удивление быстро разожглась и в ней весело затрещали берёзовые поленья. Сам дом содействовал мне и Витьку, чтобы мы побыстрее выебли эту блядь свою мать, безумно красивую и смелую женщину.

— За нас с вами, за этот гостеприимный дом и за любовь!!!

– мама толкнула тост стоя возле стола держа в руке рюмку с водкой. И выпила с каждым из нас на брудершафт. С Мариной я целовался второй раз в деревне. И если первый её поцелуй тогда ночью в саду был нежным наполненный любви и ласки. То этот поцелуй в засос на брудершафт, был грубым и страстным.

Вслед за выпитой водкой в мой рот проник горячий мамин язык и заходил в нём ходуном. У меня закружилась голова и если бы этот поцелуй в засос продлился ещё мгновение, я бы реально кончил в штаны, до того он был необычным и возбуждающим.

— Вить, давай вдогонку ещё по одной сынок и поедим.

– скомандовала мама, вытирая размазанную помаду у себя на губах, салфеткой. Старший брат ошалело смотря на мать, налил ей, мне и себе по рюмке водки, которую мы выпили просто чокнувшись друг с другом и накинулись на еду. Голод дал о себе знать, а две выпитых рюмки водки, только усилили аппетит. Как говорится ” любовь, любовью, а обед по расписанию”. Да, и мне с братом нужно было поесть чтобы набраться сил, для сумасшедшей ночи в объятьях своей родной матери, красивой, сильной и опытной самки.

(Всего 143 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

5 комментария к “Отряд Марины Нечаевой. Часть 5”

  1. Совершенно обалденная ситуация. Хотя… В этой деревне больше никого нет! Я читал, что после войны в некоторых деревнях мужчин вообще не было и женщины спали со своими сыновьями или просто с подростками – организм-то своего требовал!

    1
    1. Не только после войны, но и во время войны. Хотя и сейчас в России инцест не редкость. Но не каждая мать способна лечь в постель со своим сыном. Для женщины это сильный стресс, даже в среде маргиналов нет такого чтобы мать в лёгкую трахалась с сыном. Но в определенных ситуациях мать идёт на то чтобы переспать со своим ребёнком. В данном случае Марина оказалась в ситуации когда у неё не было выбора.Или она даёт сыновьям добровольно, или они её изнасилуют в этом лесу. Да и потом она скорее сама захотела обучить неопытных сыновей, премудрости любви. Как волчица обучает своих волчат, так и Марина обучила сыновей воровать, обращаться с оружием и любить женщин.

      1
      1. Я тоже считаю, что ты прав, именно поэтому Марина и решилась на инцест. Да и я знаю случай подобный. Рассказал мне мой друг Толик. Он влюбился в училку, даже страсти были, но потом нужно ехать поступать в институт. Но Толик всё рвался к своей училке, да его мамочка ложилась с ним и ублажала его, устроила на курсы подготовки и не пускала в свой город. Так что он поступил,хорошо сдав экзамены. А когда вернулись домой, то его пассия уехала в Гагры. А потом Толик уехал на учёбу. Так что я считаю, что его мамочка поступила правильно, добившись, чтобы он стал студентом. А ведь иначе…

        1
  2. Обычно в таких густых лесах водится различное зверье. Что вскоре и подтвердилось, когда на дорогу перед нами буквально в десяти метрах, вышла косуля.

    Помню когда возил нас до КНР на микрике один старик он все рассказывал нам всяких историй. Тоже косулю встречал на трассе. Но не все в это верили. А ведь он ездил по ещё более диким местам. Где плотность населения много ниже, чем в средней полосе фигурирующий в рассказе.

    1

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг