Skip to main content

Путь шаманки. Небесное серебро. Часть 2

Добавлено в закладки: 0

Родители Шариалы – дренеи очень воспитанные и благородные, а зарабатывали на жизнь ремеслами ювелира и начертателя. Разумеется, подобные качества они старались привить и своей дочери, которую горячо и искренне любили, хотя что касается дохода – здесь шаманке предоставлялся свободный выбор профессии, однако старшие проследили, дабы девочка не перескакивала с одной на другую, в итоге не учась ничему. Они с большой ответственностью подошли к воспитанию малышки, поскольку понимали, с какими трудностями она может столкнуться, но не доводили опеку до другой крайности, лишая своего отпрыска всех свобод и прав.

Когда Шариала вернулась в дом, держа Алинду за руку, материнской радости не было границ, а сама она слезно обнимала и свое дитя и «родную» гостью. Отец же отреагировал весьма сдержанней, но это не значило, что он не разделял чувств супруги. Как позже отметила ночная, Шариала – дочь своей мамы: тот же рост (девочка даже ниже), едва ли не та же форма рожек, даже лица схожи, особенно носом и бровями. Интересно что цвет кожи малышка унаследовала от папы, тогда как мама имела более частый светло-голубой оттенок. Какое-то время ночная привыкала к дренейскому акценту.

После первого же совместного застолья эльфийку приняли в семье космических скитальцев и даже разрешили не тратиться на таверны и гостиницы: спальня Шариалы (что была на верхнем этаже дома-каюты) достаточно вместительна, тем более что обе девушки не носили много вещей: шаманка не поднимет, а Алинда привыкла по профессии ходить налегке (насколько это возможно при всем оборудовании археолога, даже с учетом зачарованных сумок).

Историю знакомства, правда, пришлось изменить. Малышка не хотела пугать родителей правдой, но и врать она не могла… Потому они с эльфийкой заведомо выдумали легенду и рассказали, что шаманку приютила некая общая знакомая охотница, которая просто скучала в одиночестве, и, прожив у нее какое-то время, они и сблизились. Не вся правда, по итогу. Пожилая дренейка (хотя не так чтобы уж слишком – ее все еще многие мужчины нашли бы привлекательной, тем более что возраст у выходцев с Аргуса – понятие растяжимое) приняла эту историю без оглядок, хотя отец, как говорится, допустил со скрипом. Он указал, что довольно быстро они сошлись – меньше полугода, но не стал упрекать в этом. Однако, какие-то подозрения у него, видимо, остались.

Свободные от дел дни пара коротала именно в родительском доме фиолетовой.

С семьей Алинды у дренейки, к сожалению, не сложилось… Старшая эльфика, мягко говоря, расстроилась – она желала для дочери совершенно другого, и с криками прогнала девушек из дома, когда синяя заступилась за свою избранницу. У матери Алинды была истерика, она поверить не могла, что ее дочь не только сойдется не с эльфом, так еще и с девушкой! Отец же был задумчивым и молчаливым, а когда страсти накалились, полностью переключился на супругу, дабы утешить и успокоить. К сожалению, покидали девушки отчий дом ночной поспешно и в слезах. Шаманка очень сильно переживала по этому поводу, ведь их, на самом деле, даже не выслушали – Алинда побоялась, что если бы мать узнала, что Шари не до конца девушка – у нее и вовсе мог бы случиться инфаркт, которого, кстати, у древнего народа не бывает. На следующий день, убитые и поникшие, с тяжелыми сердцами, они вернулись в Экзодар. Старшие дренеи, видя лица девушек, не стали расспрашивать, как прошло знакомство, хотя те и сами потом все рассказали, как только отошли от потрясения.

Самого страшного, тем не менее, не произошло: мать не отреклась от дочери и, как она писала позже в письме, не будет мешать. Нет, она по-прежнему не принимает выбора своего дитя, но хотя бы не будет встревать в ее жизнь, но просила хоть иногда извещать ее о важных событиях. Небесная узнала в таком подходе характер папы. Последний же извинялся в письме перед Шариалой за свою супругу, пытаясь ее оправдать, но заявил, что не против связи пурпурной с дочерью, однако, хоть двери его дома для Алинды и открыты всегда, дренейка же там – гостья нежеланная. Такая реакция родителей для эльфийки была неприятным сюрпризом. Да, они со скрипом приняли ее решение стать археологом, были недовольны ее попытками завести отношения и партнерами, что она находила, но пытались поддерживать. Однако так из дома никого из ухажеров они не прогоняли. Вернее, мама не прогоняла. Девушки нашли утешение в семье дренейки.

У Алинды было аж три сестры, хотя такая многодетность эльфийским семьям и не свойственна. Две младшие стали жрицами Элуны и одна, старшая, несла службу в лесах Фераласа. Вместе они держали теплые отношения, хотя сестры и упрекали в том, что Ала редко выходит на связь. Известие о избраннице-дренейке они восприняли столь же тепло; вопреки настроению матери они не считали зазорным вязать судьбу с кем-то кроме эльфов (вопреки даже родительскому воспитанию), хотя и удивились, что Ала увлеклась девушкой. Ночная намекнула им о природе Шариалы, что породило просто поток вопросов от сестер разной степени личности. Старшая изъявила желание даже поближе познакомиться с дренейкой, но когда пара будет в Фераласе, или воительница в Дарнасе или Экзодаре – еще вопрос…

Спустя полтора года отношения с родителями эльфийки наладить не удалось, но в письмах Алинда просто не касалась этой темы. Мать и отец интересовались лишь вопросом «все еще», на что ночная коротко писала «да». Более подробностей не требовалось. Ее сестры, пообещав, не рассказывали родителям о природе фиолетовой.

– Къак спалось, дьеочки? – аккуратно поинтересовалась старшая дренейка, как только пара спустилась из спальни Шариалы. Как и у большинства из ее народа, у нее был ярко выраженный акцент.

– Показала Алинде рассвет, – улыбнулась Шари матери и приветственно чмокнула в щеку. Эльфийка кивнула.

– Тхак вот чего фы так позтно… Въам што-нибуть подать?

– Спасибо, мам, но я сама. А где папа?

– Отошел в мастьерскую – его учьеник получьил закас, трьебующий ево вньимания.

В женской компании они мило провели позднее утро, обсуждая, в основном, профессию главы семейства и, конечно же, скорое отбытие Шариалы. Лидэль – так звали маму шаманки – лишний раз заверила, что абсолютно не против, если эльфийка задержится – она в этом доме почти своя.

Отца же звали Адаар – дреней средних лет, не столь широкоплечий, но мудрый и добрый, и в меру строгий. Имел высокое положение в круге ремесленников города, однако, нашел время во влиянии становления характера собственной дочери. Вида не показывал, но в малышке души не чаял, а уж пока она девочкой была, так и вовсе почти не отходил и всегда приглядывал. Поняв, что Шари выросла, смог отпустить ее в дрейф по жизни, без слов убедив пойти на этот шаг и супругу.

Адаар имел в обучении одного усердного мальчугана по искусству огранки камней и самоцветов. Последний, кстати, даже пытался однажды клеиться к Шариале, но позже оставил эту затею по двум причинам: шаманка не проявляла ответной симпатии кроме дружбы, а еще были опасения за место ученика. Он в конце концов рассудил, что лучше достигнуть успехов в ремесле и приобрести независимость, а уже потом обращать на себя внимание. В общем, славный малый. С Шариалой же у них сохранились отношения хороших знакомых, однако он не был в числе… посвященных.

Глава семейства вернулся после обеда, принеся с собой пачку писем. Тройку супруге по работе и от подруг, одно девушкам от Нолы (о которой пара тоже поведала) и еще два – себе.

– Жду не дожтусь обихотного ввода тьех чьудо-камушков… – пробурчала Идэль, вскрывая одно из писем.

Относительно недавно стараниями магов в Азероте появились так называемые шепчущие камни. Если описания создателей верны – эти небольшие вещицы позволяли владельцам вести беседу, где бы они не находились. Если у двух людей есть по камню – они смогут говорить друг с другом не только через океан, но и в другом мире! Тонкости настройки оставляют владельцам. Нынче эта штучка активно используется лидерами фракций, в военных целях и так далее. Но обещается их повсеместный ввод в быт простых людей-орков-эльфов-тауренов и прочих-прочих-прочих разумных и не очень. Хотя «не очень» – уже стопроцентно рекламный ход; ну кто будет говорить с каким-нибудь там мурлоком?

Шари и Алинда пощебетали с новостями от Нолы. Она, как говорилось в письме, получила приказ на отправку в Пандарию, потому новости будут приходить еще реже. Увы, там уже ситуация куда горячей, потому у нее не всегда будет время даже прочесть пришедшие письма, но к счастью последние дождутся получателя, кроме, конечно, худшего исхода. Девушкам это подпортило настроение: по сути их подругу отправили на войну. А там… погибают. Они, разумеется, тут же написали ответ с просьбой чуть умерить свой характер и, все же, научиться, наконец, осторожности. Вообще для воительницы это будет суровым испытанием: на новом континенте она будет едва ли не одна (армия не в счет) – чернокнижник с ней не отправится; у него свои обязанности.

В письме для Алинды было лишь уведомление от Лиги исследователей. Ей предлагается участие в весьма крупном археологическом проекте по изучению окаменелостей в Пылевых топях (крайне неприветливая земля – одни болота). Если экспедиция окажется успешной – мало того, что будет совершено важное открытие, так еще и участники получат солидный заработок. Если нет – все расходы покроют. И, в любом случае, археологи, собравшие древние артефакты, что уже не представляют исторической ценности, смогут унести находки для своих целей. Увы, тип походный, то есть ночной будет необходимо проводить в лагере и на месте раскопок весь день. Как археолог, она отказаться просто не могла – такое случается относительно редко, но… она обещала Шари навестить ее и Рэлу…

Девушки хорошенько это обсудили. Такие экспедиции – дело очень долгое. В лучшем случае это займет не менее трех месяцев, а может и полгода, если исключить вариант неимоверно-невозможного везения «клада с первого удара кирки». И бросать на полпути нельзя. Во-первых, выручка будет значительно меньше. Во-вторых, возвращение за свой счет. В-третьих, репутация несколько испортится. И в-четвертых, просто будет обидно, потратив столько сил и нервов, оставить возможно перспективный проект. К счастью, Шари нашла некий выход: связавшись с советом Служителей земли она выяснила, что в тамошних землях воды стали вести себя странно, так что она вполне может после отдыха присоединиться к тамошним шаманам, а значит быть на короткой связи и с любимой эльфийкой. Рэлаши же, как девушки посчитали, не должна сильно расстроиться.

– Хотя она признавалась, что твои исторические образовательные вставки неслабо разбавляли беседу, – с улыбкой изрекла Шариала, коротко обнимая эльфийку.

Неделя летела быстро. Дренейка, понимая, что вернется отнюдь не скоро, прощалась со знакомыми и друзьями, сворачивала дела с аукционом, получала последние наставления от старших шаманов и старалась помогать Алинде с ее подготовкой и согласованием всего и вся. К вечеру девушки так уставали, что спали, как говорится, без задних ног. Однако такой темп позволил разрешить большую часть вопросов, так что перед отъездом выпало отнюдь не мало свободного времени.

В день отъезда Шари проснулась, лежа на боку и тесно обнимая эльфийку со спины. Вспомнив сон, она улыбнулась, ибо там водила носиком по чему-то мягкому и пушистому, а оказалось, это были волосы ее избранницы. Когда шаманка прильнула теснее и провела руку под грудью, Ала неосознанно ответила, пробормотав что-то неразборчивое и заметно пригревшись.

Какое-то время дренейка лежала, просто нежась в тепле и уюте, и строя планы, пытаясь вспомнить, что могла забыть. Сумку она снарядила еще вчера и оставила в прихожей, всех знакомых перевидала, закрыла контракты и получила выручку с продаж трав на аукционе. От наставников же поступило последнее распоряжение: отдыхай.

Шари не сразу поняла, почему сопение Алинды сбилось с ровно-сонного ритма. Оказалось, она неосознанно водила пальцами по животу небесной, занимая собственные мысли. Дренейка было устыдилась, но в то же время в сердце поднялась игривость. Очень-очень осторожно чуток подтянув к себе эльфийку, шаманка еще пару мгновений думала, оставить ли ее досматривать сны, или же… поиграть. Посчитав, что спит она пока крепко, решила не упускать такой шанс, тем более что давно-давно мечтала устроить подруге ласковое пробуждение.

Возобновив поглаживания живота, Шариала припала губами к плечику избранницы. Ластиться малышка не рискнула, не желая ненароком разбудить любимую, однако прилив собственного тепла приняла. Осторожно полизывая нежную кожу, она старалась как можно удобнее устроить собственное крепнущее достоинство у открытых ягодиц. Однако отвлекаться на него пока не хотелось, сейчас иные цели.

Когда шаманка достаточно освоилась, уже слыша чуть потяжелевшее, но все еще сонное дыхание Алинды, она сместила нежности губ, перелетев ими к чувствительному ушку. Увы, второе хорошо спряталось в ямке подушки, только кончик торчал, так что всё внимание досталось верхнему. Стараясь не дышать, Шари осторожно провела по ракушке язычком. Эльфийское ухо мило дрогнуло, отвечая на сию ласку.

Приподнявшись на локте, все еще не будя возлюбленную, дренейка, умерив собственное дыхание, заиграла губами с длинной ракушкой, не пытаясь брать какой-либо темп. В собственное удовольствие она гладила одними пальцами бархатное плечо, прислушиваясь к реакции. Эльфийка сквозь сон опять пробормотала что-то, однако на выдохе хорошо слышалось возбуждение. Шари протекла ладонью к шее и, уложив пальцы на вену, аккуратно нащупала пульс. Как и ожидалось, сердце участило свой ритм. Улыбнувшись этой детали, шаманка продолжила игру.

Осмелев, она осторожно втиснула крепкий стержень между сведенных стройных ножек, но не втекла ни в одну из дырочек. Она лишь погладила потеплевшие нижние губы, сумев выйти к ним. Вообще она рисковала, ведь для этого понабилось фактически вплотную прислониться к попе, но Ала, к счастью, все еще пребывала в грезах. Пусть уже и на грани.

Водить членом у щелки дренейка не стала, теперь не только вылизывая, но и щекоча пальцами трепещущее ушко. Эльфийка сквозь сон водила головой по подушке, то ли пытаясь сбежать от этих нежностей, то ли наоборот, стараясь сблизиться. Первый вылетевший стон пустил по Шариале весьма сильную волну тепла. Секундой позже снизу пришло извещение о появившейся водянистой смазке из лона. Обрадованная этим, шаманка дополнительно напрягла стержень, заставив его явить и свою влагу. Действуя все настойчивее, она уже в открытую утянула в губы кончик ушка, обдав умелыми ласками и неприкрыто посасывая.

Стон, вышедший из Алинды уже был куда громче. Она наконец-то открыла глаза, пока еще не осознавая до конца, что происходит. Первый отчет от тела известил, что ей очень тепло, между ножек мокро, плюс там присутствует что-то горячее и плотное, а еще она сильно возбуждена. По мере, как разум выходил из грез, пришла весть о неимоверном давлении под животом, новом хлынувшем жаре по венам, а счастливое ушко впитывало и впитывало умелые нежности, которые могла предложить лишь одна живая душа.

– Ша-ари… – со стоном-выдохом произнесла эльфийка, повернув к ней голову. Шаманка, застав это, весьма неохотно оставила прелестный кончик и еще теснее прижалась к любимой, найдя устами ее губы.

Отвечая на поцелуй, Алинда спустила ладонь к лобку и нащупала там торчащий под киской стержень. Сдвинув крайнюю кожу, она прислонила нежную головку к щелке, но не ввела, начав елозить по стволу. Она застала радостный трепет достоинства, на что ответила схожей дрожью.

– Прости что разбудила, – хихикнула пурпурная, словив паузу.

– За такое пробуждение и извиняться… – шепотом выдохнула Алинда, вынуждая член задевать внутренние лепестки. Она хотела уже направить его дальше, как тут Шари увела естество, но обняла ее. Ладонь малышки подхватила одну из сфер, пустив между пальцами крепкий сосок, а сам стержень тем временем ткнулся в другую дырочку.

Шариала, после как любимая проснулась, приняла очень сильный прилив возбуждения. Доселе, действуя осторожно и тихо, она сдерживала страсть, а когда необходимость в этом пропала, всё то скопленное море вожделения хлынуло в душу как при пробитой плотине. Стержень затрепетал, прижавшись к сморщенной звездочке, сразу же увлажнив ее своей влагой.

– Хмм? – замлела с улыбкой Алинда. – Хочешь туда?

– Очень, любимая, – шепотом выдохнула шаманка, просительно целуя ее в шею и плечи.

– Тогда подготовь меня, – разрешила эльфийка. – Дай настроиться.

Шари счастливо пискнула и, смочив пару пальцев в ротике небесной, быстро увела их к ее задней дырочке. Перевозбуждение пришлось унять, малышка не могла просто ввести стержень – Алинда каждое новое проникновение в попку всегда воспринимала с небольшой болью, хотя потом и искренне постанывала от удовольствия. Впрочем, чуток подготовить ее фиолетовой всегда было в радость, не только из-за самого процесса, но и за предвкушение.

Эльфийка мило ухнула на безболезненное проникновение тонкого пальчика, мысленно смещая возросшее напряжение под животом. Закинув руку на волосы Шари, она гладила ее, прислушиваясь к ощущениям. Вторую ладонь она спустила к лону, принявшись играть с плотной жемчужинкой и взбухшими лепестками, но не наращивая тамошнее возбуждение. Когда малышка просилась в попу, Алинде требовалось словно перестроиться – так удовольствие чувствовалось ярче, да и приходило быстрее. И до сих пор она ни разу не отказала возлюбленной в этой забаве.

Шари умело водила уже парой пальцев в узкой дырочке, не забывая увлажнять их то в своем ротике, то стараниями эльфийки. Попутно она посильно ластилась о нее, сохраняя тепло и настрой, сумев унять взыгравшее перевозбуждение вовсе, что сулило более долгий процесс. Чувствуя нежность стенок, дренейка всем сердцем хотела уже втиснуться в эту бархатную тесноту своим естеством, но сдерживалась, веря, что чем дольше ожидание, тем сладостней будет миг проникновения.

– Всё, милая, я готова, – выдохнула Алинда, посчитав, что дырочка уже достаточно разработана.

Шариала без промедления прильнула к любимой и с направлением приставила обильно смазанную головку члена ко входу. Дабы не удариться в ненужную спешку, она сделала успокоительный вдох-выдох и надавила. Попка раскрылась под напором ее естества, позволив юной дренейке пройти сразу на треть – лишь тогда стеночки рефлекторно сузились от притока горячей, но такой сладостной боли. Небесная ахнула, бессловесно поблагодарив избранницу за остановку, и замерла, силясь заставить себя расслабиться. Шаманка же, всё понимая, задержалась, играя с щелкой ночной и, пропустив под ней руку, со сферами.

– Да, да, продолжай, – промурлыкала эльфийка, сумев унять и боль, и жгучий жар, обратив его в приятное, даже восхитительное тепло. Стеночки расслабились на ход члена назад и после позволили ему проникнуть еще чуть глубже.

Осторожно двигаясь, Шари входила в узкую попку Алинды дальше и дальше, прислушиваясь к ответу. Она страстно дышала, рассеивая мощные приливы неприкрытого удовольствия – растягивать заднюю дырочку ей очень и очень нравилось. Пусть медленно и сосредоточенно, это того стоило. Там эльфийка обхватывала ее куда теснее, что несло иные ощущения. Постепенно уняв нежности клитора, Шари с нарастающей уверенностью сближала пах с округлостями. Она гладила небесную, с восторгом слушая ее вздохи. Пульсирующий стержень непрестанно лил мягкую влагу, что облегчало проникновение.

Прижавшись к ягодкам вплотную, шаманка втиснула оставшиеся полдюйма, полностью введя свое естество. Невольно дрогнув от пробившего тело удовольствия, она со стоном выдохнула в унисон с любимой. Стенки попки плотно-плотно обхватили ее член, но без стремления изгнать. Алинда не сдержала улыбки, обрадованная новому заполнению сзади. Несмотря на уже ушедшую боль, она очень и очень любила, когда Шари просилась туда.

Юная дренейка, зная что дополнительные разрешения более не нужны, осторожно подалась назад, когда сочла, что стеночки достаточно привыкли. На новый вход она сладостно выдохнула в волосы избранницы, страстно смяв рукой ее округлость. Двигаясь с нарастающей уверенностью, она следила за ответами. Постепенно попка обособилась, позволив изящному стержню елозить внутри в тепле и уюте, но не излишне свободно. Поняв это, Шари прислонилась к Алинде, шепнув ей в ушко слова любви.

Эльфийка выдохнула то же в ответ, устраиваясь удобнее и перемахивая одну руку на таз партнерши. Попросив поцелуя, она нажатиями какое-то время направляла шаманку. Нежная головка чувственно ходила вдоль стенок, увлажняя их теплой смазкой. Фиолетовая нашла обоюдно приятный темп, все равно что втекая стержнем в заднюю дырочку. Узость, нежность и тепло, что всесторонне обволакивали стержень, легко могли бы вынудить его излиться, так что даже хорошо, что дренейке удалось умерить раннее перенапряжение.

Со временем Шари освоилась настолько, что подтягивала попу небесной к себе. Та отвечала согласными страстными стонами, умело работая стенками. Напряжение у нее под животом постепенно спало, по чуть-чуть разнесенное по всему тельцу. Посильно нежась о дренейку, она подбадривала ее, млея от приятного жара в попке. Она хорошо чувствовала, как елозит нежная головка, а вернее ее рельеф, чувствовала довольный трепет, принимая в сознание волны неподдельного удовольствия. Сама мысль о том, что пурпурная любит ее в попку, провоцировала на волнующий трепет, подкатывая к сердцу сладостную негу.

Однако обеим начало казаться, что чего-то не хватает. Ласки и нежности, конечно, хорошо, но не достает какой-то искры, огонька, интенсивности. Шаманка, желая найти их, чуть добавила силы. Алинда заурчала на более быстрые заполнения и, чуть приподнявшись и найдя опору, принялась самостоятельно подавать таз навстречу партнерше. Шариала с радостью поддержала ее, помогая с этим, умело рассеяв приток приятной истомы. Но это всё еще не то, что нужно.

– Смелее, родная, – громче и увереннее попросила эльфийка.

Шаманка подалась вперед, покинув дырочку и впившись в губы любимой страстным поцелуем. Алинда распознала приток возбуждения у пурпурной и не противилась, когда она весьма требовательно и скоро уложила ее на живот и подняла попу, вынудив выгнуться. Шари, устроившись сзади, провела ладонями по плечам, затем спине, пояснице и конечно ягодкам прелестной эльфийки, прежде чем без стеснений припасть губами к ее попке. Едва язык втиснулся внутрь, небесная задорно ухнула, а дырочка сузилась от неожиданного притока забавных влажных нежностей.

Но долго дренейка смачивать звездочку не планировала, потому вскоре, встав на одно колено, вновь пристроила член к колечку мышц. Без промедлений и задержек она ввела его на всю длину, весьма крепко держа таз любимой, дабы та не отстранилась и всецело прочувствовала ее настрой и страсть. Еще на полпути заполнения стеночки ласково сузились, делая новое вторжения ярче для обеих. Алинда радостно затрепетала и со стоном попросила… продолжить.

Воодушевленная малышка быстро нарастила амплитуду вступила в свой ритм, прекрасно понимая, что сейчас эльфийка последует за ней куда – а точнее как! – угодно. Постепенно, плавно она наращивала жесткость, повелительно натягивая на свой крепкий стержень нежную попку. Неспешная страсть из боковой позы менялась на более открытую, скорую, в какой-то мере дикую. Плотный член теперь куда охотнее брал чувствительные углы, натягивая нежные стенки, а свисающие шарики теперь с усладой тюкались о влажное теплое лоно.

Алинда подхватила темп любимой, рассеивая пришедшую мощную волну сладостной неги, от которой чуть не кончила. Ее задняя дырочка благодарно ныла, умело и ласково принимая жаркое естество любимой дренейки. Уколам холода, упавшим на спину, она не удивилась, но мысленно отметила счастливые слезы избранницы.

– Вдави меня в кровать, Шари, прошу! – выгнулась эльфийка, желая самостоятельно подмахивать страстной дренейке, но при этом чувствовать ее над собой. Естественно пурпурная, после такого-то призыва, вмяла ее в ложе, сместив ладони к лопаткам. Алинда грамотно поставила ножки, взяв нужную опору, и спиральными движениями в бодром темпе принялась насаживаться на плотный, пульсирующий, сочащийся, радостно трепещущий стержень.

Шариалу будоражила такая отдача. Вместе они выбивали возбуждающие шлепки, изредка постанывая в унисон. Дренейка наблюдала за стараниями любимой, ради дополнительного эстетического удовольствия глядя, как исчезает ее достоинство в милой узкой дырочке, вход в которую принимал форму идеального кружка. Из-за спиралей, выписываемых ягодками, нежная головка ходила по новым и новым углам; она задевала правильные точки, сокрытые за нежными стенками, из-за чего и Алинда трепетала, рассеивая приятные ряби, и Шари дополнительно напрягала естество, целуя яичками влажную щелку.

Когда член взял слишком чувствительный угол, эльфийка сильно дернулась и случайно слетела с него. Шаманка восприняла это как сигнал и, мгновенно сориентировавшись, уронила чуть подвывающую от недошедшего экстаза небесную на ложе. Она навалилась на нее и, продев руку к члену, постаралась вернуть его в попку. Нащупав какую-то дырочку, быстро вошла на посильную глубину.

– Не туда, – захихикала Алинда одновременно с достучавшейся до сознания пурпурной мыслью, что ощущения абсолютно не те. Приятные, но не те.

– Прости, – пикнула она, ласково куснув ушко любимой и быстро исправила ошибку.

– Теперь верно, милая, – заговорила небесная, сминая в кулачках ткани. – Быстрее, сильнее; сделай как мы любим!

Шариала пылала от таких страстных просьб и в стремлении выполнить обоюдное желание она принялась весьма бодро двигать тазом, фактически вбиваясь в мягкие приподнятые округлости стонущей эльфийки. Продев под ней руки, она смогла мять прелестную грудь, крутя пальцами плотные нежные сосочки. Пыхтя от усердия ей в личико, она максимально глубоко вводила член в нежную попку, кожей чувствуя поднимающуюся волну.

Алинда, будучи уже не в силах сдерживать накатывающую истому, просила ее не останавливаться и, буквально, долбить ее, сочтя уместной эту нотку грубости. Она воспринимала всё, буквально всё, что несла с собой любимая: само дыхание, ласки плотных сосков о спину, естественно удары в попу, поглаживания, тепло и радость, поцелуи мягкой мошонки мокрого лона, и даже биение сердца. В какой-то момент небесная растворилась в возлюбленной, вместе с ней, достигнув столь желанного, чрезвычайно мощного оргазма.

Шаманка знала, что Ала от заполнений попки кончает куда сильнее, и призвала на помощь все свои силы, дабы удержать бьющуюся в экстазе, но сладостно-тихом крике любимую. Однако сам вид того, как она вьется от доставленного удовольствия, неосознанно кусает ткани ложа, поднял в душе малышки новую волну. Этот прилив захлестнул потаенный восторг, вздыбил возбуждение, вознес страсть и распустил по каждой вене, каждой клеточке сладостную негу. Рухнув на Алинду в судорожной дрожи, Шари излилась в нежную попку эльфийки, с каждой новой струйкой вдавливаясь в ее мягкие ягодки. Дренейка невольно спрятала свои счастливые слезы в душистой прическе ночной эльфийки, искренне не желая пока покидать ее ласковую узкую дырочку.

Небесная, в отличии от наполнений в лоне, хорошо ощущала, когда семя ударяет в стенки попки. Вкупе с вожделенным трепетом самого стержня и дрожью любимой, это почти всегда заставляло ее почувствовать второй оргазм. Он являлся вместе с наступающей эйфорией от внутреннего удовлетворения, не такой яркий, но невероятно долгий, одаривая легкостью и умиротворением. Она не знала, с чем это связано, но после каждого излияния в заднюю дырочку нутро с день словно пело. Это чувство постепенно опадало, но был иной способ лишь отвлечься от него, но не снять. Учитывая количество дырочек, куда может и хочет Алинда принять возлюбленную, даже не один, а целых три…

Шариала со слезами на глазах ластилась о эльфийку, нежа и гладя ее небесную кожу, изгиб талии, поясницу, шейку и плечи. Стержень ее несколько расслабился после разрядки, но она решительно не желала покидать уютную пещерку.

– Люблю тебя, Ала, – шептала шаманка, чуть ли не мурчащей под ней ночной. – Просто люблю…

Эльфийка бессловесно отвечала, разминая несколько опавшее естество и впитывая тепло, дожидаясь, пока партнершу слегка отпустит. Она любила и эти моменты, когда можно расслабиться, чуть умалить страсть и жар, настроиться на продолжение дня. Вспомнив, что Шари уезжает уже сегодня, Ала постаралась получше запомнить ее. Как она дышит, как касается ее, как двигается, ластится, как являет свою любовь. Она верила ей, верила ее чувствам, и потому искренне радовалась за нее, понимая, к кому отправляет дорогую дренейку.

Поглаживания малышки снимали жар, однако она уже весьма долго нежилась в задней дырочке. Торопить Алинда не желала и потому просто расслабилась, греясь под, кстати, странно дышащей избранницей. Она отнюдь не сразу заметила, что шаманка перешла с поглаживаний на недвусмысленные движения тазом, и лишь заново окрепший стержень, взявший в попке чувствительный угол, вывел ее мысли из сладостного тумана.

– Шари? Опять? – со смесью удивления и радости вопросила она, посильно оборачиваясь.

Перед ответом хвостатая юница слила с ней уста в долгом поцелуе, незаметно подтянув подушку.

– Я хочу тебя снова, – выдохнула она, подкладывая ее под таз возлюбленной.

Алинда с улыбкой вновь выгнулась и приготовилась подмахивать встрепенувшемуся стержню. Впрыснутую им смазку на первом новом движении она хорошо почувствовала.

(Всего 115 просмотров, 1 сегодня просмотров)
0

Похожие рассказы:

0

Путь шаманки. Небесное серебро ... Автор: Skevgor

10

Кукловод. Сентябрь и яблоки. Ч ... Автор: Alex77

0

Мужские тайны или Секс в жизни ... Автор: Barbar

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг - присоединяйтесь!