Сентэк – галактика зеленого Солнца

Пролог

Татьяна легко пробудилась от сладкой дрёмы и нежно потянулась в мягкой белоснежной постели. Сквозь овальные иллюминаторы ее каюты пробивались чуть зеленоватые лучи инопланетного солнца, рябью скользя по матовому полу, постельному белью и ее босым лодыжкам, лаская их приятным теплом.

Татьяна откинулась на подушку, погрузив пальцы в густые русые волосы, и машинально помассировала кожу головы, вспоминая недавний неземной секс с Фэтсом, причем слово «неземной» можно было произнести как в переносном, так и в прямом смысле. Секс, произошедший за миллионы световых лет от ее родной Земли, с рахвфином – представителем совершенно иной планеты, которого при всей его 98-процентной схожести с людьми, все-таки никак нельзя было назвать человеком. Она бросила мимолетный взгляд в его сторону, всё так и держа пальцы погруженными в волосы на голове, и улыбнулась. Фэтс бесшумно спал, повернувшись к ней спиной. Спина, бугрящаяся рельефными мышцами, поднималась и опускалась в такт его дыханию. Таня хотела провести рукой по гладкой красноватой коже, но рука ее замерла на полпути, а затем и вовсе вернулась в исходное положение. «Пусть еще подремлет», – решила она.

Откинув одеяло со своей стороны, девушка опустила ноги на теплый пол, и, набросив прямо на голое тело белый лабораторный халат с эмблемой корпорации – зеленым четырехлистным клевером на левом кармане – негромко прошлепала босыми ногами в лабораторию, захватив с прикроватной тумбочки обычный использованный презерватив, наполненный «биоматериалом для лабораторных исследований» – именно так это будет отражено в отчете. Хотя, конечно же, в отчёте не будет отражено, каким способом был получен этот «биоматериал». Зачем там, наверху, знать, что она в очередной раз поступила «не по протоколу».

Да, в очередной, и далеко не в первый раз.

 

I

Татьяна уселась за лабораторный стол в мягкое эргономичное кресло, даже не удосужившись запахнуть халатик. При ее появлении компьютер, стоящий на столе, тут же оживился, загорелся монитор, в левом верхнем углу которого также мерцал четырёхлистный клевер.

Надев очки, Татьяна набрала из презерватива несколько капель мутно-белой жидкости в пипетку и нанесла «материал для исследований» на специальные стеклянные маркеры, которые погрузила в лабораторный аппарат, и запустила на компьютере программу введя несколько цифровых параметров.

Таймер обратного отсчета на мониторе известил, что до конца исследований осталось чуть меньше 40 земных минут. Есть время выпить кофе (ну или его синтетический аналог, если быть точнее). Таня встала с кресла и вновь потянулась, сладко зевнув, после чего отправилась в кухонный блок, чтоб приготовить кофе. При ходьбе она машинально застегнула халат на пару пуговиц, скорее, чтоб он не развевался при ходьбе. А еще девушка ощутила некое приятное покалывание, и даже онемение в промежности.

Ну, еще бы, сколько нанопериодов (или земных лет, если рассматривать привычную систему исчисления времени), уже у нее не было нормального секса с мужчиной. Если так посчитать: накануне экспедиции – полгода в изоляторе во время подготовки к полету, сам перелет в соседнюю галактику, в течении которого девушка-астронавт была введена в искусственный сон, продлившийся 45 месяцев, ну и уже тут, на Омега-2-с, она живет почти полгода. Получается без малого пять лет.  «Танька, ты без траха целых пять лет! С ума сойти! Немудрено, что совратила первого попавшегося пришельца с соседней колонии», – проговорила она сама себе, подставляя кружку (с тем же четырехлистным лепестком), и выбирая на панели кофемашины нужную программу. Загорелись красные и зеленые огоньки, что-то пикнуло, зажужжало, зашипело, и в кружку тонкой струйкой потек темно-коричневый напиток, распространяя вокруг терпкий, чуть горьковатый аромат свежезаваренного кофе, который ничем не уступал натуральному, земному.

Взяв кружку и упаковку с вишнёвыми круассанами Татьяна подошла к выходной панели и приложила ладонь к сканеру, тем самым дав команду компьютеру на открытие отсека, ведущего на улицу. Дверь бесшумно отодвинулась в сторону, и тёплый ветер тут же взъерошил девушке волосы, словно приветствуя милую чужеземку на своей планете.

Недавно был дождь, и Таня прошла по влажной траве лужайки, приятно омывая ноги дождевой влагой. Она направилась к широкой качели в виде мягкого диванчика и уселась поудобнее, забравшись на нее прямо с мокрыми ногами. Тут же из-за угла Комплекса выглянул и лениво посеменил к ней, высунув язык, кучерявый Рекс, эрдельтерьер, точь-в-точь из фильма про Электроника, который Таня очень любила в своем далёком детстве.

– Ну что, скучаешь по дому? – девушка потрепала пса за ухом, и он улегся на траву возле нее.

А девушка перевела взгляд на небо. Сквозь густые кроны деревьев пробивались лучи местного солнца, желтые с едва зеленоватым отливом. Воздух был чист и приятен, и имел свой специфический привкус, пах будто озоном, примерно так, как на Земле пахнет воздух перед дождём. Таня уже давно привыкла к этой атмосфере, как и к этой планете, ставшей теперь ее новым домом, новой жизнью.

Именно сюда, на качели она любила приходить в свободное от работы время, с чаем или кофе, иногда с книжкой, а чаще просто повспоминать, подумать о том, что было и что ее ждет в будущем.

II

Татьяна родилась в деревне, неподалеку от Липецка тридцать шесть земных лет назад. Там же и воспитывалась. После школы училась на зоолога, но после третьего курса бросила и поступила на медицинский. Окончила его с отличием, но поработать на родной планете ей так и не довелось.

Именно в те годы стартовала программа «Клевер», куда Таня, как и многие… теперь уже можно сказать – земляне, подала заявку. Хотя, наверное, об этом стоит рассказать чуть поподробнее.

В сороковых 21-го столетия на Земле случилось сразу несколько громких открытий в области космонавтики. Спустя еще десять лет, молодой ученый из Воронежа открыл соседнюю галактику, состоящую из двух десятков небольших планет (не больше Марса или Меркурия), и находящихся на доступном друга от друга (с точки зрения современной космической логистики) расстоянии. Планеты оказались никем не заселенными и большинство из них вполне пригодными для жизни и обитания людей. Первооткрыватель назвал галактику в честь своего любимого писателя — Сент-Экзюпери, автора «Маленького Принца», а самую маленькую планету так и назвали – Маленький Принц, правда, потом ей присвоили более прозаичное и безликое наименование – Омега-2-с. А название галактики для удобства было сокращено до Сентэк и новая галактика получила свое официальное имя. Галактика Сентэк.

Учитывая угрожающие Земле в ближайшее столетие катастрофы – глобальное потепление, истощение природных ресурсов, демографическое перенаселение и прочие, эти космические открытия давали человечеству еще один шанс, еще одну попытку начать все сначала. Для этого и была создана корпорация «Клевер».

По всему миру набирались рекруты – специалисты в самых разных областях: для разведки, исследования, а в дальнейшей перспективе и заселения новых планет галактики Сентэк. Некоторые экспедиции разведчиков терпели крах, другие же благополучно осваивались, проводили первичные исследования, возводили небольшие комплексы с автономными коммуникациями, имеющие все необходимое для жизни и углубленных лабораторных исследований и отправлялись дальше.

Спустя годы на одну из планет Сентэка под названием Омега-2-С или Маленький принц были направлены два астронавта — Татьяна и Олег, а вместе с ними различные виды домашних животных и скота: козы, куры, собаки и кошки. Все это были участники экспериментального проекта «Ковчег-7». Цель эксперимента – изучение окружающей среды, развитие сельского хозяйства, и самая главная его цель – зачатие и воспроизведение потомства в условиях данной планеты, как животными, так и людьми.

Номинально на необжитую планету была направлена одна семья с хозяйством для налаживания жизни и разведения того самого хозяйства. «Клевер» даже для этого проекта придумал слоган «Живи с удовольствием!» Но, по факту, и астронавты, и прочая живность были лишь подопытными кроликами, которые должны были на себе испытать и определить возможность существования людей на этой планете. Как бы там ни было, на Земле хватало энтузиастов, которые с готовностью подписывались под данные проекты и отправлялись в неизведанное.

Пока астронавты четыре года были в глубоком сне, а космический корабль с каждой наносекундой уносил их все дальше от родной планеты, на Земле, да, можно сказать, и в космосе, многое поменялось. Человечество, наконец-таки повстречалось с представителями внеземной цивилизации – расой Рахвфинов. Инопланетяне были настроены весьма дружелюбно, обладали высоким технологиями и первыми протянули руку дружбы землянам. Но, что самое интересное, рахвфины примерно в одно и то же время с землянами открыли галактику Сентэкс, и тоже не заметив там разумных форм жизни, решили организовать на некоторых планетах свои колонии. Именно там, в галактике Сентэкс и произошла эта историческая встреча двух рас.

Обо всем этом Татьяна с Олегом узнали, когда компьютер вывел их из искусственного сна за несколько дней, до прибытия на Маленького Принца. Тогда же они узнали, что ближайшая колония инопланетных друзей находится неподалёку (по космическим меркам) от места их назначения, на соседней планете Омега-9-D. Произошедшие события меняли миссию астронавтов и перед высадкой на Маленький Принц они получили приказ от руководства «Клевера», в котором говорилось, что их участие в проекте «Ковчег-7» приостановлено. И каждый из них теперь, отдельно друг от друга, являлся агентом другого, совершенно засекреченного проекта «Троян-1» и «Троян-2». Олег, сразу после прибытия на Маленький Принц, должен был отправиться на планету Омега-9-D, ту самую где обосновали свою молодую колонию рахвфины – с дружественным визитом и налаживанием отношений. А Татьяна на Омеге-2-С в свою очередь должна была принять представителя неземной расы, с теми же целями. Это официально. Неофициально же земным астронавтам было поручено, как можно точнее изучить представителей другой планеты и выявить все возможные исходящие от них угрозы. Риск был велик, но по мнению «Клевера» лучше пожертвовать несколькими астронавтами, чем несколькими миллионами людей.

III

Татьяна улыбнулась, вспоминая день прибытия к ней неземного астронавта несколько дней назад. На флагштоке, рядом с комплексом построек, развевался флаг компании – белое полотнище с четырехлистным клевером в центре. Сама Татьяна, облаченная в серебристый скафандр стояла рядом, вытянувшись по стойке смирно и выполняя воинское приветствие, согнув в правую руку локте, касаясь кончиками пальцев у края скафандра, напротив уха. Эту эпохальную историческую встречу с четырех разных ракурсов записывали камеры, установленные на штативах, передавая картинку на Землю.

Невдалеке приземлился летательный объект, напоминающий большой баклажан с острыми крыльями. Из него вытянулся неширокий трап по которому сошли на поверхность трое в скафандрах. Двое остались по бокам от трапа, а третий неспешно пошел навстречу Татьяне.

– Приветствую тебя от лица всех землян! – глухо через астрошлем произнесла Татьяна, едва пришелец приблизился к ней на расстояние пары шагов и встал.

В ответ она услышала некий шум, свист и шипение. Позже она узнала, что язык рахвфинов в основном состоит из шипящих и свистящих звуков. «Змеиный язык», – отразила она позже в отчете.

– Фхцщщщчщщш спсхзззззззз шщщщшцхцццсссс! – услышала девушка инопланетную речь.

Встретившиеся несколько минут стояли, не шелохнувшись, и с любопытством разглядывали друг друга сквозь стеклянные забрала скафандров.

– Очень приятно! – буркнула Таня себе под нос и пошла к базе, рукой приглашая следовать пришельца за собой.

Для астронавтов «Клевер» совместно с рахвфинами изготовили специальную компьютерную программу, закачанную в портативный транслейтор, который являлся одновременно переводчиком, словарем и энциклопедией и помогал изъясняющимся построить диалог. Это позволяло наладить общение и понимание друг друга.

Пройдя «камеру очистки» астронавты очутились в просторном помещении, напоминавшем отсек самолета, имеющем на боковых стенах по три круглых иллюминатора. Татьяна сняла астрошлем и пришелец последовал ее примеру. Снова возникла пауза, во время которой астронавты с интересом разглядывали лица друг друга.

Внешность его, если и напоминала человека, то очень уродливого, явно на Пирса Броснана он не тянул. Глаза были узкие, как у японца, нос большой и горбатый, словно у армянина, губы были полные, как у негра, лицо безволосое, только узкие дуги бровей над глазами, да на голове мелкие жёсткие кудри, как носят некоторые африканские племена. Кожа его была красной (примерно как у европейца, обгоревшего на солнце), и гладкой, без единой морщины.

Татьяна жестами показала, как пользоваться транслейтором и когда оба они подключились к системе, пришла пора познакомиться.

– Здравствуй. Я – Татьяна. Можно просто Таня. Руководитель этой лаборатории, – проговорила девушка немного искаженным от транслейтора голосом.

– Тайня? – спросил пришелец, словно пробуя на вкус инопланетное слово, состоящее из незнакомых звуков. – Тайня! – повторил он еще раз. – Мое. Имя. Фэтс. Приветствую. Очень приятно! – заговорил рахвфин стандартными фразами компьютерного устройства.

Татьяна попыталась объяснить, что первоначально ей необходимо произвести небольшое обследование гостя, на предмет «возможных несовместимых биологических процессов». Отчасти это действительно делалось в целях предосторожности, отчасти же в целях выполнения секретного приказа «Клевера», куда позже Татьяна направила полученные результаты исследований. Пришелец сразу согласился и даже попытался улыбнуться своими полными губами.

Вот тогда-то и началось самое интересное и неожиданное. Татьяна ловко скинула облегченный скафандр, оставшись в тонком нательном термобелье, плотно облегающем ее тело до самой шеи, обулась в домашние мокасины и накинула белый лабораторный халат. Проделав всё это, она обратилась взором к пришельцу, у которого не так ловко и быстро получалось снять его громоздкий скафандр, внешне напоминающий что-то среднее между саркофагом и рыцарскими латами. Рахвфин отстегнул и снял большой нагрудный блок, Затем такие же массивные нарукавники и наспинный баллон с дыхательной смесью. А потом нажал светящуюся кнопку в середине груди и графитовая оболочка его скафандра, плотно облегающего тело, вдруг обмякла, соскользнула с плеч и, струясь складками, превратилась в бесформенную ткань у ног пришельца. И он остался совсем голым, при этом, ничуть не стесняясь своей наготы.

Сердце у Тани бешено заколотилось, сотни мыслей тут же пронеслись через ее мозг, но она быстро взяла себя в руки, только постаралась как можно незаметнее перемеситься чуть левее, к шкафчику, в котором имелось оружие – на случай агрессии внезапно обнажившегося пришельца. Однако тот не обращал на землянку никакого внимания, словно находился в мужской раздевалке в бане. Так же невозмутимо он собрал составляющие своего скафандра и уложил их в приветливо открытый шкафчик. Затем пододвинул свою дорожную торбу, отдаленно напоминающую армейский баул, которую принёс с собой и, расстегнув, вытащил из нее тонкий костюм, переливающегося графитового цвета, как и скафандр. И только собравшись облачиться в свой костюм, он понял, что Татьяна с интересом изучает его тело, вернее определенную его  часть.

IV

Землянка действительно с удивлением разглядывала голого пришельца. Фигурой он совсем не отличался от земного мужчины, имел красивое античное тело, кожа его матово поблескивала на бугрящемся рельефе мышц и была гладкой и такой же ошпарено-красной как и лицо. На груди имелись маленькие соски, примерно 2 сантиметра в диаметре. Мужеские половые признаки так же не отличались заурядностью: член средних размеров и яички, все как у обычного  земного мужика. Татьяна даже разочарованно хмыкнула, увидев его стандартный размер и вид. Она надеялась на что-то более экзотичное у него в штанах. Именно в этот момент Фэтс и глянул на нее.

– Почему ты туда смотришь? – поинтересовался пришелец.

– Ни почему, – ответила Таня и стыдливо отвела глаза.

– Ни почему? – Фэтс замер, держа в руках свою одежду и пытаясь разыскать ответ в компьютерной памяти транслейтора, но так и не найдя ничего вразумительного, неопределённо качнул плечом и начал одеваться.

Когда он облачился в свой наряд: обтягивающие штаны с закрытыми ступнями — нечто среднее между трико и колготками, что-то вроде футболки с рукавами чуть ниже локтей и квадратным вырезом на груди и обувь – подобие кед с открытой пятой Татьяна, все еще пребывающая под впечатлением от увиденной наготы мужского (хоть и нечеловеческого) тела, пригласила его в лабораторный отсек. Пришелец, легко подхватив свою объемную сумку, проследовал за девушкой.

– Мне нужно взять несколько проб и провести некоторые измерения и исследования, – попыталась наиболее понятно изъясниться землянка, но Фэтс лишь пожал плечами, как бы отвечая «Раз надо – значит надо».

– Возможно, будет больно, – предупредила она, когда пришелец поместил ладонь в специальный отсек, где одновременно измерялся пульс, температура тела, наличие радиации, вирусных заболеваний и производился забор крови для анализа.

– Еще, думаю, мне придется тебя «просветить», – задумчиво проговорила Таня, пользуясь лояльностью гостя и действующая по принципу «Куй железо пока горячо». На самом деле процедура эта была необязательна для первого дня и определения возможности пребывания пришельца в лаборатории. Все предварительные анализы подтвердили «зеленый уровень», что подтверждало отсутствие у инопланетянина каких либо отклонений в здоровье, опасных для контакта с представителями земной цивилизации. Но Татьяна, в силу своего характера, решила действовать напролом.

Она какое-то  время пребывала в задумчивости, глядя то на биокамеру, то на пришельца.

– Что-то не так? – не выдержал он.

Она еще раз глянула на его одежду, сделанную из переливающегося тканевого материала¸ неизвестного девушке с Земли.

– Нужно чтоб ты разделся! – выпалила она не глядя на него.

Фэтс лишь ухмыльнулся и быстро скинул свой нехитрый наряд. Девушка искоса наблюдала за ним, ощущая, как выскакивает из груди сердце и влажнеют от волнения подушечки пальцев.

– Я должен лечь тут? – спросил он, подойдя к кушетке.

– Д-да!

Рахвфин сел на кушетку, а затем плавно развернув корпус тела, лег на спину, вытянув ноги и руки вдоль туловища. При этом разные группы его мышц привлекательно играли, напрягаясь и расслабляясь под гладкой матовой кожей. Член вальяжно откинулся на левое бедро, и любопытный  взгляд Татьяны все время возвращался к нему. Он не был обрезан, как бывает у евреев и мусульман и головка его была надежно сокрыта под хоботком сморщенной кожи. Сделав глубокий вздох и концентрируясь на работе, Татьяна закрыла стеклянный кожух, и инопланетянин оказался в капсуле биокамеры. Нажав несколько клавиш и бросив отсутствующий взгляд на экран монитора, Татьяна отошла от компьютера, и вновь посмотрела на пришельца. Глаза его были прикрыты, а губы улыбались.

По окончании исследований Фэтс подошел к Татьяне и задал вопрос:

– Могу ли я так же произвести небольшое обследование?

Татьяна опешила, она не ожидала такого, но, с другой стороны, он имел полное право спросить об этом.

– Мне тоже нужно будет раздеться? – с вызовом спросила она.

– Это ни к чему. Просто стойте тут, – рахвфин отошел к своему баулу и достал из него небольшую рамку размером с книгу. Нажав на уголок он включил свой прибор и тот замерцал бледно-матовым светом.

Пришелец принялся водить своим прибором, поочередно сканируя лицо, плечи, грудь,  руки, живот, пах и ноги. Вся процедура заняла не больше минуты. Он пару раз нажал еще какие-то клавиши и удовлетворенно ухмыльнувшись выключил прибор.

– Все? – как-то разочарованно протянула Таня.

– Почти! – он приблизился и аккуратно, кончиками пальцев провел по длинным женским локонам и тут же смутившись отошел. – Это уже не обследование. Это любопытство. У нас такого нет.

– Воло́с? – удивилась Татьяна.

– Воло́с, – повторил пришелец, убирая свой прибор в сумку.

Для первого дня было достаточно эмоций, впечатлений, исследований, да и писанины еще предстояла куча –  Корпорация требовала результаты немедленно. Поэтому, показав пришельцу его гостевой отсек, который состоял из жилой каюты, душевой с туалетом и небольшой кухни-столовой, а так же был оборудован кладовой и отдельным входом с персональной террасой. Вкратце показав гостю его покои и закрепив за ним персонального робота-помощника Кузю – практически прототип робота R2-D2 из Звездных войн, эдакий интеллектуальный пылесос с головой вращающейся на 360 градусов – Татьяна отправилась в лабораторию писать отчеты о «встрече», прихватив с собой прямо туда творог и йогурт.


V

По данным исследований, физиологически рахвфин практически не отличался от человека. Были незначительные различия в составе крови, цвете кожи, структуре волос, но разительных различий обнаружено не было.

На подробное составление отчета ушло около 5 земных часов. Параллельно Татьяна с помощью видеонаблюдения приглядывала за гостем, но он вел себя спокойно. Перекусил предложенной едой, общался с интеллектуальным роботом и Кузя даже научил пришельца играть в шашки. Теперь же Фэтс отдыхал, лежа на спине и закрыв глаза. Могучая грудь с маленькими точками сосков вздымалась и опускалась при дыхании и девушка даже залюбовалась им какое-то время – сказывалось одиночество и физиология, которую ни перед полетом, ни после прибытия никто «не отключил». Впервые за долгое время рядом был мужчина, пусть и неземной и не красавец, но мужик, это-то женская интуиция распознала сразу, когда он еще только в скафандре подходил к ней у флагштока.

Словно ощутив, что за ним наблюдают, пришелец вдруг затрепетал веками и открыл глаза, и посмотрел прямо в камеру (хотя она и была замаскирована). Татьяна тут же отвела взгляд, а после и вовсе свернула изображение на мониторе и встряхнувшись от наваждения отправилась в душ.

Но в ду́ше ее наваждение не отпустило, а напротив, только усилилось, под теплыми струями гидромассажных рассеивателей.  Ее руки скользили по телу, смывая пену минерального геля, и она никак не могла отделаться от возбуждения, преследующего ее весь этот тяжелый день! Низ живота словно налился свинцом, и приятно ныл, груди набухли, а соски потемнели и стали очень чувствительными, будто зудя изнутри.

Таня знала единственный верный способ скинуть это возбуждение, избавиться от него, да, к чему скрывать, она частенько прибегала к этому верному способу, как там, на Земле, так и здесь, на Маленьком Принце, коротая одинокие ночи. Водяные струи все еще били в тело с разных сторон, массируя его, чистая кожа поскрипывала под пальцами, а руки девушки уже замерли на грудях, по которым ручейками стекала вода. Татьяна легонько сжала упругую плоть, ее пальцы погладили ареолы сосков, и тело пронзила приятная молния, уходя от сосков к низу живота.

Татьяна негромко застонала и легонько сжала чувствительную трепетную плоть. Ей нравилось играть со своей грудью, она могла сминать полушария друг о друга, могла теребить соски пальцами и, приподняв груди, облизывать соски языком. Она могла целовать их и посасывать, гладить и щипать, истязать и нежить. А внизу живота при этом уже назревал небольшой смерч, раскручиваясь внутри нее горячим огненным клубком  и распространяя по всему телу приятные волны удовольствия.

Девушка оперлась спиной о панель и соскользнула по ней вниз, присаживаясь на корточки и широко разводя колени. Ей не терпелось освободить из себя этот смерч, выпустить его. Погрузить в себя пальцы, чтоб помочь ему раствориться в ней закрутив в стремительный вьюн страсти и удовольствия. Но она выжидала, она позволяла ему еще чуть подрасти, еще немного набраться сил, стать еще неистовее, буйнее, стремительнее. Таня провела двумя пальцами вниз от пупка и вздрогнула, когда пальцы задели ее драгоценную горошину, распространив по телу сладкую истому. Плоть была горячей и скользкой от проступившего на ней сока женского естества. Девушка накрыла свою Тайну ладонью, положив сверху еще одну, словно удерживая разрастающийся и рвущийся наружу клубок страсти. И вот, наступил Миг, Татьяна поместила в себя сразу два пальчика, и начала быстро погружать и наполовину вынимать их, другой рукой так же неистово истязая свою крохотную чувственную горошинку. Когда настигла первая волна, девушка с силой удерживала свои бедра широко расставленными, и оргазм при этом был в разы ярче, словно буйное море билось в беззащитный хрупкий берег. Но на достигнутом она не остановилась, и, придя в себя, ее пальцы вновь принялись проделывать привычные движения. Увлеченная своими страстями девушка и не заметила, как в темном углу коридора стоит Фэтс и с интересом наблюдает за ней сквозь широкую стеклянную стену.


VI

Несколько следующих дней прошли в общении равфина и землянки, изучении истории и культуры двух цивилизаций. Если оценивать земными мерками пришельца, то он был любознателен, галантен, вежлив и совсем не обидчив. И Татьяне он нравился все больше. Их взаимное познание приобретало все менее официальный характер и порой Татьяна просто «забывала» включить потайной диктофон, транслирующий «Клеверу» беседу в режиме реального времени и писала отчет вручную, полагаясь на свою память, и вставляя в него только то, что считала нужным.

В конце первой недели пребывания рахвфина на Маленьком Принце они сидели в небольшой беседке, расположенной за основным лабораторным корпусом и общались, угощаясь горячим напитком, приготовленным Фэтсом, который по вкусу напоминал травяной чай с медом и жгучим имбирем.

– И все-таки я много в вашем мире не пойму из изученных мной файлов и наших бесед. Вот, например, зачем вы, человечество….

– Правильней говорить – люди, – поправила Таня.

– Зачем люди вдыхают ядовитый дым, или пьют отравленную жидкость, пагубно влияющую на организм. Причем делают это осознанно, добровольно себя уничтожая.

– На этот вопрос я не могу ответить однозначно! – грустно ответила девушка. – Наверное, потому что мы – люди!

– Вы настолько бесстрашные?

Таня промолчала, сделав маленький глоток жгучего напитка.

– Или, например, вот еще, – продолжал пришелец. – Я не возьму в толк, почему вы до сих пор размножаетесь так примитивно. Спариваетесь как неразумные животные. Потом женщина-человек как самка-животное вынашивает плод и производит потомство в муках и боли. Все это так… дико. Вы — дикий мир.

Татьяна недоуменно глядела на него, а потом расхохоталась, и теперь уже для рахвфина настал черед недоуменно глядеть на собеседницу.

– А…а у вас… не так? – через смех спросила землянка.

– Тебя интересует, как мы воспроизводим потомство? Кхм… у нас уже несколько земных столетий этим занимаются биолаборатории. Просто в определенный возрастной период мы сдаем семя и яйцеклетки (в зависимости от пола), и из этого биоматериала лабораторно получаются рахвфины – разумное население моей расы. Мы же — цивилизация.

– А мы, значит, нет, потому что спариваемся как животные?

– Ну, не только. Вы еще и едите тех самых животных, которых считаете неразумными.

– Это же вкусно! И питательно.

– С помощью наших разработок мы можем приготовить любой продукт, любой питательности и вкусовых качеств.

– Ну да, и мы тоже, но…. И все же, – Татьяна вернулась к теме. – Все ваше население появилось из биолабораторий?

– Ну, с вероятной долей погрешности скажу что 99,9%. Есть и у нас дикари, которые живут на далеких островах и у них все по-старому. Мы к ним не вмешиваемся, они очень малочисленны и исповедуют свою религию.

– И никто и никогда у вас не занимается сексом?

– Секс – это… спаривание? Но зачем, если мы не воспроизводим потомство таким образом?

– Потому что мы — люди можем заниматься этим просто, для удовольствия, для отношений. Не только для зачатия.

Рахвфин надолго замолчал, качая головой и задумчив повторил.

– Вы всё еще дикий народ.

– И  у ваших мужчин и женщин нет взаимной тяги, нет любви, нет пар, семей?

– Мы живём общинами, кланами, объединенными одной общей идеей. Зачем нам разбиваться на пары и жить разрозненно? Так мы никогда не смогли бы ничего создать и достигнуто того уровня разума, как сейчас. Если бы мы думали об удовольствии от спаривания, отравленной жидкости, ну или занимались вынашиванием и кормлением младенцев, то когда заниматься всем остальным?

– Остальным – чем?

– Изучением, познанием Вселенной.

– Вот так, да? – Татьяну жутко разозлили слова пришельца, и она даже не знала, что было больнее слышать: обвинения всей человеческой расы в отсталости или правдивости причин этих обвинений. – Идем. – Она так резко встала из-за стола, что даже спящий рядом Рекс встрепенулся и зарычал, пару раз гавкнув. – Идем, идем – она ухватила инопланетянина за руку и потянула за собой.

Фэтс не упирался и невозмутимо шагал рядом, а Татьяна лишь пройдя половину пути, ощутила, что рука у него горячая и сухая, и будто вибрирует изнутри.

– Куда мы идем? – не выдержав, полюбопытствовал пришелец.

– Мы идем мыться! Вместе. Примем душ, – нарочито громко произнесла Татьяна.

– А для чего?

– Так принято у дикарей! У людей. Перед спариванием.

-Но, мы ведь не собираемся…

Татьяна резко встала и не ожидавший этого Фэтс наскочил на нее своей мускулистой грудью.

Девушка закрыла глаза и спрятала лицо в ладонях, медленно мотая головой из стороны в сторону.

– Конечно же нет. Прости. Не знаю, что на меня нашло. Наверное, я просто очень скучаю по дому. Прости.

– Не извиняйся. Ты не обидела меня. Ничего ведь не произошло. И я согласен вместе помыться. У меня есть к тебе вопросы.

– Вопросы? – недоверчиво спросила девушка, глядя на пришельца из-под ладоней. – В ду́ше?

– В ду́ше! – улыбнулся инопланетянин. – Идем?

Татьяна пожала плечом и продолжила движение, но уже не так стремительно, как ранее.

Войдя в преддушевой отсек, Татьяна бросила быстрый взгляд на рахвфина и сказала:

– Раздевайся!

Сама она скинула форменную блузу и бриджи, оставшись в нижнем белье – классических трусиках и маечке-топе. Пришелец же совсем по земному стянул свою «футболку с квадратным вырезом» через голову и снял штаны (трусов или другого белья он не носил). Аккуратно уложив одежду на тумбу Фэтс в нерешительности замер, глядя на девушку. А она вновь с интересом рассматривала его там, ниже пояса.

– О чем ты думаешь? – спросил он.

– Ни о чем, – отмахнулась девушка и быстрым движением сняла топик и стянула трусики. Теперь уже рахвфин с интересом разглядывал ее тело.

– Наши женщины выглядят иначе, чем ты.

– В чем же?

– Они более развиты физически.

– А женщины моей планеты выглядят именно так. И земные мужчины считают нас – таких – красивыми! – при этом Татьяна кокетливо повернулась, поиграла ягодицами, и вновь повернувшись к спутнику лицом, немного приподняла полушария грудей.

– Так много выпуклостей, округлостей, – качал головой рахвфин, но в глазах его проблескивал интерес. – У тебя очень развиты молочные железы. У наших женщин такого нету.

– Ну, у землян это заложено генетически, причем юная женщина никогда не знает, какой станет ее грудь, у одних она может быть раза в два больше моей, а у других практически отсутствовать. Почему у ваших женщин не так?

– В биолаборатории закладывается программа, и при зачатии в код зародыша  вводятся необходимые установки. У Женщин такая же маленькая грудь как у мужчин, к чему им лишнее неудобство при ходьбе, беге,  лишний нарост на теле — это пережиток прошлого. Если функционал молочных желез не используется по назначению, то и носить его не имеет смысла.

– А мужчинам ничего не мешает при ходьбе и беге? – задумчиво спросила Татьяна.

Пришелец лишь ухмыльнулся, пожал плечами, покачал головой.

– А можно потрогать? – спросил Фэтс протянув руку к женской груди и остановив ее на полпути.

– В качестве исследования? Или любопытства? – Таня спрашивала негромко, пытаясь скрыть в голосе дрожь.

– Любопытство.

Девушка кивнула, и рука инопланетянина коснулась ее нежной кожи. Татьяна прикусила губу, чтоб не застонать и не показать своего возбуждения, а рука Фэтса тем временем аккуратно и нежно исследовала ее грудь. Он попробовал на ощупь ее кожу, легонько сжал упругую плоть, затем приподнял грудь словно проверяя ее на вес. И в конце указательным пальцем он легонько тронул сосок. Таня вздрогнула и пришелец в испуге отдернул руку.

– Извини. Тебе больно?

– Нет, мне… – Таня заулыбалась и отвернулась, сделав шаг на прорезиненный коврик душевого отсека. Тут же из рассеивателей на нее полилось множество водяных струй разного напора и температуры, добавляющих к процессу помывки оздоровительный водный массаж и контрастный душ.

– Заходи, не бойся, – позвала девушка переминающегося с ноги на ногу пришельца, и он вошел к ней.

Намокшая кожа рахвфина приятно поблескивала тысячами крохотных капель и ручейков, стекающих по рельефу мышц. Татьяна осмелела и положила ладони на грудь пришельца. Ладонями она ощутила биение сердца. Кожа его была непривычной, казалась какой-то неестественной, словно пластмасса, но тело его было приятно горячим. Она провела кончиками пальцев под ключицами, очертила полумесяцы грудных мышц, скользнула вниз, словно пересчитывая кубики пресса на животе и достигнув начала паха в нерешительности замерла, подняв глаза на Фэтса, который почти на голову был выше ее.

– Любопытство? – спросил он.

Она кивнула, и он кивнул в ответ.

Девушка взяла в руки член, обхватив его пальцами, и натянула кожу, оголяя головку. Затем нежно помассировала яички и вновь взяла в руки член. К ее разочарованию рахвфин никак не среагировал ни на ее наготу, ни на ее близость, ни на прикосновения – член его был мягкий, даже ни намека на эрекцию.

– А у тебя он бывает в ином состоянии?

Фэтс как-то неопределенно передернул плечами:

– Думаю, понимаю, о чем ты, но не думаю, что могу дать тебе какой-то ответ по этому поводу.

«Чертов импотент, – выругала его Татьяна, – неужели все они такие?»

– Потрешь мне спинку? – девушка разочарованно повернулась к нему спиной и набрала на губку тягучий минеральный гель с нотками цитруса. – Это такая традиция на Земле. Ты же хотел изучить наши традиции. – Татьяна протянула ему губку и холодно глянула пришельцу в глаза. Но ее холодность словно ветром сдуло, когда руки рахвфина коснулись спины и принялись нежно намыливать ее. Девушка блаженно замурлыкала, ощущая внизу живота уже знакомые ощущения назревающего там смерча. Она даже незаметно потерлась бедрами друг о друга, перетаптывая ногами, чтоб хоть немного унять возбуждение и желание.

– У меня был к тебе вопрос, – услышала девушка голос Фэтса из-за спины.

– Да. Спрашивай.

– Я хотел узнать о странном массаже или гимнастике, я не найду этому подходящего определения.

– Ты о чем?

– Ты занималась этим в душе.

– Мылась?

– Нет, это было после того. Ты… гладила себя, а потом присела вниз и что-то делала рукой и… кажется, громко кричала. Мне показалось, ты делала себе больно, раз так кричала. Мне это не понятно.

– Когда ты это видел? – Татьяна резко развернулась, поглядев на него. – Ты подглядывал?

– Я не думал, что у вас это постыдно. Мы – рахвфины на стесняемся наготы. Я не мог подумать, что у вас иначе.

Татьяна опустила голову, чтоб скрыть стыд и слезы в глазах, так глупо она еще ни разу не попадалась.

– Так ты расскажешь?  Или если это тайная информация, то не стоит.

Девушка ухмыльнулась и подняла голову.

– И расскажу… И покажу… – она хлопнула по панели и струи воды тут же исчезли. Воцарилась тишина. Слышны были только звуки падающих с их тел капель и журчание утекающей в слив воды.

– Как ты уже знаешь, – начала она негромким голосом, отчетливо проговаривая каждое слово. – Земляне, словно дикари, могут спариваться ради удовольствия… – девушка сделала паузу, а ее руки легли на живот и поскользили по мокрому телу вверх, пока чаши ладоней не заполнили трепещущие груди.

Она потеребила большими пальцами набухшие горошины сосков и прикрыв глаза продолжила, при этом голос ее стал более томный, и чуть дрожащий:

– У нас это называется – секс и это неотъемлемая часть нормальных взрослых отношений между мужчиной и женщиной. Это физиологическая потребность, не такая острая, как голод или жажда, но все-таки имеющая место быть. И бывают случаи, когда у людей нет возможности заниматься сексом, у кого-то нет пары, или вот как я здесь полгода одна-одинешенька, и тогда люди самостоятельно решают вопрос с этой потребностью. Это называется – самоудовлетворение. Процесс несколько иной, в отличие от секса, но результат тот же. Иными словами, руками я воздействую на определенные точки на свое теле, раздражая их, что приводит к сильнейшему эмоциональному всплеску, называемому – оргазм. Вот от этих эмоций я и кричала тогда.

Во время рассказа руки девушки не переставали блуждать по ее телу, скользя по шее и плечам, касаясь пальцами рта и сосков, пока не устремились вниз, где, найдя среди трепещущих складок плоти бесценную женскую жемчужину, уже не выпускали ее из своих жадных пальцев. Татьяна часто задышала, иногда с ее губ срывался хриплый стон. Глаза ее так же были закрыты, и она боялась открыть их, боялась спугнуть наваждение, и только когда оргазм уже почти полностью овладел ей, девушка протянула руку и позвала:

– Иди ко мне! Помоги мне.

Рахвфин приблизился почти вплотную и когда рука девушки нащупала его запястье, то она потянула его ладонь и положила себе на грудь.

– Сожми. Еще. Еще-е! – она уже почти кричала, одной рукой лаская себя, а другой, сжимая сверху руку пришельца, ласкающего ее грудь.

Оргазм оборвал связь с реальностью, и девушка уткнулась в горячую грудь рахвфина, подрагивая и всхлипывая. Приходя в себя Татьяна, прижималась к его телу, скользя руками по его мокрой гладкой коже, пока не ощутила некую странность. Она осторожно отстранилась из объятий инопланетянина и посмотрела на причину своего удивления. В ее руке подрагивал его эрегированный член,  поблескивая бордовой головкой.

– Ого! – только и могла она произнести. – Ты об этом состоянии говорил?

– Да, но это редкость, и…

– Тогда не все еще потеряно! – воскликнула девушка, перебив его и посмотрев ему в лицо. – Давай проведем один эксперимент. Ведь тебе же нужно понять Человечество с его дикарскими штучками. А, не прочувствовав на себе, у тебя это плохо получится.

Говоря все это, Татьяна легонько поглаживала член, проводя рукой вверх и вниз по стволу.

– Я согласен, – серьезно ответил Фэтс, словно ему предложили ради эксперимента поджариться на сковородке.

Татьяна улыбнулась:

– Расслабься. Тебе будет очень приятно. Должно быть…. Будет…. Я уверена!

Движения ее были все более интенсивными и ускорялись.

– Скажи, если почувствуешь что-то необычное.

– Ощущаю. Что-то нарастает внутри. Что-то…

– Выплесни это из себя! – скомандовала девушка, и головка пришельца в ее руке начала пульсировать, разбрызгивая из маленькой дырочки на члене обычные белые струи спермы. Бо́льшая часть попала Татьяне на бедро и она провела по нему рукой, ощущая пальцами скользкую горячую жидкость, выплеснувшуюся из тела пришельца.

– Вот так это у нас происходит, – шепотом сказала она.

– Да! – только и смог ответить ошеломленный и взбудораженный рахвфин.


VII

Наутро Татьяна получила сообщение из «Клевера», с заданием добыть еще некоторые образцы пришельца и, в том числе, его семя. Девушка вначале возмутилась этому, потому как эта задача уже ни в какие рамки не лезла, но потом, немного обдумав, она решила попробовать один вариант.

За совместным завтраком она в общих чертах поделилась Фэтсу о поступившем ей задании. Конечно, ей пришлось частично раскрыть ему карты, рассказав чем занимается Корпорация и непосредственно сама Таня, но с другой стороны пришелец и сам понимал это, и наверняка Олега где-то там, на Омега-9-D рахвфины так же испытывают и исследуют вдоль и поперек.

– Скажи, – задумчиво начала Татьяна, когда Фэтс переваривал услышанную информацию, – то, что было вчера, тебе понравилось?

Он внимательно посмотрел, но уголки его глаз улыбались.

– Да, но зачем ты спрашиваешь?

– Мне еще нужно будет получить твое семя. Конечно, есть другие способы, но они менее приятные, чем…

– Чем то, что было вчера?

– Кое-чем, что получше того, что было вчера.

Рахвфин допил кофе и промокнув губы салфеткой с интересом уставился на Татьяну, ожидая продолжения разговора, но она лишь загадочно улыбнулась и встав из-за стола позвала его за собой.

Они вошли в каюту девушки, где пришелец еще не бывал и он с интересом рассматривал фото в рамках, какие-то памятные статуэтки и прочие женские безделушки вроде расчески и украшений.

– Ты вчера спрашивал про массаж. С него и начнем. Снимай одежду! – Татьяна сама уже нетерпеливо расстегивала форменную блузу с эмблемой Корпорации.

– Ложись на постель, – скомандовала она пришельцу, когда тот полностью разделся. И, дождавшись, когда он уляжется, девушка стянула трусики и топ, оставшись как и он полностью голой.

– Я буду втирать в твое тело специальное масло, а ты расслабься, – девушка начала с ног, налив в ладонь из тюбика массажное масло. Поднимаясь все выше, уверенными нежными движениями она массировала ему икры, бедра, ягодицы, на которых задержалась чуть дольше. Затем спина и плечи, руки.

– Теперь тебе нужно перевернуться на спину, – негромко сказала Таня, переполненная возбуждением и желанием.

И когда пришелец перевернулся, она провела кончиками пальцем по члену, который уже начинал набухать, а затем забралась на Фэтса, оседлав его, присев промежностью на живот и ощущая, как в попку упирается горячий член. Налив масло в ладонь она принялась массировать инопланетному гостю плечи и грудь, повторяя ладонями рельефы его красивого тела и при этом лукаво глядя ему в глаза. Ягодицами она ощущала, как член достаточно отвердел. Закончив массировать, Татьяна взяла тюбик и налила масло прямо себе на грудь, дав взглядом понять Фэтсу, что́ от него требуется. Его мягкие руки легли на груди и принялись нежно размазывать по ним масло, нежно сжимая и скользя по упругим полушариям.

– Ах-х! Как приятно! – девушка откинула назад и закрыла глаза. Чуть подвинувшись, девушка зажала член между ягодиц и легонько массировала его ими. Пребывая в блаженстве от ласк мужских рук девушка начала терять голову, и член продвигался все ближе, к готовому его принять лону. Таня встрепенулась в последний момент:

– Стоп! Черт!

Фэтс замер, испуганно глядя на нее снизу.

– Что случилось?

– Я сейчас! – девушка ловко соскользнула с него, подошла к стене, где открыла небольшой шкафчик с аптечкой и, покопавшись в нем, выудила небольшой предмет в блестящей упаковке. Подойдя к ничего не понимающему инопланетянину Татьяна, улыбаясь, проведя рукой вдоль пульсирующего эрегированного ствола, быстро разорвала упаковку и достав презерватив, тут же ловко на надела на член Фэтса.

– Зачем это? – взволнованно спросил рахвфин.

– Это для… А! Не важно, потом расскажу.

Татьяна уже вновь взобралась на пришельца, оседлав его, и бросила финальный взгляд, означающий: «Ты готов?». Взяла в руку член, придерживая его,  пальцами другой руки немного раздвинула лепестки и с блаженным «Ох-х-х-х!» опустилась, погрузив член пришельца глубоко в себя.

– Это очень приятно! Ничего не бойся. Тебе понравится! – шептала девушка, медленно покачиваясь на члене, наслаждаясь этим полузабытым состоянием и постепенно ускоряя свои скачущие движения…

 

VIII

Плавно отъехавшая в сторону панель открываемой двери вернула Татьяну, пребывающую в воспоминаниях и думках, в реальность. Чашка давно была пуста. Встрепенулся Рекс. Из раскрывшегося проема показался Фэтс, забавно щурясь на зеленоватое солнце Сентэка. Татьяна приветственно улыбнулась и опустила босые ноги на мягкую сочную траву. А рахвфин, направляющийся к ней, как ни в чем небывало сделал гимнастическое колесо, попрыгал попеременно на левой и правой ноге, сделал пару сальто – обычная в принципе разминка для его расы. Рекс тут же вскочил и, виляя хвостом, посеменил к идущему навстречу пришельцу, думая, что его зовут играть. Татьяна, наблюдавшая эту картину, рассмеялась.

– Ты так мило спал, я не хотела тебя будить! Как…. Как ты? После… .э-э-э-э-э…

– Я знаю, что ты хочешь спросить, – Фэтс подошел к качели и уселся на траву, подле Татьяны, глядя на нее снищу вверх и прищуривая на солнце и без того узкие глаза. – Я отвечу так: мне начинает нравится ваш дикий мир!

– О! Даже так? Значит, в моих экспериментах я делаю успехи?

– Нет, ну мясо убитых животных я есть не буду, но вот то, что ты…что мы там делали, я думаю, есть и другие способы этим заниматься?

– Невероятное количество. Люди пишут об этом целые книги! И если ты заинтересован, я могла бы поделиться с тобой еще парой уроков.

– Заинтересован! Еще как!

– Ну, не знаю, как у вас – рахвфинов. Этот вопрос мной еще мало изучен, но земному мужчине нужно некоторое время после секса, чтоб восстановиться.

– Время? – лицо Фэтса стало разочарованным и озабоченным. – А долгое?

– У всех по-разному, от нескольких десятков минут до пары часов может быть, я точно не знаю, мы никогда не устраивали секс-марафон. Просто занимались этим, когда хочется, но с небольшими перерывами.

Лицо пришельца вновь переменилось и он уже начал задавать следующий вопрос:

– А…

– Молчи! На этот вопрос я тебе отвечать не буду! А сейчас, прости, мне нужно закончить работу и выйти на связь с «Клевером». Увидимся за ужином! – Таня поднялась с качели, прихватив собой чашку, и провела ладонью по жестким кудрям пришельца, задержав взгляд на его глазах чуть дольше, чем следовало.

Девушка удалялась к лабораторному корпусу, а рахвфин смотрел ей вслед и думал о своем.


IX

Татьяна почти четверть часа просидела, безмолвно пялясь в погасший монитор, и пытаясь собрать воедино всполошенные после сеанса связи с «Клевером» мысли. Девушка была возмущена до глубины души и даже впервые за все время службы на Корпорацию позволила себе весьма резкий разговор.

Сеанс связи начинался как обычно, обычная видеоконференция с куратором. Вначале подробный отчет за день: замеры, ежедневные результаты исследований и прочая служебная информация, которая и без того подавалась на Центральный пульт Клевера по компьютеру. Доклад этих результатов человеком был скорее формальностью, что бы показать, что все-таки человек тут хозяин, а не компьютер. Затем Татьяна докладывала о взаимодействии с пришельцем (конечно упуская некие лишние моменты), и вот, в самый разгар этого рассказа, Куратор нетерпеливо прервал ее и начал отдавать вводные. Суть приказа и вывела девушку из равновесия.

– Вы что, с дуба рухнули?

– Что? – куратор непонимающе моргал глазами за тонкими линзами очков.

– Вы сошли с ума! – отчетливо повторила девушка. – Как я могу испытывать на пришельце яд, сибирскую язву, лихорадку. Пусть и в малых лабораторных дозах. Да еще и без его ведома?

– Нам нужны эти исследования! Остальное не ваша забота.

– Я не стану этого делать!

– Вы забыли на кого вы работаете? И вы там не на курорте развлекаетесь, а являетесь научным сотрудником, а если понадобится, то и солдатом, защищающим свою… ТЕПЕРЬ уже свою планету!

– Нет! – Татьяна качала головой, закрыв глаза.

– Да как вы не поймете? Эта Цивилизация в разы развитее и могущественнее нас. И прежде чем они достигнут Земли, мы должны знать о них как можно больше. Нам нужны их уязвимые места.

– Разве больше нет дружбы между нами?

– Это лишь меры предосторожности! У нас должна быть подстраховка! Вы должны посодействовать в этом! Сейчас вы, как никто другой, находитесь рядом с другом, который в любой момент может оказаться врагом…

– Это не так!

– … И мы должны быть готовы к любому развитию событий. Вы делаете это не в интересах Корпорации, в интересах всех землян, всего Человечества.

Татьяна надолго задумалась. Затем подняла глаза на монитор:

– А если я откажусь выполнять этот приказ. Что, отправите десант, чтоб меня арестовали?

Куратор улыбнулся краешками губ, при этом глаза его оставались холодными и безжизненными, как у машины.

– Уж поверьте, ликвидировать взбунтовавшегося переселенца мы сможем и без десанта. А затем отзовем назад Олега и он продолжит вашу работу. И помните, времени у нас в обрез.

– Сколько у меня есть?

– Через неделю нужен окончательный диагноз воздействия на пришельца перечисленных мной препаратов. Если иммунитет сильный,  продолжим с другими средствами, пока не нащупаем его ахиллесову пяту.

– А если наоборот? Если он заразится?

– Тут же дадите ему антидот. Оклемается! Не думаю, что нам удастся уморить его с первого раза.

– И все же, если что-то пойдет не так? Если ему станет хуже, или он заподозрит…

– Тогда… Алый код. Мне жаль, но вы знаете, что по протоколу…

Татьяна, не дослушав, нажала отбой связи и экран погас. Девушка склонила плечи и спрятала лицо в ладонях.

Они хотели, чтоб Фэтс стал подопытным кроликом, а если что-то пойдет не так, то… уничтожить его, себя, все вокруг – именно это означала команда «Алый код». Устроить локальный ядерный взрыв и испепелить все дотла в радиусе десятков километров, заразив большую часть планеты радиацией. Как же это по-земному. В любом друге подозревать врага. Едва что-то выходит из-под контроля, уничтожать, не разбираясь ни в причинах, ни в последствиях…

Она не могла так поступить. Жутко хотелось расплакаться, но слез почему-то не было.

Стояла в ушах еще одна фраза «ликвидировать взбунтовавшегося переселенца мы сможем и без десанта». Значит все эти роботы и компьютеры не только друзья, но и враги в одном лице. При определенной перенастройке оборудования вся система функционирования и жизнеобеспечения  может быть использована против нее. А то и вовсе, в еду, после определенной команды, будет впрыснут яд. Да, она никогда не задумывалась, что здесь, на этой зеленой планете она все равно остается под колпаком «Клевера».

Мозг лихорадочно искал выход.

– А что, если… – прошептала взволнованная девушка. Испуганно оглянувшись, она взяла лист бумаги и набросала несколько фраз. Затем перечитала написанное, проговорила про себя и тут же уничтожила бумагу.

За спиной послышался шорох и электрический писк. Это в лабораторию въехал «домашний» робот Кузя, который напомнил девушке металлическим голосов.

– СОГЛАСНО РЕГЛАМЕНТА, ЧЕРЕЗ ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ СОСТОИТСЯ УЖИН. УЖИН БУДЕТ НАКРЫТ НА ДВЕ ПЕРСОНЫ. ПРОШУ НЕ ОПАЗДЫВАТЬ!

Татьяна с теплой улыбкой посмотрела на чудо техники и электроники, и сердце ее сжалась. Тяжелее всего будет расставаться с этим забавным Кузей, который за время ее одиночества стал и другом и незаменимым помощником и врачом и советчиком. Увы, но с ним придется расстаться в первую очередь. Теперь Татьяна никому не могла доверять на этой планете. Никому кроме Фэтса. И все же….

Девушка опустилась на колени и обняла робота, совсем по-человечески прижавшись щекой к гладкой поверхности, ощущая его механическое тепло и технический запах. Что-то жужжало внутри робота, напоминая мурлыкающего кота.

– ПРОЯВЛЕНИЕ ЧУВСТВ? ИН-ТЕ-РЕС-НЕНЬ-КО!

Таня освободила урчащую машину и отвернулась, незаметно смахивая выступившие таки на глазах слезы. Бросив злобный взгляд в сторону погасшего монитора, по которому девушка выходила на  связь с Координатором, она высоко подняла голову и гордо вышла из лаборатории.

«Еще посмотрим, кто кого!» – подумала она, с силой сжав кулачки.


X

За ужином рахвфин был весел и разговорчив, Татьяна же напротив сидела задумчивой, отвечала невпопад и лишь рассеянно кивала головой, пребывая в своих путаных мыслях.

– Что? – спросила она, ощутив на себе ее долгий взгляд.

– Все в порядке? Ты как-то изменилась? Что-то случилось?

– Нет! Нет! – девушка натянуто улыбнулась. – Я просто… устала. Я, пожалуй, приму душ и прилягу.

– Так значит, не будет больше сегодня уроков?

– Каких? – Татьяна задумалась и непонимающе поглядела на Фэтса.

– Ну, тех, которые произошли накануне.

– Ой, черт! – уже вставшая из-за стола девушка вновь опустилась на удобный табурет. – Знаешь… – она на миг задумалась, а потом улыбнулась и продолжила: – У земных девушек есть одно правило. Они, то есть мы, не любим заниматься сексом, когда болит голова!

– Так вот в чем причина. Но ты знаешь, у меня есть родниковый песок Кавира, достаточно потереть им виски и боль сразу же пройдет. Я могу принести тебе.

– Нет, нет! Не стоит. Не в этот раз. Вот что! Давай сделаем паузу, наберемся сил, а назавтра у меня есть замечательный план. Прямо утром отправимся по окрестностям и устроим пикник.

Рахвфин лишь пожал плечами и склонился над тарелкой.

– Не сердись на меня! – девушка подошла к нему сзади и поцеловала чуть выше виска.

– Пикник – это здорово! Думаю, нам понравится! – невозмутимо ответил пришелец.

 

XI

Время перевалило далеко за полночь, но Татьяна не могла уснуть. Тревожные мысли, вперемешку с дерзкими планами, страхом неудачи перемешались в голове. Отчаявшись сомкнуть в эту ночь глаза, девушка взяла с тумбочки небольшую Q-панель и нашла изображение из гостевой каюты Фэтса. Пришелец тоже не спал. Ярко розовым светом горел его светильник, а в руках он держал вогнутый внутрь предмет, по которому стремительно бежали различные символы. Говоря по-земному это был прототип электронной книги, которую читал рахвфин.

Татьяна бесшумно выскользнула из-под одеяла и босиком вышла в коридор. Спустя пару минут она приложила ладонь к сканеру и открыла дверь, но так и не вошла внутрь.

– Можно… к тебе?

Фэтс отложил книгу и сел в кровати.

– Тайня? Что-то случилось?

Девушка вошла.

– Просто мне не спится. Подумалось, что тебе тоже, а вдвоем проще уснуть.

– Как твоя голова?

–А! – девушка махнула рукой. – Пойдет! Я лягу с тобой? – и, не дожидаясь разрешения, положила рядом принесенную с собой подушку, а затем, помедлив несколько секунд, освободилась от тонкой полупрозрачной сорочки, оставшись совсем голой.

Инопланетянин с интересом разглядывал женское тело, преобладающее, как он выразился округлостями и выпуклостями, пока Таня не юркнула под одеяло и, повернувшись к пришельцу спиной, улеглась на подушку и смежила веки. Она придвинулась, и Фэтс тесно прижался к ней. Девушка ощущала тепло его тела, чувствовала, как затвердела его мужская сила, слышала его учащенное дыхание, достигающее ее шеи и затылка. Девушка придвинулась еще плотнее, теперь уже явно ощущая ягодицами эрегированный член.

«А вдруг ничего не выйдет? Может это и вовсе наша последняя ночь. Разве есть смысл проводить ее впустую?» – эти мысли посетили девушку в половину секунды и, мысленно тряхнув головой, она решилась!

– Ты хотел урок, – прошептала она. – Учись, так можно тоже, – при этом девушка, так и лежа спиной к пришельцу, приподняла ногу и направила рукой член между ягодиц, пока он не достиг трепетного входа в ее лоно. Фэтс вошел в нее без спешки и так же не спеша начал свой страстный танец, положив ладонь на грудь и легонько сжав ее.

 

 XII

Выезжали ранним утром, когда солнце еще только собиралось взойти, а трава поблескивала капельками росы. Чистый воздух был осязаем, словно ключевая вода. Татьяна погрузила в небольшой внедорожник корзинки со снедью и посудой, плед, большой зонт, полотенца и прочие необходимые мелочи. Захватила и бутылку вина – на всякий случай! Она приняла решение, и отступать от него была не намерена, и на душе у нее было легко и чисто.

– Едем? – девушка рассмеялась, увидев забавный наряд рахвфина.

На нем была очередная «футболка» с квадратным вырезом и рукавами чуть ниже локтей, очередные лосины и какая-то накидка вроде тонкого плаща, но, самое главное, восьмиугольные солнцезащитные очки с ядовито-болотными стеклами и головной убор, отдаленно напоминающий средневековый берет с ярко-рыжими помпоном.

– Что? – опешил Фэтс.

– Забавный наряд.

– Хм. Спасибо! Это у нас в моде.

– Едем, – всё так же улыбаясь, скомандовала Таня и тронула вездеход.

Перед выездом девушка дала команду Кузе отключить все электронные системы, кроме аварийных и перевести их в режим самоконтроля – штатная, в общем-то, процедура. В то же время она незаметно запустила в систему «снейка» – шпионскую программу, позволяющую отслеживать несанкционированную активность электронных устройств. Вряд ли «Клевер» мог догадываться о наличии этой запрещённой системы на Маленьком Принце. На самом деле «снейк» был подарком Олега перед отправкой на Омега-9-D — большого специалиста в области электроники и программирования.

«На всякий случай», – сказал он тогда. Вот этот случай и случился!

Конечно, никаких дорог на планете в отдалении от базы не было, и Таня вела внедорожник, интуитивно выбирая нужный путь, благо, местность была преимущественно равнинная.

Спустя полчаса они выехали на сверкающую гладь залива. Вода была прозрачной, но из-за терракотового песка, казалась красноватой. На побережье стояло одинокое дерево, отдаленно напоминающее смесь дуба и сосны. Кругом была зеленая трава, с редкими карликовыми деревьями, побережье украшали дюны, поросшие травой и редкими красными и желтыми цветками. Небольшие красноклювые птицы мелькали над карликовыми деревьями – не то опыляя их, не то выискивая следи кустов питательных насекомых.

– Давай тут расположимся? – предложила Таня. – Смотри, как красиво вокруг.

– Да, соглашусь. Природа здесь совсем иная, чем у нас. Я бы хотел тут остаться. – Задумчиво сказал Фэтс, небрежно почесывая живот.

Татьяна лишь с интересом посмотрела на него, ничего не сказав, но глаза ее излучали неподдельное счастье.

– Может, искупаемся? – спросила девушка.

– Как это?

– Вы что, не плаваете?

– Нет. Мы ведь не шклоты, а рахвфины.

– Шклоты?

– Обитатели вод.

– Ну, как желаешь, а я, пожалуй, искупаюсь!

Девушка быстро избавилась от одежды, оставшись в купальнике, который едва прикрывал ее прелести, и принялась собирать волосы в единый шар на затылке.

– Это специальный наряд… для воды? – Фэтс с интересом разглядывал девушку.

– Да. Называется бикини. Все землянки в таком ходят на пляже. Не голыми же! Идем со мной, составишь мне компанию на берегу!

Фэтс скинул футболку и, по пояс голый, пошёл рядом с девушкой с Земли. Незаметно их пальцы коснулись тыльной стороной, затем еще, а потом не сговариваясь они взялись за руки.  Улыбающаяся Татьяна лишь иногда искоса поглядывала на своего невозмутимого спутника.

– Точно не хочешь зайти?

– Подожду тут!

Девушка, не задумываясь, разбежалась и нырнула в красноватые воды залива. Она была здесь уже не в первый раз, знала глубину и поверхность дна. Да и состав воды не представлял опасности для тела.

Сделав несколько мощных гребков, она перевернулась на спину и замерла на поверхности едва волнующейся воды, вглядываясь в чужое (или теперь уже родное), небо с проступающими на нем белёсыми призраками близлежащих планет.

Там, дома, на Земле, Татьяна очень любила плавать. Каждый год родители возили ее на море, и она не вылезала из него, пока не синели губы и зуб не попадал на зуб. Любила Таня и уплывать за буйки, что крохотная голова едва виднелась над поверхностью воды. Получала за это от папки, но, всё равно поступала по-своему. Татьяна любила предаваться воспоминаниям о родном доме, родной планете именно в этом месте. Могла до часу лежать на волнах и думать о своём. Но сегодня она себе не могла этого позволить.  Времени в обрез, нужно сделать очень много. Татьяна поплыла обратно к берегу.

Сидящий на дюне Фэтс встал и пошёл ей навстречу, протягивая полотенце.

– Класс водичка. Когда-нибудь я научу тебя плавать! – Пообещала Татьяна, промакивая с кожи прозрачные капли воды.

Все еще пребывая в своих думках, девушка не сразу обратила внимание, что пришелец смотрит на нее как то странно, а именно… с вожделением. Бросив взгляд ниже пояса, она увидела, что Фэтс возбужден и это ее приятно порадовало!

– Поможешь развязать? – девушка кокетливо повернулась к нему спиной, и когда узелок верхней части купальника развязался, она ловко сняла его и отжала из ткани воду. Так и стоя спиной к пришельцу, Таня стянула плавки и тоже выжала их, а лишь затем обернулась и внимательно посмотрела в узкие глаза рахвфина.

– Если ты хочешь, можешь взять меня прямо здесь! Но на песок я не лягу. Есть идея! Раздевайся!

Фэтс на заставил себя долго ждать, стянул свои космические трико оставшись полностью нагим, твердый член его манил своим блеском и силой.

– Ты ведь сильный? Сможешь удержать меня на руках?

Пришелец лишь улыбнулся полными  губами.

Татьяна подошла вплотную и глядя на мужчину снизу вверх плотно прижалась к нему, при этом член оказался зажат между его и ее животом.

Она положила его руки  на бедра и завела их чуть назад, под ягодицы.

– Держи меня крепко! – при этом девушка, взяв Фэтса руками за шею, запрыгнула на него, опоясав обеими ногами за поясницу и тесно прижимаясь к нему промежностью.

Пришелец легко удерживал ее в таком положении. Девушке лишь потребовалось немного отвести ягодицы назад и нащупав головку члена своей ненасытной  пещеркой, она насела на него, погрузив глубоко в себя.

 

XIII

Спустя полчаса представители двух разных рас мирно расположились на берегу, еще не так давно чужой для них планеты, в тени широкого дерева. Татьяна раскладывала нехитрую снедь, поручив Фэтсу откупорить бутылку вина. Непьющий, да и вообще впервые держащий в руках штопор, инопланетянин довольно успешно справился с поставленной задачей, за что был награжден смачным поцелуем земной девушки в щеку и удостоен нескольких похвальных слов.

Еда на свежем воздухе в хорошей компании была  восхитительна, а выпитое вино придавало ей и вовсе особенный, почти родной, домашний вкус. Таня раскраснелась от бокала полусухого рислинга и даже непьющий рахвфин пригубил пару глотков «в целях эксперимента».

Говорили мало, ибо каждый пребывал в каких-то своих приятных мыслях, вспоминая случившуюся на берегу близость и совместный оргазм. Говорили мало, но не значит, что не общались: были многозначительные взгляды, застенчивые улыбки и будто нечаянные прикосновения.

Когда вино распространило свой приятный хмель, а желудки были в меру наполнены едой, астронавты улеглись на плед рядом друг с другом и задумчиво глядели на пробегающие облака. Зеленоватое солнце взошло в зенит.

– Знаешь, – сказал вдруг Фэтс, выдергивая Татьяну из тревожных мыслей, – а я начинаю понимать вас, людей – дикарей, одним словом. Вы живете совсем иначе, но вы хотите жить для себя. У нас, рахвфинов, все по-другому. У нас единая цель, единые взгляды, общинные цели, эгоизм как таковой у нас отсутствует. И то, как я сейчас провожу с тобой время, у нас, если и не сравнится с преступлением, но уж точно вызовет недоумение. Но… мне нравится так жить! Можно совмещать работу и отдых. Находить время и для одного и для другого. Можно что-то позволять себе, только себе, в своих личных интересах….

– Это от вина тебя потянуло на лирику.

– Да нет же! Эти мысли зародились еще вчера! А сегодня они сформировались в речь.

– Как думаешь, что будет дальше?

– Дальше?

– Да! Смогут ли наши цивилизации существовать вместе, рядом, смогут ли дружить, найдут ли наши расы общий язык, как нашли мы с тобой?

– Конечно! Вы первая разумная цивилизация за миллионы странствий нас в космосе. И мы настроены на дружелюбный контакт.

– А если люди… к нему не готовы? Не готовы дружить? Или не намерены? Вдруг…

– Что ты такое говоришь? Разве такое может быть?

– Сам называл нас дикарями, да, по сути, такие мы и есть!

– Почему вдруг ты об этом заговорила?

– Ни почему, – Таня отвернулась и потянулась за сморщенным плодом чернослива: на самом деле она не хотела показывать проступившие в глазах слезы.

Она не знала, как поведать рахвфину то, что ей известно, то, что она задумала. Да и стоит ли. Не сделает ли она еще хуже…

– И все-таки, я вижу, второй день ты чем-то обеспокоена?

– Мое руководство требует от меня того, чего я не хочу делать! И это… это связано с тобой.

Рахвфин внимательно посмотрел на девушку маленькими глазками.

– И что ты решила?

– Устроить «бунт на корабле»! Я не стану выполнять их требования!

– Чем это может тебе грозить?

– Смертью за неповиновение, но….

Взгляд Фэтса выразил взволнованность, и он уже хотел что-то сказать, но промолчал.

– Я думаю, смогу их перехитрить! – закончила девушка.

– И как это произойдет?

– Рассказывать долго, да оно тебе и не нужно. Тебе предстоит вернуться к себе домой, на твою планету, к своему народу. И как можно быстрей. Если сегодня ты вызовешь корабль, как скоро он будет здесь?

– Но, постой…

– У нас нет времени. У меня нет времени.

– Неужели нельзя иначе?

– Это игра уже не по правилам, поэтому иначе нельзя!

– И ты хочешь остаться тут одна?

– Была и до твоего прилета, и ничего, выдюжила! – резко ответила землянка, ее все больше нервировал этот разговор. Конечно, она хотела бы все ему рассказать, как другу, и вместе найти решение, но не была уверена, что он ее поддержит, поймет, согласится.

Рахвфин ненадолго задумался, глядя на залив, а потом повернулся к ней и как то мельком улыбнулся.

– Ты сказала это связано со мной, и ты идешь против своей системы из-за меня?

– Наверно так.

– Знаешь, я все хотел спросить, но не было ситуации. Я изучал ваши файлы, знаком с историей, физиологией, психологией. Но вот одного я так и не понял до конца. Что такое любовь? У вас, землян? Я понимаю теоретическое объяснение этого, но вот ты сможешь мне объяснить, как человек…

Татьяна, вначале смотрящая на пришельца с недоумением, вдруг смягчилась, обмякла, словно какая-то пружина в ней ослабла. Уже не скрываясь, она смахнула ладонями слезы и  сказала:

– Я ведь так и не научила тебя целоваться! Поэтому слушай…. Любовь начинается порой со взгляда, с самого первого. Иногда со слова. А иногда с поцелуя.

Девушка обвила широкую шею пришельца и коснулась своими влажными устами его полных губ. Его ладонь скользнула ей под рубашку, и нежно сжала грудь. Татьяна уже отметила повышенный интерес пришельца к женской груди, что и неудивительно: мужчины в некоторых предпочтениях весьма схожи, независимо с какой они планеты.

Фэтс был прилежный ученик и быстро схватывал уроки земной девушки: и вот он уже, повторяя ее действия, так же трепетно ласкал ее губы своими и даже пытался просунуть свой язык ей в рот. Татьяна откидываясь назад потянула пришельца на себя, и не разрывая поцелуй, легла на спину. Она хотела ощутить над собой мощь и тяжесть его тела. Руки ее скользнули по плечам и мускулистой спине рахвфина и, достигнув пояса, потянули вниз его одежду, пока обнажившийся горячий твердый член не коснулся ее живота.

Сама же Татьяна после купания была лишь в длинной мужской рубашке в клетку, под которой ничего не было (купальник сушился на ветвях дерева), и ей лишь нужно было раздвинуть бедра и немного податься вверх и вперед, чтобы в очередной раз принять в себя мощный ствол пришельца. Он погружался медленно, настойчиво, раздвигая и растягивая внутри ее нежную и чувствительную плоть…

 

XIV

Два дня спустя в Оперштаб Клевера поступило видеосообщение, категории «три полосы» – то есть совершенно засекреченное, предназначенное лишь для особо узкого круга лиц. На видео, изможденная и заплаканная девушка, произнесла короткую речь:

«Клевер, это Омега-3-С. Направляю сообщение категории «три полосы». Код подтверждения 34097-3-Z-T-45. Всё… у нас всё вышло из-под контроля. В ходе эксперимента произошла утечка вируса XX-quote-14. Вирус стремительно распространяется и мутирует, антидот бессилен. Все живое вокруг заражено. Планета представляет опасность. Я вынуждена применить Алый код. Прощай… Земля!»

Запись прервалась, на экране лишь мельтешили серые, черные и белые точки утраченного видеосигнала. В Оперативном штабе воцарилось молчание. Это был промах в работе Клевера на Сентэке…

 

Эпилог 

Светловолосая землянка и чернокудрый рахвфин шли по густой траве, которая шелестела по их ногам, словно морская вода. Истекал третий месяц их пребывания на Маленьком принце, за которые они успели довольно комфортно обжиться на этой планете. Теперь уже ИХ планете.

План Татьяны был дерзок и до безобразия прост. Компьютерным вирусом она вывела большую часть электронного оборудования из строя, а жизненно необходимые системы перепрограммировала под свой контроль, чтоб ни один сигнал не просочился на Землю. После этого она отправила на Землю сообщение о применении Алого кода. И отключила связь с Землей. Навсегда!  Примерно так же поступил Фэтс, следуя требованиям своего протокола в критической ситуации.

Татьяна и Фэтс отреклись от своих рас и остались вместе. Конечно, они не были застрахованы от очередной экспедиции на Маленький принц людей или рахвфинов. Но могут пройти годы, прежде чем это произойдет!

А пока для жизни у них была достаточно оснащенная лаборатория с жилым блоком. Опытные образцы зерновых и овощных культур, теплица с овощами, экспериментальный сад  земных  фруктовых и ягодных растений. А еще козы, курицы, собаки и кошки!

И целая планета. Зеленая, чистая, дружелюбная.

Пусть и небольшая, как астероид в книжке про Маленького принца. Но разве для счастья нужно много?

Найдя облюбованную поляну, девушка расстелила плед. Двое опустились на колени и их губы соприкоснувшись начали свой, неповторимый танец страсти.

Зеленоватое солнце освещало две крохотные фигурки из разных миров, отбрасывая на траву их тени.

(Всего 56 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

Руслан&Людмила Адамовы

Писатель искушенных спален, Поэт придуманной любви...

Добавить комментарий