Skip to main content

Путь шаманки. Тернистые ветви. Часть 7

Путь шаманки. Тернистые ветви. Часть 6

Когда Рэла появилась, девушки только по ее лицу поняли, что им повезло. Хотя бы отчасти. Она была в хорошем настроении, знала, чего хочет, и вела себя решительно и уверенно. Алинда все еще играла сломленную, Нола как обычно была хамоватой грубиянкой, а Шари забилась в угол.

К несчастью для шаманки, везение для нее закончилось на решительности темной. В который раз наемница показывала, что маленькая дренейка к ее визитам морально приготовиться не может никак. Охотница, похоже, решила воплотить свою идею, а именно поиметь попу Шари первой и последней.

– Я столько раз выуживала тебя из уголочка, что с твоей стороны было бы вежливо уже выползать мне навстречу, подставляя задок, как приветствие, – улыбалась Рэлаши, вытаскивая малышку с кровати за шею одной рукой. – Так же проще будет всем, милая: чем раньше я в тебя войду – тем раньше выйду, разве не так? – ворковала темная.

– Это ты про трехчасовые потрахушки? – ядовито бросила Нола.

– Если ты завидуешь подобным почестям с моей стороны для этой рогатой сучки – просто подставь мне дырки первой: я удивлюсь и буду ебать тебя, пока не раздроблю твой таз, – ответила Рэла не оборачиваясь, уже держа фиолетовую над полом.

Охотница поставила Шари, чуть ослабив хватку так, чтоб та могла дышать. Она с минуту разглядывала личико дренейки, пока вдруг, абсолютно неожиданно для всех, не запечатала малышке губы жестким поцелуем.

Пурпурная задергалась, пытаясь отстраниться, пока язык Рэлаши с большим любопытством исследовал ее ротик. Но охотница держала дренейку крепко – у той не было шансов прервать это насильственное слияние по своей инициативе. Фиолетовая буквально услышала, как у Нолы отвисла челюсть, и даже Алинда, не выдержав, приподнялась на локте, выпучив глаза от такой картины. К счастью, Рэла была занята. Но и вообще она прикрыла веки, пока длилась эта сладостно-жестокая ласка.

Шари не понимала, что ей делать. Движение губ Рэлаши и сплетение их языков слегка возносили ее над землей, и она невольно ответила наемнице. Неумело, как получалось, но и слишком сильное удивление не позволило поднять хоть какое-то возбуждение на этот насильственно взятый поцелуй. Первый поцелуй. Жестокая охотница стала для юной дренейки первой почти во всем…

– Мма-а… – выдохнула Рэла, разделяясь с шаманкой и отпуская ее шейку.

Какой-то миг между их языками провисала тонкая нитка слюны, пока у Шари не подкосились ноги. Маленькая дренейка упала на попу чуть боком, но удержалась, чтоб не разлечься на полу. Ротик раскрыт, все еще чувствуя привкус уст наемницы, который не поддавался описанию, а у самой пурпурной они, казалось, пылали. Охотница жадно облизнула губы, глядя на шаманку сверху-вниз. Член темной поднялся лишь наполовину.

– Что-то в тебе, мелкая сучка, есть. Я искренне подумываю выдать тебе некие привилегии. – Грудь могучей дренейки плавала от утяжелившегося дыхания, а рост ее достоинства ускорился. Глаза все еще сохраняли естественный белый цвет, но, видимо, очень ненадолго. Рэла обратила внимание на пах Шари, сделала томный взгляд, рукой став мять одну из сфер своей груди. – Я смотрю, твой дружок даже не дернулся. Тебе не понравились мои губы на вкус? Тебя не возбуждает моя женственная часть? – наиграно обидчивым голосом мурчала наемница. Она наклонилась к малышке, подняла ее и понесла к кровати. Шаманка испуганно задышала, а сердечко быстро забилось от тревоги. Рэла продолжила говорить: – Что ж, если так, то тебя, видимо, больше заводит моя вторая половинка. Да, шлюшка? – Охотница уложила Шари на кровать полубоком, грудью к себе. Она медленно опустилась перед ложем на корточки. На конце ее члена показалась мутноватая капелька. Юная дренейка учуяла ее аромат, и лишь тогда ее достоинство словило приток крови. Рэлаши это заметила. – Да, милая… Вот это, – она провела рукой по своему стволу, – тебе определенно нравится куда больше.

– Что ты задумала… – вклинилась Нола, но темная лишь отмахнулась от нее.

– Не вмешивайся, неженка. Я не хочу на тебя пока отвлекаться, а если будешь донимать – раскрою твой череп о стену… Итак, на чем я остановилась? – она вернула свое внимание к Шари. Ее рука прошлась по внутренней стороне пурпурного бедра шаманки, достигнув яичек. Та снова ожидала сильной хватки, но Рэла, как и утром, лишь ласково обвила их пальцами, став массировать. Член темной дернулся. Глаза все еще были белыми. – Утром я немного провинилась перед собой. Я завила, что не буду мучить твою дырочку, но, хоть ты и сама напросилась, я не смогла сдержаться, – мурлыкала охотница. – Я… извиняюсь…

Насильница приподнялась и повернула маленькую дренейку на спину, раздвинув ей ножки. Шари раскрылась перед темной, как довольная кошка перед добрым хозяином. Охотница изучающе водила ладонями по телу малышки, особо задерживаясь на достоинстве и груди. Ее сильные пальцы на удивление нежно массировали мошонку, крутили и мяли полусферы и сжимали набухшие сосочки Шариалы, чуть оттягивая и играясь с ними. В конце концов та сдалась, став, не стесняясь, томно вздыхать. Рэлаши решила чуть ускорить действие. Она, прекратив поглаживания, поднялась одним коленом на кровать, приблизив конец члена к личику дренейки. Той нужно было лишь чуток согнуться в бок, и она смогла бы поглотить головку. Шари страстно облизнула губы на истекающий смазкой член. Темная смочила палец и приставила его к тугому сфинктеру шаманки. Секунда, и она уже двигается внутри него, медленно и ласково, распаляя страсть.

– Чего ты добиваешься… – неслышно лепетала Нола, с волнением наблюдав за действиями охотницы. Алинда подглядывала – на этот раз она улеглась так, чтоб видеть больше. Наблюдая за наслаждениями Шариалы ее сосочки набухли…

Шаманка уже самозабвенно налезала ротиком на огромную головку, мыча и причмокивая от удовольствия и водя по стволу ручкой. Рэлаши одновременно с этим уже двумя пальчиками расширяла сфинктер дренейки. Одновременно ее ладонь мяла ближнюю пурпурную ягодицу.

– Не обманывайся, сучка, – ворковала охотница, продолжая подавать член для ласк легкому язычку, сама неспешно работая в попке пленницы. Она говорила медленно, чтоб ни одно слово не ускользнуло от слуха. – Тебе все равно будет больно, когда я войду в эту тугую дырку. Я снова поимею тебя так, как делаю это обычно. Просто если раньше тебя ласково раззадорить – твои последующие впечатления будут куда сильнее… – и тут она жутко улыбнулась.

Глаза Шариалы расширились от ужаса, а ласки члена темной моментально прекратились. Очи охотницы мгновенно потемнели, и она покинула раздраженный пальцами сфинктер дренейки, одновременно хватая ее под ножки и поворачивая к себе попой. Прелюдии кончились…

– У меня небольшой сюрприз для тебя, дырочка моя, – кокетливо произнесла Рэлаши, приставив влажную головку к ноющему от ласк входу.

Шариала поняла, что это за «подарок», когда насильница заполнила ее одним продолжительным, даже мучительно долгим движением, еще на полпути став изливаться обжигающим семенем в узкую и нежную попку. Малышку затрясло, ее тело пробили судороги странного сочетания жутких мук и удовольствия. Пока темная входила в нее, дренейку жгло изнутри, ей казалось, что каждая клеточка ее тела взвыла от боли и застонала от наслаждения одновременно. Вопль маленькой, юной и хрупкой шаманки был настолько громким, насколько позволял ее голос, но даже он был прерывистым из-за судорог, а слезы, казалось, огромный член просто выдавливал из Шари, продвигаясь в ее недрах.

– О боги, какая задница! – воскликнула Рэлаши в похотливом безумии, прижавшись своими огромными шарами к миниатюрной попке дренейки, заполнив ее полностью и ненадолго замерев. Даже темную затрясло от подобного бурного вхождения, и она с большим удовольствием чуть задержалась в шаманке, пока первые ощущения не отхлынули. – Хорошо, что я сразу решила трахать тебя каждый день, а если бы могла, так вообще бы ебала безостановочно! Но ты ведь была бы не против, да, мелкая? Ты же согласна, дырочка моя, ты всегда согласна и со мной, и с моим членом! – после этих слов, охотница, хищно улыбнувшись в лицо дренейке, принялась двигаться.

Шари лежала на спине, раскинув ноги и пуская слезы, пока Рэла ходила членом в ее попе с хлюпами и чмоками. Наемница делала это, растягивая как свое удовольствие, так и боль для маленькой дренейки. Она старалась сделать так, чтоб бедняжка чувствовала каждый миллиметр плоти, что заполнял, или покидал ее. Горячая сперма темной чудилась шаманке раскаленной лавой. После возбуждения ласками от Рэлаши она действительно воспринимала любые действия с собой куда чувствительней. Вдобавок насильница жестко играла с сосками пурпурной, оттягивая их так, что чуть ли не отрывала от тела.

Поставив малышку одной ногой на кровать и жаря сзади, охотница вскоре снова разрядилась в истерзанную дырочку Шари. После этого, не потеряв «боевого настроя», она неряшливо кинула ту грудью в ложе. Из расширившейся попки вслед за членом вытекло немного густой спермы…

– Только не думай, что я с тобой закончила, рогатая сучка, – замурлыкала Рэлаши, поворачиваясь к эльфийке, – утром я настолько спешила, что даже не успела как подобает насладиться твоей задницей, а это дополнительный повод попробовать, что я хотела. Так что я растяну твою дырку еще разок, но позже, и если мне понравится… О-о, я обещаю, после первого же излияния я заберу тебя к себе… до глубокой ночи! Ты согласна, дырочка моя, – она закончила не вопросом.

– Хер не лопнет? – презрительно фыркнула золотая.

– Я могу устроить, чтоб лопнул твой живот, милая, – пропела Рэла, цокая мимо зеленоглазой. – Твое счастье, что ты ловишь оргазмы от боли, не получая… никакого удовлетворения. Только это мне от тебя и нужно, а в остальном твои дырки мне менее аппетитны: они грубые, и пригодны только лишь чтоб я размалывала их своим божественным членом. Но это, конечно, не повод реже посещать их.

Наемница кинула взгляд на золотую, похотливо облизнув губы, и опять повернулась к эльфийке, успешно притворявшейся сломленной. Темная продолжила:

– А вот у этой синей шлюшки все куда лучше. Мне нравится, когда ее задница едва-едва не рвется от моего великолепия. Подумать только: всего одно правильное движение в ее узеньком проходе, и он лопнет сразу в нескольких местах! Не знаю как вас, а меня такая власть сильно заводила, – она заурчала своим фантазиям, хищно проводя ногтями по плечику «безвольной» Алинды. По тону, жестам и мимике легко понималось, что ей очень нравилось рассказывать об этом – возможно так она прощупывала новый механизм воздействия, подчинения и удовлетворения собственной похоти. – Однако с задней дыркой я развлекалась вчера, а моему красавцу нужно разнообразие. Ее щелка, например, нежна и опрятна. Мне всегда даже немного жаль пачкать ее… Бархатная, эластичная и умелая – я до сих пор подобных не встречала, даже у потомственных шлюх! А ну-ка, встань на четвереньки и подставь мне свою киску, сучка.

Сердца всех трех пленниц сжались в испуге. Но Алинда все равно выполнила прямой себе приказ, грациозно перейдя в названную позу. Ее дыхание стало чуть прерывистым из-за страха, но это не было заметно. Она должна была стерпеть любое заполнение, любой темп, любую глубину, не издав ни звука, ни писка и не допустив судорог или подергиваний.

Когда массивная головка только прикоснулась к лепесткам лона Алинды, у нее в мыслях просвистело только одно слово: невозможно.

– Стой, Рэлаши! – звонко раздалось от Нолы. Темную как искрой пробило от неожиданности. Чтоб золотая назвала ее по имени, прямо обратившись к ней? Без язвительной фразы, без оскорбления?

Шари изумилась не меньше. Она сидела на полу, боком скрестив ножки, и огромными глазами пялилась на подругу. Если Нола хотела по-настоящему привлечь внимание темной – ей это удалось одной фразой. Рэлаши обескураженно повернулась к ней грудью, видимо, почувствовав, что та хочет сказать что-то весьма весомое. Впечатление было настолько сильным, что даже член могучей дренейки чуток опал.

– Ты назвала меня по имени, неженка? Должна признать, это было неожиданно. Настолько, что я снизойду до вопроса. Чего тебе?

– Не трогай ее, – ровно произнесла Нола, и на лице охотницы мелькнуло разочарование.

– Ну милая, уж могла бы придумать чего и повесомее, чтоб отвлекать меня столь нелепой просьбой.

– Я не закончила, – с нажимом сказала золотая.

– Вот как?

– Возьми меня вместо нее.

Губы Рэлаши расплылись в улыбке. Она не выдержала и даже чуть посмеялась, глядя снизу-вверх на Нолу, коя продолжала буравить темную серьезным и решительным взглядом.

– Я могу поиметь тебя, – заговорила охотница, – когда захочу. И ты ничего не сможешь с этим сделать. Что ты можешь мне дать, чего я не могу взять от тебя сама?

В ответ зеленоглазая, таки презрительно фыркнув, села на колени и… открыла рот.

Обе дренейки удивились еще больше. Шариала, с секунду подумав, поняла, что делает подруга. Чтоб наемница не разоблачила Алинду, золотая решилась привлечь ту чем-то из ряда вон выходящим. Рэлаши действительно могла поиметь обе ее дырочки, но у нее в ротике она еще не бывала. Теоретически, под угрозами увечий ее подругам насильница и могла бы прорваться к ней на язычок, но это, возможно, было не столь интересно, тем более что угрозы на Нолу действовали плохо. Или Рэла просто не считала разумным разменивать какую-то из дырочек пленниц – и тем более их жизнь – на не такое уж и нужное отверстие. В конце концов, с ласками языком справлялась и Алинда, а уж когда появилась Шари, так и вовсе необходимость пропала.

Статная дренейка зачарованно глядела на раскрытые губки Нолы. Даже под черной пеленой ее глаз угадывалась плохо сдерживаемая похоть. Побывать в ранее недоступной по той или иной причине дырочке? Словить новые ощущения? И по сути ничего не теряя? Она завороженно сделала первый шаг навстречу золотой.

– Ты примешь мой член в рот, лишь бы я не трогала ту синюю сучку? – тянула она ровным и томным голосом.

Нола кивнула, не закрывая рта.

– Ты понимаешь, что это не более чем отсрочка? И уже завтра я могу прийти и просто натянуть ее по самые шары?

Нола опять кивнула.

– Ответь, откуда такая жертвенность? Я же все равно буду трахать и ту и ту шлюху, в том числе и тебя, как и куда захочу, без всяких помех. – Член Рэлы быстро возвращал твердь.

– Мне больно видеть, что ты с ней делаешь. Это погано и уродливо. Ты превратила ее в овощ, но продолжаешь мучить. Я лишь хочу, чтоб хотя бы день, или лучше два, она отдохнула от твоей мерзости.

– И все, что ты можешь, это подставить свой ротик… – задумчиво сказала Рэла. – Пару дней не обращать внимания на синюю, когда у меня есть сладкая дырочка рогатой сучки и полный комплект от грубиянки… Правду говорят, что вкуснее запретного плода яств нет.

– Погоди, – вдруг вставила Нола.

– Не пытайся вымолить что-то еще – твой ротик того не стоит. И уж тем более не пытайся отвадить меня от мелкой – ее дырочка для меня ценнее, чем все ваши вместе взятые.

Шари не знала, как расценивать эти слова. С одной стороны, это, в каком-то смысле, даже комплимент, с другой – он исходил от жесточайшей насильницы, что не раз уже показала, насколько и как она «ценит» ее попу. Нола пропустила завуалированное унижение ее и эльфийских прелестей мимо ушей. Возможно и так понимала, или просто не думала считаться с мнением ненавистной ей эбеновой дренейки.

– Пообещай, – сказала золотая. Рэла чуть наклонила голову в бок. – Пообещай, что ты не будешь трогать Алинду два дня, если я открою рот для твоего хера.

Темная выдержала недолгую паузу, что-то еще обдумывая. Видимо, мотивация показалась ей вполне весомой, и она клюнула.

– Неожиданно разумно и дальновидно с твоей стороны просить от меня обещание. Я никогда не вру и всегда держу слово. Я обещаю: если ты обласкаешь своим ротиком мой член, и я кончу в него, – я не буду трогать синюю сучку два дня.

– Договорились… – выдохнула Нола и опять открыла рот.

Рэла с очень довольной улыбкой встала над зеленоглазой. Ее ствол давно был готов принять ласки. Алинда осторожно вернулась в прежнее положение, ее слегка трясло.

– Ты защитила ее ненадолго, – сказала охотница, с блаженством заходя головкой к Ноле на язычок. – В твоих интересах стараться, неженка, чтоб я не пожалела о сделке – я не хочу потом ходить разочарованной. У меня на очереди еще одна… несколько… много сладких встреч, обязательных к посещению, – с нарастающим возбуждением в голосе мурчала Рэлаши, подняв взгляд на аппетитные бедра Шариалы. Фиолетовая вздрогнула, а ее попка сжалась. После того, как там побывала темная, проход все еще весьма открыт, потому достаточно плотно у бедняжки-дренейки свести стенки не получилось.

Рэла закрыла глаза, грузно вздымая грудь от глубокого дыхания. Нола действовала не так чтобы нежно, но, видимо, темная находила в этом долю наслаждения. Возможно, ее возбуждали мысли, что ласкает ее достоинство некогда непокорная золотая воительница. Или просто ловила кайф от новых ощущений. Ее опыт говорил ей, что одинаковых дырочек не бывает. Она урчала, слегка качая бедрами, гладила свою грудь и набухшие соски и томно вздыхала. Нола, тем временем, стала глубже проталкивать головку в свое горло, неаккуратно работая руками по стволу. Она так усердствовала, что периодически давилась от особо дальних заходов. Но Шари, наблюдая за ней, не могла сказать, что зеленоглазой это нравится. А последняя, видимо, готовилась к тому, что вскоре Рэла просто трахнет ее глотку.

– Славно… – выдохнула темная. – А у тебя даже есть некое подобие стиля, неженка… Ты первая на моей памяти и единственная, что не потекла от одного вида моего члена. Тогда это было для меня даже… оскорблением.

– Мпок! …и потому ты вечно игнорировала мои слова?! – разозлилась Нола, с отзвуком освободив вершинку. Видимо, первым словом она хотела сказать какое-то ругательство.

– Не отвлекайся, – ласково пропела Рэла, рукой помогая золотой голове надеться на член обратно. – Конечно нет, глупая. Ты уже оскорбила меня этим тупым, вульгарным и варварским вопросом «и че». Ух, как я разозлилась. – Дыхание охотницы участилось. Девушки поняли, что она теряет контроль, но выход ее гневу был лишь один; Нола это знала и готовилась. – Так отозваться о моем великолепии! Да как ты посмела! А ты знаешь, как неудобно сражаться, когда у тебя стоит? Нет, не знаешь и никогда не узнаешь. – Движения могучих бедер становились все сильней и интенсивнее, Рэла уже то и дело с негромкими хлюпами пробивалась в горло Нолы, пока та вполне успешно глотала головку, все еще не пуская слез. – Меня взбесило в тебе буквально все: от того нелепого щита до твоей непокорности и невежливости! Я впервые ебала кого-то не потому, что сама хотела, а для того, чтоб наказать за неуважение! Ты ясно дала понять, что боль для тебя не аргумент, и соваться туда, что может укусить – себе дороже. Но я ждала! – Рэла положила вторую руку на голову золотой, готовясь трахнуть ее рот. – Я ебала тебя, желая дотянуться до той глотки, что смогла одной фразой ввести меня в ярость. Я хотела наказать тебя за эти слова, выебать твое горло, чтоб ты навсегда запомнила великолепие и вкус моего члена! – Рэлаши ухватила голову Нолы, одной рукой держа за макушку, другой – под подбородком, все еще быстро работая тазом. – И вот сегодня ты сама открываешь рот передо мной. Я могу дотянуться! Да, я чувствую, как мой член ходит в твоей шее! О-о-о, когда-нибудь я порву это горло, но пока что… Получи же, сука!

Окончательно потеряв голову, охотница стала размашисто трахать горло Нолы, продолжая выбивать хлюпающие звуки из ее глотки. Золотая даже при таком бешеном темпе успевала глотать скоро летающую в ее рту головку и провожать ствол, но рефлекторно силилась отпихнуть от себя взбудораженную насильницу. Член темной доставал до кадыка, перекрывая воздух, но зеленые глаза все еще были сухими. Рэлаши пыхтела, мычала и хрипела, врываясь в недоступный ранее ротик с усладой, похотью и восторгом. За ней еще одна победа. Или «победа»?

– Да-а… – дрожащим голосом выдохнула она. – Позже скажешь, как я тебе на вкус! А теперь… Глотай!

Охотница зарычала, прижав лицо Нолы к своему лобку, согнулась пополам и затряслась, наполняя желудок золотой своей спермой. Рэлаши кончала бурно и довольно долго. Золотая уже пыталась как-то отстраниться – огромный член перекрыл ей дыхание. Одновременно она глотала семя темной, поскольку та ей просто не оставила выбора. Финальным движением насильница, все еще держа голову зеленоглазой, вышла, задержав у девушки на языке только головку, и опять вонзилась до конца, вливая еще с пяток струек. Подержав какое-то время, отходя от оргазма, она отшвырнула Нолу, резко покинув ее рот с влажным булькающим отзвуком.

Похоже, золотую немного придушили: она упала на спину и перевернулась на бок, откашливаясь от семени темной с помутневшим взглядом. Рэлу же даже закачало от настолько глубокого блаженства, и она уперлась рукой в стену, прерывисто, но тяжело дыша.

– Бульк… – вырвалось из Нолы.

– Твоя глотка просто великолепна, – выдыхала слова наемница себе в грудь. – Хорошую сделку ты мне предложила. Жаль я похвастаться одному знакомому гоблину не могу – он бы от зависти побелел. – Она подняла голову с решительным взглядом. Глаза все еще черные. А ведь Шари так надеялась…

– Бульк, – ответила зеленоглазая.

– Не говори, неженка… Твой ротик мне не нужно будет трахать часто. Раза в месяц мне хватит.

– Бу-бульк?! – Нола подняла взгляд, а охотница продолжала похотливо рассматривать золотую.

– Так сказать, в благодарность, я воспользуюсь тобой еще разочек, дорогая, – пропела Рэлаши, приближаясь к зеленоглазой. – Заодно поведаешь, как тебе на вкус мой член.

Та, все еще отходя от горловой растяжки и легкого удушья, пыталась как-то отползти, прекрасно понимая, что это бесполезно. Дренейка легко подняла воительницу и прижала спиной к стене, вдавив локтем шею и подняв ей ногу под колено.

– Только попробуй щипаться или отбрыкиваться, неженка, – говорила Рэла, нежась головкой все еще твердого члена о киску золотой. – Сло́ва я, конечно, не нарушу, но я и так откладываю запланированное. Задержишь меня еще больше – я рассержусь. Тебе, возможно, будет все равно, а вот рогатой сучке придется рассчитываться до завтрашнего вечера.

Нола лишь злобно глядела в глаза насильнице, ухватившись за ее руку у своего горла. Она не издала ни звука, когда влажная головка ворвалась в ее лоно, нещадно растягивая и пробиваясь внутрь. Но Рэла, почему-то, не захотела входить полностью, лишь наполовину ствола заполнив щелку.

– Сучка, да ты потекла! – воскликнула Рэлаши, даже немного отвлекшись от удерживания воительницы. – Понравился на вкус мой член, неженка? Хотя, чего я спрашиваю, мне все твоя киска рассказывает… – Тут она обернулась к Шари: – Не вздумай не смотреть, рогатая. Наблюдай, как я трахаю твою подругу. Ее щелке как раз в кайф.

Шаманка и хотела не смотреть. Увы, прямой приказ, а угрозу Рэлаши смогла передать просто тембром голоса. Охотница стала весьма грубо и часто двигаться в Ноле, пока та еле сдерживалась, чтоб не отпихнуть от себя темную. Но подставлять Шари она не хотела, тем более что завтра фиолетовая нужна целой, потому терпела эти… вульгарные толчки.

Малышка сочувственно смотрела на подругу, но, к своему замешательству, не могла не найти некоего очарования в движениях темных ягодиц и мускулистых бедер. Все же, с восприятия женственной части Шари, Рэлаши была для нее очень красива. Эбеновая кожа, заметная мускулатура, но очень пластичное и гибкое тело, текучие формы, сила и обаяние, ум и даже некая честь делали могучую дренейку весьма и весьма привлекательной. Не говоря уже о достатке, судя по огромному дому и тому, что она может себе позволить содержать пленниц… Скверный характер и жестокость, как она верила, можно выбить, развеяв непонятные чары, а член… Мысль о нем, и попка фиолетовой сжалась, но… шаманка почувствовала укол вожделения к Рэле. На миг она даже захотела, чтобы темная делала с ней то же, что сейчас делает с Нолой.

Шари прогнала эту мысль из головы, как невозможную, вернув внимание к паре. Насильнице же вскоре стало мало просто долбить стенку в матку, и она вышла из золотой, одним движением поворачивая к себе спиной и ставя на колени. Шаманка возбужденно и неслышно выдохнула, найдя столь дикую позу не менее красивой. Сердце бухало в груди, разгоняя весьма знакомы жар: такой же, как тогда при желании занять место рядом с Алиндой.

– Сука… – выдавила Нола, когда охотница вновь вонзилась в ее киску, на этот раз входя глубже.

– Мокрая шлюха, – ответила наемница в тон. – Опять трясешься подо мной. Я чувствую, как ты ненавидишь свое тело. Ненавидишь себя за то, что тебе нравится боль от моего члена. Ты все равно кончишь от меня, шлюха. Ты кончишь, неженка…

И она влетела в лоно золотой по самые шары. Мошонка темной с влажно-непристойным звуком шлепнулась о бедра девушки, после чего Рэла взяла бодрый темп, вгоняя своего гиганта в Нолу. Золотая пыхтела под напором охотницы, терпя все, что доставлял ей ствол. И она действительно текла, и ненавидела себя за это. Ее тело тащилось от чувства огромного стержня в киске, ему нравилась та боль, что он доставляет всякий раз. И это неимоверно злило Нолу.

Шари продолжала наблюдать. Как обычно – ее достоинство напряглось. Просто от картины движения эбеновых бедер и ягодиц, от звуков и даже от запаха. Она с трудом подавляла мерзкое себе желание подползти поближе. А по мере приближения апогея ее тревога нарастала. Вскоре ненавистный, но прекрасный член, что сейчас дерет лоно Нолы, вновь растянет заднюю дырочку фиолетовой… И нет никаких шансов, что Рэле это не понравится, а значит она наверняка заберет несчастную на еще одну аудиенцию. От этих мыслей Шари поплохело. Она до сих пор не понимала, как не умерла во время прошлого раза.

Размышления малышки прервал голос темной дренейки. Она пыхтела над золотой, но под финал, видимо, решила поболтать:

– Я чувствую, как ты трясешься, шлюшка… Твоя щель говорит, что тебе я на вкус понравилась. Может, мне теперь чаще тебя подкармливать, а? Например, раз в недельку? А то ведь твоему немощному телу так не хватает белков… Что скажешь?

– Иди… на хер… – злобно выдохнула Нола, терпя движения в себе огромного члена.

– На хер? – игриво переспросила насильница. – Дорогуша, ты что-то путаешь. Я объясню… – Она замедлилась, соединяя зеленоглазой предплечья за спиной. На последнюю фразу она подхватила Нолу, полностью выйдя из нее, и держала навесу точно над эбеновой влажной башней, стоя на коленях. – Здесь. На хер. Идешь. Ты!

С этими словами она резко опустила золотую на свой член, врываясь в ее вторую (третью?) дырочку. Нола забилась в конвульсиях от нахлынувших неимоверной боли и оргазма, она заорала в полный голос и затряслась, пока Рэла глушила свой рык, до крови укусив пленницу над плечом. Охотница не стала ждать и взяла быстрый и грубый темп, терзая задний проход зеленоглазой, доводя до пика и себя. Нола вопила от невыносимых мук и жестокой услады. Когда темная излилась в пылающую дырочку, девушку сотряс еще один оргазм.

Это было весьма быстро. Вероятно, золотая и вправду возбудилась от орального секса. Чуть только «конвульсии» пленницы кончились, Рэлаши вышла из растянутой задней дырки, кладя безвольное тело на пол. Охотница затрахала зеленоглазую так, что в ближайшее время та на ноги встать не сможет. Проникновение и последующие движения были столь жесткими, что сфинктер еле выдержал… Сильная дренейка, довольная собой, встала над Нолой, чуть снимая напряжение в теле, но не в стволе. После она обернулась к малышке.

Темная поцокала к Шариале, коя все еще сидела на полу, боком скрестив голени. Встав над фиолетовой, охотница лукаво улыбнулась ей. Пленнице стало нехорошо…

– Тебе немного не повезло, сладкая моя, – начала Рэлаши, сев на корточки перед шаманкой. Та ощутила пьянящий запах смазки, а вид напряженного члена побуждал в ней желание тут же взять его в ротик… Насильница словно не заметила и продолжила: – Твоя подружка весьма неслабо меня раззадорила. Часть своей радости я могла оставить в узких дырках другой сучки, но я же обещала ее не трогать. А тебя я хотела унести к себе, если… – тут она подхватила пискнувшую Шари, поднимая с пола и вставая сама. – Если мне понравится очередная растяжка твоей попки.

Охотница наклонила бедняжку, дав ей упереться руками в стену. Ее ствол по-прежнему тверд как камень. Он еще не обсох от соков Нолы, и сам постоянно сочился, потому темная решила без лишних задержек приступить.

Шари завыла, когда исполинский член вновь влез в нее, разрывая тело на части. Рэлаши, видимо, взяла в привычку заполнять тугую попку шаманки одним движением. Конечно, от нее «не больно» не бывает, но из двух зол она всегда выбирала худшее для партнерши. Лобок могучей дренейки прижался к пурпурным ягодкам за какие-то полторы секунды. Охотницу при столь остром входе согнуло пополам от нахлынувшего удовольствия, а эбеновое тело пробили мелкие судороги. Мускулы под темной кожей бугрились от напряжения, сильные пальцы сжимали упругие округлости малышки до синяков, а сама Рэлаши издала томное мычание, наслаждаясь каждым моментом. Прижавшись массивной мошонкой к попке пленницы, наемница тяжело задышала и остановилась, давая накатившей волне блаженства чуть отхлынуть.

Ощущения же шаманки абсолютно противоположны. Она была совершенно уверена, что достоинство темной в размерах увеличилось. Немного, но ощутимо. У Рэлаши не бывает неощутимо… От нахлынувшей боли стержень маленькой дренейки быстро расслаблялся, пока стеночки чувствовали каждый пульс огромного члена внутри.

Наемница отдышалась, переждав волну с закрытыми глазами. Придя в себя, она наклонилась к ушку поскуливающей Шари. Пока охотница говорила, на каждое свое слово она выходила наполовину и влетала обратно, шлепаясь увесистыми шарами об упругие ягодицы и слушая болезненные вскрики фиолетовой при каждом ударе:

– Мне. Это. Решительно. Понравилось. Сучка! – «отдолбила» она, взяв уверенный неспешный темп, выходя лишь на треть, но предпочитая вдавливаться тазом в ягодки малышки. – Не могу сказать, что именно меня так заводит в твоей дырочке, дорогая. Я перетрахала с сотню шлюшек, но твоя попка – самая лучшая. Я определенно найду ей применение. У себя. Наверху. И я, пожалуй, стану это делать чаще. О-ох, какая задница! – Она игриво и сильно шлепнула фиолетовую ягодку, влетев до конца. – Представляешь, сладенькая? Мы чаще будем уединяться, дабы ничто не отвлекало мой член от этой узенькой дырочки. Здорово, правда? Ты ведь согласна…

Шари захныкала и заскулила. Возможность дополнительных аудиенций к темной ужасала ее. Она помнила первые две (если считать «знакомство»), и ей искренне хотелось, чтоб этого не повторилось. А Рэла любила этот момент: говорить, что собирается делать в перспективе, а потом наблюдать за реакцией и слушать. Несчастную шаманку, на беду ей, охотница находила просто неотразимой.

– Что такое, дырочка моя? – пела насильница полушепотом в фиолетовое ушко под слезы маленькой дренейки. Она чуть увеличила скорость, больше вдавливаясь, чем шлепая. – Тебе не нравится, что мы больше времени будем проводить вместе? Тебе не нравится быть со мной? А как ты думаешь, сучка, твое мнение учитывается? И вообще, какое еще мнение у отверстий для члена, а? – Она распрямила Шари спину, продолжая всаживаться в ее попку снизу. Попутно ее руки перетекли на пурпурные груди, став грубо мять их и стискивать соски. – Моему члену нравится твоя дырка, а она – просто создана для него. Так уютно, как в твоей заднице, ему еще нигде не было, поверь моему опыту. Мой ствол для нее первый и единственный. Увы, я не могу пообещать, что у себя в покоях буду с тобой аккуратна. Но ты ведь согласна, дырочка моя. О-ох, восхитительно!

Шари терпела наполнения снизу. Исполинских размеров стержень скользил в ней все чаще, тем более что время от времени Рэлаши после короткой паузы влетала в любимую попку, чем провоцировала юную дренейку на вскрик. Войдя полностью, темная навалилась на малышку, придавив к стене грудью и члеником. Охотница подхватила изящную ножку под колено и подняла вдоль стены, продолжив двигать тазом и мыча от удовольствия. Постепенно она увеличивала темп и напор, а периодически с ее губ слетали сладостные стоны. Бедная шаманка хныкала от постоянных глубоких толчков, что вбивали ее пах в стену. Увесистая и упругая грудь нежилась о бархатную спинку, водя по ней твердыми сосками, от чего фиолетовую пробивала дрожь. Гладкий лобок темной порой звонко шлепался о верхнюю ягодку, тогда как массивная мошонка то и дело постукивала фиолетовые яички. Из-за приподнятого бедра пурпурной шары охотницы и пленницы соединялись при каждом входе члена до основания. Шари ощутила в себе странное чувство – что-то было не так…

В какой-то момент Рэла протяжно застонала, полностью вонзившись в несчастную и остановившись. В сладостных судорогах она вдавилась в пурпурные ягодки так, что копытце шаманки даже чуть приподнялось над полом – Шариала оказалась буквально нанизана на огромный твердый член, что пульсировал внутри. Эбеновое тело пробила мелкая дрожь, но до пика охотница не дошла. Малышка царапала ноготками стену, болезненно, но тихо мыча. Что-то кольнуло в сердечке, чувства наполненности и в каком-то смысле полета привнесли в ощущения что-то кроме боли.

Уняв тряску, насильница подхватила фиолетовую, легко подняла ее и перенесла на кровать, уложив хныкающую дренейку на спину и раздвинув ножки. В процессе ей пришлось выскользнуть из плотной попки, но для нее не было проблемой вернуть головку к сфинктеру Шари.

– Держи глазки открытыми – я люблю смотреть, как в них отражается, что мой член делает с твоей дыркой, – промурлыкала Рэлаши вовсе не приказным и даже ласковым тоном. Увы, за этим тембром скрывалась колоссальная угроза, которую малышка не столько даже знала, сколько чувствовала.

Исполинский член пошел вперед, и насильница удовлетворенно заурчала с новой дрожью в теле, внимательно вглядываясь в личико шаманки. Увидев, что хотела, охотница чуть подвинула несчастную и оказалась на кровати вместе с ней. Таз темной снова двигался уверенным темпом. Рэла наслаждалась не только попой дренейки – ее заводило буквально все тело Шариалы.

Даже в черных глазах можно было видеть ее желания: доставлять боль, ласкать, истязать, бить, нежиться, гладить, сжимать, двигаться, щупать, мучить, мять… Она хотела этого всего и сразу, но понимая, что так не получится – растягивала на часы. Грудь Рэлы падала малышке на лицо, ее ладони гладили пурпурные полусферы, периодически переходя на шейку и живот. Умелыми движениями таза она приминала лобком яички Шари, не только не доставляя им никакой боли, но и внося долю мягкости. Шаманку разрывало во всех смыслах. И огромный член, что ходил в ее попе, и ощущения, что она испытывала. Она не понимала, как она сейчас может чувствовать и ласку, и муки, и возбуждение сразу. Вот что не так: она… наслаждается?!

– Прелестно… – выдохнула наемница лишь чуток поскуливающей пурпурной. Она не столько долбила, сколько натекала на пленницу тазом. От такого подхода, даже сквозь дикую боль, членик маленькой дренейки опять стал подниматься. – Да тебе нравится, дырочка моя! – победно пропела темная, именно лаская лобком яички Шари. – Тебе нравится, и я это вижу. Наверху я откроюсь тебе полностью, разумеется, затребовав от тебя… того же, сладенькая, – Рэла хищно улыбнулась. Она немного выгнулась, дабы приблизиться к заплаканному личику бедняжки, и зашептала ей: – Ты вскоре сама раздвинешь для меня ножки, маленькая шлюшка… Ты будешь приветствовать меня и мой член. Ты сама откроешь мне свою прелестную дырочку. Я обещаю тебе…

После этих слов охотница впилась в губы юной дренейки, но ненадолго. Но даже этого хватило, чтоб Шариала забыла обо всем, кроме самой близости Рэлы к себе. Это краткое слияние кольнуло сердце неизведанным чувством единения, которое малышка всей душой возжелала повторить, удержать и распробовать – настолько оно очаровало ее. Увы, темная ее стремлений не разделяла. Вернее, навязывала свой вариант «единства».

Уста разомкнулись, и Рэла возвысилась над пленницей, продолжая двигаться в любимой дырочке. Шаманка, вернувшись из райских впечатлений, плакала и хныкала, но пока что боль была не максимальной. Хотя слезы, возможно, лились больше от страха того, что будет. Подобные движения от охотницы можно назвать даже ласковыми. Но хуже всего – Шари возбуждалась. Рэла кинула взгляд на твердый членик малышки и в какой-то степени даже мило улыбнулась, после чего напрягла ствол и заурчала от удовольствия при входе.

– Я тут подумала, что это даже хорошо, что у тебя нет еще одной дырочки, сладенькая, – мурлыкала насильница, довольно глядя на несчастную. – Если бы она была столь же восхитительной – я бы с ума сошла! Каждый день делать сложнейший выбор, в которую из них войти, и не иметь возможности заполнить обе сразу – это же кошмар! А так получается, что тебе она даже… ни к чему. – Она опять наклонилась к личику Шари, перейдя на шепот. Движений она не останавливала ни на миг. – А если будешь хорошенькой сучкой, то я даже твоему дружку смогу найти применение. Ведь тебе понравились дырочки синей шлюшки, да? – Рэла провела руку к достоинству шаманки и аккуратно обхватила фиолетовый членик, став медленно водить по нему в такт своим толчкам. Для Шари это отразилось наплывом новых ощущений, от которых она чуть не излилась, но, непонятно как, сдержалась. Насильница шептала: – Помнишь, как там было хорошо, милая? Хочешь еще в них побывать? Ее дырки хоть и принадлежат мне, но я не жадная и великодушная, так что могу и поделиться.

Шари чуть не взорвалась. Из нее вырвался полукрик-полустон, тело пробила крупная дрожь, а сама она выгнулась, едва даже не приподняв могучую дренейку. Она лишь на миг вспомнила, каково ей было в ротике Алинды и на долгую секунду искренне возжелала повторить ощущения, пока не опомнилась, подавив в себе вожделение. Удивительно, но до оргазма и в этот момент она не дошла. А Рэлаши, широко улыбнувшись, опять возвысилась над пленницей и перевела ладони на пурпурную талию, став натягивать ее на себя.

Однако дойти до пика шаманке не дали. Насильница, аргументировав тем, что ей уже не терпится удалиться со «своей дырочкой для члена» в свои покои, значительно ускорилась. Просто она обещала забрать дренейку после первого же излияния. Даже когда темп возрос, а боль усилилась, стержень Шари не опал и более того – обильно сочился.

Рэла, сильно всадившись в попку малышки, кончила. Ее напор оказался достаточно мощен, чтоб чуток приподнять таз фиолетовой над кроватью. Пурпурная уже кричала, как вдруг насильница, сомкнув ей губы, запечатала уста жестким поцелуем с новым мощным толчком таза. Шаманка задушила в себе вопль, чтоб не мешать темной, и по наитию ответила могучей дренейке. На наполняющую дырочку обжигающую сперму она могла лишь шумно пыхтеть носиком в лицо мучительнице, пока язык последней опять изучал ее ротик. Наемницу, судя по всему, это тоже заводило. Шари поймала себя на мысли, что чувствовать жаркое дыхание охотницы на своих щеках крайне приятно. Поцелуй хоть грубый и насильственный, но хотя бы не болезненный. А еще ее вновь окатило то восхитительное ощущение. Каким-то краешком сознания она захотела… продолжить.

Наемница отходила от оргазма, задержавшись в узенькой попке фиолетовой. Блаженно вознеся голову, она посмотрела в полоток прикрытыми глазами. Ее грудь вздымалась от глубокого дыхания, а ствол внутри шаманки слегка подергивался, видимо, выливая остатки. Маленькая дренейка почувствовала странное желание обхватить ручками эбеновые упругие сферы, дотянуться губами до налитых сосочков… и поерзать попкой на жарком члене…

– Великолепно, дырочка моя, – вернулась Рэла в реальность, опустив белые глаза на пленницу. – Теперь можно и уединиться. Ты согласна, – сказала она и неуловимым движением вышла из Шари и взвалила ту на плечо.

На фиолетовую накатились воспоминания, когда она опять увидела хвост темной сверху. Пока хозяйка несла ее в свои покои, она ласково гладила пурпурные ягодицы. Шаманка, потихоньку млея от таких прикосновений, размышляла. Был ли у нее шанс избежать этого? Оставила бы ее Рэла, если бы дренейка не сказала «я согласна» еще там, у хижины? Еще ее голову посетил интересный вопрос. Как говорят: все хорошо, что хорошо кончается. У них еще не закончилось, но даже если идиотский план сработает, можно ли будет назвать время в доме охотницы – хорошим временем?

Рэла сдержала слово, как всегда. Неизвестно, что ей мешало ранее «открыться». Этим вечером и часть ночи она была… разной. Шариала не ошиблась, сказав, что в этом теле не одна душа.

(Всего 232 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

6 комментария к “Путь шаманки. Тернистые ветви. Часть 7”

    1. Спасибо за отзыв.
      Насчет затянутости – не думаю; я описывал, что считал достаточно важным, сопровождая сценами насилия и секса, хотел подробнее описать персонажей. Не исключаю, что не увлекся, но хотелось сделать повествование как можно более полным, чтоб не оставить вопросов и неясных моментов после. Я и сам, по мере письма, развивался как автор.
      Перечитывая, я нахожу, что можно безболезненно удалить, но не нахожу это нужным, рассматривая каждый конкретный вариант. Вырезать целые куски текста (и даже полноценные части) и перестраивать повествование мне уже приходилось, опыт есть, но в публикуемых частях, повторюсь, я не вижу необходимости.
      Благодарю, что находите время уделить прочтению и комментарию.

      1
      1. Да нет, само по себе оно не затянуто. Но уж больно много кусков.
        Понимаю, что сейчас уже поздно, но, может быть, стоит в будущем делать части побольше? Примерно так, чтобы две части нынешнего формата умещались в одной. Тогда будет, наверное, лучше восприниматься.

        0
        1. В этом смысле, признаюсь, не понял. Имеете ввиду, выкладывать “часть 8-9”? Но это как-то… скомкано выйдет. А перестраивать так, чтоб объединить части я точно не буду.

          1
          1. Ну я же не настаиваю, просто отметил, что получается долго 😉 На самом деле это во многом проблема сайта – если бы в конце части была ссылка прямо на следующую, воспринималось бы лучше.

            1

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг