Сапиосексуал

Ей богу приручить дракона намного легче, чем мистера Гика. Он в упор меня не замечал. Ни короткие юбки, ни чулки, ни расстегнутая рубашка не имели никакого успеха. Я уж грешным делом подумала, что босс интересуются не девочками, а мальчиками. Время сейчас такое, сами понимаете… Я немного пошпионила за ним и нашла доказательства гетеросексуальности шефа.

— Максим Сергеевич, Ваш чай.

Я вошла в кабинет, по привычке виляя бедрами.

— Проходи, Алиса, — он даже не поднял головы от своих чертовых бумаг. – Спасибо.

Сегодня на нем кремовая рубашка и полосатый галстук. Подходить вплотную к нему нельзя, он четко обозначил границы. (Не выносит вторжения в личное пространство). Ставлю поднос на стол и отхожу. Какой же он холодный, но это меня только раззадоривает.

— Максим Сергеевич, я бы хотела устроить небольшую вечеринку, чтобы поближе познакомиться с коллегами. Если Вы не против…

— Когда?

— В пятницу.

— Исключено. В четверг мы едем на научную конференцию в Мадрид.  Забронируй в отеле два номера – для меня и себя. На разных этажах.

Я раскрыла рот и закрыла его обратно. Похоже, меня ждет величайший в истории облом!

Весь полет он втыкал в ноутбук – готовился к выступлению перед толпой ученых мужей. Мы сидели на разных рядах у иллюминатора. Интересно, почему он держит свою помощницу на почтительном расстоянии? В моем опыте такое было впервые. Обычно боссы сами являлись инициатором сексуальных отношений с секретаршей. Они говорили, что я очень умна. (Помимо красоты) Еще бы! На данный момент я пишу диссертацию на тему секса у насекомых. Так что больше никакая я не секретарша, а будущий кандидат биологических наук, энтомолог и в настоящем помощник физика теоретика Макса Волгина.

А еще нимфоманка. Но это секрет. Тссс.

— Таким образом, наши тела состоят из звездной пыли, из звезд, которые погибли миллиарды лет назад…

Вздрагиваю и осознаю, что уснула посреди выступления босса. Наверняка он заметил, и теперь мне грозит строгий выговор. Черт как же его задобрить-то? Я могла бы пойти к нему в номер в сексуальном пеньюаре на босу грудь. Какова вероятность, что он не выставит меня за дверь? Нулевая я бы сказала.

У Макса есть любовница. И знаете кто она? Заплесневелая бухгалтерша! Тетка под сорокет, одевающаяся по моде 20-х годов прошлого столетия. И что он только в ней нашел? Фу.

— Я считаю, что темная материя представляет собой холодное темное вещество – слабо взаимодействующие массивные частицы, — продолжал выступление Макс. Все, кроме меня слушали его с оживленным выражением лица, словно он только что сделал какое-то важное открытие.

Он гениален. В его мозгах живет только наука. Интересно, он хоть понимает, насколько красив и сексуален? Рубашка, галстук, пиджак и высокий интеллект. Ему 36, а уже профессор. Важный человек. Боже, заверните мне его с собой!

Вечером босс попросил занести ему несколько папок с документами. Я поняла, что настал момент «сейчас или никогда». Попробую завалить его в постель! Надеваю красивое кружевное белье сиреневого цвета (надеюсь, напомнит ему любимую Вселенную) и платье, такое, чтобы можно сорвать его с меня в два счета.

Стучусь и прислушиваюсь, задерживаю дыхание – волнуюсь! Он распахивает дверь и протягивает руку. На нем рубашка с закатанными рукавами, на шее веревкой болтается ослабленный галстук. Едва сдерживаюсь, чтобы не ухватиться за холеные пальцы и передаю ему папку.

— Спасибо, Алиса. Можете идти в свой номер и отдыхать. Завтра выезжаем в 4 утра.

— Максим Сергеевич, Вы хоть спать собираетесь или опять будете работать всю ночь?

— Благодарю за заботу, — сухо ответил он. — Для сна отвел 3 часа. Мне хватит.

— Может быть, нужно погладить рубашку или брюки? – я робко заглянула в его номер. Внутри царил образцовый порядок.

— Что Вы, Алиса, моя одежда не нуждается в глажке, — слабая улыбка тронула его тонкие губы. — А теперь идите.

Набравшись смелости, я выпалила:

— Не хотите спуститься со мной в лобби и пропустить по бокальчику вина?

Он удивленно приподнял бровь и сложил руки на груди крест-накрест. Я тотчас пожалела о своих словах.

— Почему бы и нет, — неожиданно сказал он. – Идем.

Макс сидел в кресле и изучал документы, которые я ему принесла. Он словно забыл о моем присутствии, и зря я пыталась выгодно оголить свои ноги – ему не было никакого дела до моих конечностей.

Интересно, как там его пожилая бухгалтерша поживает? Не бесится ли, что он отправился в поездку с молодой и красивой помощницей? Я дергалась  и нечаянно задела ногу босса. Он поднял на меня глаза, потом посмотрел на мою ногу и отодвинулся.

— Алиса, с Вами все в порядке? Какая-то Вы взвинченная.

О нет, я не в поряде, босс. Хочу расстегнуть твои брюки, достать оттуда твой работоспособный конец и сесть на него. Хочу лизнуть твою шею и впиться в тонкие губы…

— Простите, мне показалось, что бокал грязный,  — ответила я.

У него синие глаза. Только сейчас заметила, что на его лице отображается цвет самой Вселенной, которую он так обожает. Макс точно состоит из звездной пыли.

— Серьезно? – он аж подскочил от негодования. — Сейчас позову администратора.

— Нет-нет, мне только показалось.

— Вот поэтому я предпочитаю выпивать дома, — сказал он, косясь на мой бокал, будто бы он был заражен радиацией. — Неизвестно из каких стаканов тебе подают в баре, и кто до тебя прикасался к стеклу своими слюнявыми губами.

Я поморщилась и отодвинула вино – пить расхотелось. Я знала, что босс постоянно борется с микробами. У него какая-то патологическая страсть к стерильной чистоте. Ученые такие ученые, сами знаете. У каждого свои чудачества и заскоки.

— Алиса, я нашел ошибку в документе, — нахмурившись, сказал босс. – Необходимо немедленно ее исправить. В моем номере есть принтер, на котором можно распечатать обновленную страницу.

Я приободрилась. Сейчас мы пойдем к нему, а там… буду действовать по ситуации.

В номере босс посадил меня за стол перед своим ноутбуком и потребовал перепечатать лист полностью. Он стоял надо мной каменной глыбой и контролировал каждый знак. Я даже чувствовала слабый запах его парфюма – нотки бергамота, мяты и еще чего-то, ассоциирующегося с ухоженным мужиком. Мне было нелегко заниматься работой, близость шефа сбивала с толку и путала мысли.

Пальцы с длинными ногтями профессионально выстукивали текст. Мне было приятно работать на клавиатуре, которой касался он.

Спустя полчаса все было готово. Из принтера с тихим жужжанием вылез лист бумаги.

— Хорошая работа, Алиса. Знаете, когда я искал себе помощницу, то обязательным условием поставил наличие докторской степени. Жаль, что ее у Вас пока нет.

Чудак! Мужик явно сапиосексуал, раз его возбуждает мозг, точнее интеллект. На черта ему доктор наук для печатания документов, скажите на милость? Однако я промолчала и даже заискивающе улыбнулась:

— Спасибо, профессор Волгин. Диссертация почти готова, и надеюсь, скоро я смогу ее защитить.

— На какую тему Вы пишете?

— Я исследую секс насекомых. Выяснилось, что многие букашки, если не сказать все, занимаются им только не ради выживания, но и для удовольствия.

— Что Вы такое говорите, — пробормотал он, явно смущаясь и жалея, что спросил.

А потом… Не знаю, что на меня нашло. Я просто стянула платье через голову и посмотрела ему в глаза.

— За-ачем Вы это сделали? – заикаясь, спросил он.

Вместо ответа я поднялась на цыпочки и поцеловала его в тонкие губы. Волгин такой высокий, худощавый, с едва наметившимся брюшком. Он не ответил на мой горячий поцелуй, стоял как изваяние. Самое время отвалить по-хорошему, но я уже настроилась на большее. Сажусь перед ошалевшим профессором на корточки и расстегиваю его брюки. Он молчит, видимо пытается вычислить математический расчет вероятности минета.

— Что Вы делаете, Алиса? Оставьте в покое мои брюки. Ради бога, — добавил он с нотками паники в голосе.

— Интересно, Ваша бухгалтерша сосет Вам?

— О чем Вы… Боже…. Пожалуйста, остановитесь.

— И не подумаю.

Спускаю вниз его скромные белые трусы и вижу прекрасного бойца, к сожалению, крепко спящего. Видимо, его хозяин здорово перетрухнул. Или… импотент? Вот это будет унижение, если этот симпатичный стручок не встанет!

— Зачем Вы это делаете?

Вместо ответа отправляю лакомый кусочек в рот и причмокиваю от удовольствия. Зря  сомневалась, член тотчас окреп, зашевелился, налился кровью и показался во всей красе.

— Ох, божееее, — протягивает босс, ловля воздух ртом и хватаясь за край стола.

Ему что, впервые отсасывают?

Зачем я это делала? Ну, во-первых, интим с боссом поможет мне чувствовать себя уверенно на работе. Я буду знать, что если допущу косяк, то не буду уволена. Повышенная заработная плата, опять же. Я буду избавлена от интриг, которые устраивают коллеги, борясь между собой за лучшие места. В общем, буду на коне.

И потом, профессор Волгин мне нравился. Он не похож на тех качков с шикарным телом, что не вылезают из спортзала. Худой, словно недоедает, с длинными руками. Но самое сексуальное в нем – это, пожалуй, мозги. А еще синие глаза.

Так что я хорошо знала, что делала. Профессор уже громко стонал, иногда хватал меня за волосы, потом спохватывался, отпускал и грозно умолял прекратить сие действо немедленно. А затем кончил с ревом, залив мое лицо спермой, долго извинялся, суетливо искал салфетку, чтобы вытереть следы вылившейся страсти. Ему было неловко, он спотыкался на каждом шагу, даже смёл важные бумаги со стола. Сказать по правде, его поведение меня забавляло. Ведет себя как девственник.

— Максим Сергеевич, все хорошо, успокойтесь.

— Алиса, я не… не понимаю, что Вы нашли во мне? Я даже не думал, что интересую Вас, как мужчина. Я привык, что все считают меня таким же скучным, как булочка с отрубями.

— Как насчет прогуляться по зимнему Мадриду, босс? – надевая платье, сказала я.

Рождественский Мадрид сиял огнями, гирляндами, инсталляциями. Пестрел вертепами, изображающими рождение Христа, кишел ярмарками с новогодними сувенирами и манил шоколадом ручной работы. Мы остановились возле какого-то магазинчика, и я снова поцеловала его, обвив за шею руками.

— Забавно, — сказал он, — мы стоим прямо под омелой и целуемся, как в фильме. Даже в самых смелых мечтах я о таком не думал.

— Да ладно Вам, Максим Сергеевич, — прижимаюсь к его холодной щеке своей и смеюсь. Какой же он неуверенный в себе! Бьюсь об заклад, в детстве сверстники  над ним издевались. Никто не любит умников. Ну, кроме меня, конечно.

— Спасибо за уникальную поездку, — серьезно сказал он. – Я даже начал верить в чудеса.

— Какие, например?

— Что на меня может положить глаз красивая девушка.

— Профессор Волгин – Вы секси. Конечно, красивые девушки кладут на Вас глаз, только Вы этого не замечаете, флиртуя с физикой.

— Что правда, то правда. Физика – любовь всей моей жизни.

— Давайте зайдем в тот магазинчик?

Это был бутик модной мужской одежды. Я выбрала для профессора джинсы и свитер и отправила его с вещами в раздевалку. Он долго сопротивлялся, уверяя, что кроме костюмов ему ничего не нужно. Пришлось провожать его до кабинки под конвоем. Он переоделся и со скептическим выражением лица уставился в зеркало.

— По-моему, не мой стиль, слишком молодежное, как считаешь?

— Считаю, что ты настоящий красавчик.

Заталкиваю его в кабинку, захожу следом и закрываю дверь. Набрасываюсь на него с поцелуями и расстегиваю новые джинсы.

— Нет-нет, Алиса…. Только не здесь.

Наверняка, он подумал, что я опять буду баловать ротиком его естество. Но я надеялась на секс.

— Почему?

— Ну там ходят люди… Это неприлично. Я в одежде, за которую еще не заплатил и могу ее запачкать.

— Плевать, профессор, — продолжаю его страстно целовать и бороться с пуговицами на рубашке.

Стаскиваю платье, прижимаюсь спиной к стенке кабинки и трогаю бугор в его паху.

— Я не могу. Прости. Итак слишком многого тебе позволил, — с этими словами он хватает свою одежду, выскакивает из кабинки и запирается в самой дальней примерочной.

— Едрит-Мадрид, — наверное, впервые в жизни мне пригодилось это выражение.

Жду его на улице, пока он расплачивается с покупками. Все-таки решился купить подобранные мною вещи. Штош, благодарю за доверие.

— Больше так не делай, — поджимая губы, сказал он.

— Да как?! Вы что, никогда не занимались сексом в общественном месте?

— Представь себе – нет!

— Многое теряете.

— Это… недопустимо. Ваше поведение никуда не годится, чтоб Вы знали, — он никак не мог определиться, как ко мне обращаться после всего, постоянно перескакивал с ты на вы.

— Потому что Вам неудобно перед своей бухгалтершкой, да?

— Да с чего ты взяла, что я с ней встречаюсь?!

— Вы ужинали с ней и не раз, подвозили до дома, и потом заходили к ней на пару палок чая.

— Чтооо?

— Ничего. Забудьте. Больше подобное не повторится.

Мы в молчании возвращались в отель. На часах было десять вечера – детское время. Зайду в лобби, выпью чего-нибудь покрепче – без этого мне сегодня не уснуть.

— И все же, дело не в Ларисе Анатольевне, — сказал он, открывая передо мной дверь.

— Я поняла. Вы просто меня не хотите.

— Алиса, конечно нет. Я… в общем неважно. Принимаю Ваше предложение обо всем забыть. Но хотел бы я знать причину Вашего поведения.

Не дождешься, хмырь, подумала я.

— Доброй ночи, Максим Сергеевич, увидимся через шесть часов, — вслух сказала я, сворачивая в бар, откуда доносилась приятная музыка.

В баре меня пытался подцепить какой-то испанец. Он плохо говорил по-английски, и между нами возникли трудности перевода. Я напилась, но не до такой степени, чтобы выпрыгивать перед иностранцем из трусиков. Поэтому отправилась спать. Алкоголь подействовал на мою память, я забыла, на каком этаже остановилась и принялась ломиться в номер профессора Волгина.

— Какого черта Вы спите в моем номере? — спросила я, увидев перед собой заспанную мордашку Макса Сергеича.

— Алиса, это мой номер, ваш этажом выше, — терпеливо объяснил он.

— А, ясно. Только, — печально вздохнула я, — я туда не дойду, Вы уж простите.

Отодвинув в сторону опешившего босса, я зашла в темный номер, наощупь добралась до постели и, рухнув в нее, тотчас провалилась в сон.

Проснулась от чувства, что кто-то пристально смотрит на меня. Босс протянул мне бумажный стаканчик с кофе:

— Алиса, нам пора ехать в аэропорт.

Выглядел он так, словно не спал всю ночь. Наверное, так оно и было.

— Да, конечно. Доброе утро, Максим Сергеич. Сожалею о вчерашнем.

— Пустяки, мне всего лишь пришлось просидеть несколько часов в кресле.

— Почему не легли рядом в постель?

— Алиса, это исключено. Я всегда сплю один.

— Понятно, — хотелось добавить «Мистер Ледышка», но не стала. Не тот уровень отношений.

Меня бесило то, что моим планам настал конец. Я повела себя, как девица легкого поведения – отсосала боссу, хотя он об этом меня не просил! Что он теперь думает обо мне? А впрочем, неважно. Я всегда сделаю, а потом думаю, и никогда наоборот.

В воскресенье вечером в моей квартире раздался звонок. Я поплелась открывать, гадая, кто бы это мог быть? На пороге стоял Волгин с букетом цветов.

— Я бы хотел извиниться перед тобой.

На мне красная короткая комбинашка с кружевами на груди, каштановые волосы распущены по плечам – собиралась спать. А тут такой сюрприз.

— Продолжайте, — сказала я, забирая букет.

— Алиса, чтоб ты знала, для меня все это тяжело. Дело не в тебе, а во мне. Уже много лет я люблю одного человека. Без взаимности. И такие отношения не для меня. Прости.

Он собрался уходить, но я схватила его за руку:

— Останься ненадолго.

Босс сел на диван и осмотрелся, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

— Выпьешь чего-нибудь? Есть чистые стаканы, — улыбнувшись, сказала я.

— Я приехал на такси. Так что могу выпить немного алкоголя.

— Джин, виски, коньяк, ликер?

— Ликер.

— Отлично. Именно его я и пила перед тем, как ты пришел.

У меня горели аромасвечи, всегда их жгу перед сном.

— Приятно пахнет, — сказал он. — Как в лавке с восточной парфюмерией.

— Я сама делаю свечи.

— Правда? Достойное хобби.

— Пей ликер, — заметив, что он не притронулся к напитку, сказала я. – Не бойся, не отравлю. А бокал вымыла, ты сам видел.

— Да, конечно. Просто мне неловко. Я не хожу в гости к своим сотрудникам.

— А как же бухгалтерша?

— Лариса Анатольевна подруга моей матери. Я знаю ее много лет.

— Значит, не ее ты любишь много лет?

— Нет, это не она.

— И почему же та женщина не отвечает тебе взаимностью? Она замужем?

— Почему ты решила, что это женщина?

— Черт… Мужчина? Ты… гей?

— Я не гей, Алиса. Мне нравится женское тело. Конечно же, это девушка.

— Спасибо за цветы.

Мне было больно слышать о неразделенной любви босса к какой-то девке. Я заочно ее возненавидела. С радостью вырвала бы ей клок волос, если бы знала, кто она такая. Он такой… ранимый. Я не первый день в ученых кругах и знаю, насколько у них все сложно с психикой. Впутываться в бесперспективные отношения мне расхотелось. Пусть себе любит на здоровье, ничего не хочу знать.

Он поднялся, поставил стакан на столик и повернулся к двери.

— Мне понравилось то, что было в отеле. Чтоб ты знала.

— Еще скажи, что это было впервые.

Он хмуро на меня посмотрел, и я поняла – да впервые! А потом Макс не говоря ни слова вышел из квартиры.

Завтра же напишу заявление на увольнение.

Аккуратно подписанное заявление я преподнесла ему утром со свежим номером журнала «Природа».

— Это еще что такое? –  нахмурившись, спросил он.

— Я ухожу.

— Но Вы справляетесь. Я не хочу менять помощницу и все заново объяснять постороннему человеку! Я привык к Вам, если хотите.

— Звучит эгоистично.

— Пожалуйста, дайте мне шанс все исправить. Алиса, до Нового года осталось всего неделя. Останьтесь. В январе, если не передумаете, я подпишу документ.

Звучало так, будто он искренне не хотел, чтобы я уходила. Сама эту кашу заварила, мне и расхлебывать.

— Хорошо, — вздыхаю я.

— Вы мне не поможете сегодня нарядить елку? – застенчиво спросил он.

Я поднималась на 7 этаж с пакетом елочных украшений. Лифт почему-то не работал, а каблуки были слишком высокими.  Он открыл дверь и улыбнулся, словно не верил, что я приду. На нем гиковская майка с персонажем Marvel и милые домашние штанишки. От него пахло домашним уютом и гелем после бритья.

— Заходи, не стесняйся, — он вел себя, как радушный хозяин.

В центре гостиной стоит огромная искусственная елка, которая почему-то пахла как настоящая.

— Ароматизатор, — коротко пояснил Волгин.

Он прошел босиком на кухню и вернулся с горячим шоколадом, украшенным маленькими зефирками. Во мне поднялась волна раздражения от ванильности происходящего.

Я та женщина, которую зовут в сауну и жарят до беспамятства в парилке.

Я та женщина, которая делает минет в обеденный перерыв.

И совершенно ясно, что я не пара слишком правильному, до тошноты, Максу Волгину. Самое время уйти, однако не посмела сдвинуться с места.

— О, тут подарок, — сказал он, разбирая пакет с игрушками.

— А да, это тебе.

— Вау, давненько я не получал подарков, за исключением той картины с голой женщиной, которую коллектив института подарил мне на день рождения.

Сказать по правде, это была коварная шутка ученых. Все были уверены, что Волгин гей и хотели побесить его обнаженным женским телом. Однако эта самая картина висела сейчас в спальне, я успела заглянуть туда одним глазком, пока Макс ходил за шоколадом.

Босс открыл коробочку и вытащил набор свечей.

— Я попыталась воссоздать запах, который ассоциируется у меня с Мадридом: вишня, снег, мята.

— Отлично. Сейчас будем жечь их.

Аромат изготовленных мною свечей напомнил мне события, произошедшие в Испании. Вишневое пирожное, которое босс взял на десерт, предрождественская суета, его мятные губы и холодная пренебрежительность.

И меня вдруг осенило, что я влюблена в него.  Мое поведение изменилось: я перестала совершать импульсивные поступки и стала терпеливо ждать, когда же он снизойдет до меня.

Когда он расстанется с мыслями о своей неудачной любви и обратит на меня свой взор. Когда раскроет для меня объятия и подпустит ближе, чем на один метр. Когда разрешит мне уснуть в своей постели, чувствуя на лице мое теплое дыхание.

Но что-то подсказывало мне, что всему этому не суждено быть.

Мы наряжали елку, разговаривая о работе. Несколько раз наши пальцы соприкоснулись, и он смущенно отворачивался. Когда последняя игрушка расположилась на дереве, я по-детски обняла его и уткнулась носом ему в грудь. Босс неуверенно дотронулся до моих лопаток и склонил голову. Его гладкие щеки пылали. Я подняла голову и обнаружила вблизи его губы. Они пахли шоколадом.

Макс целовал меня боязливо и требовательно, будто ожидал, что в любую секунду я оттолкну его. Но я лишь теснее прижималась к нему и чувствовала нарастающую силу в его паху. Мое сердце сжалось от радости, словно я была ребенком, получившим вкусную конфетку.

Он трогательно и бережно раздел меня. Затем суетливо пытался открыть презерватив зубами, вызывая во мне улыбку и желание сбежать. Я лежала абсолютно нагая в его постели и смотрела, как он натягивает резинку на свой длинный орган. Наконец он лег на меня сверху и поцеловал в шею. Я нетерпеливо двинулась ему навстречу, и головка члена проскользнула в меня. Макс шумно выдохнул мне в шею и вошел полностью. Обожаю этот момент!

Босс пытался оттянуть момент преждевременной эякуляции и несколько раз останавливался. (Позже он признался, что чувствуя подход, решал математические уравнения).

Близость с ним была приятной. Впервые меня не пытались развести на анал и не впихивали в рот член после нескольких обмакиваний в вагину. Впервые кто-то заботился о моем оргазме и спросил разрешение кончить внутрь, будучи упакованным в презерватив. (А то мало ли, вдруг порвался!) А после соития бережно утирал мою мокрую промежность чистым полотенцем.

Однако в моем мозгу свербела мысль, что он любит другую, а со мной просто трахается. Как будто кто-то другой до него делал все иначе! Эта мысль портила момент и раздражала.

— Спасибо за секс. Все было восхитительно, — сказал он.

— Ты мне еще деньги на тумбочку положи, — съязвила я.

— Что, правда? — схватился он за кошелек. Я закатила глаза и ударила его по руке.  – Ой, прости, сразу не понял, что это шутка. Тебе что, никогда не говорили спасибо за секс?

Я призадумалась. А ведь правда, бывшие мужчины срывали мой цветок и молча уходили в закат, забывая сказать приятное слово. Откупались подарками и должностями. И ни разу никто не сказал от души: «Спасибо за секс». Наверное, поэтому это для меня прозвучало странно.

— Ты все еще любишь ее?

Макс помрачнел. Вот кто тянул меня за язык? Почему женщины такие болтливые? Мне иногда хочется вырвать с корнем свой язык и впредь объясняться на языке жестов.

— Почему об этом нужно говорить сейчас?

— Потому что я думаю об этом весь вечер. Кто она? Где она? Почему она тебя отвергла?

— Она умерла.

— Боже ж ты мой, прости, милый. Поверить не могу, что я так глупа.

— Успокойся, все нормально. Но если твой следующий вопрос будет: как она умерла? Можешь сразу одеться и уйти.

— Ты груб.

— Алиса, ты первая женщина, кто переступил порог моей спальни за 12 лет. Ты первая за 37 лет, кто без спроса залез в мои штаны, не считая моего доктора. Ты первая, кто смог отвлечь меня от мыслей о бессмысленности жизни и отсутствия божьего замысла. И если я показался тебе грубым – прошу меня простить.

Его слова заставили мое сердце трепетать. Я кинулась ему на грудь и счастливо уткнулась в нее. Моя ладонь легла на его мягкий горячий живот. Я опустила руку ниже и дотронулась до члена. Его промежность была такой же безволосой и гладкой, как и его грудь, и это разорвало шаблон, что красивый мужик должен быть волосатым, что неожиданно понравилось мне.

Моя рука ласкала его горячий член, губы соприкасались с его сосками. За доверие я всегда щедро плачу. Я наклонилась и обхватила ствол Макса губами. Он шумно вздохнул и судорожно схватился за подголовник кровати. Мне нравится его реакция, нравится открывать для него новое и неизведанное, и я отгоняла от себя мысли о жалости.

Мои губы ласкали его отвердевший орган, пальцы поигрывали с яичками.

— Если ты продолжишь в том же духе, я изольюсь, — предупредил он.

— Макс, милый, я только рада буду выпить тебя до дна.

— Слишком шикарно, чтобы быть правдой.

— Ты что-то сказал? – невинно похлопала я глазами.

— Я хочу, чтобы ты сегодня осталась здесь и обнимала меня всю ночь.

— Да я только за, — уверила я, заглатывая крупную наживку.

— Ооооох. И где ты этому только научилась?

В аромате свечей больше не чувствовалось снега. Дрянная девчонка смогла растопить лед в сердце влюбленного в прошлое мужчины. Моя вера в чудеса не ослабла, и пусть это антинаучный бред, но время от времени они все же случаются с каждым.

 

 

 

 

(Всего 227 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

Roksolana M

Хей! Я Рокси, пишу яркие, запоминающиеся рассказы. У меня вы можете заказать рассказ по своему сюжету.

19 комментария к “Сапиосексуал”

    1. Хей! Я GE35! Всем можно рекламу давать? Привет, я пишу яркие запоминающие рассказы во всех жанрах. Мои произведения под другим псевдонимом успешно продаются на всех интернет-площадках, включая AMAZON. У меня вы можете заказать рассказ по своему сюжету.

      0
          1. ( • _ •)

            / >🧠 Вот тебе ещё мозг. Его нужно поместить вот сюда -> 👽 И не плакай, научишься когда-нибудь и ты писать на должном уровне, не придётся рекламу давать 🤫 без неё находить начнут твои шедевры. И не злись, что тебя учат простым вещам. За такое наоборот, благодарить нужно :)) 👋😉

            0
            1. Прости меня, Господи, на таких деревенских дурачков даже обижаться грешно. Киплинг им хоть имена давал, а это полный ноунейм. Даже подать на скудоумие рука не поднимается, ещё раз прости меня Господи!

              0
                1. А ты, бедняга, как я посмотрю, даже читать не умеешь! Советую начать с Букваря. В современных изданиях там, наверное, даже смайлики есть, тебе будет легче! Кстати, про 3D принтер не забывай.

                  0
                  1. Ты точно поместил в 👽 подарок землян? Странно, что ещё не работает 🤔 может с головой что-то не так? Мозг точно в порядке. Проверяли. Вот тебе ещё принтер 🖨 ) не 3D, но рекламу сможешь свою распечатать и на голову себе приклеить. Она летать начнёт везде, люди твою рекламу увидят 😉

                    0
                    1. Я, грешный человек, нарочно бы записался к большевикам, чтобы тебя расстрелять. Расстрелял бы, и мгновенно обратно выписался.

                      0
  1. ВЛЮБЛЁННАЯ В ИНТЕЛЛЕКТ (К рассказу авт.Roksolana M «Сапиосексуал»)

    Этот рассказ он, конечно, не о любви… И даже не о сексе, как таковом… Он о банальном человеческом недопонимании и ситуации, когда двое взрослых людей становятся заложниками шаблонов своего мировосприятия и жизненного опыта.

    Девушка Алиса работает секретарём у физика-теоретика и мечтает запрыгнуть к своему боссу в постель. Любопытно, что девушка пытается уверить себя в душевных симпатиях к высоколобому физику, но на самом деле она к нему абсолютно равнодушна, просто давно привыкла, что секс с боссом это «правила игры» и неотъемлемая часть её профессиональных обязанностей.

    В свою очередь равнодушие профессора Волгина к её девичьим прелестям, она воспринимает как бессловесное обвинение в профессиональной непригодности. Символично, что её психологические загоны и эротическая напористость в желании запрыгнуть в постель к шефу или хотя бы повисеть у него на конце, выглядят так обаятельно, что язык даже не поворачивается упрекнуть её за такую распущенность и вульгарность.

    А сам профессор искренне полагает, что ассистентка (секретарша) должна разбирать почту, исполнять поручения, отвечать на телефонные звонки, вести переписку, бронировать авиаперелеты и отели, готовить презентации и т.д., а вовсе не оказывать интимные услуги.

    Однако, тут мне кажется, что девушку Алису, даже упрекать не в чем. Весь её трудовой опыт сводился к тому, что она работала секретаршей у разных руководителей и с каждым из них дисциплинировано тр@халась. Как она сама об этом рассказывает:
    ==
    Я всегда сплю со своим боссом. Где бы и кем я ни работала, всегда трахаю главного. Я просто фанатею от мужичков в костюмах. Но кто бы мог подумать, что мой новый босс окажется настоящим ботаном, и мне придется хорошенько постараться, чтобы его приручить.
    ==

    Максим Сергеевич как типичный представитель научной и даже академической среды, конечно пытается держать дистанцию и ограничивает свое личное пространство от бесцеремонного вторжения, но что такое ботанистый физик-теоретик перед напором юной нимфоманки, которая мечтает поиметь с ним секс…

    И чем больше профессор уклоняется от от этого служебного романа, тем больше Алиса возбуждается и тем креативнее подходит к процессу соблазнения. Правда пробелы в образовании и скудный интеллект играет с ней злые шутки и она постоянно оказывается в идиотских ситуациях. К примеру, пытаясь соблазнить своего босса девушка надевает сиреневое бельё, в надежде, что оно напомнит профессору оттенки его любимой вселенной, в то время как сейчас даже школьницы знают, что средний цвет вселенной, это «Светлый беж», а официально он называется «Космический латте», что само по себе очень символично.

    *****
    — Всем доброе утро. Леночка, сделайте мне, пожалуйста, кофе!
    — Дмитрий Алексеевич, кофе делают в Латинской Америке, а я его просто готовлю.
    — Лена, умничать надо было в школе на экзаменах, тогда бы работала, а не кофе носила.
    /анекдот из инет баяна/
    *****

    С другой стороны, трудно винить девушку за то что она дисциплинированно движется в мейнстриме отечественной культуры и обычаев делового оборота, когда при приеме на позицию секретаря или помощника генерального директора, оценивается в первую очередь внешние данные, сексуальная привлекательность и готовность раздеваться без долгих кривляний.

    Иными словами, если все без исключения работодатели рутинно и бесцеремонно эту девушку тр@хали, то тот один (единственный) который проявляет элементарную человеческую сдержанность, на общем фоне выглядит настоящей белой вороной.

    Но в целом у Роксоланы получилась романтическая сказочка, для юных девочек, которые устраиваются работать секретаршами в корпорации и мечтают сразу решить все свои жизненные вопросы, действуя при этом исключительно способом, любой девушке доступным…)))

    В конце концов ситуация у девушки могла быть и более экзотичной, как например в книге у Тани Орловой «Дополнительные обязанности секретаря». Там по авторской задумке Генеральный директор поручает своей секретарше познакомиться с руководителем конкурирующей фирмы и по сути подкладывает девушку под конкурента.

    5
    1. Почему-то после Ваших рецензий хочется писать продолжение истории. Так что, если увидите продолжение Сапиосексуала, знайте — это оно. 😁
      А так, как всегда зрите в корень, никакой мишурой Вас не обмануть)

      2
    2. Этим вечером я попросил админа стереть-аннигилировать моё присутствие на этой площадке, и напоследок я хочу пустить инопланетную струю Анфисе, единственному автору, которого можно здесь читать, всё остальное, это сироп, в объятиях которого все давно утонули и похоронили свой талант. Вернее, его зародыши. К сожалению, Анфиса, вы тоже тонете в этом дерьме. Плюсики, за которыми не стоит ничего материального, восторги графоманов, всё это начало формировать у вас самой образ этакого местечкового «нобелевского комитета». Я даже сам в этом однажды поучаствовал. Анфиса, вы бест на этой площадке, но мне кажется, что быть первым на деревне однажды должно надоесть. Надеюсь, вы успеете прочитать эти строки, прежде чем они и я исчезнут.

      0
      1. Только улетел, а уже пишет на другом ресурсе, что готов рассмотреть вопрос о возвращении, если получит извинения в любой форме (за равноценный бан с ноунеймом) 🤯🤯🤯

        0

Добавить комментарий