Skip to main content

Соблазненная молодая жена

Перевод: с английского. Автор рассказа Роберт Десмонд.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Гул наполнил уши Линн Шаффер, когда она начала выкарабкиваться из дремы. Она смутно осознавала вкусную теплоту, которая пронизывала все ее тело, образуя на лбу крошечные бусы пота и позволяя влаге вторгаться под пахвы и между ее маленьких, гладко закругленных бедер. Она перевернулась на спину, ощущая текстуру махровой ткани полотенца, которое лежала под ней, и пылающее солнце, стоящее высоко над ней в безоблачном Карибском небе.
Гул стал громче, когда она проснулась. Она задавалась вопросом, что это было, а потом вспомнила. Конечно, двигатель «Веры» – моторной яхты Гарри Джонсона. Она подумала, что, возможно, яхта прекратила свое мягкое ритмичное покачивание, которое заставляло ее спать на палубе точно так же, как и ее водная кровать дома, но потом решила, что это не так.
«М-м-м-м … Марк?» – Линн тихо пробормотала, и слабая улыбка попыталась разбудить еще спящий рот. Это был маленький рот, озорной, почти открытый, но не совсем. Несколько прядей длинных светлых волос прилипли к ее губам, и она бессознательно вытащила их, одновременно облизывая губы.
Линн Шаффер была невысокой женщиной с аккуратно сформированным симметричным телом, которое заставляло думать о ней как о шестнадцатилетней девочке. И хотя Линн было тридцать лет, на ее лице не было ни морщинки, которые начинают беспокоить много женщин ее возраста. Ее секрет заключался в том, что она сохранила ребячество; не сознательно, но с неприхотливостью и легкостью, которая была сразу очевидна для тех, кто знал ее. У нее были большие, мягко светящиеся карие глаза и слегка вздернутый нос, который придавал ее лицу детскую невинность, и взгляд, наполненный энергии.
Ветер вел прохладную, освежающую игру с крошечными светлыми волосиками на гладких, прекрасных руках Линн, когда она лежала на качающейся палубе лодки. Она радостно вздохнула. Хм, это хорошо. Она потянулась и слегка ослабила верхнюю часть своего небольшого бикини – пусть ветер освежит ее плотные округлые груди. Она лениво протянула руку по мягкому плоскому животу, подняла колено и слегка раздвинула ноги, чтобы позволить воздуху циркулировать между ее бедер, где нескольким плотно закрученным лобковым волоскам удалось убежать из ее бикини.
Она подумала о последних полутора днях и решила, что хорошо поработала. Ее муж, Марк, попросил быть дружелюбной с Гарри Джонсоном, ибо продажа бизнеса Марка для Гарри могла зависеть от впечатления, которое они произведут на него. И Линн сделала все возможное. Она инстинктивно знала, что мужчины считают ее привлекательной и интересной, и что Гарри Джонсон теперь числится среди этих людей. Джонсон был внимателен, когда они отплыли, и Линн почувствовала, что победила его.
Гарри Джонсон в круизе был иным человеком, чем в офисе. Здесь, на лодке, он был расслабленным и очень дружелюбным, но в офисе… Линн уже полгода работала бухгалтером в компании Гарри и из первых уст узнала жесткий стиль шефа, который сделал свою фирму самой большой в ее родном городе. Поначалу было странно работать на кого-то, кто конкурировал с автомобильным бизнесом мужа, но им нужны были деньги. Кроме того, Марк даже помог ей получить работу. Тем не менее она знала, что Марку это не очень нравится, хотя работа помогает свести концы с концами.
Линн перевернулась на бок и наблюдала, как голубая вода Карибского моря скользнула мимо корпуса мощной моторной яхты. Теперь она ощутила мягкую качку, которая заставила ее почувствовать, как сперва наклонялась ее голова, а потом, когда нос поднимался из воды, вниз перемещались ноги. Она сосредоточилась на этом необыкновенно захватывающем ощущении, когда почти незаметное покачивание ее тела из стороны в сторону заставило ее снова вспомнить о муже.
«Марк …», – прошептала она, тщательно формируя губы вокруг его имени. Она улыбнулась. Она была счастлива здесь, с удовольствием ощущала прохладу ветра на своем почти обнаженном теле, наслаждалась движением моря через тело, как будто она и все океаны мира были едины. И она была счастлива от того, что имела возможность помочь Марку в его бизнесе, могла сделать свой вклад, чтобы он убедился, что она не «маленький ребенок», как он иногда ласково называл ее.
Она никак не могла дождаться Нассау, где они должны были встретиться, ведь они были женаты лишь полтора года. Она не хотела ехать в круиз без него, но все, казалось, получилось прекрасно. Гарри Джонсон и его жена Кейт пригласили их в недельный круиз, и Марк тут же согласился. Линн знала, что это хорошая возможность для него решить сделку с Гарри, который предложил выкупить бизнес Марка за очень щедрую сумму. И было важно, чтобы сделка состоялась. “У Марка есть амбиции, – с гордостью подумала она, – и я помогу ему их реализовать”.
Однако в последнюю минуту Марку пришлось уехать из города, чтобы с кем-то поговорить в Майами, и он боялся, что отмена круиза может оскорбить Джонсона и поставит под угрозу шансы продать свою долю. Он спросил Гарри, не возражает ли он, если Линн отправится без него, а он прилетит через несколько дней в Нассау. Гарри, похоже, не возражал, но когда Марк сказал об этом Линн, она попробовала отказаться.
Линн насмехалась над собой за то, что так волновалась. Единственное, о чем она могла подумать, когда Марк сказал, что она будет наедине со своим боссом и его женой на корабле в течение двух или трех дней, были смутные слухи, слухи, которые она теперь знала, распространяются вокруг каждого босса. Но Марк убедил ее: если она поедет и проведет время с Джонсонами, это очень поможет ему в сделке, и ей понравится тоже. В ту же ночь ей позвонила Кейт Джонсон, и Линн была уверена, что ничего не случится, если эта женщина с дружеским голосом тоже будет в круизе.
Линн слегка рассмеялась и поправила прядь волос, которые танцевали в волнообразных движениях вокруг ее головы. Она иногда так боялась мужчин…
«Повзрослейте», – упрекнула она себя и снова рассмеялась. Она была на красивой яхте посреди широко открытого моря, с небом, солнцем над ней, и постоянным движением вверх и вниз… Вверх и вниз…
Линн снова задремала, отзываясь на нежные ритмические качки «Веры». Через несколько дней она увидит Марка, и все это закончится. И он будет гордиться ею за то, что Джонсон согласился на покупку. И Марк будет улыбаться ей… Улыбаясь… И его великие мускулистые руки обнимут ее… И Марк… Он будет так довольный… Гордый… Она была женщиной не… Маленьким ребенком… И все в порядке… Все будет в порядке…
Линн спала, когда «Вера» плыла на восток к Нассау.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Гарри Джонсон с трудом сглотнул, наблюдая, как сладострастная Линн Шаффер подняла колено, расставляя свои прекрасные ноги на полотенце, и подумал, когда же наконец он трахнет ее горячую маленькую киску. Яхта находилась в море полтора дня, а он еще не добрался до нее.
“Черт, – подумал он про себя, – с ней будет посложнее, чем с большинством, но она того стоит”. Гарри еще раз взглянул на сверку на восхитительное тело молодой женщины и повернулся, чтобы проверить маршрут.
– Возьми еще на несколько градусов на юг, Ганс, и так держи, – сказал он.
– Да, сэр, – сказал Ганс Пьеммель и быстро развернул большое колесо «Веры», пока стрелка компаса не остановилась точно на юго-западном направлении.
Гарри посмотрел на своего капитана, на его огромную фигуру и мощные руки, лежащие на руле. Он видел, как Ганс пожирает прелестное тело Линн такими же глазами, как и он сам, и задался вопросом: какие извращенные мысли крутятся в голове хитроумного хриплого моряка. Он улыбнулся. «Черт возьми, – подумал он, – возможно, те же самые, что и в моей».
Гарри посмотрел на свои мускулистые волосатые ноги и решил, что он неплохо выглядит в свои сорок пять. Его широкоплечая мощная фигура была результатом ежедневных занятий в тренажерном зале, которые Гарри проводил с таким же рвением, как и свой успешный бизнес в Марине. Гарри считал себя успешным любовником, и если число его завоеваний было каким-то признаком этого, он был прав. Гарри усмехнулся. Идея купить лодку тоже была хорошей, решил он, потому что теперь к нему придут другие завоевания.
Он посмотрел на палубу яхты, туда, где лежал новый приз, не зная о его планах. За полтора дня, что они были в море, Линн не ответила ни на один из его намеков, даже не понимала их. Это было неприятно, но Гарри уже попадал в подобные ситуации, и знал, как выйти из них.
Линн перекатилась набок, и линия ее маленькой талии плавно перешла в совершенно закругленное почти голое бедро, похожая на профиль, выгравированный на синем безоблачном небе, как будто он был помещен на носу для эротического орнамента.
«Эта маленькая сука должна быть моей», – подумал Гарри, и решил, что ее фигура очень напоминает резные статуи на старых парусных кораблях. Он усмехнулся, зная, что ее фигура – настоящая, живая, плоть и кровь, и он планировал убедиться в этом до того, как круиз закончится.
Гарри оглянулся. Позади яхты, тянулся взбуруненный след, созданный мощными 370 лошадьми внизу под палубой. «Вера» двигалась сейчас 11 или 12 узлов, и ветерок поднимал гребни волны и размахивал ими во всех направлениях. «Да, – подумал он, «Вера» – прекрасная лодка за 75 000 долларов, но стоит каждого цента». Он купил ее месяц назад, и это было ее первое плавание. Гарри вел ее из Флориды в Нассау, чтобы поставить на место маленькой лодки, которую он только что продал. Старая лодка напоминала ему о днях, когда он не мог позволить себе ничего лучшего, но теперь у него была «Вера». Гарри любил свою новую яхту, как женщину. «Единственная проблема в том, – подумал Гарри, – вы не можете трахнуть лодку».
Он снова взглянул на палубу, на Линн, которая, казалось, уже спала, загорелая плоть ее живота ритмично вздымалась, поднимая маленькие округлые груди вверх и вниз, словно качели, в болезненно привлекательных движениях. Гарри почувствовал тепло солнца на своих нейлоновых плавках, когда его возбужденный член начал подергиваться вверх, казалось, синхронно с чувственным движением тела возбуждающей молодой блондинки. Он набухал, пока он не уперся в ткань, которая опоясывала бедра Гарри. Он смотрел, как будто загипнотизированный, движениями вверх и вниз тела Линн, ощущая его чреслами, представляя вкусное тепло ее обнаженных грудей, крепко прижавшихся к его большой волосатой груди, ее голодно напрягающиеся ноги, который обвивались вокруг его погружающихся бедер, ее горячее дыхание на его лице… Рука Гарри бессознательно искала болезненно пульсирующий член, и он начал медленно массировать его, предоставляя ему больше места в плавках. Его грудь наполнялась желанием, а его рука быстро двигалась по напряженному нейлоновому материалу, который отделял его пенис от полной свободы. Его тяжелые шары пульсировали от давления спермы, ожидая выхода… Ожидая… Ожидая беспрепятственного прохода в смазанную влагой плотную маленькую пизду Линн Шаффер.
Гарри не выдержал. Он быстро встал и сделал два шага, в сторону палубы. Его отбросило назад от удара волны об яхту, но он опять начал подниматься туда, где лежала уязвимой почти нагая Линн. Гарри дико рассуждал: одно быстрое движение, и этот маленький кусочек хлопка не остановит его… Ничто не остановит его… Он вторгся бы в нежную молоденькую киску, прежде чем она узнала, что происходит, а затем…
– Мистер Джонсон!
Голос остановил Гарри. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, где он и кто позвал его. Затем он повернулся и посмотрел на ухмыляющееся лицо Ганса Пьеммеля.
– Что… Что? – остановился Гарри.
– Я подумал, что вы, возможно, захотите проверить давление масла, сэр.
Гарри понял, что Ганс все время смотрел на него. Гарри на мгновение смутился, а затем рассердился.
– Что, черт возьми, не так, ублюдок? – прорычал он.
Ухмылка Ганса не покидала лица.
– На самом деле, ничего, сэр.
Гарри стоял, глядя на загорелое, покрытое шрамами лицо своего капитана, не зная, послать ли его или продолжить атаку на Линн, и пока он стоял, гнев начал покидать его так быстро, как и пришел, и с ним стихла мучительно пульсирующая эрекция. Ганс был прав. Гарри Джонсон не был насильником, и он это знал. Он бы все испортил, бросившись на Линн, и его испугал бы первый крик. Гарри знал, изнасилование женщины было прерогативой других мужчин. Таких, как Ганс Пьеммель.
– Ублюдок, – тихо сказал побежденный Гарри.
– Ес сэр, – усмехнулся Ганс.
Гарри отступил в кабину. Он медленно вытянулся на сиденье и закрыл глаза.
– Она милая маленькая штука, – пробормотал он.
– Да, – сказал Ганс, – но жестко взламывать влагалище – ужасно.
Гарри взглянул на капитана, а затем откинул голову на один из спасательных кругов, разбросанных по кабине. Он засмеялся.
– Но мы взломаем ее, – сказал он безрассудно. – Мы взломаем ее хорошо и правильно, – и его ум начал составлять план действий.
Ганс оглянулся на босса. И с отвращением усмехнулся. Любой человек, который позволил бы другому отговорить его от хорошего траха, был совсем не человеком. «Поэтому она будет моя», – подумал Ганс, глядя на Линн, которая спала в блаженном невежестве, что ее маленькие сладкие ноги будут широко раскинуты не для мужа. Ганс отогнал эту мысль.
– Не сейчас, – пробормотал он под нос, разговаривая с быстро пробуждающимся пенисом, – не сейчас. У тебя будет шанс, не волнуйся, просто оставь это мне.
Ганс проверил компас и вернул лодку на юго-юго-запад. Джонсон может владеть этой лодкой, подумал он, но не сможет ею управлять. Ганс мог ориентироваться. Ганс мог делать все, когда дело касалось лодок. С тех пор, как в пятнадцатый день рождения он убежал из своего дома на голландском Кюрасао, он работал на катерах Карибского моря; как хотите, так называйте эти суда. Он пришел ко всему естественным образом, и ему иногда нравилось с гордостью говорить, что он обязан мастерством своим голландским предкам, лучшим матросам в мире. И теперь он управлял «Верой» Джонсона. Он смотрел на эту работу как на определенный шаг в мир, и он зарабатывал вдвое больше, чем когда-либо раньше в своей жизни. Но не зарплата заставила его остаться с Джонсоном. А небольшие дивиденды, которыми пользовался и Ганс. Джонсон обычно трахал в круизах каждого женского «гостя», но часто гости неохотно принимали особое гостеприимство Гарри. Долг и удовольствие Ганса был следить за тем, чтобы эти дамы были чуть более восприимчивыми. Это случалось много раз раньше, и вот это повторилось. Капитан понял, что это произойдет и в этом рейсе.
У Ганса был еще один источник дохода, который иногда возникал в его круизах с Гарри Джонсоном. Раньше или позже все на лодке Гарри делали то, о чем не хотелось, чтобы знали другие люди, и Ганс был достаточно умен, чтобы понять, что есть деньги, которые можно заработать, держа язык за зубами. Ганс никогда не приходил на борт без своей камеры в вещевой сумки, и часто использовал ее. Даже Гарри не знал об этом.

ТРЕТЬЯ ГЛАВА

Гарри Джонсон потихоньку просыпался, почувствовав, как твердая рука ласкает его живот, кончики пальцев бегают по его груди, а длинный прохладный палец мотается под эластичной лентой, игриво лаская густые лобковые волосы. Он полежал мгновение, закрыв глаза, вздыхая от удовольствия, чувствуя, как опытные пальцы оживляют дремлющую плоть.
Открыв один глаз, он посмотрел на свою жену, Кейт, которая стояла на коленях спиной к нему, одной рукой играя нежной татуировкой на животе, а другой, – пробираясь в пространство между его мощными волосатыми бедрами. Он внезапно сел, схватил ее за руку и оставил в плавках, где обитал его член, другой рукой скользнул в подмышку жены и неожиданно сильно сжал одну из ее грушевидных грудей.
– Поймал тебя!
– О-о-о, – закричала Кейт, испуганная внезапностью его движения и давлением его руки на нежный сосок, который он схватил под верхней частью ее скудного двухсекционного купальника.
– О, дорогой, извини, – поддразнил он, когда убрал руку от груди. – Я думал, что меня атакует насильник ночью.
– Ублюдок, – тихо сказала Кейт. – Я стараюсь быть с тобой милой…
Гарри поднял короткие коричневые волосы сзади тонкой шеи жены и успокаивающе провел языком по обнаженным плечам. Он игриво прикусил губами кожу между шеей и плечом.
– Я прощен? – пробормотал он, проводя рукой по ее теплой коже.
Кейт вздрогнула и застонала. Она сжала пробуждающийся член и сняла ладонь с его бедер.
– На данный момент достаточно, – сказала она. – Я только подошла, чтобы выпить.
– Ты что-то знаешь, детка, но на самом деле этого недостаточно. Для меня. – Гарри наклонился и взял стакан бурбона, опустил ноги с сиденья, и выпил. Он вздохнул с удовлетворением. – Хм, это хорошо.
Он жестом пригласил жену сесть рядом с ним.
– Я хочу спросить тебя кое-что, и я хочу, чтобы ты сказал мне правду.
Кейт посмотрела на него и засмеялась:
– Гарри, ты самый прозорливый человек, которого я когда-либо встречала. Ты понимаешь, что я хочу спросить тебя о кое-чем….
Она посмотрела на палубу, где Линн Шаффер невинно спала.
– Что ж, она симпатичная. – Голос Кейт был полон ревности.
Гарри усмехнулся:
– И ты самая проницательная женщина в мире, и самая понимающая. – Он наклонился и поцеловал ее в лоб. – Любая другая жена в мире дала бы по голове мужу, если бы он подошел к ней и спросил, не возражает ли она, если он трахнет другую женщину.
Кейт посмотрела на мужа и улыбнулась:
– Не могли бы вы удержать свои большие лапы от этой девушки, если бы я попросила?
Гарри начал протестовать, а затем остановился и рассмеялся.
– Хорошо, милая, я скажу… Мне пока не повезло.
– Ну, тогда, – начала она говорить, заставляя лицо улыбаться. – Наверное, это и успокаивает.
Кейт заметила, как Гарри снова засмеялся и выпил бурбон. На самом деле она не возражала против хронических измен, но она не понимала, почему он всегда хочет, чтобы она знала об этом.
Она снова посмотрела на нос лодки и попыталась представить, как выглядят Линн Шаффер и ее муж в страстных объятиях. Ее глаза мгновенно прослезились, и она удалила тушь, которая потекла в углу глаза.
Кейн подумала, что Линн не слишком сильно перенимается макияжем. Некоторым женщинам это не нужно, в то время как другим… Она отвернулась, обеспокоенная тем, что она сама была одной из женщин, которые нуждались в макияже, ей нужно было скрыть растущие следы износа лица, которые начались последние несколько лет. Она попыталась проигнорировать тревогу, которая вторгалась в ее мысли, но не могла. Она знала, что это только вопрос времени, прежде чем Гарри проснется однажды утром, и обнаружит, что его прекрасная жена начала стареть. Она тоже знала, что единственное, что удерживало Гарри, ее внешность и ее готовность игнорировать его частые любовные приключения.
Черт возьми, подумала она, не бывает такого, что хорошая внешность будет длиться вечно. Она давно решила извлечь выгоду из своего брака с Гарри Джонсоном и ей это удалось. Она решила смириться с круизами и даже начала получать удовольствие от участия в оргиях, которые проводились не реже одного раза в месяц. Черт, это было весело, и это отдаляло неизбежный день, когда Гарри решит обменять свою нынешнюю жену на новую, более молодую модель. Возможно, на кого-то вроде Линн Шаффер.
Она взглянула на спящую Линн и решила, что ей понравится этот круиз. Она точно знала, что хранится в запасе для сочной дамочки, чей муж позволил ей зайти слишком далеко от гнезда. Она видела, как все это случалось раньше, и она знала, что ей понравится видеть, как эта невинная молодая сука получит то, что ей нужно. Она рассмеялась.
– Что смешного, детка? – спросил Гарри, поворачиваясь к ней.
– О, ничего, – сказала Кейт. – Мне просто интересно, что скажет Марк Шаффер, если он знает ваши планы, которые есть у вас для его прекрасной молодой жены? – Она повернулась к нему. – Как вы думаете, Шаффер знает что-нибудь о вашей коммерческой сделке?
Гарри засмеялся и допил последние капли, оставшиеся в стакане.
– Нет, дорогая, он ничего не подозревает. Я должен был заплатить, чтобы получить эту информацию. – Он поцеловал жену и добавил. – Но это стоило каждой копейки. Мне хотелось бы увидеть лицо Шаффера, когда я продам его собственность городу в три раза дороже, чем она стоила мне.
– Что хочет город? – спросила Кейт.
– Черт, я не знаю, – сказал Гарри. – Какой-то большой муниципальный комплекс, офисы и здания суда, и что-то еще. О чем мне беспокоиться, если они собираются его купить? А они собираются его купить, я убедился в этом. – Гарри был экспертом в поиске правильных решений. – Не волнуйся, Марк Шаффер не знает, что его собственность стоит того.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Он подарил жене громкий и болезненный хлопок по верхней поверхности бедра, почувствовав, как мягкая плоть уступила удару, и подумал о твердых, стройных бедрах Линн Шаффер.
– Я говорю о бизнесе, дорогая. Почему бы тебе не опуститься в каюту, а я немного отдохну?
Кейт встала, потирая покрасневшее место на бедре, где он ударил ее. Она последовала его взгляду на нос лодки.
– Я надеюсь, что ты причинишь ей боль такую же, как причинил мне, – сказала она.
– Хм, какой тигр! – Гарри рассмеялся, и протянул пустой стакан. – Возьми с собой, когда пойдешь.
Кейт взяла стакан и, выйдя из кабины, направилась к кормовой каюте, где исчезла, опустившись по сходам.
Гарри посмотрел вслед. Она была хорошей женщиной, лучшей из тех, кто был у него когда-либо. Вот почему он женился на ней, и так долго живет с ней. Но он не мог оставаться верным одной женщине. И даже не пытался быть таковым. Его мысли вернулись к Линн. Проснувшись, она лежала на животе, глядя, как «Вера» пробивается сквозь волны. Гарри не мог оторвать глаз от сладострастной линии ее позвоночника, который изогнулся, идеально раздваиваясь в маленькие округлые ягодицы, и заманчиво скрываясь под длинными светлыми волосами.
Черт, подумал он, было бы приятнее, если бы она согласилась. Но затем улыбнулся, вспомнив о некоторых из лучших траханий, которые проходили только после битвы. Возможно ему придется использовать трюк под названием «старый дядя Гарри». Ему понадобится помощь этого ублюдка Ганса, но он это делал раньше, и голландец знал, что от него ожидают. Пусть Ганс немного попристает к девушке, и тогда единственный человек, к которому она сможет обратиться, будет «старый дядя Гарри». И «дядя Гарри» был ушлым мастером, манипулируя настроением девушки поговорить с ним в состоянии сексуального возбуждения. Это был не лучший способ добраться до женщины, но иногда единственный. Он решил, что в случае с Линн, поскольку она не подает какого-либо сексуального прогресса, домогательство – единственный способ.
Гарри встал и пошел обратно туда, где его капитан лениво держал руку на руле. Гарри знал, что нужно быть осторожным, чтобы справиться с ним.
– Мне надоело ждать, Ганс, – сказал он, взяв колесо в руки.
– Ждать чего, мистер Джонсон? – спросил Ганс, хотя прекрасно знал, ЧТО Джонсон устал ждать.
– Линн Шаффер, – просто сказал Гарри и стал ждать, пока Ганс сделает следующий шаг.
– О, да, верно, – сказал Ганс, смачивая губы языком. – Что ж, мистер Джонсон, сэр, наверняка было бы стыдно не поиметь ее.
– У меня нет никакого желания оставить ее в покое, Ганс, и ты это знаешь. Я просто пытаюсь решить, как это сделать.
Ганс внутренне усмехнулся от очевидной неудовлетворенности Гарри тем, что ему нужно просить другого сделать его работу.
– Хорошо, сэр, – сказал он, – я мог бы немного позажимать ее, уложить на койку, чтобы она прибежала к вам за помощью.
– Нет, ты не можешь причинить ей боль, ты это знаешь. Но ты помнишь, как ты раскрутил эту маленькую рыжеватую модель из Майами, как ее зовут?
– Кэти, – сказал Ганс. – Да, я ее помню. И Лили, и Джо, и Ширли.
– Правильно, Кэти. Я хочу, чтобы ты поработал с Линн тем же способом… Пригласи ее вниз, а я буду за штурвалом. Дай ей немного выпить, а потом просто возьми ее, напугай.
– Ес, мистер Джонсон, я знаю, что вы имеете в виду.
– Но не переусердствуй, Ганс, ты меня слышишь? Просто немного встряхни ее.
Ганс посмотрел в глаза Гарри и послушно улыбнулся.
– Мистер Джонсон, вам не нужно беспокоиться обо мне, я знаю, что делать.
– Хорошо, начинай, но помни, что я сказал.
Ганс кивнул и наклонился, чтобы взять футболку.
– Ес, мистер Джонсон, я помню, что ты сказал. Я буду помнить все время, пока не вытрахаю живое дерьмо из горячей сучки. – Ганс вылез из кабины, пытаясь успокоиться, сохранить контроль над непристойной усмешкой, которая могла превратиться в какую-то непристойную маску из Хэллоуина.
Он наклонился над бортом, зачерпнул горсть морской воды и позволил морской свежести смягчить черты своего лица.
– Простите, миссис Шаффер…
Линн быстро обернулась и бросила испуганный взгляд на подобострастное лицо Ганса.
– О, мой… ты меня испугал.
– О, я сожалею миссис Шаффер. Я не хотел тебя пугать. – Ганс сладко улыбнулся.
– Нет, нет, – быстро сказала Линн, садясь. – Ты меня не пугал, я просто…- Ее голос затих, когда она посмотрела на гигантскую фигуру, нависшую над ней, наполовину закрывая солнце.
– Что ж, извините, что напугал вас. Мистер Джонсон попросил меня отвести вас в бар и посмотреть, не можем ли вы с вами что-то выпить.
– Его предложение, как и твое, мне очень понравилось. – Линн взяла руку, которую предложил Ганс, и была удивлена легкостью, с которой он поднял ее. – Подожди, пока я возьму одежду и вещи.
Ганс смотрел, как молодая женщина наклонилась к палубе, позволяя плотным округлым грудям выглянуть настолько, насколько позволяла нижняя часть лифчика. Его член начинал оживать, настойчиво тыкаясь молнию джинсов. Если она увидит это…
– Я говорю, миссис Шаффер, я спущусь и расколю лед …»
– Я закончила, я готова. – Линн собрала свой лосьон для загара, полотенце и книги, которые она читала, а затем попыталась надеть халат на плечи, но он упал.
– Мэм, позвольте мне помочь. – Ганс наклонился к маленькой фигуре Линн и надел халат на сладостные плечи, позволяя своей руке скользнуть по гладкой, загорелой плоти.
– Спасибо, – сказала Линн, собрав ее вещи в полотенце. – Думаю, я готова.
Ганс улыбнулся и повел ее вниз по трапу к главному коридору, который привел к большой каюте. Он не смотрел на Гарри, когда проходили мимо, но он знал, что Гарри смотрит на него.
– Большое вам спасибо, мистер Джонсон, – сказала Линн, – я не знала, что это счастливый час.
– В последний раз Линн, мое имя Гарри, – и он тепло улыбнулся.
– О, извините… Гарри… я забыла.
– Не беспокойся об этом, иди вниз, и пусть Ганс позаботится о тебе.
– Хорошо, – ответила Линн. – Я скоро вернусь.
Гарри наблюдал, как прекрасное тело его бухгалтера исчезло в трюме. Он посмотрел на часы, улыбнулся про себя и повернул «Веру» в юго-западную сторону.
– Что я могу предложить вам? – спросил Ганс, когда они добрались до бара Джонсона.
– О, я не знаю. Что-то крутое.
– Как насчет джина с тоником?
– Хорошо. – Линн положила на стол вещи, обернутые полотенцем, и осмотрела каюту, изумившись роскошью мебели, и суммой денег, которую эта мебель стоила.
– Восхитительная яхта, – сказала она, пытаясь сломать любопытную тишину, которая их окружала.
– Да, это так, – пробормотал Ганс.
Линн ждала, когда он добавит что-то, а когда он этого не сделал…
– Как долго ты работаешь на Гарри… на мистера Джонсона, я имею в виду?
– Несколько лет.
Опять Линн подождала, и снова мускулистый моряк не уточнил. Она снова посмотрела на каюту, а затем на Ганса. Ей казалось, что он уделил необычайно много времени джину с тоником. Она чувствовала себя неловко в его присутствии, его массивное тело вселяло смутную тревогу, как и его глаза, которые, казалось, никогда не покидали ее тело, хотя он ничего не говорил. Она искала какую-то тему разговора, чтобы продержаться до тех пор, пока не выпьет и сможет подняться наверх.
– Э-э… я уверена, могу угадать ваш астрологический знак.
Ганс посмотрел на нее. Он видел ее дискомфорт и наслаждался этим.
– Давай догадайся.
– Э-э… Телец.
– Неправильно.
– Скорпион?
– Сожалею.
– Я сдаюсь, какой? – Линн спросила, чтобы его не обидеть.
– Дева. – Губы Ганса медленно произносили слоги, как непристойное слово.
– О, я не могу в это поверить, – неловко хихикнула Линн. Ганс не смеялся. Он продолжал пристально смотреть на нее. – Что-то долго ты готовишь джин с тоником, – сказала она нервно. – Может, будешь готовить его к следующей вечеринке? – Она рассмеялась.
Ганс не обратил внимания на намек.
– Вы интересуетесь астрологией? – спросил он.
– О, да, – неуверенно ответила Линн. – Да, конечно.
– Конечно. – Ганс наслаждался собой, наблюдая за этой маленькой беспомощной девушкой, явно запуганной его одержимой мужественностью. – У меня есть книга об этом, я думаю, тебе действительно понравится.
– Правда? – сказала Линн, желая избавиться удушающей каюты и вернуться на освежающий морской бриз. – Что ж, я очень хотела бы увидеть ее.
– Я заберу напиток для тебя, – сказал Ганс, пробираясь через главную каюту к двери в свою каюту.
– О, – быстро сказала Линн, – пожалуйста, не беспокойтесь.
– Ничего страшного. Давай. – Ганс открыл дверь в свою каюту и встал в сторону. – Я не думаю, что вы видели эту часть этой прекрасной лодки.
Линн колебалась. У нее не было желания оставаться наедине с этим могучим человеком в его каюте. Ганс повернулся к ней, протянул напиток и сделал лицо невинным настолько, насколько смог.
– Что случилось? Что-то не так?
– О нет, конечно, нет, – выпалила Линн. Она чувствовала себя нелепо. Почему она так испугалась мужчины? Ничто не могло случиться с ней на лодке. Другие женщины были бы рады и польщены интересом Ганса к ним. – Что случилось со мной? – подумала она. – Я не маленький ребенок. – Как только эта мысль пришла ей в голову, возврата не было. Она приняла вызов. – Ничего. Я бы с удовольствием посмотрела книгу.
Жар возбуждения пронзил позвоночник Ганса, и сосредоточился на вздрагивающем члене, когда Линн капитулировала. Он знал, что выиграл, знал, что ничего не остановит неизбежное. Ни предупреждение Джонсона, чтобы не переусердствовал, ни кричащие протесты Линн, даже сам Нептун не мог остановить его теперь трахнуть ее тугое маленькое влагалище и наполнить его спермой, вскипающей внутри него.
Он вдохнул сладкий запах сладострастной формы Линн, когда она прошла мимо него и вошла в его каюту. Она прошла четыре шага по небольшому пространству и выжидающе посмотрела на него. Ганс почувствовал, что его огромный член, кажется, выпрыгнул на нее сразу, как будто пытался преодолеть эти четыре шага между ними. Он быстро повернулся, чтобы закрыть дверь, и почувствовал боль, когда его массивный пульсирующий пенис начал набухать быстрее, чем когда-либо прежде, пытаясь отчаянно отыскать плотное, мокрое молодое влагалище, которое мягко обернуло бы его огромную головку и, извиваясь, скручиваясь, высосало обжигающую белую сперму.
Ганс попытался контролировать дыхание. Его грудь вздымалась. Неожиданная пульсирующая боль охватила чресла, схватила за грудь и беспощадно скрутила в маленький узел. Его ноги начали дрожать, зная, что скоро очутятся между горячих потных бедер чувственной молодой красотки.
Линн разочаровало то, что Ганс остался спиной к ней.
– В чем дело? – спросила она.
– Нет … – прохрипел голос Ганса, когда его горло внезапно сжалось, задыхаясь. Он прокашлялся и отчаянно пытался взять свое тело под контроль. Он не мог. Не было времени на игры. Ганс повернул ключ в замке двери со щелчком, который раздался в кабине. Это происходило в молчании, прерываемом тяжелым, отчаянным дыханием Ганса.
Дрожь парализующего страха пробежала по телу Линн, когда она поняла, что хочет сделать капитан. Это безумие, подумала она перепугано. Он… Он, должно быть, сумасшедший. И вдруг Линн поняла, что Ганс сумасшедший. Сумасшедший от желания, сумасшедший от страшной похоти, которая грозила уничтожить все, что стояло между ним и его страшной страстью. Линн похолодела, поняв, что единственное, что стояло на пути жажды голландца к удовлетворению, было ее собственное, беспомощное, беззащитное тело.
– Ганс! – воскликнула Линн, пытаясь контролировать неразумный страх в голосе. – Что ты делаешь?
Капитан медленно повернулся к ней, его лицо превратилось в маску похотливого желания.
– Что я делаю? – повторил он, спрятав ключ в карман джинсов, которые были натянуты его отчаянно борющимся членом. – Я просто запираю дверь сарая, прежде чем корова выйдет. Я просто запираю одну дверь и открываю другую.
Линн с ужасом наблюдала, как рука Ганса медленно опустилась на молнию джинсов и потянула вниз.
– О, не-е-ет…- Взволновано молодая жена отступила, первые слезы незаметно потекли по ее испуганному лицу.
– Вот именно, немного поплачь, детка, – вздохнул Ганс. – Почему бы тебе немного не покричать, все равно тебя не услышат на палубе.
Линн знала, что Ганс прав. Шум мотора «Веры» и моря… Она с ужасом наблюдала, как могучий матрос наконец расстегнул джинсы и медленно их раскрыл, обнажив сначала волосатый мужской лобок, а затем непобедимую выпуклость пульсирующей плоти, а затем… Одинокий, нетерпеливый член Ганса мощно выпрыгнул из своей тюрьмы и выпрямился из чресел, увеличиваясь и опухая. Единственное, о чем Линн смогла подумать в истеричном состоянии, было то, что у голландца не было нижнего белья. Гигантская пульсирующая колонна выскочила из джинсов, как копье, и Линн почувствовала, что ее горло перехватило. Он шагнул к ней.
– Нет… Ганс… пожалуйста… не делай этого… – и внезапно осознание поразило ее, как выстрел, что Ганс собирался сделать, собирался засунуть этот огромный пенис глубоко в ее маленькое сжимающееся влагалище, и она знала, что это убьет ее.
Она открыла рот, чтобы закричать, но ничего не вышло, и в это мгновение Ганс пересек небольшое расстояние между ними, и накрыл маленький рот Линн своим, пожирая его. Его руки обхватили ее, сжали ее руки, а его рот мучил ее глубоким жестоком поцелуе.
Линн напряглась, но он только притянул ее ближе и начал впихивать свой влажный язык глубоко в ее рот, а его руки сжали материал ее халата и впились в мягкую плоть ее ягодиц и мощно прижали ее съежившееся тело к напряженным гениталиям.
Ганс исследовал хребет сквозь беспомощный бархат молодой домохозяйки. Он сильно сжал ее, каждый мускул жестко напрягся, руки крепко держали ее в плену, упругие булки грудей расплющились на его мощной груди, одно бедро пробралось между ее ног, пока ее молодое влагалище нехотя не прижалась к нему. Она отчаянно пыталась пошевелить головой, и Ганс сжал ее череп рукой и снова просунул язык, все глубже и сильнее.
Маленькая Линн не могла противостоять этой огромной скале, которая так легко держала ее. Силы были слишком не равны, и не было возможности вырваться. Инстинкт велел ей хитрить. Возможно, она могла обмануть его, заставить думать, что он причинил ей боль, может быть, тогда он прекратит эту жестокую атаку. Но она знала, что это бесполезно. Ганс мог убить ее, и в своей безумной похоти, даже не сознавая этого.
Теперь его руки курсировали по ней, разглаживая мягко округленные ягодицы и сжимая ее маленькие, нежные груди. Внезапно одна из его рук обхватила спину и сломала защелку на бюстгальтере. Его рука забралась под хлипкий лифчик и дразнила ее сосок, который моментально затвердел, и тепло этого неожиданного ощущения пробилось сквозь ее вены и кровоток. Бессознательно она сосала мужской язык в своем рту и почувствовала, как озноб желания охватывает ее чресла, грудь и живот.
– О да, детка, тебе это нравится… Ты притворяешься, что нет, но тебе это нравится. – Рот Ганса оставил ее и теперь пробирался по ее шее к подбородку. Она почувствовала, как его руки возятся с халатом, пытаясь снять его с рук. Ее мозг закричал: сейчас самое время. Она собрала все силы и попыталась вырваться из его рук. Она была свободной мгновение, затем он протянул руку и схватил ее за запястье, откидывая спиной на койку, как будто игрушечную куклу.
– Ты хочешь оставить бедного старого Ганси одного, не так ли? Но играться одному не так хорошо, как играться с тобой, детка.
– Боже, – прохныкала она, наблюдая, как хриплый морской капитан расстегнул верхнюю пуговицу своих джинсов, позволив им упасть с него и разоблачить всю мощь его голых чресел. Он стоял перед ней бесстыдно голый, его напряженный твердый член выскочил и торчал, пульсируя ожиданием. Она недоверчиво посмотрела на него, когда он опустил руку и с непристойной усмешкой начал поглаживать тяжелую необрезанную крайнюю плоть назад и вперед по пурпурной, луковичной голове.
–Так правильно, детка? – Ганс, очевидно, подвергал ее постыдным мучениям. – Хорошо, просто подожди, пока я не засуну его в твое маленькое влагалище, тогда ты по достоинству оценишь его.
– Прекрати! Прекрати! – крикнула она ему. Но он не остановился… Только продолжал усмехаться, а она лежала, как будто приклеенная к твердой койке, наблюдая, загипнотизированная, поглаживанием жесткого мясистого ствола рукой… Невероятная толщина которого, заставляла ее подсознание мучиться… Он собирается убить меня этим, мой Бог…
Похоже, что и на нее нашла похоть матроса.
– Н-Не приближайтесь ко мне. Не подходите… Пожалуйста.
– Ты хочешь снять свой маленький купальный костюм, детка, или ты хочешь, чтобы я помог тебе?
Линн лежала обездвиженная, застывшая в полусне. Она лежала неподвижно, когда грубые руки Ганса медленно, очень медленно опускали ее трусики, так медленно по ее бедрам, а ладони нежно гладили ноги. Она почувствовала, как жар желания поднялся по ее позвоночнику. Она неохотно стонала от удовольствия.
– Правильно, детка. Просто успокойся, пока старый Ганси готовит тебя к самой большой ебле твоей жизни.
Линн смутно осознавала, что его нетерпеливые руки движутся по всему телу, поглаживая и обжигая ее кожу, заставляя напрячься соски и делая закрытую пещеру ее влагалища влажной.
– Христос, у тебя сочное влагалище! – Он ахнул, наклоняясь к ее возбужденной вожделением наготе, сокрушая маленькие груди мощной грудью, сжимая руками круглые полные ягодицы и поднимая их до тех пор, пока его жесткий грубый вал не зарылся в гладкую плоть ее живота.
– О, детка, ты станешь хорошой… да, ты… О, детка, я просто собираюсь трахнуть эту маленькую розовую пизду твою до смерти… Просто переверну тебя на спину и заброшу красивые ноги над головой… И почувствуйте этот член мягким белым животом, пока вы не сможете попробовать его.
– О, Боже… – Линн стонала почти бессвязно, ее лицо покоилось на его плече, внезапно неспособное понять эротическое возбуждение, которое вызывало ее непристойное описание. – О, боже, нет…
Беспомощная молодая жена почувствовала, как койка слегка приподнялась, когда мощное тело Ганса поднялось над ней. Она быстро попыталась сжать ноги, но колено Ганса разжало их. Нет, это не может произойти со мной!
– Почему бы тебе не размахивать своими прекрасными маленькими ногами, дорогая, и пусть старый Ганси войдет в твой дом. У него большой-большой член, который желает втиснуться в твое маленькое гнездо.
– Нет, Ганс… пожалуйста, Бож… Не… Пожалуйста!
– Раздвиньте ноги, черт побери! – прорычал он, и по его милости неохотно раскрыла ножки, обнажая блестящий рот влагалища. Капитан устроился между раскинутых ног над неохотно раскрытыми губами влагалища. Он положил ладони на ее гладкие округлые бедра, большие пальцы оказались на блестящих розовых складках ее пещерки. Медленно, он вывернул мягкие пульсирующие губы, обнажая влажную коралловую плоть. Почти незаметно он провел пальцем по ее крошечному клитору, и Линн застонала от нежелательного вожделения.
– О, это хорошо. Это слишком хорошо, чтобы сопротивляться. – Огромный матрос опустил свою мощную массу, накрыв ее маленькое тело. Она застонала под его развратной атакой. Он крепко обнял ее, втиснул свое сильное, мускулистое тело, ее голова дико качалась взад-вперед, а его рука обхватила воспаленный член и слегка двигала опухшей головкой вдоль влажных, нежных губ ее влагалища, чтобы разделить разреженные, мягкие, лобковые волосы, а затем с криком восторга, протолкнул его вперед к влажному жаркому устью ее влагалища.
За секунду до этого Линн подумала, что этого не произойдет, что мощный вал разорвет ее живот, но, когда огромная петушиная голова размером с луковицу, скользнула внутрь нее, она застонала.
– A-a-a-a-a-aг-г-г-г-г-г-г-г-г-г-г-г-гх-х-х-х-х-х-х…
Беспомощная молодая девушка отчаянно сжала ноги в бесполезной попытке облегчения, но этот шаг только помог утопить расширяющийся вал мужской плоти еще глубже в ее предательски уступающее влагалище. Жестокий каменный крепкий член вторгся в ее пылающее нутро, расширив влажные стенки так, что ее бедра, показалось, разделились от неумолимого давления… Затем его таз больно ударил о ее собственный, и она почувствовала раздутые спермой шары, которые тяжело свисали между перевернутыми щеками ее плотно сжатых ягодиц.
– Боже, пожалуйста… прекрати! – Линн вскрикнула от боли.
Но полусумасшедший капитан не остановился. Он не дал ей возможность приспособиться к внезапному вторжению в ее утробу. Он сразу начал трахать ее, как дикий бык. Она беспомощно смотрела в его лицо, искаженное похотью, пытаясь понять за этой маской, почему он грубо, даже жестоко вошел и вышел из нее. Затем ее чувства отступили от жгучей боли его жестокого удара и сосредоточились на покалывающем ощущении, которое медленно начало нарастать в глубинах ее разоренного влагалища.
Линн опустила колени, чтобы иметь лучшее рычаги, чтобы вернуть вытянутые его петухом губки влагалища на место. Когда она изогнула свои бедра, Ганс вытянул свой длинный, налитый кровью ствол из ее чрева, остановившись только тогда, когда внутри осталась опухшая головка. Она подняла свои неприветливые чресла, опасаясь, что он полностью вытянет член наружу, но он толкнул его обратно, отправляя в глубины сочащегося прохода. Она почувствовала, как стальной наконечник натирает стенки розжареного влагалища, когда он скользнул внутрь нее, и сокращающееся влагалище плотно зажало огромного монстра, а нервные окончания передавали пульсирующее возбуждение в ее мозг. Она была подвешенной в каждый момент его длинного удара, испытывая удовольствие, а не боль, и когда его таз вдавливал в ее теперь восприимчивую пизду, она чувствовала, что мешочек с его мячами слегка ударяет о ее добровольно раскрытые ягодицы. Чувство было замечательным, и Линн раскинула свои ноги настолько широко, насколько смогла, чтобы следующий удар был еще глубже.
Когда Ганс яростно двигал бедрами, чтобы его возбужденный член беспощадно врывался в ее жаркое влагалище с более быстрым движением, его яйца сильно ударили по ее крошечному морщинистому анусу.
– A-a-a-a-aг-г-г-г-г-г-г-г-гх-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х… – Она вскрикнула от фантастических ощущений, следующих вверх и вниз по ее спине, каждый из которых соперничал за внимание.
Тяжелые мячи моряка шевелились от давления спермы глубоко внутри них, и Линн чувствовала, как в них пульсировала жизнь, когда они соприкасались с ее обнаженными ягодицами. Движение его длинного, толстого пениса посылало импульсы возрастающей интенсивности через каждую часть ее возбужденного страстью тела, и она вошла в ритм с Гансом, изогнув бедра, она бросала свое тело навстречу его ударам, и падала вниз, когда он выходил.
Огонь, горящий глубоко в ее чреве, стал более интенсивным, так как налитый кровью петух Ганса, казалось, еще больше увеличился, и его трахание становилось все быстрее и быстрее. Его член, смоченный влагалищем, скользил с большей и большей легкостью в и из ее плотно охватившего влагалища, стенки ее прохода обжигали, сжимали каждый миллиметр его пульсирующего стержня, доставляя своему покорителю еще больше удовольствия. Линн почувствовала, как все ее тело стало частью ее жадно заглатывающего влагалища. Она никогда не думала, что такое удовольствие может подарить огромный мясистый ствол, безумно влезающей в ее раскрытый живот. Она подняла ноги так высоко, как только смогла, и начала сгибаться и выгибаться возбужденно дрожащими бедрами, чтобы втянуть и всосать замечательный член, который она удерживала с огромной силой в своей огненной, горячей матке.
Линн почувствовала, что ее тело полностью освободилось от всякого сопротивления удовольствию, которого она жаждала, а затем появились дополнительные ощущения в чреслах, которые она не могла идентифицировать. Затем она поняла, что опытные руки капитана ласкают ее ягодицы, и дрожь радостно пробила ее, когда она почувствовала, как его палец щупает обнаженный анус. Когда его палец внезапно подавил ее жесткое сопротивление, крошечная боль была ничем по сравнению с ощущениями полной капитуляции, которые она испытывала, и она дико задрожала, пронзаемая гигантской колонной пульсирующей плоти.
Ее живот неудержимо дернулся, когда она почувствовала, как головка огромного члена раздулась еще больше внутри ее чрева. Она понимала, что в любой момент начнется извержение горячей жидкости, но растущая дрожь в собственном трепещущем животе была в центре ее внимания. Внезапно его огромный столп мужской плоти глубоко погрузился в ее горящее влагалище, и головка, казалось, заполнила ее, как воздушный шар. Ее живот задрожал от огромных судорог, когда она почувствовала, как первая горячая волна жидкости начала двигаться по всей длине толстого пениса, чтобы разрядиться и взорваться в ее горячей сосательной матке.
– O-o-o-o-oх-х-х-х-х! O-o-o-o-o! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – Она выкрикнула свой экстаз, когда великий, беснующийся инструмент начал насыщать ее влагалище горячей, липкой спермой в кульминационный момент. Она чувствовала, как каждая капля жидкости вырывалась из гигантского опухшего кончика, и ощущения были такими потрясающими, что вся ее матка взорвалась в ответном удовольствии. Она крепко сжала свое жаждущее влагалище вокруг дико дергающегося петуха внутри нее, и ее лихорадочно сжатая киска разразилась ее собственной радостной секрецией.
– A-a-a-a-a-a-a-aв-в-в-в-вг-г-г-г-г-г-г-г-г-г! – Ее крик эхом отозвался в ее голове, когда взрывная жгучая страсть в ее теле взлетела до вершины восхитительного удовольствия. Она запустила свои ногти в спину мужчины, нависшим над ее страстным извивающимся телом, и сильно прижала его к груди. Ей хотелось быть задушенной его теплой плотью. Она выгнула широко раскрытые ягодицы, чтобы получить всю горячую жидкость, которую она могла достать, и ее собственная липкая белая влага покрыла дико сжимающийся покрытый волосами лобок и медленно двинулась по щели ее вздутых белых ягодиц. Казалось, это продолжалось вечно, пока ее тело не было полностью насыщено его жидкостью.
Два судорожно подергивающиеся тела медленно становились неподвижными, и наполнены неземным блаженством.
– Христос, – сказал Ганс, первый, кто пришел в себя. – Христос!
Линн тихонько застонала. Ганс посмотрел на нее с благодарностью.
– Детка, – сказал он, – ты самая лучшая чертова женщина, которую я когда-либо имел в своей жизни.
Глаза Линн все еще были закрыты, когда она слабо улыбнулась.
– Никогда… – она попыталась сказать. – Я никогда…
Ее голос затих.
– Да, детка, я чувствую то же самое.
Внезапно лицо Линн затуманилось. Когда ее сознание прояснилось после бессмысленной страсти, она сначала вспомнила, кем она была, затем вспомнила, где была, и, наконец, вспомнила, кто этот человек, который все еще лежал с обмякшим членом, тихонько отдыхая в ее влагалище, в океане их непристойно смешанной влаги.
Линн не могла открыть глаза. Она не могла посмотреть и обнаружить, что человек, который доставил ей столько удовольствия, был не ее мужем.
– Оставьте… Пожалуйста, – пробормотала она.
– Что это было? – пробормотал Ганс.
– Оставь… пожалуйста… уходи.
Ганс посмотрел на маленькую женщину, которую он так полностью освоил, и которая дала ему столько удовольствия.
– Конечно, детка, теперь я оставлю тебя в покое… Но я увижу тебя снова.
– Нет… – Линн хныкала. – Я… никогда… я никогда не…
– Конечно, будешь, детка. Теперь возврата нет. Ты познакомилась с совершенно новым миром, знаешь? Ты еще ничего не видела.
– Пожалуйста…
– Я ухожу, – сказал я, просто позволь мне надеть мои чёртовые штаны. – Ганс встал, застегнул джинсы и небрежно бросил свою футболку через плечо. – Я знаю твой тип, детка, хорошо знаю, ты проснулась сейчас, и спать больше не будешь, поэтому я снова увижу тебя.
– О нет… нет.
– Ах, да, да. – Ганс открыл дверь и вышел из каюты, не оглядываясь на согнутую, рыдающую фигуру на его койке.

(Всего 503 просмотров, 1 сегодня просмотров)
11

14 комментария к “Соблазненная молодая жена”

  1. Вне всякого сомнения, перевод очень качественный и тщательный. Но знаете, мне показалось, что обилие подробностей делает произведение каким-то сухим. Вроде бы эмоции есть, но они словно нарисованные. Ну вот, например: “Она лениво протянула руку по мягкому плоскому животу, подняла колено и слегка раздвинула ноги, чтобы позволить воздуху циркулировать между ее бедер, где нескольким плотно закрученным лобковым волоскам удалось убежать из ее бикини.”. ТО есть вроде бы внимание уделено самым мельчайшим деталям… и возникает парадокс: они мешают. Не знаю, смогла ли правильно донести свои мысли. А может, это только у меня, ненормальной, такое впечатление возникает, а другие скажут, что всё классно )))

    3
    1. Я пытался в первую очередь передать, как Вы правильно заметили, стилистику автора. А он, мне так кажется, рисовал картину, с одной стороны блаженства и неги, с другой – искал варианты передачи читателям красоты Линн. То есть создавал атмосферу, в которой героиня расслабляется и попадает в западню, которую готовят другие пассажиры яхты. Я так понял замысел автора и попытался сохранить его фориу и стилистику произведения.

      1
        1. Я прочитал всего Стивена Кинга в русском переводе, и мне не кажутся его тексты суховатыми. Думаю, что многое зависит от таланта самого переводчика 😉
          Из всех рассказов-переводов, опубликованных на нашем сайте, я не обнаружил ни одного, который бы отвечал термину “художественность”. Все они написаны сухим, нечеловеческим языком.
          Впрочем, некоторые рассказы написаны так же и без всякого перевода 😀
          Зачастую это относится к произведениям, уделяющим большое внимание механике процесса, типа: “Его правая рука пробралась ей между ног, а левая рука, тем временем, осторожно взяла её правую заднюю ногу и отвела на северо-восток на одиннадцать часов”.

          4
          1. Согласен с Вами, что все зависит от переводчика и его ответственности перед читателем. Касаемо рассказов, опубликованных на сайте и не отвечающих термину “художественность”, на мой взгляд Вы чуточку перегнули палку. Большинство публикаций Алины отвечают этому термину. Да, “совершенство не знает предела”, но для этого нужен и определенный жизненный опыт и возможность уделять больше времени своим текстам. А публикация “маленькая волчица”, наверное” самое лучшее, самое интересное, что я прочел в последнее время. Рассказ целиком и полностью отвечает критериям белого стиха, не верлибра, а именно белого стихотворения.
            Так что не будьте слишком строги к молодежи. Она, если прислушается к дельным советам может украсить литературу своим присутствием.
            Правда, коменты слишком хвалебные, как в басне Крылова. А требуется объективный взгляд на тот или иной текст.

            1
              1. Я знаю что не о Вас. К Вам админ обращался в своем комментарии, объясняя свое видение творческого процесса. Поэтому я и позволил себе навести Вас, как пример отличной литературной работы.

                0
            1. Большинство публикаций Алины отвечают этому термину.

              Причём тут публикации Алины? Разве она занимается переводами?!
              Когда я писал о “художественности” произведений, я имел ввиду именно переводы. С моей точки зрения, в большинстве своём они написаны деревянным языком, не по-русски, без адаптации к российскому пониманию и менталитету. Этот груз ответственности лежит на переводчиках целиком и полностью. Поэтому, зачастую, возникает ощущение, что читаешь машинный перевод, а не художественное произведение.

              И никакая Алина или “молодёжь” Diana Tim Taris (за это Вам от неё, полагаю, будет отдельное спасибо 😀), здесь не при чём.

              Я писал исключительно о переводах.

              1
  2. Впрочем, некоторые рассказы написаны так же и без всякого перевода 😀
    Я имел ввиду вот єто Ваше утверждение. Хотя должен заметить у вас есть серьёзное уточнение: “некоторые рассказы”.
    О переводах даже не пытаюсь дискутировать ибо знаю по себе, что после многочасовых посиделок над текстом, ему, тексту, нужны редакторский глаз и редакторская рука. Тем более в основном я пишу и разговариваю на украинском языке.

    1
  3. Какой-то сухой, безжиненный рассказ. Видимо мистер Админ прав полностью – тут нужен художественный переводчик. А сейчас впечатление, что переведено с помощью компа. Единственное интересное место в рассказе – фото вверху. Можно им хоть полюбовааться. А читая рассказ – хочется заснуть. После пятой строчки…
    Хочется посоветовать мистеру Rex заняться более интересными темами. Поэтому этот рассказ-перевод получился довольно слабенький, без проработки характеров. И единственное, что могу пожелать: не браться за подобные переводы. А если браться, – то, как советует наш Админ – сделать художественный перевод. Слабо!

    1
  4. Переводы, переводы… чужие слова, чужие фразы, чужой смысл… Как всё это адаптировать для своего читателя?
    «О, ясные сады, где обаянье дремлет,
      Где тигр ползет у ног,
    Где, вспыхнув на конце чешуйчатого стебля,
      Родится злой цветок…»
    Это кто написал? Леконт или Блок?
    ИМХО, конечно, но переводчик должен быть одновременно и автором, таким же, как и изначальный. А в чем-то даже и получше.

    3
  5. Ой ребята, осуждать автора перевода не спешите.
    Раз смог перевести, значит не дурак.
    Вы, автор, если Не можете, НЕ писать, ТО пишите!
    Когда-то, как-то начинал переводить Пастернак.
    Давайте относиться друг к другу по-доброму, по-братски,
    А потом Пастернак сделал лучший перевод “Принц датский”

    Ставлю 10.

    1

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг