Постельная сцена

– Иван Андреевич, у нас проблемы! – заполошный крик заставил остановиться выходящего из монтажной режиссера.

– Леночка, что ты вопишь? – усталым голосом спросил Иван Андреевич. – Какие проблемы? Это может подождать? Я с утра только кофием и питался, мне бы разбавить его супчиком или кашкой. Или бутербродиком. У меня же гастрит.

– У нас в постельной сцене в зеркале какой-то мужчина виден, – заторопилась Леночка, видя, что режиссер повернулся выходить.

– Показывай, что там, – сказал режиссер садясь за монтажный стол.

– Вот, видите, девушка встает с постели, камера отъезжает, чтобы снять общий план и в кадр попадает зеркало. А в нем мужчина в костюме. Да еще и с сигаретой.

– Ну так скажи композерам, пусть вытрут, им же раз плюнуть пририсовать или стереть что-нибудь из кадра – ответил режиссер.

– Я сразу об это подумала и позвонила им. Они сказали, что это сверх сметы и новых денег требуют. А у нас и так перерасход. И к тому же у них сроки сами знаете какие, – затараторила Леночка. – Нам же через неделю серию сдавать

– Да, проблема, – задумчиво сказал режиссер.

– А вырезать никак?– спросил режиссер у сидящей рядом монтажницы.

– И что будет? Сами же просили, чтобы жопу ее подольше в кадре держать. Если я этого полудурка вырежу, то и ее жопу тоже.

– Между прочим жопа эта тебе зарплату обеспечивает, – повернулся к ней Иван Андреевич. – “Полудурок” этот, что в зеркале, денег согласился дать, только если жопу его бабенки покажем.

– Простите, не знала – протянула монтажница.

– Да тебе и не надо знать. Ничего резать не будем. Будем переснимать.

– Как это, переснимать?! – встрепенулась Леночка. – Никого же нет. Ваня в Сочи на съемках и месяц там пробудет. А потом натуру где взять? Мы же на даче зампреда снимали. Кто нас туда пустит после того как Петрович там унитаз с биде перепутал?

– Да помню я, – угрюмо ответил режиссер.

Некоторое время все трое молча смотрели, как на экране раз за разом обнаженная женщина вставала с кровати, натягивала трусы напряженно держа голову повернутой вбок, а потом, старательно переставляя ноги, выходила из спальни.

– Она же шагу в простоте шагнуть не может! Да еще башку свою не в ту сторону повернула! Чего она там такого в углу узрела? Да за что мне это все? – застонал режиссер, обхватив голову руками.

– Худшего говна я в жизни не снимал. Меня же ни на одну картину больше не пригласят!

– Ну не расстраивайтесь вы так, Иван Андреевич, – тихим голосом сказала Леночка и попыталась погладить его спину.

– Сделаем так, – режиссер так резко выпрямился, что Леночка, так и не решившаяся коснуться режиссера, еле успела отдернуть руку. – Вот до того места, где зеркало въехало, оставим. Крупным планом снимем, как она трусы напяливает и выходит. И вклеим это вместо кадров с зеркалом.

– Да, должно получиться, собирай группу на завтра или на послезавтра, – уверенным тоном сказал Иван Андреевич после минутного раздумья.

– А кого снимать будем, ее же?

– Леночка, ты же не первый день работаешь, – разражено бросил режиссер. – Она же ничего не может, надо дублершу подобрать. Залезай в базу и ищи похожих по экстерьеру.

– Кастингом не я, а Таня занимается – обиделась Леночка.

– Значит, позвони Тане. Или сама ищи, если Таню не выдернешь. К вечеру у меня должны быть кандидатки. Денег нет, ищите из готовых за фамилию в титрах заголиться. Все, я пошел.

– А снимать где будем? – крикнула вдогонку Леночка.

– В павильоне угол выгородим, – донеслось от дверей. – А не дадут павильон, у мамы в коммуналке.

– Иван Андреевич, когда вы можете посмотреть актрис? У нас с Таней все готово, можем хоть сейчас показать, – допотопный автоответчик в квартире режиссера заговорил Леночкиным голосом.

Все на студии знали, что, режиссер принципиально не снимает трубку до тех пор, пока не услышит голос звонившего. И что надо будет сначала поговорить с автоответчиком, а потом позвонить еще раз. Вот только тогда режиссер может быть и снимет трубку.

– Приезжайте, – сняв трубку при следующем звонке буркнул режиссер. И, не дожидаясь ответа на том конце, дал отбой.

– Нет, не то… Опять не то… И снова не то… – разражено говорил режиссер сидящей рядом с ним на диване Тане, которая показывала ему на ноутбуке фотографии актрис. – Да и все они спереди и сбоку, и к тому же одетые. А мне их задницы надо видеть, чтобы похожими были.

– Это все? – недовольно спросил он, когда посмотрел последнее фото.

– Из тех, кто сейчас может, все, – ответила Таня. – Есть еще архивная база, я там нашла несколько подходящих. Но с ними могут быть проблемы.

– Какие?

– Они или не снимались вовсе или один-два раза всего снимались.

– Зато точно звезду включать не будут, не то, что те, которых ты мне только что показывала. Они хоть обученные?

– Да кто как, – ответила Таня, выводя на экран первую претендентку.

– Ты что мне старух показываешь?

– Так вам же не лицо, а жопу надо. Вот я по жопам и по росту их сортировала. А возраст мы загримируем, – возразила Таня и стала перелистывать фотографии.

– Стоп, стоп. Вот эта вроде подходит. Кто это?

– Ну, – замялась Таня, глядя мимо режиссера.

– Леночка, это ты? – спросил режиссер, повернув голову в сторону сидящей рядом с ним Леночке, которая все это время старательно натягивала край юбки на коленки.

– Откуда это у вас? – испугано спросила Леночка в ответ и еще сильнее потянула юбку.

– Из базы, – недоуменно ответила Таня. – Ты же сама когда-то себя в нее внесла.

– Оставь юбку в покое, – сказал режиссер. – По-моему мы нашли актрису. Ну-ка встань и пройдись.

– Прямо здесь?

– А где же еще? Давай, пройдись. Сцендвижению успела выучиться или раньше бросила?

– У меня к вашему сведению диплом есть – обиженно ответила Леночка вставая.

– Ну и славно. Раздевайся.

– Совсем?

– На площадке надо будет совсем, сейчас пока трусы можешь оставить.

– Тебе ничего особенного не придется делать. Встанешь с кровати, наденешь трусы и выйдешь в дверь, – сказал режиссер, когда Леночка встала перед ними прикрывая грудь руками. – Вот кровать, давай посмотрим, как это у тебя получится. И не зажимайся ты, снимать будем со спины, так что никто твоих прелестей не увидит. Кроме попы конечно.

– Ну и как тебе? – спросил режиссер Таню после того, как Леночка встала с кровати и сделала несколько шагов.

– Нормально, особенно если трусы в горошек снимет, – хмыкнула Таня.

Читатель сильно ошибается, если полагает, что дальше последует описание волнующей сцены Ж-М-Ж согласно канонам порноповествований.

– Ну-ка Таня, покажи мне ту сцену. А ты пройдись еще разок по моей команде, – скомандовал девушкам Иван Андреевич.

– Ты утверждена. Все свободны, – удовлетворившись увиденным режиссер поднялся с дивана и пошел к буфету.

– Не забудь, что тебе еще надо группу собрать на съемку – не отрываясь от созерцания стакана с виски напомнил режиссер застегивающей блузку пунцовой Леночке.

– А чего она такая дерганая? – спросил Иван Андреевич Таню, когда Леночка выскочила в коридор.

– Не знаю. Она вообще странная какая-то.

– Она одна живет или с кем-то?

– Похоже, что одна. Девочки говорят, что она мужиков к себе не подпускает. То ли нецелованная, то ли из этих, ну из розовых.

– Ничего не трогать без моего разрешения, – строго приказал режиссер, когда открыл дверь съемочной группе, что приехала на квартиру его мамы. – Запомните: в этой коммуналке живут три вредные старухи. Они сейчас на дачах, нам мешать не будут. Перед тем как переставлять что-то, делайте фото, а потом верните все, как было. Иначе я на вас стрелки переведу, если им привидится, что их обокрали.

– Петрович, ты помнишь, как унитаз выглядит? Не перепутаешь с тазиком в ванной?

– Да ладно вам, – смущенно ответил здоровенный парень, затаскивающий в квартиру ящики с оборудованием. – И, в конце концов, я ведь не насрал туда. А слив там тоже есть, вот я и перепутал.

– Снимать будем в маминой комнате, там кровать подходящая,. – продолжил режиссер отдавать распоряжения. – Гримерка будет в комнате Нины Павловны, у нее там трюмо еще со времен восстания декабристов. Мутное, конечно, но другого не будет.

– Скорей, скорей, надо все сделать пока солнце высоко, – торопил режиссер расставляющих реквизит и оборудование помощников всех мастей. – Генератора не дали, а квартирные пробки не выдержат наши прожекторы, поэтому подсветки мало будет. Хорошо еще, что сцена как бы в полумраке.

– Ну что там, вы скоро? – спросил Иван Андреевич, заглядывая в комнату, где за старинной ширмой скрылись Леночка с гримершей.

– Вот родинки закрашу, да загар положу, – ответила гримерша, активно обрабатывающая кисточкой Леночкину попку.

– Иван Андреевич, я не могу. Я голая буду, а там столько народу. И мужчины, – жалобным голосом сказала Леночка. – И Петрович!

– Петровича я изолирую. И выгоню всех кого могу, – пообещал режиссер. – Но совсем без мужиков не получится.

– Ты соберись пожалуйста. – продолжал он войдя в комнату и закрыв за собой дверь. – Сделаем пробный проход в халате, потом сразу снимать начнем. Надо постараться снять все с одного дубля.

– Ты представь себе, что ты в бане, что сидишь на скамейке, что ты помылась и теперь тебе надо встать и пойти в раздевалку.

– Я в бане никогда не была. – ответила Леночка.

– Ну не в бане. Ты вообще где-нибудь кроме своего дома раздевалась догола?

– У доктора. И еще у вас дома.

– А ты работай! – прикрикнул режиссер на разинувшую рот гримершу.

– Раз загорелая, значит на пляже была. – продолжил рассуждать вслух режиссер.

– Так она не на нудистском пляже-то была. Да и там закрытый купальник носила, – встряла гримерша. – Иван Андреевич, она лицом поворачиваться будет или только со спины загар ровнять? У меня столько тона нет, чтобы ее всю загорелой сделать.

– Правую грудь на всякий случай закрась.

– Вы же обещали что только со спины, – встревожилась Леночка.

– Снимать будем со спины. Но на всякий случай надо подстраховаться. Вдруг ты не так повернешься? Или еще что? Нельзя чтобы белое пятно было в кадре, оно слишком заметно будет.

– Ты поняла Вера, как красить? – переспросил режиссер гримершу.

– Поняла, бока заделаю, перед трогать не буду, – ответила Вера скрываясь за ширмой.

– Все, заканчивай поскорее, мы пока поставим свет и камеру.

– Иван Андреевич, я не могу, – стоя около кровати лепетала Леночка, судорожно прижимая к себе халатик. – Хоть убейте, не могу.

– Ты же актриса, черт тебя дери! Что тут такого? Просто встать и уйти вон в ту дверь? И еще трусы надеть перед этим.

– Вот именно, трусы, – отчаянно крикнула Леночка. – Я не порнозвезда какая-нибудь, а обыкновенная девушка. Я не могу при всех голой ходить!

– А хочешь, мы все будем без трусов?! – с истеричным отчаянием вдруг выкрикнул режиссер.

– Снимайте все с себя! – не дожидаясь ответа приказал он съемочной группе. – Всех касается! И мужчин и женщин. И тебя Вера тоже. Отсидеться за ширмой в гримерке не выйдет. Голыми будем все! Кто не хочет, может попрощаться с работой!

Сказав это, Иван Андреевич начал дергаными движениями стаскивать с себя одежду. Остальные тоже принялись нехотя раздеваться.

– Добро пожаловать в клуб нудистов! – нервно крикнул режиссер, сдергивая с себя трусы.

– Иван Андреевич! Оденьтесь пожалуйста! Я все сделаю, как вы просите, только не надо этого всего! – выкрикнула Леночка и села на кровать, закрыв лицо руками.

Она выполнила свое обещание. Четыре раза она ложилась в кровать, вставал по команде “Мотор”, не торопясь надевала трусики и выходила из комнаты в коридор.

Еще всех удивил Петрович, который притащил ширму к дверям и поставил ее так, что хотя бы в коридоре никто не мог увидеть Леночкиных прелестей. С тех пор он стал самым уважаемым рабочим в студии.

На следующий день после премьеры серии режиссеру прислали рецензию одного весьма уважаемого критика.

Заголовок был многообещающим: “Неожиданный успех очень посредственного художника”.

В статье в пух и прах разнесли творение Ивана Андреевича. Но в самом конце было:

“Финальная сцена продемонстрировала мне, что еще не все потеряно. Что режиссер может снять настоящий шедевр, если захочет.

Как хорошо продумана лаконичная сцена ухода девушки из спальни. Нам показали только ее спину. Но как выразительно она показана! Глядя на нее, мы видим судьбу. Нелегкую судьбу женщины, принявшей тяжелое решение. С каким достоинством и обреченностью эта спина уходит из кадра!

Сразу видно, что режиссер может работать с актерами. Конечно же, это в первую очередь талант актрисы, сумевшей скупыми средствами добиться такой выразительности. Но ведь заслуга режиссера как раз в том и состоит, чтобы дать возможность актеру раскрыть грани своего таланта, помочь ему в этом!

Удручающе беспомощная работа оператора во всех предшествующих сценах тоже засияла на последних кадрах. Никаких “восьмерок” и других набивших оскомину штампов. Камера просто и выразительно показывает нам что происходит, не перегружая сцену сменой планов.

Удался мягкий свет, подчеркивающий камерность происходящего.

Еще хочется отметить, как тонко подобран реквизит в последней сцене. В ее интерьере нет ни одной фальшивой или неуместной детали.

Пожелаем же успехов съемочной группе, давшей нам возможность насладиться настоящим искусством на последних секундах этого в целом очень бледного и невыразительного образчика современной кинопродукции”

(Всего 158 просмотров, 1 сегодня просмотров)
9
Серия произведений:

Сочинение по картинке 2

18 комментария к “Постельная сцена”

        1. похоже это у автора рассказ затерялся

          И у автора ничего не затерялось: с автором и его рассказом было всё в порядке.
          Вместо создания и обсуждения конспирологических теорий заговора, лучше расслабиться и получать удовольствие от творчества. 🙂

          1
          1. Админ, я люблю обсуждать только что то большое и которое глубоко, а конспираси мне далеки как А до Я.
            Но чаще просто читаю и наслаждаюсь, ну если оно того стОит или стоИт😂

            0
  1. Согласен, до Жопика не дотягивает. Как и до других конкурсных работ. Но выложить на конкурс я считаю стоило Как говорил кто-то из великих – лучше просраться, чем отравиться.

    2
  2. Да-да, ничего нигде не терялось, тут нет ничьей вины. Просто путаница и недоразумения, да я еще и занят был публикацией “Воплощения”. Мне где-то даже повезло, потому что я увидел конкурсные рассказы и понял, что мой совсем не “в струю”. Мог опубликовать, но отказался.

    1
      1. Как человек намерть пришибленный соцреализмом, да еще с сугубо техническим образованием, и к тому же еще отягощенный десятилетиями писания программ и инструкций, я буквально понял задачу и написал бытовую историю именно по картинке. Не с моим приземленным воображением тягаться с опубликованными полетами фантазии.

        1
  3. Жаль вне конкурса.
    С этим рассказом правда очень жаль. Был бы в конкурсе, мне не пришлось бы метаться между стихами (которые практически не понимаю) и Лукашиным (которого ненавижу даже в намеках).

    1
  4. Так и я том же : в неустановленном месте в неустановленное время в составе группы из неустановленного количества лиц в целях заполучить как можно больше откликов принял преступное решение не публиковать свой рассказ в конкурсной программе и совершил деяние связанное с публикацией произведения неназванного автора на неопределенном ресурсе на котором заведомо неправомерным путем начал получать вышеупомянутые отклики. (Уф-ф. Аж пальцы скрючило писать такое…)

    2

Добавить комментарий