Skip to main content

Провинциалка

Каникулы в N-ске.

 

Закончился мой первый курс в университете. Родители после моего отъезда на учебу решили приобрести садовый участок, засадили его огромным количеством ягод и овощей, а результат – пожалуйста! Вместо заслуженного успешной учебой отдыха на берегу реки или озера – и то, и другое в родном городе есть – я  вынуждена «загорать» среди грядок. Родители решили с младшим братом съездить на пару недель в дом отдыха, поручив заботу о будущем урожае старшей дочери, то есть мне.

Утешало только наличие еще одного такого же страдальца. Моим соседом в саду оказался Сашка. Вообще-то сад был бабушкин, она его с любовью обихаживала, но пару недель назад попала с сердечным приступом в больницу. Чтобы не расстраивать старушку еще больше, любящий внук пообещал, что на участке все будет в порядке. И отрабатывал свое обещание. Сашка работал охранником – сутки через трое, я вообще была свободна, так что частенько мы с ним работали бок о бок, выпалывая сорняки и поливая грядки.

 

У нас резко континентальный климат – зимой морозы за 30 градусов, летом жара за 40. Самую жару мы пережидали в домиках – на нашем участке он был маленькой деревянной развалюшкой, а у Сашки – добротный, кирпичный в два этажа, там было электричество и газовый баллон. Только удобства – в отдельно построенной сарайке в дальнем конце сада. Сашка в саду практически жил.

В тот день заглянул ко мне – за солью. Посмотрел на старую пружинную кровать – всю мою обстановку – и пригласил к себе обедать. Я согласилась. Было скучно, а тут есть с кем поболтать.

До обеда у нас дело дошло не сразу. Едва вошла, и сразу попала в Сашкины объятия. Сначала дернулась, освобождаясь, а потом… ответила на поцелуй. Я больше года ни с кем не целовалась. В университете как-то не сложилось. На нашем факультете училось много парней, но с самого начала ко мне стали относиться как в школе – списывали лекции и переводы с латыни и немецкого, просили о помощи, но ухаживали за другими девочками. А тут – горячие и умелые мужские губы. Я расслабилась и стала отвечать. Сашка – парень решительный, сразу потащил меня за руку на второй этаж, в спальню. Мы поднялись по лестнице, пару раз останавливались, чтобы поцеловаться.

Раздел он меня мгновенно, лето, там всей одежды – купальник и юбка. Через полминуты я получила возможность рассмотреть и его во всей красе. То, что я увидела, немного испугало. Его член был просто огромным. Толстый, длиной больше всей моей ладони с пальцами. Он был напряжен, но не стоял как у Олега, поднявшись вверх, а торчал вперед, нацеливаясь прямо на меня.

– Вот это эскимо! – Я и сама не сразу поняла, что высказалась вслух.

– Что?

– Здоровый какой!

Сашка польщено улыбнулся. Он не слишком долго ласкал меня, помял немного груди, поцеловал соски и сразу просунул ладонь между ног. Довольно пробормотал:

– Мокрая.

Я и вправду чувствовала сильное возбуждение, представляя, как «это» войдет в меня. Он повернул меня к себе спиной, надавил на спину, чтобы нагнулась. Еще раз погладил вход во влагалище и пристроил к нему свое орудие. Он входил в меня медленно, останавливался, давая привыкнуть. Вошел полностью и начал двигаться. Ощущения были… интересные. Член наполнял меня целиком, когда Сашка вжимался в меня, становилось немного больно, но совсем чуть-чуть. Постепенно его движения ускорялись, теперь он с силой вбивал свой орган, придерживая меня за бедра. Его мошонка плотно подтянулась к члену и при каждом толчке я чувствовала ее.

– В тебя можно?

– Да. – К тому времени у меня стояла спираль, и забеременеть я не боялась.

Сашка кончил довольно быстро. Я не успела. Я почувствовала, как его член начал пульсировать внутри, выбрасывая в меня семя. Он освободил меня, позволив разогнуться, развернул и поцеловал. Я хотела большего. Взяла его ладонь и положила себе между ног. Парень понял, чего от него ждут, и довел меня до точки, лаская клитор.

 

С соседом мы стали регулярно проводить время вместе. Я несколько раз переночевала в его домике, хотя ночи на природе – это не мое. Терпеть не могу комаров и иже с ними. Он был легким в общении человеком, в наших играх предлагал, но не настаивал. Мне нравилось ласкать языком его член, он от этого напрягался и становился ну о-о-очень большим. Я облизывала головку, оттягивала с нее кожицу, позволяла проникнуть в рот почти до горла. Дальше не пускала, побаивалась, что задохнусь. А он не настаивал, может быть, был печальный опыт? Иногда таких ласк хватало, чтобы напряженный орган начал подрагивать в моих ладонях и выбрасывать струи семени. Брать меня Сашка предпочитал сзади, наклонив, или поставив на четвереньки.

Однажды пригласила парня к себе. Он отвез меня на своем мотоцикле, который почему-то называл «козлом». Старая машина, но бегала хорошо, благодаря упорству и терпению хозяина. Я сидела позади любовника, держалась за его талию и отчаянно трусила. Впрочем, своего Сашка добился – мой страх вылился в такое сильное желание, что в постель я его буквально затащила и забралась на него, не позволив даже полностью избавиться от одежды. Он так и взял меня – в полуспущенных штанах, лежа поперек кровати, посадив сверху на поднявшийся член. Я двигалась на нем, то замедляясь, то ускоряясь, и смогла достичь оргазма раньше своего партнера. Он перевернул меня на спину, снова вошел, и на этот раз после нескольких толчков кончил сам.

На железном монстре он катал меня еще несколько раз, эффект от таких поездок понравился. Я фанатом мотопрогулок не стала, пешком безопаснее. Соглашалась только ради Сашкиного удовольствия. Впрочем, водителем он был аккуратным, и всерьез опасаться было нечего.

 

Через две недели вернулись с отдыха родители, а Натка с родителями возвратилась с Черного моря. В сад я практически перестала ходить, так, пару раз была. Встречи с любовником сами собой сошли на нет – ни он, ни я к произошедшему всерьез не относились. К осени я вернулась в Свердловск.

 

 

Михайловка.

 

В начале второго курса у нас появился новый студент. Он перевелся откуда-то из Сибири. Юра был высоким, со светлыми, немного вьющимися волосами и серыми глазами. В глазах-то и была проблема – ему нужна была какая-то операция, которую брались сделать в Свердловске, но в порядке очереди, через несколько месяцев.

Парень оказался очень замкнутым, поселился на квартире, а не в общежитии, ни с кем близко не сошелся. Я к тому времени из общежития тоже съехала. Весь первый курс я подрабатывала в гардеробе, а потом нашла более стабильный и высокий заработок – стала писать разные работы и переводы для заочников. У меня неплохо получалось, денег теперь хватало без родительской поддержки.

С Юрой мы познакомились лучше, когда случайно встретились в городе. Он заговорил со мной сам. Потом на лекциях сел рядом. А потом оказалось, что он лучше всех в группе знает немецкий, так что на семинарах нам с ним в паре приходилось выполнять самые сложные задания. Как-то он пригласил меня к себе, вместе проще было готовиться, а жили мы недалеко друг от друга. Я приехала. И осталась на ночь.

Он оказался очень нежным и внимательным любовником. Его руки и язык уносили меня на вершины блаженства в считанные минуты. Он ласкал меня долго и умело, мне казалось, что он знает обо мне больше, чем я сама. Я старалась отвечать ему тем же. Это был волшебный год. Я летала, как на крыльях. Я влюбилась.

Мне исполнилось девятнадцать и казалось вполне естественным задуматься о свадьбе. А он молчал.

Мы сдали летнюю сессию. В конце лета ему должны были сделать операцию, а пока он собирался к родителям, в деревню в Красноярском крае. Михайловку. Я собиралась домой.

– Ты не хочешь познакомиться с моими родителями?

Вопрос для меня оказался неожиданным. Мы как раз собирались за билетами домой. После некоторых раздумий я согласилась. В Сибири не была ни разу. Правда, в деревне у своей родни бывала, и в восторг не пришла. Но эта поездка должна была стать недолгой – в гости мы ехали на неделю. Как-нибудь выдержу. Для того, чтобы не слишком задержать мое возвращение к родителям, решили лететь самолетом – быстрее, хотя и дороже. Своим я сказала, что приеду на 10 дней позже, нет билетов.

Через два дня мы были на месте. Деревня небольшая и показалась мне немного странной. Домов мало, но зато все очень большие, в два этажа. Юра объяснил, что его родные живут по-особенному. Сначала я подумала, что речь идет о старообрядцах, но оказалось, что это какой-то языческий культ плодородия. Семьи у них большие, по нескольку десятков родственников. И свои традиции. С ними-то мне и предстояло познакомиться. И решить, смогу ли я их принять.

Нас с ним поселили в одной комнате. Никаких косых взглядов и намеков. Меня вообще приняли очень дружелюбно, за столом собралось человек двадцать взрослых, я даже имена запомнить не смогла. Мы почти всю ночь занимались любовью, Юра уснул на рассвете, я вслед за ним. Проснулась одна. Молодая женщина на кухне предложила позавтракать и сказала, что «мой» отправился рано утром на покос. Рано утром?! Вообще почти не спал, получается. Я позавтракала и пошла осматривать окрестности.

За домом оказался огромный огород, спускавшийся к речке. Не наш Урал, но для купания вполне подходящая. Вернулась в дом, выяснила, что купаться здесь можно и переоделась в купальник. Вода оказалась прохладной, я окунулась и легла на солнышко греться. Услышала, что кто-то подошел, и подняла голову. Рядом присел на траву молодой парень, мой ровесник. Он улыбнулся, рассматривая меня, потом протянул руку и погладил по спине.

– Ты что? – Я откатилась от него и села, возмущенно хмурясь. – Чего руки распускаешь?

– Ты мне понравилась.

Я не сообразила, что можно ответить. А он протянул руку, нажал мне на плечо, откидывая на спину, и просто впился в губы. От неожиданности я не сразу начала сопротивляться, потом вывернулась из его объятий, вскочила, побежала в дом. Уже в доме поняла, что даже не знаю, кто это был. Решила дождаться Юру, пожаловаться ему.

 

Оказалось, что он должен вернуться только завтра. Я обиделась – мог бы и предупредить, а не бросать одну. Вот только одна я была недолго. На следующее утро проснулась, почувствовав, как мою грудь сжимают ласковые руки. Горячие губы накрыли мои, я обняла склонившегося надо мной мужчину… и поняла, что это вовсе не мой возлюбленный. Рядом со мной лежал и целовал меня темноволосый парень лет двадцати пяти. Кажется, Юрин брат. Его рука уже лежала у меня между ног, пальцы ласкали клитор. Я испугалась, начала изо всех сил отталкивать его. Он удивился:

– Ты чего? Не нравится?

– Нет! Пусти! – Я смогла оттолкнуть его, оказавшись прижатой к стене. Он с недоумением рассматривал меня.

– Юрка сказал, что ты ласковая. И это дело любишь.

Я не сразу поняла, о чем он говорит. Услышала только имя. Наверное, вернулся! Только вот встать с постели я могла, лишь перебравшись через лежащего рядом мужчину.

– Мне нужно встать.

Он, улыбаясь, откинулся на спину. Одеялом он не укрывался, и я могла рассмотреть довольно большой и сильно напряженный член, обрамленный темными волосами. Одежды на мне не было никакой, завернуться в одеяло тоже не получилось – он на нем лежал. Я решительно приподнялась, пытаясь все-таки слезть с постели, и оказалась в кольце рук. Животом я чувствовала горячий бархатистый орган, а мои губы снова оказались в плену его рта. Продолжая придерживать меня за спину, одну руку парень опустил на мои ягодицы, стал их сжимать и поглаживать. Я тихонько сползла с него, оказавшись на спине. Больше не сопротивлялась. Раздвинула ноги, позволив умелым пальцам ласкать самое чувствительное местечко. И выгнулась ему навстречу, когда его член погрузился во влажное, готовое его принять влагалище. Он двигался на мне, полностью накрыв меня, его бедра мерно приподнимались, а руки сжимали мои плечи. Потом он приподнялся надо мной, опираясь на руки, начал двигаться быстрее и резче, и внутри меня пульсировал член, извергая семя. Я кончила одновременно с ним. Такое со мной случалось крайне редко, обычно Юра доводил до оргазма меня, потом получал удовольствие сам.

Парень освободил меня, лег рядом. Наше дыхание постепенно успокаивалось. Я закрыла глаза. Мне было жутко стыдно – я ведь только что изменила человеку, за которого готова была выйти замуж. В голове крутилось одно слово: «Потаскушка!». Да я ему теперь в глаза не смогу смотреть! Нужно немедленно уезжать. Мой новый любовник встал, оделся и вышел из комнаты, не сказав ни слова. Я тоже встала.

Первым, кого я увидела, выйдя из спальни, был Юра, спокойно разговаривавший с тем, кто только что вышел от меня. Я остановилась на пороге, мне казалось, что щеки просто пылают. Юра увидел меня, улыбнулся, подошел.

– Нам надо поговорить.

Я вздохнула и вернулась вслед за ним к неприбранной кровати, «месту преступления». Вот только разговор оказался совсем не таким, как я ожидала. Он усадил меня рядом, положил руку на талию и прижал к себе. Я сжалась, ожидая заслуженных упреков. А он меня поцеловал. И рассказал о своей семье.

Их деревня жила по своим обычаям. Внешне все было вполне пристойно – люди женились, рожали детей. В последнее время много молодежи уезжало в город. Вот только с точки зрения самих деревенских регистрация брака была не созданием новой семьи, а приходом в семью нового человека. Приходили только женщины. Мужчина мог стать главой своей большой семьи, но при этом оставался связан родственными узами с семьей матери. Жен приводили в семью для всех. То есть любой мужчина считался мужем  такой «новенькой». Запрет был только на сексуальные отношения с матерями, сестрами и детьми. Понятие «ребенок» было связано исключительно с физическим развитием – девушку считали вполне взрослой через два года после первой менструации, парни определялись сами. Конечно, никто никого не принуждал, но дети с детства привыкали к отношениям, когда женщина не отказывала ни одному мужчине в семье. Понятие «отец» относилось для них только к главе всей семьи, обычно самому старшему мужчине.

Это был долгий и тяжелый разговор. Я сначала решила, что Юра так странно шутит. Потом поняла, что нет. Такие обычаи не укладывались в голове. Мой возлюбленный уговаривал меня не торопиться с отъездом, остаться, подумать. Я согласилась. На него и его родственников я смотрела теперь по-другому, стала замечать то, на что в первый день не обратила внимания. Они действительно вели себя немного непривычно. Часто днем комнаты в доме оказывались закрыты, и что происходило за закрытыми дверями, можно было догадаться. Со стороны мужчин интерес ко мне был явно повышенным, все-таки новенькая. Женщины принимали это вполне спокойно, не ревновали.

Меня задевало то, что не ревновал и Юра. Он позволял своим родственникам лезть ко мне под подол, не выказывая недовольства. Должна сказать, что постепенно такое обилие мужского внимания мне стало нравиться. Никто не был грубым со мной, меня целовали, ласкали, старались доставить удовольствие. В тот день я отказывала всем. Но утром проснулась, услышав, как Юра встает. Он оделся и вышел, не заметив, что я уже не сплю. И сразу на пороге появился тот самый парнишка с речки. Он разделся и лег рядом, на место, еще хранившее тепло Юры.

Его рука сжала мою грудь, на вторую опустились губы, он чуть прикусывал и втягивал в рот мой сосок. Я решила попробовать. Повернулась на спину и раздвинула ноги, приглашая к дальнейшим действиям. Он лег сверху, его член скользил, не попадая в меня, я помогла рукой, направив напряженный орган вовнутрь. Он начал двигаться, высоко приподнявшись надо мной, глядя мне в глаза.

 

Я прожила в Юриной семье неделю. Никогда не пользовалась у мужчин такой популярностью, как тогда. Мне нравилось большинство из них, напрягало только внимание со стороны старшего поколения. Не могла, да и не хотела, заставить себя поцеловать хоть и вполне еще крепкого, но все-таки старика. Я устала, похудела, но… была довольна. Вот только принять такой образ жизни была не в состоянии. И к Юре стала относиться по-другому. Оказалось, что я собственница. Не могу спокойно смотреть, как мой мужчина выбирает другую женщину. Это не мое.

Мы не поссорились с ним, остались приятелями, иногда даже спали вместе. После операции он взял академический отпуск и продолжил учебу курсом младше. После университета мы совсем потерялись.

(Всего 51 просмотров, 1 сегодня просмотров)
9

4 комментария к “Провинциалка”

  1. Да….
    Интересная этнографическая фантазия.
    Никогда не слышал о таких поселениях в России.
    Мормоны в Америке – это да, известные многоженцы.
    Но это не повод для Автора прекращать “дозволенные речи”

    1

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг