Skip to main content

Создание КША. Часть 7. Организация победы

Все, что свершить смогли вы,
И все, что не смогли,
Пристрастно взвесят люди,
К которым вы пришли.

– Мой капитан, а вот вы  упомянули такое слово “садизм”. А что оно означает?

– Дорогой Галлахер, был такой Донасьен Альфонс Франсуа де Сад, часто именуемый как Маркиз де Сад – французский аристократ, политик, писатель и философ. Был проповедником абсолютной свободы, которая не была бы ограничена ни нравственностью, ни религией, ни правом. По его имени удовлетворение, получаемое путем причинения другому человеку боли и/или унижений, получило название «садизм».

– А почему вы называли Нью-Йорк, как город Большого яблока?

– Ну Галлахер!

– Первый лейтенант Галлахер, Нью-Йорк это центр финансовой жизни САСШ, то есть, если ты банкир, то все — ты богат и успешен. Сорвал свое вкусное яблоко. Но теперь, я иду к нашему генералу, а именно ты, мой первый лейтенант, командуй. Бег, стрельбы и так далее. А вот у меня сейчас будет трудная миссия. Какая? Штатное расписание нашего батальона. Мы теперь в армии КША!

Когда я пришёл к генералу Борегару со штатным расписанием моего батальона, он сразу впал в ступор, а потом стал смеяться. Мол, у меня, точно как у Ноя в его «Ковчеге» — и там и тут, как говорится – каждой твари по паре.

Ну точно, была у меня даже еврейская рота. Это переселенцы из Франции и Испании. Я конечно их сразу, отправил так сказать — по интендантской части, все наши боеприпасы, ботинки, одежда, ружья, порох, лекарства и, самое главное, припасы еды, этим они чётко заведовали. Но они оказались не только так сказать — завскладами, но и храбрыми воинами. Когда к ним случайно прорвался большой отряд негров, которые увидев наш обоз из двадцати крытых фургонов, решили поживиться, то евреи встретили их очень лихо!

Достав отличные сабли из французской стали, они нанесли ужасные раны всему батальону негров — те, навалившись толпой, не смогли стрелять, а холодное оружие в свалке оказалось намного девственнее. И раны они наносили неграм просто ужасные. Дикие вопли раненых просто висели в воздухе и, совершенно опустошительно подействовали на подошедшее подкрепление северян. Увидев раненых и сверкающие сабли, и те сразу сдались, побросав оружие.

Глава еврейской роты Аарон, весьма импозантный храбрый вождь, сразу чётко понял мою мысль — всех раненых мы перевязали их же разорванными рубахами и, сбив боли опием и остальными гадкими наркотиками, отправили этих «загорелых» пленных в сторону федералов. И пусть их лечат они сами! А я на прощание им речь двинул в стиле пламенных депутатов-болтунов своего прежнего времени.

Мол, мы мирные люди и не собираемся их убивать или гноить в лагере, а возвращаем обратно. Ведь мы воюем за свою свободу! И будем защищать свою частную собственность и наше “белое золото” изо всех сил! Наша частная собственность священна и неприкосновенна. Как впрочем и любая частная собственность! А всем раненым северянам мы даруем свободу, вот мы какие чудесные люди! Аарон тихо смеялся в бороду и крутил головой…

Вот итальянская рота оказалась «короткоживущей». Парни были все очень горячими, храбрыми, но совершенно не понимающие дисциплины и в первом же бою рванули в атаку. Побили они много федералов, но и сами почти все погибли. Самого Гаррибальди я конечно потом отправил первым заместителем к Галлахеру — тот был ещё хитрее и осторожнее меня, вот пусть этот итальянец, «горячий, как Везувий», как все шутят, теперь вдохновляет его бойцов.

Но вообще-то мой батальон был очень мобильным. Когда генерал Ли срочно прислал вестового с письмом-просьбой о помощи, мы среагировали очень быстро и чётко. Все пять наших картечниц с фланга буквально разнесли вдребезги два полка северян, затем они умчались, да тут сразу с полукилометра стала вовсю садить наши трофейные нарезные пушки Перрота. Это стало последней каплей в чашу нашей победы — сразу все северяне, оставшиеся в живых, сдались. Трофеи были отличные! Но вот около часа мы ругались с генералом Ли — он не хотел раненых отпускать, а собрался их тут лечить. Но я наконец буквально «убил» его одной фразой:

— Генерал, а у вас в обозе лекарства есть? — конечно, их не было и раненые, небрежно перевязанные, без оружия и, конечно, многие совсем без башмаков, поплелись через мост на свою территорию. Зато опия из захваченных фургонов медслужбы северян мы им не пожалели. Идут и смеются под кайфом! Ну что, попутного ветра,”синяя птица”! Все госпитали северян были буквально забиты раненными – мы всех раненых отправляли к их медикам.

Но вот разведка у генерала была поставлена отменно — его конные разведчики вовремя заметили подход двух полков федералов и, что очень важно на войне, вовремя сообщили ему, а генерал сразу послал мне письмо.

У меня в батальоне разведкой и диверсиями занимался взвод индейцев чероки, жуткие головорезы, они по-прежнему собирали скальпы врагов. Так что я часто ночами посылал их в лагерь пришедших федералов, ставших неподалёку лагерем. Утром там был очень страшный переполох — обнаружили кучу солдат с перерезанными горлами и многих без скальпов. Особенно это сильно пугало богобоязненных негров. Они часто отказывались воевать именно с моим батальоном. Мол у меня только одни головорезы и даже вампиры. Мои парни постоянно ржали, слушая речи пленных негров.

Но вот второй взвод индейцев чокто я использовал по-иному. Лихие и ловкие, невероятно сильные и выносливые, они тёмными ночами так ловко и бесшумно залазили в лагерь федералов и воровали всё, что плохо лежит. Ну и всё, что хорошо лежит – тоже воровали. Нам всё пригодится! Так что ночами они приносили мешки с вяленым мясом бизонов, с макаронами, с бобами и с кофе. Один раз даже пяток жирных индюков в мешках притащили. А в этот раз – все неподъёмные сумки с провизией на дивизию в месячном рейде по вражеским тылам. И мой батальон сразу уходил в глубину близлежащего леса. Жаркое из индюков – обалденно вкусно! Мексиканцы готовили их отменно!

Лес тут был густой, но не очень большой — это не Белоруссия. Зато как хороши были эти несколько сот десятин нетронутого леса! Они тянулись по правому берегу Осуги с ее глубокими плесами и заросшими утиными заводями. Мохнатые непроницаемые опушки, светлые, залитые солнцем сосновые боры, густые темные ельники, веселые березовые рощи… А какие укромные, говорливые родники прятались в тихих ложках! Что за чистая, студеная вода бежала по разноцветным, сверкающим камушкам…

В светлые дни осинники и разнолесье полнились голосами птиц. А мы там, в глубине леса, отдыхали после боев, наслаждались отличной едой и, конечно, великолепно заваренным моим слугой кофе. Заодно посмеивались над зверски озлобленными голодными федералами, которые рыскали в поисках моего батальона по всей округе. А я вовсю смеялся над моим лихим помощником О*Хара — когда он выходил из палатки вместе с медсестрой, то очень походил на кота, упавшего в тазик со сметаной. И вот почему!

Захватили мои парни лихим наскоком санитарный обоз федералов. Так что их врачи теперь лечили наших парней, а вот сразу насчёт медсестёр я принял одиозное решение. Раз я остановить не мог наших храбрых и невероятно сексуально озабоченных пьянчуг-ирландцев, то приказал: «Не более трёх раз нашим воинам с каждой медсестрой. Если узнаю о нарушении — то сразу расстрел!» Так что медсестры выглядели неплохо, ведь всё только по согласию (а попробуй она откажи!) и весьма были довольными, особенно взрослые матроны. Ночью все хороши! А вот их весьма прелестная старшая медсестра ночевала только в моей палатке.

Но никто не был на меня в обиде. Как выдал О*Хара – всё лучшее нашему капитану! Ну и я старался изо всех сил – по утрам “моя” медсестра выглядела, как шутят – на миллион долларов! Кое-что она узнала от меня. Но зато наши парни узнали у слегка раскрепощённых медичек и про анальный секс и про невероятный «французский поцелуй»! Так что по моему требованию – никаких “залётов”! Ведь такой батальон с картечницами, отличными многозарядными винтовками, новыми орудиями и даже с таким чудесным «сговорчивым» санитарным обозом был точно один в армии Конфедерации.

Так что конечно генерал Борегар вскоре принял решение развернуть наш батальон в полнокровный полк! И правильно – по составу мы уже практически были полком. Причём очень опасным и грозным для северян. Смертельно опасным! И очень мобильным. Но, самое главное – мы действовали по моим представлениям войны! Никаких атак строем на врага!

Тут ещё один важный аспект – губернатор Пикенс согласился стать министром внешних сношений. А вот это очень важно! Тут мне очень помогла красавица Люси! После нашего бурного свидания, (лопатки мои были исцарапаны), она, невероятно довольная, быстро направилась прямо в приёмную губернатора. Он поначалу отнекивался, но … поскольку жена была настойчива, как африканский клещ, и уперта, как черный носорог в схватке с соперником. И через десять минут лихой лобовой атаки, перемежающейся боковыми наскоками, скрепя сердце и визжа всеми фибрами своей нежной и легко ранимой души,( ха-ха три раза), Пикенс наконец  согласился встретиться с президентом. Да о таком опытном политике можно только мечтать! А его связи! Это же бомба!

Но вот пока идёт согласование, пока наши доморощенные бумагомаратели разбираются со штатами моего полка специального назначения, я решил со своими парнями сделать, как любит говорить сержант О*Хара — «козью морду» северянам. Мы сделали лихой марш к горам и вот оттуда решили провести вылазку. Но пока сразу нужно конечно сделать рекогносцировку.

Взобрался я вместе с обоими сержантами – каждый сержант должен знать свой маневр, метров на сто вверх по крутому, но проходимому склону. Справа горы до самого горизонта, слева должна быть граница плато. Не особо и видно — склон загибается. Полез левее и чуть не задохнулся от величественной картины. Высота — хоть с дельтапланом прыгай. Обрыв из категории — бездонный. Внизу нагромождение скал, глыб, валунов, осыпи камней. Чередуется с уже совсем отвесными скалами.

Обрыв небольшими уступами спускается вниз на добрых метров семьсот или восемьсот. И по кромке обрыва, куда хватает взгляда, то же самое. Внизу бушует море зелени. Густой лес, а скорее почти джунгли, простирается до самого горизонта. Красотища неимоверная. А что в стороне, откуда мы пришли? Ничего. Лес, камни, ручейки. Вчера мы умудрились по незнанию зайти в самое глухое и совершенно оптимальное место. И другой выход, вдоль гор, есть. Я это чётко рассмотрел в отличную трофейную подзорную трубу.

И вот спустившиеся сумерки окутали сосновый бор и заглушили дневные звуки. Озерный бриз, утомившийся за день, уступил место зеркальному штилю и, приземлившись на деревья, превратился в множество ручейков прохладного воздуха. Эти ручейки хаотично растекались по всему лесу, заставляя ёжиться пробиравшихся через лес моих парней, каждый раз попадавших в чудесную струю прохладного воздуха. Когда мы вскоре уже выбрались, наконец, из чащи на берег озера, ночь окончательно вступила в свои права. Место, куда пришли мы, было известно не многим. Большая поляна на берегу озера, покрытая мягким мхом и окруженная со стороны леса плотным строем сосен и осин, кустарником и доисторическим папоротником, служила теперь нам секретным пляжем, здесь мы могли отдохнуть, помыться и постираться.

А я провёл нечто вроде митинга с моими храбрыми и уже умелыми парнями:

– Человек убивает легко – одно из первых моих открытий за последнее время. И самое вроде бы потрясающее, но почему-то не потрясшее. Все мы в мечтах уничтожаем недруга, но все остается там же, в грезах. На другой день рассеивается. Да что там день, уже через час, а то и через пару минут говоришь себе что-то успокаивающее и думаешь о другом. Потому везде мир и гуманизм. И можно поговорить о человеколюбии, хотя наш разум – всего лишь тончайшая пенка на кипящем молоке звериных инстинктов и страстей в глубокой кастрюле черепа. Но вот я, заполучив такую мощь, могу в реальности творить то, что раньше проделывал только в сладостных мечтах. Натура у меня мягкая, интеллигентная, потому звериная, как и положено человеку. Все это подспудное мигом поднялось с темного дна к поверхности и победно прет на выход, угрожая в клочья разорвать тонкую пленку морали, воспитанности и всего того, что и так легко сбрасываем. Но, парни, но… Вот при всё этом мы должны оставаться людьми. Почему? А вот война закончится и мы будем жить мирной жизнью… Поняли? – все расходились задумчивыми…

Ранним утром одна рота пошла на север, а вторая — на восток — удар по логистике федералов. Перед расставанием я их проинструктировал и выдал речь: “Война — это грязь, война — это мерзость. Какая бы она ни была… И нам придётся убивать! Но мы воины, это наш удел, наша кара, наш грех…

Приходится иногда брать в руки оружие и защищаться от нашествия… Но мы сражаемся за свободу нашей Конфедерации и я очень надеюсь на вас,мои храбрые и умелые воины!” Когда мы вновь встретились на своей базе, то сразу все заржали — восемь крытых фургонов были полны продовольствия, а пять с востока — бочонками с порохом.Сработали обе роты так, как я и наставлял – лихой наскок, захват и, сделав два-три залпа из “Спенсеров”, сразу же быстрый отход. А в удобной позиции из засады ещё пару залпов по погоне. И всё – “хвост отрублен”. Что поделаешь, это удел всех рейдеров. Появляться там, где тебя не ждут, наносить молниеносный удар, наводящий панику, и снова ускользать в неизвестность. А именно это напрягает федералов больше всего!

— Ну что, храбрые северяне, воюйте дальше, — вовсю заорал О*Рипли. А мы тут отдохнём с недельку. Ну почему парням не отдохнуть — еды полно, оружие и порох есть, да и, самое главное — чудесные медсестры северян помогут нам расслабиться! Парни постоянно твердили, что с таким командиром, как капитан Джонни Мур, они готовы со мной даже в пасть самому дьяволу. Или даже и в ад!  Черти там точно ждут нас, потирая волосатые ладони и приготовив сковородки. Но, есть одно “но”…  Но я уверен, что там, в аду, мои лихие головорезы сразу от души набьют морды чертям и заставят их подметать и маршировать, а вот уже смазливых чертовок используют по прямому «назначению». Причём сразу и неоднократно! Во всяком случае, сержант О*Хара, именно так громогласно и заявлял. И все ему верили, что у нас так именно и будет даже в аду!

Когда мы вернулись, у меня дома был сюрприз. Луиза! Приталенное платье вроде и пышное на вид, но фигуры не скрывает, колье на шее и сережки в ушах переливаются и искрят, на пальце крупный бриллиант, гордая посадка головы и высокая прическа. Замужняя дама! Она смотрела в окно и тихо выдала:

-– Какой дивный закат… Я оглянулся, небо торжественно-багровое, словно весь запад завешен театральным красным бархатом, а тот залит кровью небесных гамлетов и макбетов. Раскаленный оранжевый шар медленно сползает к темной земле, а торжественно застывшие тучи обрели цвет перекаленного металла вперемешку со шлаком. Ночное небо в сентябре бывает удивительно чистым. И тогда, можно заворожено глядеть в бездну, расцвеченную яркими искрами звезд и вслушиваться в молчание Вселенной…

(Всего 96 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

15 комментария к “Создание КША. Часть 7. Организация победы”

  1. «10» Алек ты просто душка! ))) Это же надо Ни одной дамы в позе буковки ЗЮ И сестрички в этой части на спешат развлекать Мурчика своими притягательными попками. То что кто-то где-то употребит блудливых чертовок так это еще вилами чертей по раскаленному маслу в сковороде писано ))) Огромное спасибище! Мне ужасно понравилась часть Правда есть одно немаловажное замечание – Ну не за что языком зацепиться и сотворить некий шарж )))
    Алекс наш великолепен,
    Скромен, бодр в любви прелесен,
    Регулярно медсестрёнке,
    Проведет ТО пиз…ке,
    Есть О-Харькин молодец,
    Кот сметанный тот юнец,
    К медицине страсть питает,
    Девок до утра сношает.
    Алек скромен в изложение,
    С чаем кушает печение,
    Пусть читатель отдохнет,
    В часть восьмую секс придет. )))

    Извини НЕ УДЕРЖАЛСИ ))))))

    0
  2. Уважаемый ANDERSGED, благодарю за внимание и чудесный комментарий. И, спасибо за то, что “не удержался”. Я всегда просто балдею от твоих стихов! Как ты ухитряешься так лихописать экспромты?
    Я ещё выставляю свои рассказы и на сайте Mytext.ru, там за меня “болеют” девушки из нашей бухгалтерии. Так вот – они тоже совершенно балдеют от твоих экспромтов и от выставленных на нашем сайте твоих стихов. И, если ты не против, я им и эти твои стихи отправлю. Они конечно больше для мужского взора и ушей, но думаю, наши девушки даже не покраснеют. Бухгалтера!

    0
    1. Диана, спасибо! Но ты меня захвалишь так! Просто я чуть был в ударе. Тему мне подкинул наш чудесный автор “Нафаня”, а потом я немного развернулся. Благодарю тебя, Диана! Очень приятно! Ты просто прелесть!

      1
      1. Поисковик выдал , что это из книги “Королевство Гаргалот”. Действительно , цитата достойна чтобы ее включить в речь. А у мрлрдого историка Камиля Галеева была хорошая цитата -человек ,это программируемая обезьяна. Мол человеческую психику можно легко запрограммировать на что угодно, что и делают успешные политиканы , сектоводы и капиталисты уже много веков.

        1
        1. Точно, из серии “Юджин – повелитель времени”. Великолепный роман Орловского (он же Никитин). Жаль долго продолжения нет. Клдассно написал он эту серию. Просто захватывает

          1
    1. Спасибо, Labean. Гражданская война – это самое ужасное. Но лучше вспоминать о той войне с одной стороны. Все правы и все не правы одновременно. Но я вот такой вариант альт.истории написал

      1
  3. “Мохнатые непроницаемые опушки, светлые, залитые солнцем сосновые боры, густые темные ельники, веселые березовые рощи… А какие укромные, говорливые родники прятались в тихих ложках! Что за чистая, студеная вода бежала по разноцветным, сверкающим камушкам…”

    Знаете, какое произведение вспоминается при чтении этих строк? “Властелин Колец”! У Толкиена такое же описание природы. Ну, мне так кажется, во всяком случае. Очень красиво!

    1
    1. Благодарю за добрые слова, уважаемая коллега! Толкиена не читал, но вот данный вид представлял. Когда мы жили в Челябинске, рядом с нашими домами на окраине были громадные леса. И тогда я с одной прелестной старушкой 25 лет уходил далеко в лес, там было всё то из природы, что я и описал.
      Спасибо за внимание, миссис Алина

      1

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг