Skip to main content

Трудное решение или порыв души? (тематическая эпопея)

 В любви всегда сильнее тот, кто меньше любит,
и, может быть, еще более силен тот,
кто вовсе не любит, а только дает себя любить.
Власть никогда не бывает у страсти, она лишь у расчета.

(И. Ган-Ган)

 

Когда Королева снимает платье,
она обнажает не только тело, но и душу….

Предисловие автора

В моей достаточно долгой и весьма бурной жизни было всякое. Но вот по-настоящему счастливых моментов не так уж и много. Предложенная история относится как раз к самым счастливым. Каждый эпизод – это реальное событие, которое хочется помнить и переживать заново.

Эта эпопея пережила несколько редакций и вот сейчас мне захотелось вернуть её первоначальный исходный вариант. Пусть будет рассказано так, как это было записано сразу – на свежих эмоциях, без дополнительного осмысления.

В Тему я шла сознательно после череды весьма неприятных событий с одной целью – в поисках защиты и стабильности. Нашла! Правда, опять же на короткий период. Ну и то, что какая я, на хрен, нижняя, поняла достаточно быстро, несмотря на то, что там мне было комфортно.

Основная часть написана от третьего лица – так хотел Хозяин, собственно, всё, что написано, – это его требование.

А началось всё с очередного разговора с Богом (иногда беседую с ним, знаете ли…)

Разговор с Богом

 Я стояла на парапете балкона шестого этажа, в футболке и тапочках. И мир вокруг меня рушился. Нет, я не собиралась прыгать… Зачем? Что этим можно изменить? Ничего! Мне было холодно, но внутри горел адский огонь! Мне не хотелось жить, но мне сильно хотелось выжить!

Что это? Порыв ветра сорвал клок снега с веток, и он осыпался вниз мелким дождиком.

И тогда я услышала голос Бога. Он говорил со мной. Нет не словами, не фразами. Что есть слова? Тени, жалкое подобие чувств, ощущений… Он говорил со мной образами!

Я видела их, ощущала, ловила всем сердцем. И заплакала… Ну вот как всегда! Слабое существо без защиты, без покровительства. Как всегда – только слезы. Ненавижу себя такую!

Но образы заполняли меня изнутри. Вокруг была лишь зима, с её темнотой и порывами ветра. Он заползал под футболку, ласкал обнажённое тело, но это были колючие, злые ласки, они не давали успокоения, они возбуждали. Пожалуйста, не надо, – шептала я, но это не помогало. Спасти могло только одно… Нужно спуститься вниз, зайти в теплую комнату и залезть под одеяло. А что это изменит? Душа останется там – на парапете. И я стояла… Из последних сил, замерзая и чувствуя ласковые, но колючие прикосновения ветра. В какой-то момент мне стало просто хорошо. Уже не чувствовался холод зимы. Его не было, тело стало поддатливым, мягким.

«Почему люди не летают, как птицы?» – всплыл монолог Катерины из «Грозы» Островского. Ох уж это филологическое образование, мать его.

И я отпустила руки… Равновесие, и без того шаткое, было потеряно.

Нет, я не взлетела, как Маргарита. Нет, я не сорвалась в пропасть. Я осталась стоять! На ногах! Раскинув руки, замерзая, я чувствовала ласковые прикосновения ветра… и приближение земли…

Бог тогда говорил со мной, но я не поняла, о чём. Мне это уже было не нужно.

***

Завтра будет новый маскарад,

Рыцари, турниры, фейерверки, танцы,

Шут надет праздничный наряд,

Будет бегать, прыгать и смеяться.

(Ляпис Трубецкой)

Девочка рыдала, свернувшись калачиком на диванчике, душа выворачивалась наизнанку, слёзы застилали глаза, но каждая слезинка приносила утешение. Рыдать полезно, когда ничего не остаётся. Одиночество давило и сжимало в комок, становилось холодно от мыслей. Каких? Их не было, была пустота, пустота в сознании, в душе, в жизни. Что дальше? Опять пустота. Действия не давали результата, потуги и напряги ни к чему не приводили, только напрягали. Сознание меркло. Темнота или слепящий свет? Что это? А разве важно? Куда ты идешь? Зачем живешь? Что ты ищешь?

Вопросы без ответов… радость без отдачи, горе не цепляло, проходило стороной. Это у них горе, пусть страдают.

Девочка рыдала, сознание меркло…

 

Смех зазвенел королевской монеткой,

Маленький шут в позолоченной клетке.

Пьяные сны, карусели и черти,

Маленький шут, самый грустный на свете.

(Ляпис Трубецкой)

Девочка вытерла слёзы и сползла с дивана. Завтра будет новый день или не будет. Какая разница, когда нет жизни.

Она была Женщиной. Истинной и настоящей. Один её запах заставлял шевелиться мужскую плоть, один её вид приводил их в состояние готовности. Женщина, сучка, шлюха… Она это знала и пользовалась этим. Зачем? Кто знает? С детства она была Женщиной. Рождена ею, и оставаясь ею. Она была неотразима и досягаема. Но никогда никому не принадлежала. Она меняла их как перчатки, привязываясь и теряя, отгоняя и притягивая. Оставаясь с каждым из них и не оставаясь ни с кем. Ей дарили цветы и говорили комплименты, ей угрожали и насиловали, ей было всё равно.

Она была Женщиной. Она дарила и забирала, она сопротивлялась и была покорна. Но она всегда оставалась собой. Достоинство? О чём вы! Желание? Может быть. Потребность? Возможно. Нет ответов, как нет вопросов. Она хотела жить и каждый день умирала. Она хотела умереть, но каждый день просыпалась снова и снова. Ей было хорошо и было плохо, ей было безразлично, скучно и захватывающе. Всегда по-разному. Ей это нравилось и надоедало, пугало или настораживало, она мало чего боялась, разве что шагов за спиной. Она проснулась однажды в постели с дьяволом и не увидела его лица. Она летала по ночам, но не знала где. Ей хотелось жить и хотелось умереть одновременно. Мир? А зачем он? Для кого, для чего?

Гвоздика в стакане склонила голову, она устала и просто завяла. Цветам легче. Они умирают, не думая, не желая того и не понимая, что умерли.

Нет в мире вечного, вечна лишь память. Память о будущем…

Девочка рыдала на диване, свернувшись калачиком. Слёзы кончатся, не сегодня, так завтра, их не может быть много, они всегда в меру. Хочешь плакать – плачь, не можешь – смейся.

Шут повесил старенький колпак,

Лысая башка трещит от глупых песен,

Тяжкое призвание – дурак,

Врут, кто говорит, что смех полезен.

Смех зазвенел королевской монеткой,

Маленький шут в позолоченной клетке…

(Ляпис Трубецкой)

Январь, 2013 г.

 

Часть первая. Начало

Лариса давно шла к этой мысли. Во сне, наяву, засыпая и просыпаясь. Она перебирала любовников на раз в четыре года, и с каждым новым ей хотелось расстаться, ещё не встречаясь… Что было не так? Кого она ждёт и ищет? Кто ей нужен на самом деле?

Она была из тех, кого называют сильной. Конечно, попробуй тут быть слабой, когда никто, кроме тебя, не решит ни одну проблему, когда на её плечи взвалено всё – дом, сыновья, их жены, внучка… все хотят свесить всё на неё. Мама решит, мама найдет способ… А почему, зачем, а вы сами – что, ни на что не способны?

Лариса уже поняла, что ей нужно – вот только решиться никак не могла. Ей нужен мужчина, который всё будет решать сам – в первую очередь за неё. Что ей делать, а что нет, как ей думать и как жить. Для которого она станет собственностью, вещью, игрушкой. Если повезёт, то любимой игрушкой. Просто она устала быть сильной.

И когда это сложилось в голове, она поняла, где искать. Там это называется Темой. Ну что ж, Тема так Тема. Пару раз в её жизни были такие предложения, однажды даже ей на полном серьёзе предложили переезд в Москву, клетку и цепь! К таким радикальным изменениям в жизни Лариса была не готова. Но при этом был выбор.

Первая встреча. Он открыл дверь машины, и Лариса села. «Странно, – мелькнула мысль в голове, – почему мне так спокойно?» Мелькнула и пропала.

После первой встречи роем метались мысли – куда ты лезешь, зачем, что ты хочешь получить? Но что она хочет, Лариса знала давно.

Одна мысль о порке всегда возбуждала, правда, её и не пороли по-настоящему, так, баловство одно. Секс, каким бы жёстким он ни был, – вообще обсуждению не подлежит. Унижения? А что есть унижение? Ну, конечно, если тебя заставят вылизать языком унитаз – это унижение. Но разве тот мужчина, который сидел рядом в машине, может такое сделать? Наверное, может, а может, и нет. Не попробуешь – не узнаешь. Ну и прочее… Всё можно пережить, если относиться к этому правильно.

Прошение, которое она составляла вроде тщательно, пытаясь соблюдать правила, которых на самом деле не знала, получилось сумбурным и корявым. Но тут было не до литературы. Она хотела этого, хотела. А когда она чего-то хочет – её трудно свернуть с пути!

День первой сессии. Утро. В душе борются два чувства – страх и желание. Страх её никогда не останавливал, желание побеждает. Сомнения? Нет! Дойти до конца – вот главная цель, узнать, почувствовать. Собиралась она в приподнятом настроении. Сегодня! Это заводило невероятно!

Ошейник и браслеты. Когда Хозяин застегивал их, Ларисе казалось, что вот оно – счастье. Почему? Просто так хотелось. А ещё хотелось увидеть себя в зеркале в полный рост. Почему-то это тоже заводило.

Что в них, в этих предметах? Какой смысл? Вопросы оставались вопросами.

Её возбуждало всё – то, что она не видит и не знает, что будет дальше, боль от плетки была терпимой, рукой больнее. Но ведь этого она хотела. Вот только фраза: «Я не люблю чужие сценариев, но этот был уж больно хорош», – заставил вздрогнуть: розы… Три белые розы. В этот момент ей захотелось заплакать. Её услышали, может быть, впервые в жизни, не послушали, а услышали. Но потом, в какой-то момент, ей вдруг стало скучно. Снова чёртик запел в голове: «И всё?»

Напросилась! Получила по полной. А что ты хотела, сама просила – получай!

Слезы высохнут, боль уйдёт, чувство благодарности останется. Ох, недопороли тебя, девочка, в детстве. Да и не пороли вовсе.

Самое приятное было потом, когда Хозяин позволил его помыть. Сколько эмоций всколыхнулось. Вот так она мыла своих сыновей в детстве, ласково, нежно. Её мальчики. Да и сейчас бы это делала, хотя уже оба выше неё ростом, не дают. И правильно! Сами, всё сами. А Хозяин позволил!

Дома Лариса долго сидела на своём диванчике и слушала любимую музыку. В голове никаких мыслей, на душе спокойствие, некоторое ощущение опустошённости, приятной и расслабляющей.

Она шевельнулась, её пес – щенок неразумный, спавший возле дивана, поднял голову и преданно взглянул сонными щенячьими наивными глазами: «Что, хозяйка?» Да ничего, спи, глупыш.

И тут Лариса поняла всё, что хотела понять. Вот он ответ – спит, вытянув лапы, возле твоих ног. Это ты решаешь за него всё: когда накормить, когда погулять, когда погладить, а когда дать по морде, чтобы не наглел, а когда и веником или тряпкой отходить как следует, до визга, чтобы знал, что можно, а что нельзя. И кто скажет, что ему, неразумному, плохо живётся? Хоть и решает за него хозяйка, когда ему свободным в снегу порыться, а какой путь на поводке пройти. И смотрит он на тебя преданно и щёку ласково лизнуть норовит, когда на диван разрешат взгромоздиться.

Так что ты искала? Унижение? Нет… Тут спорный вопрос. Подчинение? Да… Вот оно сладкое чувство – подчинение, полное и безоговорочное.

Попробуй твой Грей не вернуться на зов в три секунды на улице, что ты сделаешь?

Вот так и с тобой. И это невероятно приятное чувство – знать, что приказ – это решение за тебя. И тебе ничего не нужно делать, только подчиняться.

Лариса перебралась на кровать, было уже почти утро. Она свернулась калачиком, как обычно, под одеялом и уснула, спокойно, без снов и мыслей, ей было легко.

Часть вторая. Эксперименты

 Лариса скучала. Выходные подходили к концу, домашние дела сделаны, даже очередная серия любимого сериала, и та закончилась, завтра на работу. А времени всего лишь шесть вечера. Она мучительно выдумывала, чем себя занять: нарисовать ногти, полить цветы, найти другой сериал., когда брякнул телефон – смс. Опять какая-нибудь рекламная рассылка.

Сдвинула крышку слайдера и увидела имя отправителя! Хозяин! Рука вдруг предательски задрожала, и она не сразу поверила в то, что прочитала: «Собирайся-ка, девочка. Пора доставлять удовольствие Хозяину». Отправила смс в ответ: «Пока доберусь, будет девять. Мне собираться?» Не дождавшись ответа, попросила разрешения позвонить. Короткий разговор. «Я еду!»

Лариса, ещё до конца не веря такому счастью, начала лихорадочно собираться – душ, легкий макияж (все равно слезами смоется), чулки, туфли в сумочку, платье на голое тело, сорок минут, и она уже вылетела из дома на автобус. Воскресный вечер без пробок, доехала на удивление быстро. Одна сигарета, вот уже подъехала машина Хозяина. Он, как всегда, открыл дверь, она нырнула внутрь: «Добрый вечер, Хозяин!»

И душу снова наполнило спокойствие. Похоже, это ощущение уже никуда не уйдет.

Пара слов о планах, куда и как мы едем, и фраза, которую Лариса ждала, кажется, всю дорогу… «А пока мы едем, девочка, расстегни мне брюки достань его и соси». Лариса молча и старательно, как ей казалось, начала выполнять приказ.

Оказалось это не так трудно. Ремень, замок на джинсах, и вот он — вожделенный, уже почти родной, орган. Сейчас он был только её. Ласково обхватив головку губами, медленно начала заглатывать его как можно глубже.

Хозяин требовал глубоко, но пока у неё так не получалось. Она старалась, старалась всё делать правильно. На глазах выступили слезы, как всегда. Ну да и пусть, сейчас её волновало другое — доставить удовольствие, всё сделать так, чтобы ему понравилось.

Он положил руку ей на попу и погладил, и вдруг она поняла, что зимнее пальто ей жутко мешает, прямо сейчас, сию секунду захотелось снять с себя всё, отдать тело под эти ласковые руки.

Машину тряхнуло, и член сам проскользнул глубже, у неё перехватило дыхание, пара минут – и всё сначала, да, она сама хотела этого, её никто не принуждал. Она не видела, где они едут, куда едут, она просто сосала его член. И ничто другое уже не интересовало.

Ударом бича прозвучала фраза: «А теперь хватит, приведи себя в порядок, мы подъезжаем». Лариса, пытаясь контролировать свои эмоции (хотя зачем?), подняла голову и, как могла, вытерла слёзы на глазах, восстановила дыхание, а внутри все дрожало от возбуждения.

Приехали они в мастерскую Хозяина. Лариса знала, что там ждёт нечто неожиданное, но ожидаемое. Раньше Хозяин говорил о девайсе, который требует персональной примерки. Она догадывалась, о чём идет речь, но боялась ошибиться. Как оказалось, не ошиблась.

Лирическое отступление от автора: интересно, если два человека на расстоянии мыслят одинаково… Точнее, один мечтает, второй делает. Как это назвать в реальности? Уважаемый читатель, если есть мысли по этому поводу, выскажитесь, буду рада послушать. Правда, интересно.

Мастерская оказалась обычным гаражным боксом. Бетонный щербатый пол, полки по стенам, куча всяких нужных или ненужных, но вещей – обычное место работы мастера. Хозяин, как обычно, помог снять пальто. «Займись кофе, кружки вот, чайник вот», – приказ не обсуждается. Лариса растерялась. Нет, с кофе она худо-бедно разобралась, но вот сесть на колени у ног Хозяина? Так-то щербатый бетонный пол, чулки жалко, а так хотелось.

Они пили кофе, сидя на стульях, для неё это было неправильно, поэтому Лариса чувствовала дискомфорт. Хорошо, что длилось это недолго. На пол была брошена пластина пенопласта, сверху покрывало, а дальше привычный приказ – на колени.

Для начала Хозяин завязал ей глаза повязкой, тугой и неудобной. Только потом поставил в нужную ему позу – на коленях, ноги почти максимально раздвинуты в стороны, руки на ширине ступней. Тело дрожало мелкой дрожью, Лариса понимала, что долго так не выдержит, но приказ – позу не менять, заставил застыть в этом положении, и она стояла.

Лишенная возможности видеть, Лариса воспринимала происходящее спиной, всем телом, она умела видеть с закрытыми глазами, точно знала, где, в каком месте сейчас находится он, её Хозяин, это придавало сил, но он всё делал очень не торопясь, размеренно, впрочем, как всегда.

Сначала надел ей на ноги кожаные браслеты с карабинами. Сделал замеры метровой металлической линейкой. Отошёл к полке, потом к станку, разрезал металлическую трубу. С этими девайсами она уже была знакома. Металлическая распорка между ногами или руками – жесткая конструкция, которая не дает возможности поменять позу, если даже захочешь. Потом надел браслеты на руки. Процедура повторилась.

В конечном итоге каркас был готов, и Ларисе позволили немного отдохнуть, ну, правда, с вибратом в попке, но это мелочи. Хозяин вставил его туда в процессе изготовления каркаса. Ларисе было не привыкать, оставалось только терпеть, хотя это было совсем даже не неприятно. Она текла, как последняя сучка, текла, хотела и ждала, ждала того, что будет дальше. А ведь знала, что будет.

Сколько одиноких дней и ночей смотрела она на такое в порно. Сколько раз представляла себя на месте этих теток, телок, типа, актрис, сколько раз самой хотелось испытать на себе. Мечты сбываются, даже такие безумные.

Приказ встать в позу, передышка окончена, повязка на глаза, и тут вот оно – шум моторчика. В попу, уже готовую ко всему, размеренно, равномерно, постоянно входит, выходит, и снова входит вибратор. Секс-машина или трах-машина, да как угодно. Вот только так хочется прогнуть спину, чтобы сильнее, чтобы до конца, чтобы… Но кончать ей никто не разрешал.

В это время в рот входит член, настоящий, живой, Его член, её член, сейчас снова её, родной, желаемый, настоящий.

И уже не дрожат руки и не немеют ноги, уже всё тело подчинено одному – сексу, безумному, неподдельному, когда душа рвётся на части, когда больше ничего в мире не существует. Да! Забирай всю, как есть, какая есть, только отдай себя взамен.

Лариса почти потеряла сознание, когда всё вдруг прекратилось. Она вынурнула из глубины на поверхность. Он снял повязку, показал, что это было, хотя она и так знала. Медленно, очень медленно сознание возвращалось. Слёзы и боли, и удовольствия высушила повязка на глазах. Он отстегнул каркас, и Лариса почти упала на покрывало. Когда сознание вернулось, перед ней лежало полотенце: «Приведи всё в порядок». И она увидела, что на покрывале образовалась практически лужа. Какой кошмар! Но так уж устроены люди.

Кто скажет, где проходит граница между болью и удовольствием? Кто знает, от чего сейчас льются слезы – от уже забытой боли или высочайшего наслаждения? Кто разглядит грань между дозволенным и запретным? И что случится потом? Где предел человеческих возможностей и бурных фантазий? Кто знает ответы на все вопросы? А кто знает все вопросы?

«Обувайся, сейчас мы поедем на квартиру», – это был новый приказ.

Часть третья. Наказание

 Лариса ждала этого дня две недели. Ждала и боялась. Она старалась быть послушной, ей так казалось. Разговоры по телефону не давали прикоснуться, не заменяли личного общения. Она хотела видеть, чувствовать, бояться, а приходилось только ждать. Ждать этого дня. Ждать возможности доставить удовольствие тому, кто всё последнее время занимал её сознание. Ему – Хозяину! Тому, кому она сама отдала себя в руки, тому, кто был волен сделать с ней что угодно, но тому, кому она доверяла безоговорочно. «Хозяин не испортит вещь, которая ему принадлежит», – эти слова всякий раз всплывали в голове, когда становилось страшно от его слов по телефону. Этот день настал.

Но… Всё обговорили накануне, и всё пошло не так. Лариса понимала, что в любом случае она будет не права. Прав всегда только Хозяин. Утверждать обратное нельзя, оправдываться не имеет смысла. И вот она – долгожданная смска: «Собирайся, сучка. У тебя два часа, чтобы приехать. Адрес: 5 Армии, 61. Доберешься сама, мы там были». Первая реакция – паника и короткий ответ: «Да, Хозяин». А паника от того, что за два часа это невозможно! Поездка в соседний город занимает два часа с момента посадки в автобус. Но надо одеться, найти на карте нужную улицу, они были там поздним вечером, и где это, Лариса понятия не имела, найти хоть какие-то знакомые ориентиры – это время, одеться – время, дождаться автобуса – время.

Но она обязана выполнить приказ, Его приказ. В автобусе висели часы, она видела, как стрелки ползут неумолимо вперед, видела, что она безнадежно опаздывала, знала, что её ждет, но позвонить, попросить, сказать не могла. Сама не знала, почему, просто не могла, она должна была с этим справиться. Когда стрелка перешагнула через назначенную цифру, внизу живота прошёл спазм. Она опоздала! Не опаздывала – уже опоздала. И снова не позвонила, не сказала, не попросила. Почему? Ведь всё знала. Просто хотелось сделать всё правильно. Перечить? Она не могла себе этого позволить. Или не хотела… Автобус полз, как черепаха, все красные светофоры были его. На очередной остановке к Ларисе на второе сиденье подсела женщина. Почему-то Лариса у неё спросила: «Вы из этого города?» – «Да, а что?» – «Мне нужна улица 5 Армии, где это?» И эта женщина сказала, где выйти и как дойти. Найти нужный дом ей так и не удалось. Тогда, стоя на перекрестке, уже рыдая от отчанья и собственного бессилия, она нажала кнопку вызова на телефоне… Хозяин встретил её возле подъезда, молча открыл дверь, молча помог снять пальто. Короткое: «У тебя две минуты», – ушёл в комнату.

Сняла сапоги, надела туфли, больше менять было нечего. Зашла в комнату и опустилась на колени, посмотреть в глаза не смогла. Первая пощечина отдалась звоном в ушах. Лариса знала, что будет именно так. Слезы? Да они не имели значения. Она знала, что виновата. Оправдываться, просить? Нет! Заслужила… Что-то говорить? Зачем? Сама виновата. Сама и заплатишь. Одна пощечина следовала за другой, Хозяин взял её рукой за подбородок, развернул лицом к себе: «Почему не позвонила? Почему заставила ждать?» Она упрямо твердила – я должна была справиться сама. Дура! Зачем сама? Почему сама?

Ты ничего не должна делать сама, только Хозяин может, но не ты… Хозяин взял её за волосы и резко пригнул голову вниз к полу. Рукой потянул вверх подол платья, под ним были только чулки. «Ты так приехала?» – «Да, Хозяин». Снова рывок за волосы – и она увидела перед собой стоящий член, послушно открыла рот. Нет, он не ласкал и не требовал ласки. Он трахал ее в рот, насильно, глубоко и жестко. Терпеть – вот единственная мысль, которая вилась в голове змейкой, опутывая и затягивая петлю на сознании. Терпеть! Дальше? А дальше то, что заслужила.

Ошейник на шею, повязка на глаза… Когда не видишь, чувства обостряются. Но она была благодарна за эту повязку. Во-первых, она высушивает слезы, во-вторых, она дает возможность сосредоточиться на ощущениях. При этом Лариса видела всё. Нет, не глазами – повязка не позволяла. Третьим глазом, чувствами или эмоциями, которые бушевали внутри. Хозяин сел на диван и взял в руки журнал, который читал до её прихода: «Разуй меня и вылижи ноги». Лариса никогда ничего подобного не делала. Она на ощупь сняла носки с ног Хозяина и пригнулась к ногам. Сначала пальцы, потом всю ногу, потом вторую. На какой-то миг она растворилась в этом занятии, ей было приятно и легко, а в голове снова гуляли мысли: «Я правильно делаю? Ему это приятно? Как научиться не думать?» В какой-то момент она не выдержала и подала голос: «Я никогда этого не делала. Как нужно?» – «Продолжай, как делаешь. И запоминай новые правила: щелчок пальцами – начинаешь сосать член, хлопок руками – подставляешь свои дырки».

Щелчок не заставил себя ждать. Снова на ощупь он расстегнула брюки, рукой достала член и старательно, как учили, начала сосать. Лариса старалась, как могла. Захлебываясь, когда заглатывала глубоко, вынимала член, облизывала головку и снова заглатывала. Хлопок. Она развернулась на 180 градусов. «Раздвинь руками, покажи мне свои дырки, чуть дальше». Она сделала всё. Хозяин провел рукой по пизде. Лариса текла. Она даже не поняла, что течёт, но факт оставался фактом. И кажется, это началось ещё в автобусе, когда она осознала, что не справилась.

Хозяин слегка смочил её же смазкой анальную дырку и резко вставил член. И снова боль наполнила сознание. Лариса пыталась расслабиться, найти нужно положение, но её просто жестко и грубо трахали. А никто и не говорил, что будет хорошо и приятно. Спасибо, длилось это недолго. Что будет дальше, она тоже знала. Он резко вышел из неё и рывком развернул к дивану, придавив голову вниз. Она спиной чувствовала, как он наклонился к сумке, как достал плетку. «Руки за спину!» Первый удар был опять неожиданным, хотя Лариса его и ждала, без разогрева, без предварительного похлопывания, просто выпороть. Это она уже поняла. «Счет!» – «Один, два…» – невольно прогнулась от второго. «Кто ты?» – «Сучка…» – «Ещё?» – « Шлюха, три… рабыня у ног Хозяина, четыре…» Плетка поднималась и опускалась, боль доходила до глубины души, слёзы впитывала повязка на глазах. И мысли уже не посещали голову, змейка убралась восвояси. «Десять». – «Пока достаточно. Не слышу!» – «Спасибо, Хозяин». Затуманенное сознание тормозило. Лариса понимала, что опять всё делает не так, а как так – она не знала. И снова увидела – нет, почувствовала – на глазах ещё была повязка – как Хозяин сел на диван. «Повязку можешь снять».

Лариса сползла вниз с дивана, руки дрожали, сняла повязку, и робко подняла глаза, опухшие от слёз. И в этот момент она вдруг ощутила тепло и нежность. Хозяин был спокоен и почти расслаблен. Напряжения тех первых минут встречи уже не ощущалось. «Иди ко мне». Лариса придвинулась ближе.

Хозяин протянул руку и так ласково прикоснулся к её щеке, что снова хлынули слёзы. «Займись кофе». Она поднялась с колен и пошла на кухню. Потом была обычная сессия. Новая для неё фиксация, которая доставляла только боль и оставила на память синяки на запястьях и лодыжках. Ещё одно испытание секс-машины, модернизированного варианта, секс и вкус спермы Хозяина, которая, как и положено, не имеет ни вкуса, ни запаха, поэтому такая желанная. Утром, уже дома, разглядывая синяки и кровоподтеки на попе и бедрах, Лариса пыталась восстановить то самое ощущение боли, которая пронзала её, но так и не смогла. Вспоминалось другое – нежное прикосновение руки Хозяина, которую так хотелось целовать.

Часть четвёртая. Заключительная

 Прошел месяц. Лариса ни разу за это время не встречалась с Хозяином. Между ними была лишь тонкая ниточка смс-сообщений и переписки на сайте по вечерам, когда у него было время. Дело в том, что Лариса заболела. Болезнь была серьезной, и хоть больницы избежать удалось, но ей было совсем плохо. И все это время Хозяин все-таки был рядом. Его ежедневное: «Как ты, девочка?», «Как самочувствие?», «Я нашёл тебе нужное лекарство, действительно, не везде есть» – помогали ей чувствовать его поддержку, его заботу.

И вот он – долгожданный, холодный, но всё же весенний солнечный день. «Завтра в одиннадцать будь готова». – «Слушаюсь, мой Генерал». – «Не хами». – «А я и не хамлю, просто веселюсь». – «Ну-ну, веселись, до сессии…». Но Лариса слышала столько ласки в этих сообщениях, что нисколько не боялась, а просто всем сердцем ждала этой встречи!

Сообщение с приказом она получила на час позже назначенного времени. В три секунды надев платье, сапоги и пальто, вылетела из дома. Автобус ждать не пришлось. Вот так всегда, когда торопишься – всё и везде задерживается, а когда времени с запасом, всё происходит быстро. В нужном месте она была на сорок минут раньше! Хозяин открыл дверь, помог снять пальто, дал три минуты принять должный вид. И вот она готова предстать перед ним. Он серьёзен, но увидев её, не сдерживает улыбку: «Эффектна как всегда!», значит новое платье понравилось. Она садится у его ног и тоже улыбается. Он позволяет прижаться к его коленям, запускает руку в её волосы, гладит щеку и шею. «Соскучилась, моя девочка?» Да, она очень соскучилась.

Щелчок пальцами: «Поздоровайся». И снова предательски задрожали руки. Ремень, замок на джинсах, его уже напрягшийся член у неё во рту, его вкус, его неуловимый запах, его родное тепло. Она почему-то вспомнила, как тяжело ей было тогда, в первый раз, Полностью взять его в рот. Сейчас она хотела этого больше всего на свете. Хозяин взял ее за волосы и пару раз резко насадил на член. Она захлебнулась, но не отступала. Где-то там, сквозь туман возбуждения, слышала его слова: «Да, девочка, в сексе ты делаешь минет, в Теме тобой делают минет. Разуй меня». Чуть отодвинулась назад и сняла носки, ласково, аккуратно. Теперь она знала, что Хозяину это приятно. Прошлась языком по каждому пальчику, погладила рукой ногу, забираясь под джинсы, пососала все пальчики по очереди. Хозяин опустил ногу и приказал придвинуться ближе. Лариса была уже настолько мокрой, что только его палец коснулся её щелки, как сам проскользнул внутрь. Она устроилась на нём поудобнее, чтобы ощущения были полными, и начала легонько двигать попкой, тем временем посасывая большой палец на второй ноге. В какой-то момент она была готова кончить, но её тут же хлестнула фраза: «Не сметь, сучка!» Лариса вздохнула и умерила пыл. Ещё поиграв несколько минут, Хозяин отправил её готовить кофе…

И вот она снова у его ног. Долгожданный щелчок пальцами, снова его член трахает её рот, платье стянуто с плеч и груди оголены, команда: «Руки за спину» – означает только одно – боль и наслаждение, начало восхождения туда, что лежит за пределами разума. Когда ты кричишь от боли, но ждёшь её снова и снова, когда вздрагиваешь от очередного удара ремнём и желаешь нового. Когда ошейник сомкнулся на шее, когда ноги раздвинуты максимально и зафиксированы железной трубой, да ещё и растянуты веревками, а к ним прикованы руки. Когда ты полностью открыт и беззащитен, когда ты не можешь остановить движение плетки, а твоё сознание покрывается туманом наслаждения. Наслаждения и боли.

В этот долгий день Хозяин играл с ней как кот с мышкой, заставляя умирать и оживать снова. И она наслаждалась каждой минутой этой удивительной игры. В один из моментов, не выдержав темпа, Лариса кончила без разрешения. «Тебя наказать?» Но на её робкое: «Я больше так не буду», Хозяин улыбнулся и позволил ей себя помыть!

Но солнце неумолимо катилось к закату, день подходил к концу. Такой короткий длинный день. Они много разговаривали в тот день. И Лариса ловила каждую секунду этого общения. Растворялась в них, впитывала всем телом и душой. Как давно в этой жизни она не ощущала такого тепла и нежности.

Они курили у открытого окна… Лариса стояла, так как ей нельзя было студиться. Затушили сигареты, Лариса тихонько закрыла окно и опустилась вниз, к ногам Хозяина, снова прижалась щекой к его колену и поняла, что так она готова провести всю жизнь. «Ты уже совсем расслабилась, моя девочка. Давай собираться».

По дороге в машине их окутывала музыка, большей частью они молчали. А в голове у Ларисы крутилась фраза из анкеты Хозяина на сайте: «Выбираю неспешно, встречаюсь бессрочно».

Дома, лежа в кровати, уже засыпая, Лариса вдруг уловила мысль: «Кого ты обманываешь, ведь ты влюблена по самые уши». С тем она и уснула, спокойно, без сновидений, до утра.

Трудное решение оказалось порывом души. Конец повествования.

А дальше? Дальше – новая страница и новая история, но уже на другом уровне. Точнее сказать «Шаг вперёд».

Март, 2013 г.

 

Послесловие

 Уже гораздо позже описанных событий мне случайно попалась в руки серия шведской, кажется, писательницы Эвы Хансен «Цвет боли». Он там был разный – белый, красный, золотой, чёрный. И меня поразило, насколько моё восприятие Темы перекликается с её.

(Всего 162 просмотров, 1 сегодня просмотров)
10

Диана Тим Тарис

С такой женщиной одна ночь может быть визитом в рай, но жизнь с ней - это сущий ад. Слишком много у нее тараканов на квадратную извилину...

23 комментария к “Трудное решение или порыв души? (тематическая эпопея)”

  1. Текст великолепный, но я не догоняю садо- мазо ни в каком виде, ни в каких жанрах, даже в литературе. Хотя автор права: у каждого свои тараканы в голове. Десятка за стилистику, за любовь к слову.
    Единственное замечание: слово – тоже метафора, тоже сравнение. Более того, слово – Бог. Евангелие от Матфея: Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Богом.
    У Вас Слово действительно Бог.

    2
  2. Когда Королева снимает платье,
    она обнажает не только тело, но и душу….
    Диана, нужно обязательно запомнить, прекрасное выражение. У Вас совершенно необычные темы рассказов, Вы случайно не преподаватель философии? Интересный рассказ. 10+

    1
      1. Диана, точно угадал, что Вы преподаватель. То есть совершенно серьёзная личность с философским уклоном. А я, как разгильдяй, написал рассказ с юморным уклоном. Не знаю, как получился. Если вдруг почитаете “Светочку”, то сильно меня не ругайте…

        0
  3. Диана, а этот рассказ как раз и про школу, ну и про “балованных” учителей (мужчин) и про не менее балованного директора. В Вашей школе конечно таких нет?

    0
          1. Шарман, Диана. Очень жаль, что нельзя.
            Меня учитель истории и классная уговаривали пойти в педагогический, да родители отговорили. Сейчас конечно жалею.
            Историк постоянно говорил, что у меня педагогический талант

            0
            1. Нашли о чем жалеть))) Радоваться надо, что не стали.
              У меня тоже талант, и дети меня обожали (до сих пор узнают, здороваются и делятся своими жизненными достижениями). А выпустила я всего-ничего – один курс в училище и четыре 9 класса в один год в школе.
              А когда возможность появилась, сбежала из школы в газету и ничуть не жалею.

              1
  4. Я вчитывался. Вдумывался, пытаясь влезть как в шкуру в состояние души. Там столько безмолвного крика, от которого дико закладывает уши. Посему я начертал несколько строк, чтобы провести параллели моего виденья.
    “Тебе нас не понять – МЫ волки”.

    Ступали лапы волка по осколкам,

    А на асфальте, скрежет битого стекла,

    Душа не умерла, она замолкла,

    Ты не сдалась, лишь волю отдала.

    А та горда, но хочет быть похожа,

    Клещом в шерсти, в ней жив собачий дух,

    А я волчица, я лесов, полей вельможа,

    Моя свобода, стоит ваших двух.

    Но вот вопрос, оно сгубило кошку,

    Собачья жизнь, в чем разница с моею,

    Ползешь к хозяину, лизать готова ножку,

    Под поводок, ты подставляешь шею.

    Как опостылела, мне бесполезная свобода,

    Родные близко, только выросли щенки,

    Испить неволи телом, требует природа,

    Лежу у ног его, рассудку вопреки….

    1
  5. Когда собирала, как и хотела, первоначальный вариант “Трудного решения”, в личной переписке с Хозяином нашла вот что – комментарии с первого ресурса, где это было опубликовано))) Они меня повеселили. А как вам?

    Утонченная илитка пытается что-то писать в эро тематике с претензией на литературную ценность.

    Это обрывок рассказа.
    Это нарезки из газеты.
    Это пластики колбасы.
    Это элементы паззлов. Разных причем.

    Этот выблевок полноценного рассказа не имеет абсолютно никакой ценности: ни литературной, ни духовной, ни интеллектуальной.

    Оглавление — всё, на что тянет этот набор букв, сложенный в слова.

    Да, в этом рассказе хоть какая-то чувственность, но проявляется. Однако настолько мимолетно и малозаметно, как алмаз в куче навоза.
    На этом сайте есть множество рассказов, которые можно назвать полноценными. В которых порнота написана для галочки. В которых продуман сюжет и даже реакция героев чувствуется натуральной. В которых бывают ошибки, но они малозаметны на фоне полной кошерности слога, которым автор передает происходящее.

    Сейчас это больше похоже на рассказы серии «В Раю?» (раздел фантастики — гуглим сами). Есть задумка, есть сюжет, но вот описание настолько комкано, что больше напоминает зарисовки.

    ___________________________________________________

    Хотя мне самому кажется, что это высер маленькой ванильки, у которой суп в голове.
    Этот рассказ вполне можно сравнивать с абзацами ото всяких перевозбужденных подростков, которые иногда мнят себя великими пейсателями и отваживаются выложить свою писульку в три предложения на сайт.

    Зато реакция поедателей местного контента меня действительно испугала. Сразу начали заливать уши про глубокую задумку, нестандартный подход к написанию и прочую чушь.
    АКСТИСЬ! Какая-то дыра, думающая что знает о романтике хоть что-то, написала набор словосочетаний, который даже по меркам школьно сочинения оценивается на троечку.
    ЗАТО! Быстро набежали сёстры по разуму, у которых и без того жидкая каша в голове разбавлена мнением о собственной значимости, и начали эти абзацы возвышать, выдавая его за «ооо, да это не все поймут, не отчаивайся» и прочие попытки поддержать этот утренний детский стул.

    _____________________________
    P. S. Если вы продолжите поддерживать и одухотворять подобное гавно, то я начну массово хвалить четверостишия всяких озабоченных подростков, притом копировать им в комментарии буду ваши слова

    0
    1. Эк они Вас, с размахом то оглоблей, да по лицу У каждого вишь за пазухой не менее как Война и мир прописанные спрятаны Вот и бесятся что де граф их обскакал Ну на то и Графья с фамилией Толстой ))) А без таких то чернушных поливалок и жизнь бы была скучной Пусть их остается с ними Волкам ли обращать внимание на брехню собак в ночной деревне

      0
  6. Жалко героиню.
    Потребность в Хозяине возникает тогда, когда в окружении отсутствует Мужчина, для которого ты не вещь, а Женщина. Патологии не рассматриваем, собственно, у Ларисы их и нет, когда больно, она честно пишет что больно, а не пытается раскрасить в цвета оргазма.
    Но это не вина ее, а беда.
    Тем более, побывала она и на другом Тематическом полюсе. И тоже не осталась там навечно.
    А осталась пребывать Женщиной. За сей факт и откровенный текст 10.

    1

Добавить комментарий

Сайт эротических рассказов и книг